Реферат по предмету "Геополитика"


Сравнительный анализ технологий «бархатных революций» в странах СНГ

Негосударственное образовательное учреждение «Столичная Финансово-Гуманитарная Академия» Волгодонский филиал СФГА (г.Москва) Заочное отделение Факультет государственной службы и финансов Специальность: Государственное и муниципальное управление Контрольная работа По дисциплине: «Геополитика» Тема: «Сравнительный анализ технологий «бархатных революций»


в странах СНГ» Студентка 4 курса Кашина Елена Васильевна Студенческий билет № 33Г4Вк05 г. Волгодонск 2007г. Содержание Введение стр. 1. Предпосылки «цветных революций» стр.2. Ненасильственный характер - принцип "бархатных революций" стр. 7 3. «Бархатные» революции – как спектакль стр. 13 4 «Цветные» революции на постсоветском пространстве


стр. 4.1 Грузия-2003: "Революция роз" стр.4.2 Технологическая схема "оранжевой" революции стр.18 Заключение стр.25 Список используемой литературы стр.26 Введение Уже во втором тысячелетии до нашей эры политическая власть в обществах древних цивилизаций приобрела черты государства. С тех пор и до настоящего времени государство представляет собой основной


институт, осуществляющий управление обществом и охрану его экономической и социальной структуры от угроз как внутреннего, так и внешнего характера. Осуществление государственной власти основывается на отношениях господства. Под ним понимается такое состояние общества, когда приказания власти встречают повиновение подданных или граждан. Это состояние не может быть обеспечено только средствами принуждения (в том числе с помощью насилия), для него необходима вера в законность власти.


Условием устойчивости власти является ее легитимность. Это - совсем не то же, что законность (легальность) власти, т.е. формальное соответствие законам страны. Формально законная власть еще должна приобрести легитимность, обеспечить свою легитимизацию, то есть "превращение власти в авторитет ". Как же определяют, в двух словах, суть легитимности ведущие ученые в этой области? Примерно так: это убежденность большинства общества в том, что данная власть


действует во благо народу и обеспечивает спасение страны, что эта власть сохраняет главные ее ценности. Такую власть уважают (разумом), а многие и любят (сердцем), хотя при всякой власти у каждого отдельного человека есть основания для недовольства и обид. Вполне законная власть, утратив авторитет, теряет свою легитимность и становится бессильной. Если на политической арене есть конкурент, он эту законную, но бессильную власть устраняет без труда. Так произошло в феврале 1917 г. с монархией, так же произошло


в октябре 1917 г. с Временным правительством. Никого тогда не волновал вопрос законности его формирования - оно не завоевало авторитета и не приобрело легитимности. Его попросили "очистить помещение", и в тот вечер даже театры в Петрограде не прервали спектаклей. На наших глазах за три года утратил легитимность режим Горбачева - и три человека собрались, трясясь от страха, где-то в лесу и ликвидировали


СССР. Наоборот, власть, завоевавшая авторитет и ставшая легитимной, тем самым приобретает и законность - она уже не нуждается в формальном обосновании. О "незаконности" власти (например, советской) начинают говорить именно когда она утрачивает авторитет, а до этого такие разговоры показались бы просто странными. Свержение государственной власти с глубокими изменениями в ее структуре и функциях мы называем революциями. 1. Предпосылки «цветных революций». Главным предметом для изучения является специфический


тип революций, который иногда обозначается словом "цветные", а чаще словом "оранжевые" - по названию самой крупной из них, которая произошла на Украине в конце 2004-начале 2005 г. Две другие сходные революции имели место в 2000 г. в Югославии и в 2003 г. в Грузии. Описание и анализ "оранжевых" революций предваряет краткий очерк их предшественниц, особенно "бархатных" революций 80-х годов в восточноевропейских социалистических


странах. "Оранжевые" революции - это революции, не просто приводящие к смене властной верхушки государства и его геополитической ориентации, а и принципиально меняющие основание легитимности всей государственности страны. Более того, меняется даже местонахождение источника легитимности, он перемещается с территории данного государства в метрополию, в ядро мировой системы капитализма. Такое глубокое изменение государственности имеет цивилизационное измерение.


