Реферат по предмету "Государство и право"

Узнать цену реферата по вашей теме


Уголовная ответственность за хулиганство

Содержание
Введение
Глава 1.Понятие и история состава преступления «хулиганство»
1.1История развития института уголовной ответственности за хулиганство
1.2Современное понятие хулиганства
Глава 2.Уголовно-правовая характеристика хулиганства
2.1 Объектпреступления
2.2Объективная сторона
2.3Субъективные признаки состава
Глава 3.Квалифицированные составы хулиганства
3.1 Группалиц и организованная группа как квалифицирующие признаки хулиганства
3.2Сопротивление лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядкаили пресекающему нарушение общественного порядка
Заключение
Списокиспользованной литературы

Введение
Формированиеи укрепление дееспособного гражданского общества в современной России – одна изважнейших общенациональных задач[1].Однако само существование такого общества невозможно без укрепленияобщественного порядка, объективной защищенности и субъективного состоянияспокойствия граждан[2].Обязанность обеспечения общественного порядка и спокойствия граждан относится кчислу основных обязанностей публичной власти. Одна из форм исполнения этойобязанности государством – установление наиболее строгого — уголовно-правового- запрета на нарушение общественного спокойствия и порядка.
Болеетого, как статистическая закономерность, установлено, что ослабление борьбы схулиганством ведет к росту тяжких насильственных преступлений. С определенныминтервалом по времени (от года до полутора), после значительного ограниченияоснований для привлечения к уголовной ответственности за хулиганство, числозарегистрированных преступлений на улицах, площадях, в парках и скверах посравнению с предыдущим годом возросло: в 2004 г. на 11,1%, в 2005 г. — на47,4%, за первые четыре месяца 2006 года по сравнению с тем же периодомпредшествующего — на 66,7%. За указанные периоды времени, соответственно,возросла регистрация в общественных местах грабежей — на 29,4; 48,3; 51,5%;разбойных нападений — на 23,2; 31,4; 34,5%. Существенный прирост коснулся исамого хулиганства в его нынешнем значительно «урезанном» виде — в 2005 г. на47,9%[3].Таким образом, законодательные изменения 2003 года в составе хулиганства неповысили эффективность борьбы с ним, а, напротив, стали причиной егообъективного роста.
Значительноечисло вопросов по квалификации хулиганства накопилось и у правоприменителя.Неслучайно появилось соответствующее постановление Пленума Верховного Суда РФ[4] (которое, как признают ведущиеспециалисты в области уголовного права, «своей цели не достигло»[5]), а сами судья Верховного Суда РФназвали положение с хулиганством «кризисом правового регулирования»[6].
Вдоктрине уголовного права также не утихают споры относительносоциально-правовой природы данного преступления, причем все чаще раздаютсяголоса о необоснованности и (или) ненужности самого существования уголовнойответственности за хулиганство[7].«Многострадальная история нормы об уголовной ответственности за хулиганство внашей стране прошла путь от расхожего клише о «резиновом» характерестатьи за это преступление в УК РСФСР до резкого ограничения оснований вмененияст. 213 УК РФ в декабре 2003 г.»[8].Как бы то ни было, новая редакция ч. 1 ст. 213 УК РФ[9] заставляет вновь задуматься осоциально-правовой природе хулиганства и пределах уголовной ответственности занего.
Крометого, на протяжении многих лет в теории уголовного права наиболее сложнымвопросом, возникавшим при применении уголовно-правовой нормы о хулиганстве,являлся «вопрос о разграничении хулиганства и смежных преступлений противличности. Острота этого вопроса еще более возросла после известных изменений,внесенных в ст. 213 УК РФ Федеральными законами от 8 декабря 2003 г. и 24 июля2007 г., и включения хулиганских побуждений, а также мотивов политической,идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды имотивов ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы в числоквалифицирующих признаков деяний, предусмотренных ст. ст. 115 и 116 УК РФ»[10]. Касательно последнего –«экстремистского» — хулиганства, закрепленного в УК РФ в 2007 году[11], в литературе также нет единствамнений[12].
Названныеобстоятельства предопределили актуальность выбранной темы и интерес к ней.
Цельдипломной работы – проанализировать и обобщить юридические ситуации, связанныес проявлением лицом неуважения к обществу, нарушением общественного порядка испокойствия граждан, определить общие подходы к их криминализации.
Взадачи работы входит:
— рассмотреть историю развития и современное состояние института уголовнойответственности за хулиганство;
— проанализировать состав хулиганства, определить характер и степень общественнойопасности этого деяния и лица, его совершившего;
— охарактеризовать квалифицирующие признаки хулиганства, рассмотреть проблемы ихсоотношения с иными преступлениями, совершенными из хулиганских побуждений.
Вкачестве объекта исследования были взяты общественные отношения, складывающиесяв сфере уголовно-правовой борьбы с проявлениями явного неуважения кобщественному порядку, нарушающие общественное спокойствие и безопасность.Предмет исследования составили вопросы повышения эффективностиуголовно-правовых средств противодействия хулиганству.
Методологическойосновой исследования стал диалектический метод познания социальных явлений ипроцессов, позволяющей рассматривать их в постоянном развитии, теснойвзаимосвязи и взаимозависимости. В качестве теоретической основы изучалисьнаучные работы в области философии, социологии, уголовного права, криминологии,психологии и других наук общественного профиля.
Структурноисследование состоит из трех глав, включающих в общей сложности семьпараграфов.

Глава1. Понятие и история состава преступления «хулиганство»
1.1  История развития уголовнойответственности за хулиганство
ДляРоссии явление, называемое ныне хулиганство, было присуще с незапамятныхвремен. «Хулиганство есть новое слово, но не новое общественное явление, оносуществовало всегда под именем озорства, самодурства, уличного безобразия ит.п.»[13].Наименование этой характерной нашему обществу и поныне разновидности антисоциальногоповедения пришло в нашу страну сравнительно недавно — в конце XIX в. В своемисследовании, посвященном изучению хулиганства, Я. Бугайский утверждал, что этослово ввел в русскую литературу некий Дионео (популярный лондонскийкорреспондент московских либеральных газет) в одной из своих статей,напечатанных в «Русском богатстве»[14].В то же время П. Люблинский появление данного термина связывал с именемПетербургского градоначальника Фон-Валя, предпринявшего в 1892 г. меры протившаек насильников, которых он в своем приказе назвал хулиганами. Полициявнедрила слово в массы[15].Однако широкое распространение и признание хулиганства произошло несколькопозже — в начале XIX в., в связи с резким ростом числа хулиганских действий.
Историязаконодательного регулирования охраны публичного спокойствия в дореволюционнойРоссии.
Прослеживаяв глубинах истории Российского государства начала правового регулированияпроступков, затрагивающих устои общественного спокойствия, можно увидеть егоростки уже со времен Русской Правды. Еще в середине прошлого века Н. Ланге всвоей работе, посвященной изучению этого памятника отечественного права,отмечал зависимость размера ответственности от мотивов, по которым совершалисьпобои, влекшие за собой причинение вреда здоровью. В том случае, еслизлонамеренное деяние совершалось без всякого основания, повода, не было ничемспровоцировано, то есть с точки зрения наших дней — из хулиганских побуждений,то наказание существенно усиливалось[16].«Различие платы за побои, раны и увечья зависело от того, нанесены ли они враздражении, в сваде, то есть в ссоре или драке, или же без всякой свады, тоесть без раздражения»[17].Здесь в то же время справедливо было бы заметить, что в Русской Правде вопросы,посвященные ответственности за нарушение общественного спокойствия, затронутылишь косвенно, однако даже такое регулирование интересующей нас проблемы вправовом акте, уходящем в самую глубь веков, в период становления российскогоправа, не может не вызвать самого пристального интереса.
Следующимзаконодательным актом, где значительное внимание уделялось охране публичногоблагочиния, стало Соборное уложение 1649 г., составленное и вступившее вдействие при правлении Александра Михайловича Романова. В первой главе Уложения«О богохульниках и церковных мятежниках» наряду с преступлениямипротив церкви предусматривалась весьма строгая ответственность за непристойное,нарушающее спокойствие и порядок во время церковной службы поведение. «Абудет кто, во время святыя литургии и иное церковное пение, войдя в церковьбожью, начнет говорить непристойные вещи… и тем в церкви божественному пениюучинит мятеж… и тому бесчиннику за ту его вину учинить торговую казнь»[18].
Следуетучитывать, что основным объектом охраны рассматриваемой нормы являлись в первуюочередь все же отношения, связанные с порядком проведения церковных служб.Однако здесь просматривается стремление со стороны государства оградитьобщественное благочиние при наиболее важных по тем временам событиях отразличных посягательств и других отрицательных воздействий (мятежные действиямогли выражаться не только в произнесении ругательных слов, но также врукоприкладстве, драках и убийствах).
Особыйинтерес представляет для нас тот факт, что и бесчестие, и ранение, и убийство вУложении предусматривались как отдельные преступления, но те же действия,совершенные при указанных выше обстоятельствах, то есть публично, образовывалиотдельное преступление, за совершение которого предусматривалась более строгаясанкция.
Вдальнейшем по мере развития правовой системы Российского государства всебольшее внимание со стороны государства уделялось правовой охране общественногоспокойствия. В Воинском Артикуле Петра I, датированном 1715 г., в артикуле 141под страхом наказания шпицрутенами запрещались «учинение драк в миру безвызова, хоть никто умерщвлен или поражен не будет»[19].
Основнойакцент сделан здесь на обстановке драки, то есть «в миру», публично,что, без сомнения, в первую очередь затрагивало общественное спокойствие.Сравнив размер наказания за данное преступление и санкции за побои, причиненныепри других условиях, можно сделать вывод о том, что указанное обстоятельствозначительно повышало степень опасности и, соответственно, наказуемости данногопроступка.
Впроцессе дальнейшего совершенствования законодательства Российской империи всебольшее внимание уделялось охране общественного порядка.
ВСводе законов Российской империи 1833 г. в разделе «Законы уголовные»в ст. 425 была предусмотрена уголовная ответственность за обращение в пьянстве,буйстве, беспутстве для должностных и отставных военных и гражданскихчиновников, взятых в таком состоянии в публичном месте[20]. Указанные действия совершались вприсутственном месте и нарушали в первую очередь общественный порядок.
Значениеэтого законодательного акта проявляется в том, что если источники права,рассмотренные выше лишь косвенно, попутно с другими отношениями, охранялипубличный характер, то Свод законов 1833 г. регулировал их напрямую. В немнепосредственно был выделен объект, в который входили общественные отношения,связанные именно с обеспечением общественного порядка, и именно эти отношениянапрямую охранялись ст. 425 Свода.
Впродолжение изучения истории уголовной ответственности за нарушениеобщественного порядка нельзя не обратить внимание на следующий законодательныйакт XIX в., без анализа которого рассматриваемая тема не будет, по нашемуубеждению, полной.
В 1864г. был принят Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями. В ст. ст. 38 и39 Устава довольно четко были сформулированы признаки уголовно-правовогоделикта, объект которого находится в непосредственной связи с кругомобщественных отношений, на который распространяется действие хулиганства в нашидни. В ст. 38 Устава предусматривались меры наказания в виде ареста до семидней или денежного взыскания не свыше 25 рублей «за ссоры, драки, кулачныйбой, или другого рода буйство в публичных местах и вообще за нарушениеобщественной тишины»[21].В случае учинения подобных действий целой толпой либо необходимости прекращениябеспорядков силой имел место квалифицированный состав этого преступления.
Статьей39 Устава устанавливалась ответственность за нарушение порядка в публичныхсобраниях или во время общенародных увеселений, театрализованных и томуподобных представлений. Под нарушением общественной тишины понимались в товремя «шум, крики, ругательства, нанесение оскорблений и другие бесчинствав публичном месте, повлекшие за собой нарушение общественногоспокойствия».
Другиедействия квалифицировались по соответствующим статьям Устава о наказаниях, вкоторых предусматривалась ответственность за преступления против личности,имущества и другие преступления. Так, Н.С. Лейкина приводит пример из судебнойпрактики тех лет, в котором действие парней, раздевших донага девушку ипривязавших ее к дереву, были квалифицированы как преступление против личности[22].
Развитиеобщественных отношений, стремительные изменения в жизни нашего государства нарубеже XIX-XX вв. со всей остротой обнажили потребность в коренном реформированиивсей системы отечественного права того периода. В числе прочих, пройдя сложныйпуть становления, был разработан и принят новый уголовный закон России — Уголовное уложение от 22 марта 1903 г. В Уложении содержался ряд интересныхположений, являвшихся передовыми для законодательства того времени. Помимопрочих аспектов большое внимание уделялось в нем уголовно-правовой охранеотношений в сфере публичного порядка.
Нарядус традиционными нормами, предусматривавшими ответственность за учинениебесчинств во время осуществления церковных обрядов (ст. 75 Уложения), в гл. XII«О нарушении постановлений, ограждающих общественное спокойствие»была включена ст. 263. В ней давалось понятие состава преступления, объективнуюсторону которого образовывали «учинение шума, крика или иного бесчинства впубличном месте либо в общественном собрании, или хотя вне оных, но снарушением общественного спокойствия или порядка»[23]. Квалифицированным признаком данногопреступления признавалось учинение драки, кулачного боя или иного буйства, аравно учинение подобных действий, повлекшее прекращение заседания общественногособрания или участие в бесчинствах толпы, не разошедшейся по требованиювластей. На практике под данную категорию подпадали деяния, выражавшиеся в«сквернословии, доходящем до крайних пределов цинизма, хождении по улицамтолпой с гармониками, криком, шумом и песнями неприличного содержания, стрельбоюи тому подобное; приставании к прохожим… для того, чтобы их оскорбить ивыразить им, вызывающим с ними обращением, пренебрежение и неуважение»[24].
Включениерассматриваемой нормы в уголовное законодательство продолжило тенденцию поусилению правовых мер, направленных на охрану общественного порядка.Непосредственно это выразилось в увеличении санкций за обозначенные вышедеяния. Статьей 38 Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, драка,кулачный бой или иное буйство карались арестом до 7 дней или штрафом не свыше25 рублей. В Уголовном уложении 1903 г. в ст. 262 размер ответственности зааналогичные действия значительно возрос: продолжительность ареста составила ужеодин месяц, а сумма штрафа достигла 200 рублей.
Впоследующие годы по отношению к хулиганству произошел резкий всплеск интереса.Именно с начала ХХ в. приобрел всеобщее распространение термин«хулиганство», имеющий хождение и поныне. В этот период можнонаблюдать существенный рост числа публикаций в прессе и иных источниках,посвященных настоящей теме. Свои работы исследованию этой темы посвятили видныедеятели науки того времени: П.П. Башилов, В.И. Громов, Н.Ф. Лучинский, А.В.Маклецов, А.Н. Трайнин, И.В. Чубинский и другие.
Стользначимый интерес к этому вопросу был обусловлен резким ростом нарушенийобщественного порядка. «Со всех концов России от Архангельска до Ялты, отВладивостока до Петербурга в центры летят сообщения об ужасе нового массовогобезмотивного преступления, которое мешает населению мирно жить, развиваться,дышать. Деревни охвачены ужасом, города в тревоге, а земства и городскиеобщественные управления нервно реагируют на общую беду и дикий размаххулиганства — ищут выхода и вырабатывают меры борьбы с хулиганством»[25].
Вкупес очевидной необходимостью обеспечения самого строгого порядка в условияхнадвигавшейся войны это не могло не вызывать ответной реакции со стороныгосударства. Результатом этого стала разработка законодательной базы по борьбес хулиганством. В связи с этим в 1913 г. на суд публики был представлен проектминистра юстиции об усилении ответственности за некоторые преступные деяния,где значительное внимание было уделено вопросу правовой защиты общественногопорядка. В частности, предлагалось дополнить Уголовное уложение ст. 641, гдеувеличивалась ответственность в случае особой злостности или разнузданностивиновного либо явного несоответствия побуждений виновного с предпринятымипреступными действиями[26].
Крометого, в 1912 г. Министерство внутренних дел в целях изучения ситуации на местахпотребовало от губернаторов и земств сведения о состоянии хулиганства. В том жегоду министерством было проведено специальное совещание губернаторов поразработке мер по борьбе с хулиганством. По сведениям Н.С. Лейкиной, в 1913 г.в ряде губерний на основании Положения об усиленной охране от 16 августа 1881г., были изданы постановления, направленные на борьбу с подобными действиями. Вних под страхом ареста до трех месяцев или штрафа не свыше 500 рублейзапрещались следующие деяния: 1) беспечность и озорство, хоть не нарушившиеобщественной тишины и порядка, но вызвавшие неудовольствие окружающих… 3)назойливое приставание к кому-либо и иное действие, нарушающее свободу действияи передвижения[27].
Начавшаясяв 1914 г. Первая мировая война не позволила продолжить развитие правовой базыборьбы с хулиганством. Однако стоит отметить, что в России за короткий периодвремени отечественными правоведами были в полной мере исследованы основныетеоретические вопросы, связанные с хулиганством. Кроме того, был выработан ичастично приведен в жизнь ряд весьма эффективных мер по преодолению данноговида преступления, что, безусловно, является значительным успехом в историироссийской правовой мысли и правоприменительной практики.
Дляновой власти, пришедшей на смену самодержавию, центральной задачей быланеобходимость удержать в руках штурвал руководства страной. В первую очередьона была заинтересована в утверждении нового порядка, укреплении собственныхпозиций, борьбе со своими противниками. В силу этого главным врагом власти былиполитические соперники, на подавление которых были направлены ее основныеусилия. Это наглядно проявляется в законах того времени, где устанавливаетсякрайне жесткая ответственность за любые политические преступления, но гораздоменьшее внимание уделялось уголовным преступлениям. Не явилось исключением ихулиганство.
Несмотряна то что в Декрете СНК РСФСР от 4 мая 1918 г. «О революционныхтрибуналах» среди прочих преступлений — погромов, взяточничества, шпионажа- к компетенции трибуналов было отнесено и хулиганство[28], рассматривать это как меру,направленную на защиту общественного порядка можно было лишь с большойоговоркой, так как оно рассматривалось не как уголовное, а как политическоепреступление. Подтверждение этому утверждению можно найти в Постановлениикассационного отдела ВЦИК от 6 октября 1918 г. «О подсудностиреволюционных трибуналов», где в п. 7 хулиганство имело явно выраженнуюполитическую окраску и определялось, как действия с целью внести дезорганизациюв распоряжения советской власти или оскорбить нравственное чувство окружающихучинением бесчинства[29].
Помере укрепления советской власти назрела насущная необходимость принятияединого кодифицированного закона, который пришел бы на смену многочисленным иразрозненным правовым актам, являвшим собой в то время систему уголовногозаконодательства. В силу этого в 1922 г. обрел жизнь новый Уголовный кодексРСФСР, который в большей степени соответствовал требованиям и веяниям тоговремени.
Рассматриваемоенами преступление было отнесено законодателем к гл. V УК РСФСР«Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинстваличности». Расположение хулиганства в данной главе вряд ли следуетпризнать верным, так как объект уголовно-правовой охраны этого раздела Кодексалишь частично соответствует содержанию данного преступления. В ст. 176 УК РСФСРхулиганство определялось как «озорные, бесцельные, сопряженные с явнымпроявлением неуважения к отдельным гражданам или обществу в целомдействия»[30].
Такаяформулировка хулиганства не могла не вызывать серьезных вопросов. Во-первых,возникали возражения по поводу указания на бесцельность действий, в то времякак из основ психологии известно, что любой акт поведения осуществляетсявследствие сложной интеллектуально-волевой деятельности и имеет соответствующуюмотивацию и направленность. Не меньшие споры вызывало законодательноерегулирование субъективной стороны хулиганства, где предусматривалосьпроявление неуважения не только по отношению к обществу, но также демонстрацияпренебрежения к отдельным гражданам. Подобное дополнение в понятии хулиганствасущественно искажало его содержание, перемещая акценты с охраны общественныхотношений в сфере общественного порядка на межличностные взаимоотношения.
В силууказанных причин в октябре 1924 г. Постановлением 2-й сессии XI созыва ВЦИК ст.176 УК РСФСР была существенно изменена. Хулиганство, совершенное впервые,рассматривалось как административно-правовой деликт, наказуемый принудительнымиработами или штрафом. Из понятия хулиганства было также исключено указание набесцельность действий, а равно такой признак, как проявление неуважения кличности, что более соответствовало правовой природе рассматриваемогопреступления. Наряду с этим ст. 176 УК 1926 г. дополнилась второй частью.Квалифицирующими обстоятельствами были признаны совершение хулиганских действийповторно, а равно их упорное непрекращение, несмотря на предупреждение органамилиции или иного органа, на который возложена обязанность поддерживатьобщественный порядок[31].
Новаяредакция ст. 176 УК РСФСР 1922 г. в условиях тех лет, когда хулиганскиепроявления были распространенным явлением (по сведениям А.А. Герцензона,прирост дел о хулиганстве в первом полугодии 1926 г. составил 47% по отношениюк показателям за тот же период 1925 г.)[32],была явно ущербна. Обусловливалось это несомненной слабостьюадминистративно-правовых мер в борьбе с этим обладающим существенной степеньюобщественной опасности деянием и наряду с этим незначительным размером санкциив квалифицированном составе хулиганства. На практике это выразилось в резком (с22603 — в 1924 г. до 9532 — в 1925 г.) снижении числа уголовных дел,рассмотренных в судебном порядке, что в условиях роста хулиганства былонесомненной ошибкой[33].Кроме того, появление в уголовном законе административно-правовой нормы,устанавливавшей основания и размер ответственности за административноеправонарушение, очевидно, противоречило его структуре и смыслу как основногоисточника уголовного права.
Учитываяприведенные доводы, в октябре 1926 г. было принято Постановление СНК СССР«О мерах по борьбе с хулиганством», где были сделаны значительныешаги для преодоления слабости правовых мер, направленных на борьбу схулиганством. В нем, в частности, судам было рекомендовано назначать за данноепреступление лишение свободы на срок не ниже трех месяцев, исключая при этомприменение условного освобождения и условно-досрочного освобождения отназначенного наказания. Помимо этого, в п. 6 названного Постановленияпредусматривалась возможность постановки по отношению к особо опаснымхулиганам-рецидивистам вопроса о применении ссылки в отдаленные места или опередаче их в распоряжение ОГПУ.
В 1926г. в связи с новыми процессами в жизни нашего государства увидели свет сначалаобщесоюзные основы уголовного законодательства, а вслед за ними ВерховнымСоветом РСФСР был принят Уголовный кодекс РСФСР 1926 г.
Вновом УК РСФСР ответственность за хулиганство предусматривалась в ст. 74,которая была перенесена во вторую главу — «Преступления против порядкауправления». Простое хулиганство вновь перешло в разряд уголовно-правовыхделиктов и определялось как озорные действия, сопровождавшиеся явнымнеуважением к обществу. За простое хулиганство предусматривалось наказание ввиде трех месяцев лишения свободы. Наряду с этим в ст. 74 УК РСФСР сохраняласьвозможность применения административного взыскания за хулиганство,предусмотренного частью первой этой статьи.
Квалифицированныйсостав хулиганства помимо повторности и упорного непрекращения озорных действийдополнился такими обстоятельствами, как учинение буйства или бесчинства впроцессе его совершения, а равно проявление при совершении хулиганстваисключительного цинизма или дерзости[34].Наказание за указанные действия возросло по сравнению с ч. 2 ст. 176 УК РСФСР1922 г. с трех месяцев лишения свободы до двух лет.
Ксередине тридцатых годов в Советском Союзе произошло окончательное становлениесильного государственного строя. В соответствии с указанными тенденциямиразвивалась правовая система страны. На этом фоне закономерным выгляделоужесточение мер уголовно-правового воздействия за совершение преступлений.Потребность в обеспечении должного порядка в общественных местах усиливается,как отмечалось выше, по мере укрепления государственной власти. «Дляшироких обывательских кругов, — говорил Н.В. Крыленко, — вопрос о том, могут лиони спокойно пройти по улице, не рискуя получить плевок в физиономию, являетсявопросом, на котором они испытывают крепость политической власти того класса,который господствует и который правит»[35].