РФ втягивается в состояние острой нестабильности, которая создается под давлением извне в геополитических целях - при наличии внутри РФ влиятельных сил, также заинтересованных в дестабилизации. В воздухе висит общее ощущение назревающей революции. Предпосылки для дестабилизации имеют системный характер, они представляют собой взаимосвязанные "дремлющие" (латентные) кризисы социальных и национальных отношений, деградацию систем жизнеобеспечения,


безопасности и культуры, быстрые изменения в массовом сознании. Созревание всех этих частных кризисов и соединение их в систему с переходом в новое качественной состояние есть результат стратегического политического выбора, принятого властной бригадой Б.Н.Ельцина, а затем и В.В.Путина - уже в начале его первого президентского срока. Однако этот процесс был ускорен и поставлен под контроль организованными силами вне и внутри


РФ, которые за 2004-2005 годы завладели инициативой. Уже совокупность событий 2004 г. позволяет трактовать их как эпизоды очередной кампании войны против РФ - так же, как кризис СССР в 1989-1991 гг. был создан в ходе кампании "холодной войны" (разумеется, при наличии объективных предпосылок для кризиса, порожденных в самом советском обществе и государстве). Конфликты такого рода открыто не декларируются, и пока что не имеется документальных подтверждений


сделанному выше выводу о начале в данный момент особой кампании в этой длительной войне. Основаниями для этого вывода служит множество фактов, в которых уже нельзя не видеть определенной системы, содержание и тональность сообщений как западных СМИ, так и "прозападных" СМИ в самой РФ, действия политических организаций внутри РФ, которые воспринимаются как "прозападные".


В других подобных ситуациях прогнозы, сделанные на основании таких же "симптомов", сбывались с высокой точностью (как это произошло в начале 90-х годов). Как выразился в мае 2005 г. один политолог, "оранжевые революции" становятся отличительной особенностью постсоветского пространства, переходят в разряд исторических реалий и понятий не менее значимых, чем, допустим, Ялтинская конференция или "дипломатия канонерок".


2. Ненасильственный характер - принцип "бархатных революций". Первая задача государства - защита народа и его территории от тех опасностей, от которых люди не могут защититься самостоятельно или мелкими группами. Это защита и от внешнего врага, и от межгруппового насилия в социальных, межнациональных и религиозных конфликтах, от преступников, от стихийных бедствий и эпидемий. Без своего государства и правительства народ беззащитен.


Для выполнения функций обеспечения безопасности государство организует "силовые структуры". Защита от внешнего врага осуществляется армиями, защита от преступного насилия и принуждение к выполнению законов - правоохранительными органами. Без легитимного государственного насилия не может существовать никакая страна и никакой народ. Утрата, даже в небольшой степени, монополии государства на легитимное насилие является первым признаком краха государственности.


Даже до совершения актов такого насилия (например, казней по приговору "народного" суда) само возникновение незаконных вооруженных и даже невооруженных, но организованных по военному типу формирований есть признак развала государства. Важной составляющей государственной системы являются общественные организации, прямо не включенные в аппарат государственной власти. Это политические партии и средства массовой информации, профессиональные, культурные, религиозные,


благотворительные организации. Через них государство и конкурирующие с ним силы насаждают свое мировоззрение и свою идеологию, укрепляют свое влияние, добиваются поддержки своей политики со стороны союзников и ослабляют влияние противостоящих социальных групп. Право - это система норм, запрещающих силой закона определенные действия, а идеология - это система идей и представлений о добре и зле, о правильных и запрещённых действиях.


Государство и все общественные силы исходят из более или менее устойчивых представлений о грозящих им опасностях и угрозах. В момент единения власти и общества эти представления в главном совпадают, в условиях раскола общества и разброда во власти эти "карты опасностей" сильно различаются. В предельном состоянии Смуты в умах царит хаос - государство и общество становятся беззащитными, т.к. перестают видеть реальные угрозы и не могут соединиться для их отражения.


Другое дело, когда правителей заменяют, чтобы изменить направление деятельности власти, поставить перед ней принципиально новые цели. Это вызывает сопротивление влиятельных общественных сил. Даже если верховный правитель и сам был бы рад, получив хорошие отступные, удалиться от власти, уступив место более подходящему "менеджеру", ему этого не позволяет его окружение ("хунта"). Ведь оно тоже имеет средства воздействия на "первое лицо" - хотя бы с помощью шантажа.