Указанныеобстоятельства обуславливали усиление мер уголовной ответственности захулиганство. Постановлением ВЦИК СНК СССР от 29 марта 1935 г. «О мерахборьбы с хулиганством» были усилены меры уголовной ответственности заданное преступление. В соответствии с данным Постановлением наказание по ч. 2ст. 74 УК РСФСР было увеличено с двух лет лишения свободы до пяти лет тюрьмы[36]. В том же году 31 мая было принятоПостановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «О ликвидации детской беспризорности ибезнадзорности», где излагались основные направления по преодолениюподростковой преступности, в том числе хулиганства[37].
Обострениемеждународной политической ситуации, начало Второй мировой войны не могли неотразиться на состоянии дел внутри СССР. В таких условиях, в преддверии войнысущественную значимость приобрел фактор, связанный с обеспечением должногообщественного порядка. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 августа1940 г. «Об уголовной ответственности за мелкие кражи на производстве и захулиганство» уголовная ответственность за хулиганские действия напредприятиях, в учреждениях и общественных местах была усилена до одного годатюремного заключения[38].
Начавшаяся22 июня 1941 г. Великая Отечественная война повлекла еще большее усилениеправовых мер охраны важных общественных отношений. Указом Президиума ВерховногоСовета СССР от 22 июня 1941 г. «О военном положении» в местностях,объявленных на военном положении, в компетенцию военных трибуналов былапередана категория дел о злостном хулиганстве[39].Данный шаг значительно упростил процедуру рассмотрения дел, связанных схулиганством, что соответствовало велениям военного времени.
Напротяжении войны вопрос хулиганства стал менее актуален, чему способствовалиусловия полной мобилизации всех сил на победу над врагом, законы военноговремени, снижение числа лиц мужского пола, не привлеченных в ряды армии.
Завершениевоенных действий полной победой Советского Союза над фашистской Германиейознаменовалось помимо всего прочего рядом факторов, способствовавших росту хулиганства.В первую очередь это было связано с возвращением домой солдат и офицеров,психологически настроенных за годы войны на разрушение и при малейшем толчкедававших ему выход. Кроме того, немаловажную роль сыграло резкое увеличениеобъемов производства и продажи спиртных напитков, имевшее место после войны.Данные обстоятельства вкупе с другими страшными последствиями войны обусловилисущественный рост преступности в целом, имевший место в те годы, и хулиганствав частности.
Послеокончания войны законодательство в сфере охраны общественного порядкапродолжало развиваться. В середине пятидесятых годов потребность в отдельномправовом акте, устанавливавшем ответственность за мелкие нарушенияобщественного порядка, была реализована с принятием 19 декабря 1956 г. УказаПрезидиума Верховного Совета РСФСР «Об ответственности за мелкоехулиганство». За совершение хулиганских действий, не представлявшихсущественной опасности, предусматривалась ответственность в виде ареста от 3 до15 суток либо штрафа размером от 10 до 30 рублей[40]. Принятие этого нормативно-правовогоакта позволило устранить противоречие, отмеченное нами в УК РСФСР редакции 1926г., когда в одном кодексе смешивались нормы двух отраслей права. Наряду с этимбыли установлены более четкие рамки, разграничивавшие уголовно-наказуемоехулиганство от мелких правонарушений.
Следующимэтапом в истории развития правовой регламентации хулиганства явилось принятиевслед за Основами уголовного законодательства СССР 1958 г. УК РСФСР 1960 г. Вст. 206 УК РСФСР, которая была расположена в гл. 10 УК РСФСР «Преступленияпротив общественной безопасности, общественного порядка и порядкауправления», хулиганство определялось как умышленные действия, грубонарушающие общественный порядок и выражающие явное неуважение к обществу. Такоезаконодательное определение более точно соответствовало содержательной сторонехулиганства, вернее определяло хулиганский мотив. В сравнении со ст. 74 УКРСФСР 1926 г. ст. 206 УК РСФСР 1960 г. была дополнена частью третьей, гдепредусматривалась уголовная ответственность за повторное совершение мелкогохулиганства.
Всередине шестидесятых годов в стране вновь начинает отмечаться ростправонарушений, связанных с нарушением общественного порядка. Связано это былос тем, что при общем улучшении материального благосостояния населениянедостаточно широко была развита сеть культурно-массовых заведений[41]. Это не могло не повлечь различныхпопыток «разнообразить» досуг, в том числе и посредством совершенияправонарушений. Реакцией на это со стороны государства стало принятиеПрезидиумом Верховного Совета СССР Указа от 26 июня 1966 г. «Об усиленииуголовной ответственности за хулиганство». В соответствии с этим Указомбыла увеличена санкция за совершение простого хулиганства путем заменыобщественного порицания на более строгое — исправительными работами на срок отшести месяцев до одного года. Часть 2 ст. 206 УК РСФСР была дополнена новымпризнаком — совершение преступления лицом, ранее судимым за хулиганство.
Крометого, ст. 206 УК РСФСР дополнилась частью третьей, где предусматриваласьуголовная ответственность за особо злостное хулиганство. Таковым признавалисьхулиганские действия, совершенные с применением или попыткой примененияогнестрельного оружия либо ножей, кастетов или иного холодного оружия илипредметов, специально приспособленных для нанесения телесных повреждений.Указанное дополнение ст. 206 УК РСФСР было продиктовано распространенностьюподобных способов совершения хулиганства, а равно необходимостью более строгогонаказания этого, несомненно, более опасного деяния.
Нарядус уголовно-правовыми мерами эффективным оружием в борьбе с нарушениямиобщественного порядка стали средства административно-правового воздействия.Минимальный срок административного ареста за мелкое хулиганство был поднят с 3до 10 суток, а также введено новое наказание в виде исправительных работ насрок от одного до двух месяцев с удержанием до 20% заработка[42].
В 1977г. Указом Президиума Верховного Совета СССР «О внесении изменений и дополненийв уголовное законодательство СССР» из ст. 206 УК РСФСР был исключенинститут административно-правовой преюдиции, в соответствии с которым повторноев течение года совершение административно наказуемого хулиганстваквалифицировалось по ч. 1 ст. 206 УК РСФСР. Устранение этого признака изсостава уголовно наказуемого хулиганства было полностью оправданно, так каквключение в сферу уголовно-правовых отношений административных проступков, дажесовершенных повторно (что, впрочем, не меняло их сущности) явно несоответствовало принципам уголовного права, чрезмерно расширяло границыуголовно-правовой репрессии.
Дальнейшимшагом по укреплению общественного порядка стало принятие в 1981 г. УказаПрезидиума Верховного Совета СССР «Об усилении ответственности захулиганство». Здесь в более развернутом виде было дано определение мелкогохулиганства, под которым понимались нецензурная брань в общественных местах,оскорбительное приставание к гражданам и другие подобные действия, нарушающиеобщественный порядок и спокойствие граждан[43].Наряду с этим был более точно определен круг предметов, применение которых впроцессе хулиганства влекло ответственность по ч. 3 ст. 206 УК РСФСР. Вместолюбых предметов, специально использовавшихся в качестве оружия, в соответствиис Указом 1981 г. наряду с оружием, ножом, кастетом и другим холодным оружиемособо злостным хулиганством стало признаваться применение в качестве холодногооружия иных предметов.
В тоже время, несмотря на постоянное усиление в отношении хулиганства меррепрессивного характера, в рассматриваемый период наблюдался постоянный ростчисла зарегистрированных хулиганских действий. Как отмечает Л.А. Волошина, еслив 1980 г. имело место 134337 случаев нарушения общественного порядка, то в 1984г. их число составило 152577[44].Причинами, объясняющими столь резкое несоответствие между постояннымужесточением уголовно-правовых мер воздействия и устойчивым ростом хулиганства,являются, по нашему мнению, в первую очередь его социально-бытовые корни.Ужесточая наказания, крайне незначительное внимание уделялось со стороныгосударства ущербным условиям жизни населения, преодолению глубинных факторовнасильственной преступности. Все это привело к тому, что, несмотря на жесткостьтрадиционных репрессивных мер, коренного перелома в деле предупрежденияхулиганства достичь в те годы так и не удалось.
Началоперестройки, объявленное в апреле 1985 г., ознаменовалось объявлением вСоветском Союзе антиалкогольной кампании. Несмотря на некоторые отрицательныемоменты, объявленный курс на борьбу с пьянством положительно сказался наснижении алкоголизма, а равно на многих его вредных последствиях, в том численекоторых видах преступности. Так, в частности, в 1988 г. по отношению кпоказателям 1987 г. отмечалось существенное снижение количествазарегистрированных фактов совершения хулиганства — 15,3%[45]. В целом за период с 1985 по 1990 г.число зарегистрированных фактов хулиганства снизилось с 193865 в 1985 г. до142008 в 1989 г.[46]
Причинамистоль существенного уменьшения числа случаев хулиганства являлась отмеченнаявыше кампания по борьбе с пьянством и алкоголизмом. Снижение происходило засчет наиболее злостного хулиганства, в то время как большинство случаевпростого хулиганства не попадали в учет[47].Не случайно, как справедливо отмечает Н.Г. Кадников, хулиганство является«палочкой-выручалочкой» для недобросовестных сотрудников ОВД,позволяя удержать на нужном уровне процент раскрываемости[48]. В то же время одной из причин,сыгравшей не последнюю роль в снижении числа хулиганства, является, по мнениюП.С. Метельского, более строгий подход со стороны судов к пониманиюхулиганского мотива[49].
В тоже время начиная с первой половины восьмидесятых годов с особенной остротойвстала проблема молодежных неформальных объединений, имевших ярко выраженнуюантисоциальную направленность. Печально известные группы «люберов»,«панков», «металлистов», футбольных фанатов надолгозапомнились обществу массовыми нарушениями общественного порядка.
Поданным В. Гордеева, удельный вес преступлений, из числа совершенных в группе с20,4% в 1985 г. увеличился до 30,5% в 1989 г.[50]
Причинамивозникновения и развития подобных неформальных групп явились социальнаянеустроенность, отсутствие внимания со стороны государства и общества кпроблемам молодежи.

1.2Современное понятие хулиганства
Пообщепринятому мнению, хулиганство является «одним из распространенныхпреступлений, общественная опасность которого заключается в том, что оно,посягая на общественный порядок, нарушает спокойствие граждан, условия ихтруда, быта и отдыха; нарушает жизненно важные права и свободы человека(здоровье, честь, достоинство; законные интересы организаций, учреждений).Нередко хулиганство приводит к совершению других, более тяжких преступленийпротив личности, собственности и т.п.»[51].Вместе с тем, как правильно замечают другие специалисты, «хулиганские действиянередко являются первым опытом преступного поведения»[52]. Однако представляется, что главнаяобщественная опасность хулиганства, быть может, даже не в самом по себенарушении общественного спокойствия граждан, а в том, что за этими, длярусского менталитета вполне безобидными, действиями может быть скрытапровокация или приготовление к более серьезному преступлению.
Периодистории нашей страны начиная с 1991 г. после распада Советского Союзахарактеризуется бурными переменами, к сожалению, не всегда положительногосвойства, практически во всех сферах жизни. На фоне реформ, получив благодатнуюпочву, начала усиленно набирать обороты преступность.
Нарядус этим были ослаблены организационные основы борьбы с хулиганством: практическиполностью было нивелировано участие общественности в борьбе с преступностью,система общественного воздействия на нарушителей порядка, разрушена системанародных дружин. Кроме того, вследствие развала организационных основ, кадровыхвопросов, вызванных плохим социальным обеспечением, имело место снижение уровняработы правоохранительных органов, что также не способствовало эффективнойборьбе с хулиганством. Данные обстоятельства вкупе с иными негативнымифакторами обусловили резкий скачок в динамике хулиганства: с 106583 в 1991 г.до 158351 в 1993 г.[53]
В тоже время, несмотря на значительный рост фактов хулиганства, правовая базаборьбы с этим преступлением не претерпела существенного изменения. Лишь в 1993г. санкция ч. 2 ст. 206 УК РСФСР была дополнена наказанием в видеисправительных работ, сроком до двух лет, что позволило более индивидуальноподходить при назначении наказания за злостное хулиганство.
Указанныеобстоятельства обусловливали необходимость в переработке законодательногоопределения хулиганства и его квалифицирующих признаков, что было учтено приразработке нового УК РФ.
Вновом Уголовном кодексе РФ 1996 г. ст. 213 «Хулиганство»располагается в разд. IX «Преступления против общественной безопасности иобщественного порядка» в гл. 24 «Преступления против общественнойбезопасности». Под «хулиганством» в ч. 1 ст. 213 УК РФ 1996 г.законодатель понимал «грубое нарушение общественного порядка, выражающее явноенеуважение к обществу, сопровождающееся применением насилия к гражданам либоугрозой его применения, а равно уничтожением или повреждением чужогоимущества». Максимальная санкция за совершение действий, указанных в ч. 1 ст.213 УК РФ, составляла лишение свободы сроком до двух лет. Однако, как отмечалпо этому поводу один из судей Верховного Суда РФ, «авторы УК РФ 1996 года вотношении хулиганов продемонстрировали явный либерализм: «особая дерзость» ввиде нанесения побоев, легкого вреда здоровью — наиболее распространенный видхулиганства из категории тяжких преступлений перекочевала в разряд деянийнебольшой тяжести… По мнению законодателя того периода, менее опасного, чем,например, кража в 1998 году трех долларов США (п. «в» ч. 2 ст. 158 УКРФ в первоначальной редакции). Сравните: молодой, дерзкий преступникдемонстративно «в кровь» избил пожилого мужчину, сделавшего емусправедливое замечание, — до 2 лет лишения свободы. Тот же преступник тайнопохитил бутылку импортного пива из киоска — от 2 до 6 лет лишения свободы.Стоит ли после этого авторам УК РФ 1996 года разглагольствовать о приоритетезащиты личности, ее прав на честь и достоинство и неприкосновенность?»[54]. Судебная практика 1997-2003 годовпоказывает, что по ст. 213 УК РФ действия виновных квалифицировались лишь вслучаях нанесения потерпевшим побоев, причинения им легкого вреда здоровью. Востальных случаях хулиганские действия квалифицировались в зависимости отпоследствий содеянного: по п. «д» частей вторых ст. 111 или 112 УК РФ.
Вновой редакции ст. 213 УК РФ 1996 г. уже не содержалось в качествеквалифицирующего признака повторное совершение мелкого хулиганства, былпереработан и такой квалифицирующий признак, как «особо злостноехулиганство», теперь в ч. 3 ст. 213 УК РФ содержалась более емкаядиспозиция: «Хулиганство, совершенное с применением оружия или предметов,используемых в качестве оружия», а санкция по ч. 3 ст. 213 УК РФпредусматривала наказание в виде лишения свободы от четырех до семи лет[55]. В то же время остался такойквалифицирующий признак хулиганства, как совершение его лицом, ранее судимым захулиганство, санкция за которое претерпела изменения, и максимальное наказаниесоставляло пять лет лишения свободы.
Вдальнейшем норма ст. 213 УК РФ претерпела существенные изменения. 8 декабря2003 г. Федеральным законом N 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений вУголовный кодекс Российской Федерации» в Уголовный кодекс были внесенысущественные изменения, которые коснулись и ст. 213 УК РФ. Обязательнымпризнаком объективной стороны рассматриваемого преступления стало совершениеего с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Именноэтот признак позволяет отличить уголовно наказуемое хулиганство отадминистративно наказуемого мелкого хулиганства, под которым согласно ч. 1 ст.20.1 КоАП РФ понимается нарушение общественного порядка, выражающее явноенеуважение к обществу, сопровождающееся нецензурной бранью в общественныхместах, оскорбительным приставанием к гражданам, а равно уничтожением илиповреждением чужого имущества. Понятием «оружия» охватываетсяогнестрельное и холодное оружие, в том числе метательное, оружие какзаводского, так и кустарного производства. «Предметами, используемыми вкачестве оружия», могут признаваться любые предметы (топоры, металлическиепрутья, камни, бутылки и тому подобное), которые были предварительноприготовлены или приспособлены для совершения хулиганства либо подобраны наместе его совершения. «Применение» означает использование оружия илипредметов для фактического причинения вреда здоровью людей либо созданиереальной угрозы такого вреда. Хулиганство признается оконченным преступлением смомента фактического применения оружия или предметов, используемых в качествеоружия.
Такимобразом, вышеуказанным Федеральным законом были убраны такие признаки объективнойстороны, как уничтожение и повреждение чужого имущества, которые содержалисьранее в ст. 213 УК РФ. Наличие уничтожения или повреждения чужого имущества присовершении хулиганских действий, если эти деяния повлекли причинениезначительного ущерба, должны квалифицироваться по совокупности со ст. 167 УКРФ. Также был убран такой квалифицирующий признак, как хулиганство, совершенноелицом, ранее судимым за хулиганство. Квалифицирующие признаки, ранеесодержавшиеся в пп. «а», «б» ч. 2 ст. 213 УК РФ, теперьсоставили ч. 2 ст. 213 УК РФ, а максимальная санкция в ч. 2 ст. 213 УК РФповысилась с пяти лет лишения свободы до семи.
Большинствомспециалистов эта мера рассматривается как мера по либерализации уголовногозаконодательства. Н. Иванцова даже полагает возможным в этой связидекриминализовать хулиганство[56].Напротив, по мнению А. Кибальника и И. Соломоненко, «изменения редакции статейОсобенной части на самом деле ужесточили уголовную репрессию… основной составхулиганства (ч. 1 ст. 213 УК РФ) предусматривает обязательный признаквооруженности лица, нарушающего общественный порядок. Ранее наличие у хулиганаоружия или предметов, используемых в качестве оружия, считалось особо злостнымхулиганством и влекло ответственность по ч. 3 ст. 213 УК РФ, а самокриминальное хулиганство связывалось с применением насилия (угрозой егоприменения) либо уничтожением или повреждением чужого имущества. Сейчас жереальное причинение умышленного легкого вреда здоровью потерпевшего, нанесениеему побоев, факты умышленного уничтожения (повреждения) чужого имуществатребуют дополнительной квалификации ст. 213 УК РФ с соответствующими статьямиОсобенной части со всеми вытекающими юридическими последствиями»[57].
Итак,хулиганство относится к одному из наиболее распространенных преступлений противобщественного порядка.
Определенияхулиганства и санкции за него неоднократно претерпевали изменения.
В 1956г. была введена административная ответственность за мелкое хулиганство, темсамым была решена проблема загруженности колоний, так как 25% преступленийквалифицировалось по статье «Хулиганство».
Поданным ГИЦ МВД РФ, в 2003 г. в Российской Федерации было зарегистрировано135183 случая совершения хулиганства, из них около 57% — совершениепреступления лицами, не достигшими совершеннолетия.
Зачетыре месяца 2004 г. на территории города Москвы зарегистрирован 51 фактхулиганства, что на 52% меньше, чем в соответствующем периоде прошлого года. Изобщего количества совершенных хулиганств семь преступлений совершено на улицахи в общественных местах, что на 71% меньше, чем в аналогичном периоде 2003 г.Основное количество хулиганств зафиксировано в развлекательных заведениях и наулицах, где расположены кафе, бары и рестораны.
Такиезначительные изменения в статистике зарегистрированных преступлений связаны сизменениями в Уголовном кодексе Российской Федерации, которые были введены 8декабря 2003 г. Федеральным законом N 162-ФЗ «О внесении изменений идополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации», в частности,обязательным признаком объективной стороны стало совершение деяния сприменением оружия или предметов, используемых в качестве оружия.

Глава2. Уголовно-правовая характеристика хулиганства
2.1Объект преступления
Проблемаобъекта хулиганства имеет важное уголовно — правовое значение. Выяснениесодержания этого понятия позволяет правильно ответить на ряд другихтеоретических и практических вопросов (конструкция состава хулиганства, объем исодержание объективных и субъективных сторон данного преступления). Какобоснованно указывал профессор С. Мокринский, «описать состав преступлениязначит, прежде всего, определить объект последнего — социальное благо,страдающее или подвергающееся опасности от преступного действия»[58].
Несмотряна то что российское уголовное законодательство более 80 лет предусматриваетответственность за хулиганство, в теории уголовного права нет единого мнения повопросу об объекте данного преступления. Это явилось следствием ряда причин. Вразные периоды развития уголовного законодательства хулиганство относилось кразным видам преступлений. К тому же при совершении хулиганства вредпричиняется многим общественным отношениям. А диспозиция статьи,предусматривающей уголовную ответственность за хулиганство, всегда имеладостаточно сложную юридическую конструкцию.
Втеории уголовного права нет единого подхода к понятию «общественный порядок» и«общественная безопасность». К сожалению, принятие Уголовного кодекса РФ нетолько не внесло ясность в определение объекта хулиганства, но во многомусложнило решение данного вопроса. Сложность состоит в соотношении родового,видового и непосредственного объекта хулиганства. Статья 213 УК РФ,предусматривающая уголовную ответственность за хулиганство, включена в главу 24УК РФ «Преступления против общественной безопасности» раздела IX«Преступления против общественной безопасности и общественногопорядка». Проблема состоит в том, что непосредственный объект преступлениявсегда должен находиться в той же сфере общественных отношений, что и еговидовой объект[59].
Следуетзаметить, что вопрос о классификации объектов преступления сам по себе являетсяспорным и заслуживает отдельного исследования. Так, наряду с классификациейобъектов по вертикали (общий, родовой, видовой и непосредственный), к примеру,есть предложения выделять вместо видового интегрированный объект, занимающийпромежуточное положение между основным и родовым[60].
Широкаядискуссия о родовом объекте хулиганства была развернута в советском уголовномправе в семидесятые годы применительно к ст. 206 УК РСФСР. При этомпредлагалось несколько точек зрения. Одни ученые признавали факт существованиянескольких самостоятельных родовых объектов, предусмотренных главой десятой УКРСФСР[61].В то же время отдельные исследователи считали, что предусмотренные в этой главепреступления имели единый родовой объект, указанный в самом названии главы[62], или же что следует вести речь одвух родовых объектах: а) общественный порядок и общественная безопасность и б)здоровье населения[63].По нашему мнению, в разделе IX УК РФ содержатся два родовых объекта –«общественная безопасность» и «общественный порядок», охватывающие разныеобщественные отношения, так же, как в главе десятой УК РСФСР имелись три группысамостоятельных общественных отношений: «общественный порядок», «общественнаябезопасность», «здоровье населения». Конечно, преступления против общественнойбезопасности и общественного порядка тесно между собой связаны, что и позволилозаконодателю объединить составы этих преступлений в одном разделе УК РФ. В тоже время каждой из этих групп общественных отношений присуща определеннаяспецифика.
Ключевымпонятием в определении объекта хулиганства как было, так и остается понятие«общественного порядка». Без уяснения содержания данного понятия, отграниченияего от понятия «общественная безопасность» невозможно решить вопрос об объектехулиганства.
Внауке административного права принято различать понятие общественного порядка вшироком и в узком смысле. При этом под общественным порядком в широком смыслепринято понимать совокупность всех социальных связей и отношений, складывающихсяпод воздействием всех социальных норм, в отличие от правопорядка, включающеголишь отношения, регулируемые нормами права. Из этого следует, что общественныйпорядок, как более широкая категория, включает в себя и правопорядок. В общейтеории права общественный порядок рассматривается как социальная категория,охватывающая систему (состояние) волевых, идеологических общественныхотношений, предопределяемых экономическим базисом и характеризующихсясоответствием поведения их участников господствующим в обществе социальнымнормам (правовым и неправовым). Сюда входят только социально значимыеобщественные отношения[64].
Общеюридическое определение общественного порядка былопредложено И.Н. Даньшиным: «Общественный порядок — это порядок волевыхобщественных отношений, складывающихся в процессе сознательного и добровольногособлюдения гражданами установленных в нормах права и иных нормах неюридическогохарактера правил поведения в области общения и тем самым обеспечивающихслаженную и устойчивую совместную жизнь людей в условиях развитого общества»[65].