В этих случаях и приходится устраивать перевороты. Лучше "бархатные", без большого насилия. Это обходится дешевле и не создает риска породить реальное сопротивление части народных масс. Типичным примером такой смены властной бригады была замена Горбачева на Ельцина в 1991 г. Команда Горбачева сделала для демонтажа советской политической и экономической


системы все, что позволяли доктрина, риторика, сам образ этой команды. Соблазнив людей знаменем, на котором написано "Больше социализма! Больше социальной справедливости!", нельзя было проводить обвальную приватизацию. Такое грубое нарушение приличий как раз и снимает наваждение, чего никак нельзя допускать. Поэтому была разработана программа "свержения" команды


Горбачева - программа стандартная и классическая. Граждане смотрели большой политический спектакль - и верили в него настолько, что и спустя 15 лет Горбачев может появляться на публичной сцене и рассказывать, как он страдал оттого, что ему никак не удавалось устроить "социализм с человеческим лицом". Возможность государства нейтрализовать эти опасности на этапе их созревания, а также преодолеть их в самый момент революции во многом зависит от способности власти выстроить "карту опасностей"


, в достаточной мере приближенную к реальности. "Бархатные" революции происходят лишь в тех странах, государственная власть которых потеряла эту способность и в своих действиях ориентируется по слишком недостоверной "карте", а то и вообще "пользуется картой другого района". Политолог и депутат Госдумы Р.Шайхутдинов пишет: "Среди угроз власти, которые способна "различить" и выявить


сегодняшняя власть, есть только материальные угрозы: нарушение территориальной целостности, диверсии и саботажи, угроза военного нападения или пограничных конфликтов, экономические угрозы и т.п Огромное количество "нематериальных угроз", связанных с политическими институтами, с населением и его сознанием и ментальностью, с символическими и коммуникативными формами, с интерпретациями и чужим экспертированием, остаются вне зоны внимания власти, прессы, политтехнологов.


Та власть, к которой мы привыкли, умеет видеть, как у неё пытаются захватить территорию, украсть деньги, но в Украине совершенно незаметно для всех у государства украли репутацию, авторитет и часть граждан, "перевербовав" их в свой народ. А, например, в США сформулировано такое понятие, как "угроза демократии". Или "приверженность идеалам свободы". Одно это позволяет американцам объявлять зоной своих


жизненных интересов любую точку планеты, где, по их понятию, нарушается демократия или откуда исходит угроза свободе". Итак, первое принципиальное качество "бархатных" революций, которое использует мировоззренческую слабость (механицизм мышления) государственной бюрократии - их ненасильственный характер или, по меньшей мере, создание полной иллюзии безопасного ненасильственного развития событий. Он нейтрализует главную силу, которую государство готовит для отражения революции - его силовые структуры.


Ненасильственный характер действий со стороны оппозиции (особенно если их совершает "приличная" публика, как на банкетах либеральной профессуры) притупляет саму способность власти видеть угрозы, служит как "обезболивание" государства на первом этапе революций и мятежей. Государство перестаёт реагировать на сигналы, которые в нормальной ситуации повлекли бы самые решительные действия. Например, если оппозиция получает финансирование от иностранных государств для подготовки


свержения существующей власти, то в случае привычных "силовых" действий оппозиции вроде устройства баррикад еще можно было бы ожидать активных действий по пресечению этих финансовых потоков. А при всех "бархатных" революциях финансирование оппозиции из-за рубежа ведется совершенно открыто, и власть стесняется этому воспрепятствовать. Технология "бархатных" революций использует слабость устройства большинства современных государств,


исповедующих уважение свободы слова и собраний. В этих государствах в массы и особенно в умы работников правоохранительных органов внедрена идея о недопустимости насилия по отношению к тем, кто не совершает насильственной агрессии - даже если формально допускает "мягкие" правонарушения. Эта неполноценность государственности была заложена, как программа-вирус, в механизм власти всех стран переходного типа, в которых правящий слой отказался от продолжения большого проекта, альтернативного


"либерально-демократическому проекту Запада", впав в соблазн быть принятым в глобальную элиту "мирового сообщества". Во всех таких странах была проведена перестройка - отказ от греха "тоталитаризма" в политической сфере и отказ от греха "огосударствления" в сфере экономики. В этот период производятся революции из серии "бархатных". На втором витке этого перехода производится, там где надо, замена "посттолитарной" власти


(например, постсоветской) на властную команду из уже специально выращенного элитарного круга - как это произошло при смене Шеварднадзе на Саакашвили или Кучмы на Ющенко. Этот второй круг замены власти организован по схеме "оранжевых" революций. В них и активизируется та программа-вирус, которая была заложена на первом круге. Неумение противостоять невооруженной толпе парализует государственных служащих.