Две основные концепции общественного порядка в узком смыслев шестидесятые годы были представлены М.И. Еропкиным и А.В. Серегиным.
М.И. Еропкин определял общественный порядок как«обусловленную интересами всего… народа..., регулируемую нормами права,морали, правилами… общежития и обычаями систему волевых общественныхотношений, складывающихся главным образом в общественных местах, а такжеобщественных отношений, возникающих и развивающихся вне общественных мест, нопо своему характеру обеспечивающих охрану жизни, здоровья, чести граждан,укрепление народного достояния, общественное спокойствие, создание нормальныхусловий для деятельности предприятий, учреждений и организаций»[66].
А.В. Серегин характеризует общественный порядок как«урегулированную нормами права и иными социальными нормами систему общественныхотношений, установление, развитие и охрана которых обеспечивают поддержаниесостояния общественного и личного спокойствия граждан, уважение их чести,человеческого достоинства и общественной нравственности»[67].
Как видим, одно из основных различий в понятииобщественного порядка у этих исследователей состоит в том, что М.И. Еропкин,определяя круг отношений в данной сфере, выделяет в качестве основного критерияместо их возникновения и развития (общественные места), а А.В. Серегин — содержание отношения. Следует также обратить внимание на тесную связьобщественного порядка и общественной нравственности, подчеркнутую А.В.Серегиным.
Некоторые исследователи считали, что в понятие«общественный порядок» следует включать и общественную безопасность. Так, О.Н.Горбунова пишет: «Общественные отношения, которые создают в государствеобстановку спокойствия и безопасности, составляют систему волевых общественныхотношений, совокупность которых можно назвать общественным порядком в узкомсмысле слова»[68].Аналогичной точки зрения придерживается и И.И. Веремеенко: «Общественныйпорядок как определенная правовая категория представляет собой обусловленнуюпотребностями развития социализма систему общественных отношений, возникающих иразвивающихся в общественных местах в процессе общения людей, правовое и иное социальноерегулирование которых обеспечивает личную и общественную безопасность граждан итем самым обстановку спокойствия, согласованности и ритмичности общественнойжизни»[69].
Наряду с юристами — административистами и некоторыепредставители науки уголовного права в общественный порядок в узком смыслевключают довольно широкий круг общественных отношений. Так, П.Ф. Гришаевсчитает, что под общественным порядком следует понимать порядок, регулирующийотношения между членами общества, согласно которому каждый из них обязансоблюдать правила в обществе, как закрепленные в правовых нормах, так и внормах морали. Соблюдение этих правил поведения всеми гражданами гарантируетобщественную безопасность, то есть безопасные условия повседневной жизни идеятельности членов общества[70].
Однако если до принятия Уголовного кодекса 1996 г.высказывалась точка зрения, согласно которой общественный порядок имеет своейсоставной частью общественную безопасность, то в настоящее время предлагаетсясчитать, что общественная безопасность охватывает общественный порядок. Кпримеру, А.В. Готовцев пишет, что если «общественный порядок — это обеспечениебезопасности людей, то общественная безопасность — это и сохранность имущества,и нормальная работа источников повышенной опасности, представляющих угрозу длячеловека и общества. Отсюда следует вывод, что общественная безопасностьнесколько шире общественного порядка»[71].
Такое утверждение нельзя признать точным, поскольку даже вназвании раздела IX УК РФ термины «общественный порядок» и«общественная безопасность» употребляются как равно родовые, закаждым из которых кроется самостоятельное содержание. Аналогично ониупотребляются и в ч. 1 ст. 2 УК РФ.
Некоторые современные исследователи, характеризуяобщественный порядок как правовую категорию, фактически не делают различиймежду ним и общественной безопасностью, употребляя эти понятия как синонимы[72]. Мы абсолютно не согласны с такимподходом к пониманию общественного порядка, поскольку он противоречит кактеории уголовного права, так и общей теории права. По нашему мнению, подобщественным порядком следует понимать урегулированные нормами права и моралиобщественные отношения в своей совокупности, обеспечивающие общественноеспокойствие, общепринятые нормы поведения, нормальную деятельность предприятий,учреждений и организаций, транспорта, сохранность всех видов собственности, атакже уважение общественной нравственности, чести и достоинства граждан.
Можно согласиться с С.С. Яценко, что если общественныйпорядок воплощается в создании обстановки общественного спокойствия,благоприятных внешних условий жизнедеятельности людей, что обеспечиваетнормальный ритм общественной жизни, то общественная безопасность проявляется всоздании безопасных условий при обращении с источниками повышенной опасности ипроведении работ повышенной опасности[73].По мнению А.Ф. Гранина, существенные различия между понятиями«общественный порядок» и «общественная безопасность» связаныс нормативными средствами урегулирования данных явлений. Общественный порядокдостигается в результате упорядочения общественных отношений с помощью всехформ нормативного регулирования, тогда как общественная безопасность — только сиспользованием правовых и технических норм[74].Поэтому деяние, посягающее одновременно на общественный порядок и общественнуюбезопасность, представляет собой совокупность преступлений. Так, хулиганство,совершенное с применением огнестрельного оружия, образует совокупностьхулиганства и ношения огнестрельного оружия и квалифицируется по ч. 3 ст. 213 ич. 1 ст. 222 УК РФ.
Рассмотрев различия категорий «общественныйпорядок» и «общественная безопасность», мы приходим к выводу,что родовым, видовым и основным непосредственным объектом хулиганства являетсяобщественный порядок. Указание законодателя в названии главы 24 УК РФ лишь наобщественную безопасность следует считать юридической неточностью. Как былоподчеркнуто, общественный порядок и общественная безопасность являютсясамостоятельными категориями, охватывающими обособленные группы общественныхотношений. Кроме того, глава 24 УК РФ включена в раздел IX, где указан наряду сродовым объектом «общественная безопасность» родовой объект«общественный порядок», а в ст. 213 УК РФ, устанавливающей уголовнуюответственность за хулиганство, имеется прямое указание на основнойнепосредственный объект данного преступления — общественный порядок. Избуквального анализа статей УК РФ следует, что видовой объект, указанный вназвании главы 24, — «общественная безопасность» — не находится вплоскости родового объекта хулиганства.
Что касается утверждения А.В. Готовцева, то, по нашемумнению, расширительным толкованием понятия «общественнаябезопасность» он пытается решить данную проблему. Однако это лишь приводитк смешению понятий и путанице в юридических терминах. К тому же и сам он пишет:«Сущность общественного порядка во всех случаях обеспечение безопасности людей,в одном — от незаконных посягательств других людей, в другом — от негативныхпроявлений источников повышенной опасности»[75].
Большинству стран, ранее входивших в СССР, при реформесвоего уголовного законодательства удалось избежать указанной двусмысленности.Так, глава 9 УК Республики Казахстан, куда включена ст. 257, предусматривающаяуголовную ответственность за хулиганство, содержит указание на два видовыхобъекта — общественный порядок и общественную безопасность. Аналогичен подход кродовому и видовому объекту хулиганства в УК Туркменистана (гл. 29, ст. 279),уголовных законах Латвии (гл. 20, ст. 231), Эстонской Республики (гл. 2, ст.195), Азербайджанской Республики (гл. 10, ст. 207), Грузии (разд. 9, ст. 239).В УК Республики Узбекистан ст. 277 «Хулиганство» содержится в гл. 20«Преступления против общественного порядка».
Заслуживает одобрения подход, предложенный разработчиками модельногоУголовного кодекса государств — участников СНГ. Авторы кодекса предлагаютстатью о хулиганстве включить в главу 27 «Преступления противобщественного порядка и общественной нравственности». Преимущества данногоподхода заключаются в том, что, во-первых, показывается самостоятельностьобъектов «общественный порядок» и «общественнаябезопасность», а, во-вторых, подчеркивается связь общественного порядка собщественной нравственностью, а одна из задач укрепления общественного порядкасостоит именно в охране нравственности нашего общества. Предложенный подход уженашел отражение в УК Республики Беларусь (разд. XI, гл. 30, ст. 339) и УКРеспублики Таджикистан (разд. IX, гл. 25, ст. 237).
Для юридически точного определения видового объектахулиганства, по нашему мнению, следует внести изменения в главу 24 УК РФ,дополнив название главы указанием на общественный порядок. Кроме того, вбудущем при реформе уголовного законодательства России предлагается взять заоснову приведенные выше положения модельного кодекса государств — участниковСНГ.
На неудачность наименования главы 24 УК РФ указывает А.В.Куделич. Автор предлагает все преступления, содержащиеся в главе 24 УК РФ,перегруппировать в четыре самостоятельные главы: преступления против основобщественной безопасности; преступления, посягающие на общественноеспокойствие; преступления, связанные с нарушением специальных правилбезопасности; преступления, связанные с нарушением правил обращения с опаснымипредметами, веществами и материалами[76].Оценивая предложенную классификацию, хотелось бы отметить, что УК РФтрадиционно оперирует категорией «общественный порядок», именно онявляется родовым и видовым объектом для ряда преступлений, в частностихулиганства.
Противники установления уголовной ответственности захулиганство говорят о том, что хулиганство не может иметь в качественепосредственного объекта общественный порядок, поскольку этот объект являетсяобщим для всех без исключения деяний, нарушающих нормальное функционированиеобщества. По мнению профессора И. Иванова, общественный порядок «неизбежнонарушается при совершении любого правонарушения — преступления,административного проступка, гражданско наказуемого деликта, аморальногоповедения. Так, переход проезжей части в неустановленном месте, вне всякогосомнения, нарушает общественный порядок. То же и убийство, клевета, хищения ит.д. Все это — деяния, нарушающие общественный порядок, поскольку их совершениегрубо противоречит нормальному существованию людей в обществе»[77].
Трудно согласиться с вышеприведенными доводами. Авторсмешивает акценты в понимании общественного порядка в узком и широком смысле.Действительно, общественный порядок в широком смысле, как совокупность всехсоциальных связей и отношений, нарушается при совершении любого правонарушения,однако ст. 213 УК РФ имеет объектом уголовно-правовой охраны общественныйпорядок в узком смысле. И, кроме того, содержит указание на дополнительныеосновные объекты — личность и собственность. Только хулиганство и ему подобныепреступления посягают главным образом на общественный порядок; другие объектыуголовно — правовой охраны носят здесь дополнительный характер, увеличивая степеньобщественной опасности хулиганства.
Общественный порядок является основным и постояннымнепосредственным объектом хулиганства. Именно общественный порядок являетсяосновой в конструкции состава преступления – «хулиганство, то есть грубоенарушение общественного порядка» (ч. 1 ст. 213 УК РФ). Он основной потому, чтопротив него в первую очередь направлено хулиганство, и он главным образомохраняется нормой, предусматривающей уголовную ответственность за хулиганство.
Как основной непосредственный объект хулиганстваобщественный порядок присутствует в диспозиции статей о хулиганстве УКРеспублики Беларусь, Республики Казахстан, Эстонской Республики, Молдовы,Азербайджанской Республики, Украины, Республики Таджикистан, Туркменистана,Грузии. В УК Кыргызской Республики общественный порядок дополняется термином«нормы общепринятого поведения». В Уголовном законе Латвииопределяется как «общественное спокойствие» и «общепринятыенормы поведения», а в УК Узбекистана как «правила поведения».
Принятие УК РФ, по нашему мнению, поставило точку вдлительном споре, является ли хулиганство однообъектным или многообъектнымпреступлением. В ст. 213 закреплены два дополнительных непосредственных объектахулиганства — здоровье граждан и собственность . Состав преступления,предусмотренный ст. 213 УК РФ, будет наличествовать в действиях того или иноголица лишь в случае, когда наряду с грубым нарушением общественного порядка,выражающим явное неуважение к обществу, будет применено насилие, угрозанасилием к гражданам или же уничтожено, повреждено чужое имущество. Здоровьеграждан и собственность дополняют основной непосредственный объект хулиганства,находятся в тесной связи с ним, указывают на обширность нарушенных общественныхотношений, раскрывают действительную сущность данного преступления. Включениедополнительных объектов в состав хулиганства намного повысило степеньобщественной опасности данного преступления. Здоровье граждан и собственность,как дополнительные объекты хулиганства, имеют определенные особенности, выражающиесяв их альтернативном характере. Они могут наличествовать в конкретномпреступлении в совокупности, но один из них может и отсутствовать.
При таком понимании объекта хулиганства нетрудно прийти квыводу о том, что хулиганство как таковое в настоящее время немыслимо безпосягательства на здоровье граждан или собственность, что посягательство наздоровье или собственность, следовательно, составляет необходимые атрибутыэтого состава преступления[78].
Здоровье личности, если исходить из определения здоровья,сформулированного в Уставе Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ),представляет собой состояние полного социально — биологического ипсихологического благополучия, когда функции всех органов и систем уравновешеныс природой и социальной средой и отсутствуют какие-либо болезненные состояния ифизические дефекты.
Таким образом, если вышеуказанные явления (благополучие и,как следствие, уравновешенность) нарушены, то происходит своего рода«сбой», то есть причиняется определенный вред. Именно из этогоисходят «Правила судебно — медицинской экспертизы тяжести вредаздоровью», где указывается, что под вредом здоровью понимаются либотелесные повреждения, то есть нарушение анатомической целости органов и тканейили их физиологических функций, либо заболевания или патологические состояния,возникшие в результате воздействия различных факторов внешней среды — механических, химических, биологических, психических. Следует уточнить, чтообъектом хулиганства является не только физическое, но и психическое здоровьеличности.
Здоровье личности, в смысле объекта преступления, вчастности хулиганства, должно рассматриваться как некая «социально — биологическая субстанция», имеющая индивидуально — определенное внутреннееи внешнее состояние (здоровье в субъективном смысле, то есть присущееопределенной личности, так как вред может быть причинен как совершенноздоровому человеку, так и не совсем здоровому).
Некоторые исследователи наряду с общественными отношениями,обеспечивающими здоровье личности, при наличии угрозы применения насилияпредлагают выделять объект — безопасность этих благ[79]. Мы не можем согласиться с даннымпредложением, поскольку угроза насилием посягает, как и применение насилия, наобщественные отношения, обеспечивающие психическое здоровье личности.
Другим дополнительным непосредственным объектом хулиганстваявляется отношение собственности. В ч. 1 ст. 213 УК РФ законодатель четкоограничил объект уничтожения или повреждения имущества принадлежностью этогоимущества любому лицу — физическому либо юридическому, кроме самого хулигана.За таким подходом стоит тенденция нового Гражданского кодекса РФ охранятьсобственность от незаконных посягательств. Если хулиган уничтожает илиповреждает свое личное имущество, то законодатель решил не вмешиваться в священноеправо любого собственника — владеть, пользоваться и распоряжаться своимимуществом.
Наряду с основным непосредственным, а также дополнительныминепосредственными объектами хулиганства в данном составе в ряде случаев могутприсутствовать и факультативные непосредственные объекты хулиганства. Ониувеличивают степень общественной опасности хулиганства, однако и при ихотсутствии данный состав будет наличествовать. Такими объектами, по нашемумнению, являются: установленный порядок управления, который нарушается путемвоздействия на субъектов управленческой деятельности (при совершениипреступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 213 УК РФ, по признакуоказания сопротивления представителю власти), и общественная безопасность (присовершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 213 УК РФ по признакуприменения либо угрозы применения оружия).
На основании изложенного можно сделать вывод о том, чтохулиганство является сложным многообъектным преступлением. Основным родовым,видовым и основным непосредственным объектом хулиганства является общественныйпорядок (который, взятый не сам по себе, а в системе, является элементомобщественной безопасности).
Дополнительными непосредственными альтернативными объектамиявляются здоровье гражданина, честь, достоинство, телесная неприкосновенность,чужая собственность, факультативными непосредственными — установленный порядокуправления и общественная безопасность.
Подобщественным порядком следует понимать систему отношений между людьми, правилповедения, общежития, установленных социальными нормами: нормативными актами,обычаями, традициями, нормами морали, обеспечивающими обстановку спокойствия,защищенности личности в различных сферах жизнедеятельности.
Впоследние годы доля хулиганства в общем числе зарегистрированных преступлений встране постепенно уменьшается и составляла: в 1997 г. — 5,4%; в 1998 г. — 5,1%;в 1999 г. — 4,3%; в 2000 г. — 4,2%[80].Однако представляется, что такая статистика отражает больше изменения вобщественном сознании, нежели в реальном количестве этих преступлений. Имея ввиду распространенность значительно более тяжких преступлений, гражданеспокойнее, нежели в период 70-х-80-х г.г. прошлого века, относятся и кпроявлениям хулиганства.
2.2Объективная сторона хулиганства
Объективнаясторона хулиганства выражается в грубом нарушении общественного порядка,выражающем явное неуважение к обществу, совершенном с применением оружия илипредметов, используемых в качестве оружия. Таким образом, объективная сторонахулиганства включает три признака деяния: грубое нарушение общественногопорядка; явное неуважение к обществу; применение оружия или предметов,используемых в качестве оружия.
Подгрубым нарушением общественного порядка следует понимать такие действия лица,которые причиняют существенный вред порядку, нравам и интересам человека,интересам организации, учреждения (срыв массовых мероприятий, временноепрекращение работы транспорта, учреждения, нарушение покоя граждан в ночноевремя и т.д.).
Этотпризнак тесно согласуется с другим необходимым признаком состава хулиганства:действия лица выражают явное неуважение к обществу, т.е. открыто, очевидно длявсех (с точки зрения общепринятых норм нравственности) проявляютпренебрежительное отношение лица к правилам поведения, к личности человека, егочести, достоинству (проявление бесстыдства, издевательство над больными,беспомощными лицами, глумление над личностью и т.п.).
Необходимымпризнаком уголовно наказуемого хулиганства является применение оружия илипредметов, используемых в качестве оружия.
Грубоенарушение общественного порядка образует состав хулиганства без квалифицирующихпризнаков (ч. 1 ст. 213) при условии, если хулиганские действия сопровождалисьнасилием в отношении граждан или угрозами его применения, сопряженным сприменением оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Ограничениесостава хулиганства признаком обязательного применения оружия или предметов,используемых в качестве оружия, существенно сужает правовую оценку случаевгрубого нарушения общественного порядка как уголовно-наказуемого, однако неозначает ослабления уголовно-правовой охраны личности и имущества, так как всоставы умышленного причинения легкого вреда здоровью (ст. 115), побоев (ст.116), умышленного уничтожения или повреждения имущества (ст. 167) введенквалифицирующий признак совершения названных выше деяний из хулиганскихпобуждений. Это «компенсирует» потери, связанные с исключением изсостава хулиганства без применения оружия или предметов, используемых вкачестве оружия, применения насилия к гражданам либо угрозы его применения, аравно уничтожения или повреждения чужого имущества.
Подприменением оружия или иных предметов, используемых в качестве оружия,понимается реальное использование или попытка использования, а такжедемонстрация этих средств при совершении хулиганских действий в целяхзапугивания потерпевших[81].При этом подчеркивается, что реальное использование оружия – это именно«использование его боевых качеств по прямому назначению»[82]. Так, в юридической литературеуказывалось, что «если виновный не использовал и не пытался использовать нож вкачестве колюще-режущего оружия, то его действия не могут квалифицироваться…как совершенные с применением ножа»[83].Верховный Суд РСФСР признал отсутствие признака вооруженности в хулиганскихдействиях Рощина, нанесшего удар своей жене рукояткой ножа, так как применениехолодного оружия заключается в использовании его колюще-режущих свойств[84].
Угрозаприменения оружия до сих пор представляла собой предмет дискуссии. Вюридической литературе высказывалось мнение, что применение оружия и предметов,используемых в качестве оружия, может состоять в угрозе оружием и этимипредметами[85].Напротив, И.М. Тяжкова полагает, что применение оружия должно выражаться в действиях,направленных именно на причинение телесных повреждений оружием, а не всловесной угрозе применить его[86].Представляется, что уже сама по себе демонстрация или угроза применения оружияуже представляет собой нарушение общественного порядка и спокойствия граждан, всвязи с чем такая демонстрация или угроза должны рассматриваться какхулиганство. Поэтому правильной представляется позиция Верховного Суда РФ, покоторой применение в ходе совершения хулиганства незаряженного, неисправного,непригодного оружия (например, учебного) либо декоративного, сувенирногооружия, оружия-игрушки и т.п. дает основание для квалификации содеянного попункту «а» части 1 статьи 213 УК РФ.
В тоже время, нельзя исключать применения не статьи 213, а статьи 219 УК РФ,имеющей иной объект. Гостев, публично нарушая общественный порядок, выражаясьнецензурно, приставил к шее З. разбитую бутылку, высказав угрозы физическойрасправой, за что был осужден по ст. 119 УК, а не по ст. 213 УК[87].
Дискуссионнымявляется вопрос о признании применением оружия при хулиганстве использованияего для повреждения имущества, а не для посягательств на личность. Так, Ю.М.Ткачевский считает, что, если оружие использовалось для уничтожения илиповреждения имущества, содеянное не следует квалифицировать как хулиганство,кроме случаев, когда данные действия заведомо для виновного сопряжены среальной возможностью причинения вреда здоровью граждан[88]. И.Н. Даньшин полагал, что«применение или попытка применения оружия или иных предметов должны повлечьпричинение вреда личности, здоровью граждан»[89].И.М. Тяжкова указывает, что использование только огнестрельного оружия дляуничтожения или повреждения имущества можно квалифицировать по ч. 3 ст. 206 УКРСФСР (ч. 1 ст. 213 УК РФ)[90].Представляется, что применение любого оружия для повреждения имущества изхулиганских побуждений образует преступление, предусмотренное ст. 213 УК.Во-первых, ст. 1 Закона РФ «Об оружии» от 13.12.1996 N 150-ФЗ указывает,что оружие предназначено для поражения живой и иной цели, подачи сигналов, т.е.нет препятствий для квалификации как хулиганства применения оружия дляповреждения имущества. Во-вторых, случаи осуждения за хулиганство приприменении оружия для повреждения имущества встречаются в практике районныхсудов. Например, Терентьев осужден по ст. 213 УК, так как в присутствииобщественности выстрелил два раза по машине З., причинив повреждение имущества,чем грубо нарушил общественный порядок[91].Здесь оружие применялось для повреждения имущества. Аналогично Чурсина осужденапо ст. 213 УК: по мнимому подозрению разозлившись на свою соседку сверху Б.,она устроила скандал на лестничной клетке, после чего в присутствии Б. изрезалаее входную дверь ножом, а затем подожгла дверь[92].Здесь оружие также применялось для повреждения имущества.
Подоружием понимается любой вид оружия, о котором говорится в Федеральном законе«Об оружии»[93].Согласно данному ФЗ, под оружием понимаются устройства и предметы какотечественного, так и иностранного производства, конструктивно предназначенныедля поражения живой или иной цели.
Огнестрельнымсчитается оружие, предназначенное для механического поражения цели нарасстоянии снарядом, получающим направленное движение за счет энергиипорохового или иного заряда.
Холоднымпризнается оружие, предназначенное для поражения цели при помощи мускульнойсилы человека при непосредственном контакте с объектом поражения.
Метательнымявляется оружие, предназначенное для поражения цели на расстоянии снарядом,получающим направленное движение при помощи мускульной силы человека илимеханического устройства.
Кпневматическому относится оружие, предназначенное для поражения цели нарасстоянии снарядом, получающим направленное движение за счет энергии сжатого,сжиженного или отвержденного газа.
Газовымсчитается оружие, предназначенное для временного поражения живой цели путемприменения слезоточивых или раздражающих веществ.
Закономразличается также гражданское, служебное и боевое ручное стрелковое и холодноеоружие. К гражданскому оружию относится оружие, предназначенное дляиспользования гражданами РФ в целях самообороны, для занятий спортом и охоты.Оружием самообороны являются, например, электрошоковые устройства и искровыеразрядники отечественного производства, имеющие выходные параметры,соответствующие требованиям государственных стандартов РФ и нормам МинздраваРФ.