Совершенно второстепенные вопросы о форме обращения с оппозицией для них становятся более важными, чем выполнение главных задач государства. Толпа блокирует здание правительства, а само правительство убеждено, что никаких насильственных действий предпринимать против толпы нельзя, потому что это недемократично. Происходит добровольный отказ государства не просто от права на легитимное насилие, но даже от обязанности применить насилие ради сохранения элементарного порядка и безопасности.


Дело доходит до полной утраты рациональности в заявлениях политиков. Глава правительства РФ М.Фрадков 24 марта, во время событий в Бишкеке (Киргизия) заявил, находясь в столице Казахстана Астане: "Россия выступает против силового варианта разрешения конфликта Конфликт необходимо решать, оставаясь в правовом поле, соблюдая


Конституцию и действующее законодательство". Конечно, политиков нельзя понимать буквально, но все же Как может власть, "оставаясь в правовом поле", не применить силу, когда толпа громит здание правительства и магазины? Это же абсурд! Разве "Конституция и действующее законодательство" не обязывают воспрепятствовать свержению президента и правительства насильственными методами? Разве имеет право полиция безучастно наблюдать за погромами


и грабежом? Фрадков сказал вещь несусветную с точки зрения государственного права. А ведь он сказал это в непосредственной близости от места событий, причем от имени России! Чего же нам, выходит, надо ждать от российской власти, если и в Москве Сорос устроит подобную демократию? Ненасильственный характер действий противника не только обессиливает государственный аппарат, но и раскалывает общество.


Если власть отвечает насилием, то слишком большая часть общества начинает сочувствовать противнику, и этот опасный для государства процесс приходится тормозить, неся большие издержки. 3. "Бархатные" революции как спектакль Двадцатый век был переломным в деле манипуляции общественным сознанием. Возникли новые технологические средства, позволяющие охватить интенсивной пропагандой миллионы людей одновременно. Возникли и организации, способные ставить невероятные ранее по масштабам политические


спектакли - и в виде массовых действ и зрелищ, и в виде кровавых провокаций. Появились странные виды искусства, сильно действующие на психику (например, перформанс, превращение куска обыденной реальности в спектакль). Речь идет о важном сдвиге в культуре, о сознательном стирании грани между жизнью и спектаклем, о придании самой жизни черт карнавала, условности и зыбкости. Это происходило, как показал М. Бахтин, при ломке традиционного общества в средневековой


Европе. Сегодня эти культурологические открытия делают политической технологией. Использование технологий политического спектакля стало общим приемом перехвата власти. В каждом случае проводится предварительное исследование культуры того общества, в котором организуется свержение власти. На основании этого подбираются "художественные средства", пишется сценарий и готовится режиссура спектакля. Если перехват власти проводится в момент выборов, эффективным приемом


является создание обстановки максимально "грязных" выборов - с тем, чтобы возникло общее ощущение их фальсификации. При этом возникает обширная зона неопределенности, что дает повод для большого спектакля "на площади". Последнее время дало нам два классических примера - "революцию роз" и "оранжевую революцию". Разработка и применение этих технологий стали предметом профессиональной деятельности больших междисциплинарных групп специалистов, которые выполняют заказы государственных


служб и политических партий. Эти разработки ведутся на высоком творческом уровне, сопровождаются оригинальными находками и в настоящее время стали важным проявлением высокого научно-технического потенциала Запада. В самые последние годы для постановки кровавых спектаклей привлекаются (неважно, прямо или косвенно) организации террористов. А.Чадаев так пишет об "оранжевой революции" на Украине: "Виктор Ющенко не вёл себя как настоящий революционер.


Скорее, он был похож на средневекового карнавального "майского короля", сидящего в бумажной короне на пивной бочке посреди главной площади, и горланящего свои "указы" на потеху весёлым согражданам. Но именно эта "несерьёзность" - или, точнее, полусерьёзность происходящего - и стала специфическим оружием "оранжевой революции" (как до этого и "революции роз", и всех прочих), у власти не нашлось средств для отпора этому оружию.


Какой момент является ключевым для революции? Тот, когда правила, навязанные и отстаиваемые властью (легальная процедура, её силовое обеспечение, система норм и ограничений), подменяются логикой игры. Тогда реальность карнавала торжествует над обыденностью, и происходит переворот - короли меняются местами: "майский" оказывается реальным правителем, а "настоящий" самодержец - шутом с базарной площади. Приняв навязанные ему правила игры, он в логике симметричных действий пытается делать то же


самое, что делал только что его оппонент (сторонники Януковича тоже надевали ленточки, ставили палатки и мобилизовали актив) - и этот последний акт фиксирует его окончательное поражение. Занавес". В обществе спектакля особым видом театрализованного ритуала являются выборы. Выборы - это спектакли и соревнования за власть. Выборы обеспечивают политическим действиям толпы помпезность, страх, драму и кульминацию.