Кслужебному относится оружие, предназначенное для использования должностнымилицами государственных органов и работниками юридических лиц, которымзаконодательством РФ разрешено ношение, хранение и применение указанного оружияв целях самообороны или для исполнения возложенных на них федеральным закономобязанностей по защите жизни и здоровья граждан, собственности, по охранеприроды и природных ресурсов, ценных и опасных грузов, специальнойкорреспонденции. К боевому ручному стрелковому и холодному относится оружие,предназначенное для решения боевых и оперативно-служебных задач, принятое всоответствии с нормативными правовыми актами Правительства РФ на вооружениеМинобороны, МВД, ФСБ и других ведомств России.
Видприменяемого оружия при правовой оценке содеянного как хулиганства не имеетзначения.
Кчислу первостепенных при квалификации хулиганства относится вопрос о том, какиепредметы следует относить к используемым в качестве оружия. К оружию неотносятся изделия, сертифицированные в качестве изделий хозяйственно-бытового ипроизводственного назначения, спортивные снаряды, конструктивно сходные соружием. Однако такие изделия могут использоваться при совершении хулиганскихдействий в качестве предметов, используемых в качестве оружия.
Приуяснении понятия предметов, используемых в качестве оружия, следуетруководствоваться как ФЗ «Об оружии», так и разъяснениями Пленума ВерховногоСуда РФ от 12 марта 2002 г. «О судебной практике по делам о хищении,вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ ивзрывных устройств»[94].
Так,Козлов осужден по ст. 213 УК: устроив скандал с продавцом в магазине (считая,что ему не дали сдачу полностью), он взял с прилавка две бутылки с пивом и,используя их в качестве оружия, разбил две витрины павильона[95]. В данном случае представляетсяобоснованной рекомендация Верховного Суда РФ, изложенная в п. 3 Постановленияот 15.11.2007 г. №45 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве ииных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений», где под предметами,используемыми в качестве оружия, понимаются «любые материальные объекты,которыми, исходя из их свойств, можно причинить вред здоровью человека». Иноерешение в данном вопросе способно привести к стиранию грани между хулиганствоми умышленным уничтожением чужого имущества из хулиганских побуждений, посколькупоследнее, как правило, совершается с применением какого-либо предмета (битьестекол, витрин камнями, палками и т.п.).
Предметы,используемые в качестве оружия, подразделяются на три группы: специальноприготовленные, приспособленные для причинения вреда здоровью людей изделия;изделия хозяйственно-бытового назначения (топор, шило, отвертка, вилы, молоток,лопата, лом, велосипедная цепь, городошная бита и т.п.); подобранные на местехулиганских действий предметы, которые могут быть средством причинения вредаздоровью гражданина (камень, кирпич, палка и т.п.). Предметы последней группы вцелях статьи 213 УК РФ также должны быть признаны оружием, поскольку опасностьиспользования такого рода предметов нисколько не меньше от того, подобран лиэтот предмет на месте криминального события или специально принесен дляиспользования его в ходе хулиганских действий.
Впринципе вопрос о том, является ли тот или иной предмет оружием,предназначенным для поражения живой или иной цели, судам предлагаетсяустанавливать на основании заключения эксперта (п. 3 Постановления от15.11.2007 г. №45). При наличии к тому оснований действия лица, применившегопри совершении хулиганства оружие, должны дополнительно квалифицироваться постатье 222 УК РФ.
Что жекасается экспертизы, то здесь нельзя не отметить рекомендаций И.Н. Даньшина,который указывал, что такие предметы должны удовлетворять одному из двухусловий: либо быть подвергнутыми специальной предварительной обработке,приспособлению для удобства использования в процессе хулиганства, либо, неподвергаясь какой-либо предварительной обработке, быть заранее приготовленнымивиновным и находиться при нем с целью использования при совершении хулиганскихдействий[96].
Однаков судах термин «оружие» понимается еще шире. Так, суд признал предметом,используемым при хулиганстве в качестве оружия, пустую бутылку, которуювиновный бросил в толпу людей во время праздничного салюта, причинив этимлегкий вред здоровью ребенка[97].По ч. 1 ст. 213 УК квалифицированы действия Петрова, который ударил стекляннойбутылкой по голове Ш., причинив ему легкий вред здоровью[98]. Илюшкин осужден за хулиганство, таккак нанес удары по голове пустой бутылкой из-под пива Н.[99] Бутылки в перечисленных случаях незаготавливались специально для нанесения телесных повреждений (были подобранына месте преступления) и не были специально приспособлены виновными дляиспользования при хулиганстве.
Кпредметам, используемым в качестве оружия, суды относят предметы, подобранныена месте преступления. Так, хулиганством признаны действия Говоруна, нанесшегоудар по голове дворнику подобранным в мусорном контейнере обломком хоккейнойклюшки[100].Специалисты приводят и другие аналогичные примеры[101].
Предметами,используемыми в качестве оружия, признаются и предметы, отнятые у потерпевших впроцессе хулиганства. Так, Белоусов осужден по ст. 213 УК за нанесениенеоднократных ударов по голове Л., не причинивших вреда здоровью. Сделал это онотнятой у Л. тростью, разозлившись, что Л. возмущалась его отказом подать еймилостыню[102].Здесь виновный специально не приспосабливал трость для причинения телесныхповреждений и не заготавливал ее для этого.
Пригрупповом хулиганстве необязательно применение оружия (или предметов,используемых в качестве оружия) всеми участниками. Так, Дериков и Костюниносуждены по ч. 2 ст. 213 УК. Находясь на лестнице станции метро, они вступили всговор на совершение хулиганских действий: беспричинно пристали к ранеенезнакомому Л. и подвергли его избиению, причем Дериков нанес потерпевшему дваудара по голове стеклянной бутылкой[103].В кассационной жалобе они ссылались на то, что не имели сговора на применениебутылки в качестве оружия, причем Костюнин считал свое осуждениенеобоснованным, так как он бутылку не применял вообще. Суд оставил приговор безизменения, указав, что удары виновные наносили согласованно, а о применениибутылки были осведомлены, что является достаточным основанием для квалификациидействий обоих по ч. 2 ст. 213 УК. Таким образом, применение оружия одним изучастников группы лиц при осведомленности об этом иных участников является основаниемквалификации действий всех соучастников по ч. 2 ст. 213 УК. Напротив, приотсутствии осведомленности отсутствует как группа лиц, так и сам составхулиганства в отношении того лица, которое само не применяло предметов,используемых в качестве оружия.
Местомсовершения хулиганства бывают, как правило, общественные места (транспорт,кинотеатр, кафе, парк, улица), однако могут быть и безлюдные места (лес,пустырь, отдельная квартира), где присутствуют только хулиган и лицо, вотношении которого совершаются эти действия.
Подприменением оружия или иных предметов, используемых в качестве оружия,подразумевается реальное использование этих изделий в ходе хулиганских действийдля умышленного нанесения вреда здоровью потерпевшего, независимо от того,удалось ли виновному причинить вред потерпевшему, а также демонстрация этихпредметов как средства запугивания лиц, подвергшихся хулиганскомупосягательству.
Если входе хулиганских действий применение оружия или иных предметов, используемых вкачестве оружия, повлекло причинение потерпевшему умышленного тяжкого илисредней тяжести вреда здоровью, содеянное следует квалифицировать посовокупности преступлений, предусмотренных ст. 213 и 111 либо ст. 112 УК. Еслипри этом применялось оружие, на хранение и ношение которого лицо не имелосоответствующего разрешения (лицензии), содеянное должно квалифицироваться посовокупности ст. 213, 222 и 111 либо ст. 112 УК.
Уголовнонаказуемое хулиганство следует отличать от так называемого мелкого хулиганства,т.е. нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу,сопровождающегося нецензурной бранью в общественных местах, оскорбительнымприставанием к гражданам, а также уничтожением или повреждением чужогоимущества. Если эти же действия были сопряжены с неповиновением законномутребованию представителя власти либо иного лица, исполняющего обязанности поохране общественного порядка или пресекающего нарушение общественного порядка,мелкое хулиганство расценивается как совершенное при отягчающих обстоятельствах(ч. 1 и 2 ст. 20.1 Кодекса Российской Федерации об административныхправонарушениях)[104].В действиях, образующих состав мелкого хулиганства, не содержится признаканарушения общественного порядка, сопряженного с применением оружия илипредметов, используемых в качестве оружия.
Хулиганствоявляется преступлением с формальным составом. Оконченным оно считается смомента совершения действий, грубо нарушающих общественный порядок и выражающихявное неуважение к обществу, совершенных с применением оружия или предметов,используемых в качестве оружия.
2.3Субъективные признаки хулиганства
Субъективнаясторона любого преступления является наиболее сложным элементом его состава.Это обусловливается тем, что ее содержание можно достоверно установить, толькоимея информацию, полученную от лица, совершившего преступление. В связи с этимИ.Я. Козаченко отмечает, что специфика субъективной стороны хулиганствазаключается в недостаточной определенности формы вины и кажущейся«необычности» мотива и цели хулиганских действий, так как с точкизрения нормальной житейской логики они бессмысленны[105].
Поповоду формы умысла в составе хулиганства существует несколько точек зрения.
А.Н.Игнатов высказывает мнение о том, что хулиганство может быть совершено как спрямым, так и с косвенным умыслом, как правило, хулиганство совершается спрямым умыслом, т.е. субъект сознает, что совершает общественно опасныедействия, грубо нарушающие общественный порядок, и желает проявить неуважение кобществу. Но возможен и косвенный умысел. Хулиганство с косвенным умыслом имеетместо тогда, когда субъект предвидит, что его действия могут нарушитьобщественный порядок, затронуть общественные интересы, и совершает их,сознательно допуская проявление неуважения к обществу[106].
Похожеемнение высказывает Л.В. Сердюк, однако, по его мнению, хулиганство может бытьсовершено с прямым или косвенным умыслом по отношению к общественно опаснымпоследствиям: наступления определенных последствий субъект желает (например,причинить побои). Другие побочные последствия могут и не являться целью егопреступных действий, но он их сознательно допускает или относится безразлично ких наступлению (например, нарушение общественного порядка)[107].
Помнению Н. Иванова, хулиганство, как правило, совершается с косвенным умыслом.Он указывает, что, совершая хулиганские действия, виновный чаще всегобезразлично относится к факту грубого нарушения общественного порядка, вовсе непомышляет о явном неуважении к обществу, и поэтому такое отношение к содеянномуподпадает под признаки косвенного умысла[108].Нельзя не отметить, что тезис о возможности совершения хулиганства с косвеннымумыслом поддержан в науке[109].
Тем неменее, большая часть ученых полагает, что хулиганство всегда совершается спрямым умыслом: «лицо осознает, что грубо нарушает общественный порядок,проявляет явное неуважение к обществу, что применяет оружие или предметы,используемые в качестве оружия, и желает совершить эти действия»[110].
Хулиганствоотносится к формальным составам преступления, а такие составы не требуютналичия общественно опасных последствий, следовательно, определяющим моментомдля установления умысла в формальных составах преступлений является психическоеотношение лица к совершенному им деянию. С учетом отсутствия в уголовном законеопределения форм вины, применимых для формальных составов преступлений, следуетсогласиться с точкой зрения, что в преступлениях с формальным составом, впонятие умысла включается психическое отношение только к деянию и определенноеволевое отношение к нему[111].Исходя из этого положения, К.В. Григорян заключает, что «конструкция понятиявины в форме прямого умысла для преступлений с формальным составом можетвыглядеть следующим образом: преступление признается совершенным с прямымумыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий и желало ихсовершения»[112].
Ему,однако, возражают Н. Иванов и И. Косарев: «Согласно ст. 3 УК РФ (принципзаконности) преступность и наказуемость деяния определяются только настоящимКодексом. В статье 25 настоящего Кодекса четко сформулировано понятие умыслачерез три составляющих: субъект осознает общественную опасность своего деяния,предвидит возможность или неизбежность наступления общественно опасныхпоследствий и желает их наступления. Таким образом, прямой умысел (как икосвенный) ориентирован только на материальные составы преступлений. Вформальных составах последствия находятся за их рамками, и установлениепсихического отношения к ним виновного не требуется. Но в таком случаезаконодательное определение умысла приходится искажать в угоду формальнымсоставам: момент предвидения выпадает вовсе, а момент желания с последствийпереносится на деяние»[113].