Выборы как политический спектакль представляют для нас особый интерес потому, что в этот переходный момент смены властной верхушки происходит временное ослабление государства, что и используется, как правило, для проведения постмодернистских революций (это наблюдалось в Сербии, Грузии, на Украине и в Киргизии). Моральное или прямое насилие и "политический луддизм" стали важной технологией таких выборов. Эта проблема изучена на материале бывших колониальных стран,


но она актуальна и для постсоветских государств. Московский культуролог В.Осипов очарован режиссурой "оранжевой революции" на Украине: "Оранжевая революция" осуществлялась мотивированным и хорошо тренированным активом, в подготовку которого были инвестированы немалые средства. Кроме того, она имела постоянное музыкальное сопровождение.


Практически все популярные украинские рок-команды непрерывно выступали на Майдане, задавая всему происходящему возбуждающую, восторженную атмосферу, поддерживая дух праздника Меня поразило, что организаторам удалось несколько недель сохранять в людях состояние энтузиазма и восторга. С активом палаточного городка всё было проще - они жили на Майдане постоянно, получали деньги; но держать в заведённом состоянии толпы киевлян и приезжих, ежедневно


приходивших на площадь - сложная и важная гуманитарно-технологическая задача. "Оранжевые" решили её на "хорошо". Им удалось мобилизовать массовое народное движение. В том числе - у тысяч людей, ставших инструментом производства этой иллюзии". Важным результатом этих революций-спектаклей становится не только изменение власти (а затем также и других важных в цивилизационном отношении институтов общества), но и порождение, пусть на короткий срок,


нового народа. Возникает масса людей, в сознании которых как будто стерты исторически сложившиеся ценности культуры их общества, и в них закладывается, как дискета в компьютер, пластинка с иными ценностями, записанными где-то вне данной культуры. Создание "нового народа" (или даже новой нации) в ходе подобных революций - один из ключевых постулатов их доктрины. Так при разрушении государственности всего СССР в массовое сознание было запущено понятие-символ "


новые русские". Не будем здесь углубляться в этот вопрос, но отметим лишь, что антисоветские революции в СССР и в Европе, сходная по типу операция против Югославии в огромной степени и с большой эффективностью опирались на искусственное разжигание агрессивной этничности. Технологии, испытанные в этой большой программе, в настоящее время столь же эффективно применяются против постсоветских государств и всяких попыток постсоветской интеграции.


Видимо, в недалеком будущем с крупномасштабным применением этого оружия придется столкнуться и Российской Федерации. 4. "Цветные" революции на постсоветском пространстве. 4.1 Грузия-2003: "Революция роз". Технология "бархатных революций" была использована США в 2003 г. в Грузии. "Революция роз" - организованный и манипулируемый извне протест населения Грузии, имевший поводом подтасовку результатов парламентских выборов.


Эта "революция" заставила президента Грузии Эдуарда Шеварднадзе уйти в отставку 23 ноября 2003 г. Считается, что причина радикального вмешательства США в грузинские дела состояла в том, что, несмотря на очевидно антироссийскую направленность политики Шеварднадзе, Грузия стала довольно быстро восстанавливать экономические связи с


Россией. К этому ее толкала объективная необходимость, и режим Шеварднадзе оказался неспособен этому помешать. Всего за полтора года силы правой и деидеологизированной оппозиции в Грузии создали единую массовую организацию "Национальное движение", численность которой достигла примерно 20 000 членов. Михаил Саакашвили (тогда лидер этой организации) и


Зураб Жвания (спикер парламента) договорились с руководством сербской "бархатной революции" об организации тренингов по политическим технологиям для 1500 членов своего движения. В апреле 2003 года была создана молодежная группа которая осваивала и адаптировала к грузинским условиям подходы и приемы, испытанные в кампании сербского "Отпора". За три недели в ноябре 2003 г. ненасильственная "революция роз" в


Грузии одержала победу. Это представлялось так: молодые люди, взявшись за руки, устанавливали блокаду государственных учреждений, врывались в здание парламента и требовали перемен, а за ними благожелательно наблюдал Запад ("весь мир"). Грузинская "революция роз", когда тысячи людей держали в руках не автоматы и арматурные прутья, а букеты роз, внесла кое-что новое в технологию "бархатных революций". 4.2 Технологическая схема "оранжевой" революции.


Из опыта Украины можно вывести такую абстрактную схему. Детали и наполнение ее могут меняться, но "скелет", видимо, применим в разных конкретных ситуациях. Прежде всего, можно составить перечень необходимых элементов технологии. Они могут не быть достаточными и дополняются до действующей системы конкретными специфическими условиями или искусственно создаваемыми факторами, но иметь как можно более полный перечень необходимых элементов


обязательно. Если речь идет о перехвате власти, то есть о замене действующей власти или блокировании ее кандидата на выборах, то необходимым элементом подготовки является подбор подходящей кандидатуры нового правителя. Понятно, что создать образ (имидж) личности гораздо легче и дешевле, чем создать образ политической партии - поэтому Запад во всех подконтрольных ему зонах мира категорически требует перехода от парламентских форм государственности к президентским.


Даже при сверхцентрализованной номенклатурной системе советского государства Горбачев не смог бы привести его к катастрофе, если бы предварительно не добился учреждения поста президента. Технологии манипуляции сознанием очень эффективны, они могут за несколько месяцев создать очаровательный образ будущего президента почти из ничего. Но они не могут создать этот образ из реальных черт совершенно незнакомого людям человека. Отсюда первое требование к "материалу" - отбор ведется из списка


достаточно известных людей. Второй элемент технологии - создание территориального анклава, где местные власти и влиятельные слои населения обеспечивают "оранжевому" кандидату (или вообще революционерам, если перехват власти происходит не в момент выборов главы государства, как это и было в Грузии и Киргизии). "Внутри страны формируется территория, где оппозиционный кандидат получает безусловную поддержку; она становится плацдармом для объявления и расширения власти оппозицией.


В Украине такими территориями стали Западные области и Киев, в Грузии - прежде всего Тбилиси. Здесь власть избранного президента заранее не признаётся. Третья задача - внедрение в массовое сознание и закрепление там нескольких простых стереотипов, отвечающих формуле незыблемой истины: "враги против наших". Это общее правило всех революций. Вот известные примеры таких стереотипов, "патриоты против аристократов"


(Франция, 1793); "правоверные против американских дьяволов" (Иран, 1979); "демократия против тоталитаризма" (СССР, 1991); "народ против преступной власти" (Украина, 2004). В этой работе технологи опираются на хорошо изученную закономерность манипуляции сознанием: многократное повторение какой-то формулы загоняет ее в подсознание.


Оттуда она воздействует на поведение человека независимо от того, в какую сторону его толкает сознание. Твое сознание формулу отвергает, а подсознание блокирует разум. После того как образ коллективного врага народа создан, в течение некоторого времени производится "первичный нагрев ситуации". Подбирается "доказательная база", которая благодаря СМИ возбуждает эмоции (массы расстрелянных в Тимишоаре, организованный русскими "голодомор"


на Украине, убитый и обезглавленный по приказу Кучмы журналист Гонгадзе, зверски убитые советской военщиной трое юношей в туннеле напротив Посольства США в Москве). На этом этапе решается важная задача - установление интерпретационной диктатуры. Должен быть слышен только голос "народного гнева", голос обвинителя. Любой диалог или попытка воззвать к рассудительности пресекается "ненасильственными действиями


снизу", например, бойкотом. укрепления "власти слов" людей приучают к новоязу, на котором могут быть сформулированы только те мысли, которые соответствуют заданной формуле "истины". И вот уже слова "провластный кандидат Янукович" и "народный кандидат Ющенко", при всей их нелепости, включаются в язык нейтральных комментаторов - и даже сторонников Януковича. Схватка за интерпретационную власть - важный этап "оранжевой" революции, и она


регулярно проигрывается постсоветской властью, как проигрывалась советской. Если интерпретационная диктатура установлена, то "оранжевые" получают возможность вообще выйти из диалога с оппонентом. Его уже можно опорочить настолько, что дальше он автоматически рассматривается как враг народа, как препятствие, подлежащее устранению. "Каждый голос за Ющенко - это еще одно "нет" бандитам" (телереклама


Ющенко). "Янукович - выбор обманутых рабов" (лозунг на митинге возле украинского посольства в Москве). В отношении врага снимаются культурные нормы. Очень скоро он почти перестает быть человеком. Враг становится объектом биологически чуждого вида - американским дьяволом, аристократом, донецким бандитом - и его можно только "Геть!" (так в 1992 г. в "Московском комсомольце" писали, что участники митинга антиельцинской


оппозиции - и не люди, и не звери, а что-то вроде инопланетян). Тем самым снимаются всякие - и моральные, и инстинктивные - ограничения на методы борьбы. Шельмование противника становится безответным, третейского судьи в виде общественного мнения уже нет, объяснений никто не слушает154. В случае, если враг - это действующая власть, невозможной становится и любая форма самоотождествления с властью, что является психологической основой внутренней легитимности


любого политического режима. Следующий этап - создание и энергичное внедрение внешнего признака "наших" (розы и флаг с крестами - в Грузии, "оранжевое" - на Украине, броские художественные символы). Если процесс идет по нарастающей, то ускоряется самоотождествление обывателей с "нашими". "Нашими" становится быть модно и престижно. Красные гвоздики и оранжевые ленточки вешают на себя люди всех слоев общества - и бомжи, и миллионеры


(в феврале 1917 г. красный бант нацепил себе на грудь великий князь, брат отрекшегося императора). Более того, обывателю навязывается страх оказаться "не нашим" (для этого выработан большой перечень средств психологического террора - см. руководство Дж. Шарпа). Количество "наших" растет, как снежный ком. Кучка людей, недавно бывшая маргинальной оппозиционной сектой, стремительно обрастает массой последователей


и сторонников. Для сплочения "наших" в сознание внедряется образ "неминуемой победы". Он может быть вообще не мотивирован (сайт Ющенко был украшен бегущей строкой: "до победы Ющенко осталось 40 30 5 дней"). Нагнетается ожидание освобождения, неминуемого и радостного перерождения всего общества "сразу же после победы". Все это вместе переводит толпу в режим управляемого коллективного возбуждения. Заявления лидеров становятся гипертрофированными, почти безумными, но это


лишь прибавляет энтузиазма их сторонникам. Юлия Тимошенко провозглашала: "Оранжевая революция станет эпидемией свободы по всему миру!" - и это радовало толпу, большую долю которой составляли люди с высшим образованием. Важное условие для достижения этой пороговой точки - заблаговременное создание общего, как будто естественного убеждения, что власть не имеет права пресечь этот "праздник угнетенных" насильственным восстановлением порядка.


И в массовое сознание, и в сознание работников правоохранительных органов постоянно внедряется мысль, что "против народа" нельзя применять насилие и что "народ победить нельзя". Таким образом, "народу" предоставляют возможность эскалации давления на власть вплоть до захвата зданий, представляющих собой символические объекты государства и власти - резиденции главы государства, парламента и т.д. Какова повторяющаяся динамика действий "оранжевых" революционеров?


Начинается все с "мирного протеста" против нарушений закона о выборах, фальсификаций при подсчете голосов, использования "административного ресурса" и т.д. Собираются митинги - на вполне законных основаниях. Однако по ходу митингов возбужденную и сплоченную толпу призывают к нарушению "во имя свободы" второстепенных положений закона - к объявлению митинга бессорочным, началу голодовки, устройству палаточного


лагеря и т.д. Здесь - разрыв непрерывности, момент выбора для властей. Следуя закону, они должны вытеснить митингующих с площади и разогнать митинг, вне зависимости от его лозунгов. Если власть этого не делает, то теряет основания для применения силы при последующей, шаг за шагом, эскалации беззакония. Толпа сразу разрастается и создает новые и новые "рубежи обороны", прорыв которых становится все труднее и труднее - устанавливаются палатки, подтягиваются полевые кухни,


налаживаются передвижные киноустановки и т.д. "Оранжевая" толпа закрепляется на каждом уровне "гражданского неповиновения": в палаточном городке царит порядок, пикеты ведут себя корректно. Напасть полиции на мирный палаточный городок, волочить в грузовики студенток, которые протягивают солдатам цветы? Под объективами видеокамер парижского телевидения?


Следующим шагом становится создание невыносимых условий для работы государственных органов. Это изображается как борьба за демократию (точнее, как выразилась Юлия Тимошенко, "за нашу демократию"). Дело доходит до предъявления ультиматума президенту Кучме. Создаются "специальные" условия для работы Верховного суда, что принять решение, не удовлетворяющее "оранжевых", становится невозможно


- речь идет уже не о судебном, а о чисто политическом решении. На фоне этого поэтапного развития событий так же поэтапно разыгрывается спектакль с "непризнанием итогов голосования". Это - новая выборная технология, при которой внутренний вопрос народного волеизъявления превращается в вопрос внешнего признания результатов выборов, во "всемирное" голосование за то, кому быть президентом Украины, Сербии, Грузии.


Мировой "центр силы", на который ориентированы и революционеры, и власть, заранее объявляет о том, какой результат будет признан законным. Как пишет Р.Шайхутдинов, достигается это так: "Действующая власть объявляется участником выборов (а не их организатором) через одного из кандидатов ("административный ресурс"). Предполагается, что этот ресурс она просто не может не использовать


Отсюда проистекают многочисленные следствия, самое важное из которых то, что выборы и вообще действия властей всегда трактуются как неправовые, и таким образом не доказанный факт нарушений превращается в очевидный. Не случайно все требования к властям концентрируются вокруг того, чтобы они либо "вернулись в правовое поле", либо не выходили бы из него. При этом действия оппозиции могут быть какими угодно!"


Таким образом, итоги выборов и институты, их удостоверяющие, перестали считаться чем-то уважаемым. Итоги становятся предметом закулисного политического торга или результатом противодействия двух групп "агентов влияния". Таким образом, граждан практически лишают права выбора, но этот факт пока еще скрывают декорациями демократических процедур. Если же возникает непредвиденное противодействие (например, со стороны крупных социальных групп, как


это и произошло на Украине), то непризнание итогов голосования представляют как борьбу с "государственным переворотом", осуществленным "бандой Кучмы-Януковича, Милошевича, Шеварднадзе Все перечисленные этапы являются необходимыми структурными элементами технологии "оранжевых" революций, проводимых в момент выборов. Опыт показывает, что дело не обходится и без использования "силовых приемов", иногда и выходящих


из-под контроля вождей революции. Интенсивность применения силы варьирует в широких пределах и, теоретически, может быть сведена почти к нулю. Классическая чистая модель "оранжевой" революции действительно в пределе является ненасильственной. Заключение Понятно, что уязвимыми в отношении "бархатных" и "оранжевых" революций являются государства с ущербным суверенитетом. Это те режимы, которые по разным причинам вынуждены сверять свои действия с тем, "что скажут в


Вашингтоне". Напротив, реально независимые государства нечувствительны к таким технологиям. Скажем, "оранжевая революция" невозможна в США, поскольку там полиция разгоняет незаконные митинги и шествия вне зависимости и от поведения их участников, и от реакции "мировой общественности". Если государство способно противостоять "ненасилию" (как в


Белоруссии), то спектакль попросту закрывается. К демонстрантам применяют более или менее вежливое насилие за факт выхода за пределы очерченного им пространства и за превышение отведенного им времени. Главный вывод для РФ из "оранжевых революций" в Сербии, Грузии и на Украине состоит в следующем: преодолеть операцию Запада по смене типа государственности России, по превращению ее в полностью контролируемого вассала


с внешней легитимацией его власти и "новым народом". Список используемой литературы: 1. И.А. Василенко Геополитика современного мира. Москва 2006. 2. Р.Шайхутдинов. Со-общение, 2005, № 2 3. Дж. Шарп. От диктатуры к демократии. 1993 www.psyfactor.org/lib/sharp.htm 4.  Кто готовит разноцветные "революции" (по материалам


статьи Джонатана Мовата) - http://left.ru/2005/8/movat125.phtml 5. Кара-Мурза С. | Александров А. | Мурашкин М. | Телегин С. Психологическая война http://www.bookap.by.ru/psywar/orangrev/ oglav.shtm



Не сдавайте скачаную работу преподавателю!
Данный реферат Вы можете использовать для подготовки курсовых проектов.

Поделись с друзьями, за репост + 100 мильонов к студенческой карме :

Пишем реферат самостоятельно:
! Как писать рефераты
Практические рекомендации по написанию студенческих рефератов.
! План реферата Краткий список разделов, отражающий структура и порядок работы над будующим рефератом.
! Введение реферата Вводная часть работы, в которой отражается цель и обозначается список задач.
! Заключение реферата В заключении подводятся итоги, описывается была ли достигнута поставленная цель, каковы результаты.
! Оформление рефератов Методические рекомендации по грамотному оформлению работы по ГОСТ.

Читайте также:
Виды рефератов Какими бывают рефераты по своему назначению и структуре.