Чтокасается субъективной стороны хулиганства, то она представляет собой некийдуализм, предполагающий отношение виновного к факту объективации собственного«я» и к нравственному флеру такой объективации в виде грубогонарушения общественного порядка. В хулиганстве-преступлении законодательискусственно соединил мотив, который не может быть деянием, и деяние,ответственность за которое предусмотрена в иных нормах уголовного закона.Поэтому получился дуализм психического отношения, который свидетельствует онесообразности конструкции ст. 213 УК РФ.
Тем неменее, как указано в одном из постановлений Верховного Суда РФ, «в соответствиис диспозицией ст. 213 УК РФ хулиганство может быть совершено только с прямымумыслом, т.е. когда лицо осознает, что оно своими действиями грубо нарушаетобщественный порядок, выражая явное неуважение к обществу»[114].
Обязательнымпризнаком преступления является хулиганский мотив. «Изначально было признано втеории и практике, что специфика хулиганства состоит не во внешних действиях, ав его особом внутреннем качестве, в его «хулиганственности», илихулиганских побуждениях»[115].
Поэтому поводу Б.С. Волков писал, что «хулиганский мотив не может нерассматриваться как обязательный элемент субъективной стороны данногопреступления. Без хулиганского мотива не может быть и хулиганских действий»[116]. Этой же точки зренияпридерживается большинство специалистов. Вместе с тем следует указать, что вобвинительных заключениях и приговорах по уголовным делам о хулиганстве нередковстречаются такие выражения, как «совершил безмотивные хулиганскиедействия», «беспричинно нарушил общественный порядок» и т.п.Такие погрешности нетерпимы в судебно-следственной практике, их устранениюдолжна способствовать теоретическая разработка вопросов о содержаниихулиганских побуждений и законодательное закрепление понятия «хулиганскиепобуждения».
Всовременных работах ученых-юристов достаточно много внимания уделяетсясодержательной части, сущности хулиганских побуждений. Они видят сущностьхулиганского мотива в грубо пренебрежительном отношении ко всему обществу вцелом, в желании противопоставить себя общественному мнению, нормамнравственности, продемонстрировать свое превосходство, грубую силу и т.п.[117]
А.Р.Ратинов и А.Ш. Рчеулешвили указывают, что общий мотив неуважения к обществуобусловливается наличием у хулигана стремлений продемонстрировать своюнезависимость от нормативных ограничений[118].
Помнению А.Н. Попова, хулиганский мотив можно определить как мотив, проистекающийиз эгоизма и агрессивности личности, вызывающий у виновного лица стремление безповода или с использованием малозначительного повода расправиться надпотерпевшим[119].
Приведенныеопределения вносят свой вклад в понимание психологической и юридической природыхулиганского мотива. Вместе с тем данные определения все же не обладаютчеткостью и лаконичностью формулировок, которые необходимы для созданиянормативного определения понятия «хулиганские побуждения». Необладает подобными свойствами и толкование этого понятия, изложенное вПостановлении Пленума Верховного Суда РФ. В соответствии с этим определениемпод убийством, совершенным из хулиганских побуждений, следует пониматьубийство, совершенное на почве явного неуважения к обществу и общепринятымнормам морали, когда поведение виновного является открытым вызовомобщественному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим,продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение[120].
Федеральнымзаконом от 24 июля 2007 г. №211-ФЗ «О внесении изменений в отдельныезаконодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованиемгосударственного управления в области противодействия экстремизму»[121] часть первая статьи 213 УК РФ былаизложена в новой – небесспорной редакции.
Мотивзаконодателя, последовательно ужесточающего пределы уголовной ответственностиза совершение экстремистских преступлений, понятен: экстремистская деятельность(во всем своем многообразии) стала настолько опасна, что начинает угрожатьосновам безопасности общества и государства. На необходимость более жесткойреакции уголовного закона в отношении данного явления указано во множественаучных и публицистических работ, и этот подход должен найти одобрение у любогоздравомыслящего человека. Поэтому побудительные мотивы усиления уголовнойрепрессии за экстремистские (а в 2006 г. — и за террористические) преступленияясны и в целом вызывают поддержку.
ОднакоФЗ от 24 июля 2007 г. отражает весьма противоречивую линию уголовно-правовойполитики по борьбе с экстремистской деятельностью, что нашло наиболее яркоеотражение в новой редакции ст. 213 УК РФ.
Внастоящее время наличествуют, по существу, два основных состава этогопреступления: хорошо за последние четыре года известное «общеуголовноевооруженное» хулиганство и, назовем его так условно, «экстремистское»хулиганство. Действительно, хулиганство как грубое нарушение общественногопорядка, выразившее явное неуважение к обществу, может быть теперь совершено ибез того обстоятельства, когда виновный берет в руки оружие или предметы,используемые в его качестве. Достаточно грубо нарушить общественный порядок помотивам политической, расовой, национальной или религиозной ненависти или враждыили по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, имы получаем альтернативное основание для квалификации содеянного по ч. 1 ст.213 УК.
Основнойнепосредственный объект хулиганства — общественные интересы и отношения в сфереобеспечения общественного порядка. Однако практически любое публичносовершаемое преступление так или иначе нарушает общественный порядок, и смыслсамостоятельной криминализации хулиганства заключается в том, что оноизначально, а не опосредованно, направлено на нарушение указанного блага. Это,в свою очередь, отражается (по крайней мере должно быть отражено) в объективныхи субъективных признаках основного состава хулиганства. В противном случаекаждое нарушение общественного порядка, являющееся следствием совершенияразнонаправленных по основному непосредственному объекту преступлений (убийств,грабежей, разбоев, террористических актов и т.п.), следовало бы дополнительноквалифицировать по ст. 213 УК, так как в составах этих преступлений неучитывается возможность причинения вреда общественному порядку каксамостоятельно охраняемому уголовным законом интересу.
Действующаяредакция п. 1 ст. 1 ФЗ «О противодействии экстремистскойдеятельности» от 25 июля 2002 г. N 114-ФЗ содержит развернутое определениеэкстремизма (экстремистской деятельности), разновидностью которого являетсявозбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни; пропагандаисключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку егосоциальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности илиотношения к религии[122].Нетрудно заметить, что в основу криминализации «экстремистского»хулиганства положена способность этого деяния причинить вред интересамсоблюдения равенства лиц вне зависимости от их социальных, расовых,национальных, религиозных и прочих различий. А следовательно, интересыобщественного порядка, страдающие от подобного рода проявлений человеческойактивности, нарушаются опосредованно, т.е. посредством нарушения иногообщественно значимого интереса уголовно-правовой охраны.
Следовательно,«экстремистское» хулиганство имеет совершенно иной (по сравнению схулиганством «общеуголовным») основной непосредственный объектпосягательства. Соответственно, с точки зрения криминализации деяния,объединение в одну норму УК столь разных по своей направленности проявленийчеловеческой активности не имеет под собой никаких оснований.
Еще вбольшей степени разрушает логику криминализации «экстремистского»хулиганства в ч. 1 ст. 213 УК такой признак его субъективной стороны, какхулиганский мотив (хулиганские побуждения). Не останавливаясь на довольнобурном споре о возможности косвенного умысла при совершении хулиганства,заметим: несмотря на все разночтения, в целом в доктрине имеется устойчивоепонимание сути хулиганского мотива как «необходимости демонстрации собственногоэго… собственной значимости»[123].Вновь принятое Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2007 г. N45 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иныхпреступлениях, совершенных из хулиганских побуждений» продолжилоиспользование традиционной для отечественной судебной практики формулировки отом, что явное неуважение лица к обществу должно выражаться «в умышленномнарушении общепризнанных норм и правил поведения, продиктованном желаниемвиновного противопоставить себя окружающим, продемонстрироватьпренебрежительное отношение к ним» (п. 1). В этом же документе подчеркнуто (и вцелом справедливо), что под преступлениями, совершенными из хулиганскихпобуждений, следует понимать умышленные действия, «направленные против личностичеловека или его имущества, которые совершены без какого-либо повода или сиспользованием незначительного повода» (п. 12).
Мотивацияже любого экстремистского преступления принципиально отлична, что прямо связанос основным непосредственным объектом посягательства. Как замечено в литературе,сущность экстремистского мотива — это не выпячивание собственного я поотношению к персонифицированному потерпевшему (потерпевшим) либо вообще ковсем. Фундаментальное основание такого мотива состоит в противопоставлении«я (мы) — они»[124].Такое противопоставление — не просто констатация существующего факта различия внациональной, расовой, этнической, религиозной принадлежности. Оно динамично, иего динамика сводится к стремлению ущемить законные права и интересы«их» именно потому, что «они» отличны от «меня(нас)». А вот степень желаемого ущемления прав и интересов«других» объективно может варьироваться: от словесного унижения дофизического уничтожения. Примечательно, что в уголовно-правовой доктрине странобщего права те преступления, которые мы называем экстремистскими, получили наименованиепреступлений ненависти (hate crimes). Например, в соответствии с § 485 Законаштата Нью-Йорк «О преступлениях ненависти» (2000 г.), к таковымотносится любое умышленное деяние, образующее состав преступления, совершенноеполностью или в значительной части в связи с принадлежностью потерпевшего лицак иной расе, национальности, полу, вероисповеданию, религиозному культу,сексуальной ориентации, а также в связи с наличием инвалидности[125].
Такимобразом, ни основной непосредственный объект, ни мотивы «экстремистского» и«общеуголовного» хулиганств ничего общего между собой не имеют (не говоря уже опринципиальной разнице объективной стороны «экстремистского» хулиганства, неподразумевающей в качестве обязательного признака вооруженности).
Представляется,что основания криминализации «экстремистского» хулиганства, по крайней мере вст. 213 УК РФ, отсутствуют, — в противном случае утрачивается законодательная логикаконструирования составов преступлений против общественной безопасности иобщественного порядка. Примечательно, что уже в первых откликах на ФЗ от 24июля 2007 г. указано, что в действующей редакции ст. 213 УК значимостьхулиганского мотива (хулиганских побуждений) как критерия направленности умыслана нарушение общественного порядка сведена на нет. Соответственно, никак нельзяпреступления, совершаемые по экстремистским мотивам, сводить к хулиганству[126].
Однако,кроме формально-правового обоснования неверности криминализации«экстремистского» хулиганства, существуют более серьезные сомнениясоциально-политического характера в правильности критикуемого законодательногорешения. Следуя букве закона, для вменения в вину п. «б» ч. 1 ст. 213 УК внастоящее время субъекту не надо брать в руки оружие или предмет, используемыйв качестве оружия, а достаточно грубо нарушить общественный порядок, выразивявное неуважение к обществу, по любому из экстремистских мотивов. И если мотиврасовой, национальной, этнической, религиозной и даже идеологической ненавистиили вражды более-менее понятен, то совершенно неясно, что представляет собоймотив ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.
Проблемав том, что отсутствуют сколько-нибудь ясные критерии для отнесения людей к тойили иной социальной группе. Какими они должны быть: имущественными,профессиональными, служебными, основанными на общности интересов,формализованными или нет — неизвестно (умалчивает об этом и ПостановлениеПленума Верховного Суда РФ). В складывающейся ситуации как «экстремистское»хулиганство (со всеми вытекающими юридическими последствиями) можно расценить ипервомайские призывы сторонников компартии типа «долой богатых», иоскорбительные выходки фанатиков какого-либо футбольного клуба в отношениидругих болельщиков, и нецензурную брань провалившего сессию студента-неудачникав отношении профессорско-преподавательского состава вуза, и т.д., и т.п. Болеетого, оказывается вполне оправданным вопрос, может ли быть признано«экстремистским» хулиганством враждебное (и рекламируемое с экрана) поведениегероев бесчисленных телесериалов о работниках правоохранительных органов поотношению к профессиональным или рецидивным преступникам, т.е. к лицам,принадлежащим ко вполне определенной социальной группе?!
Отсутствие приемлемых правовых признаков какой-либосоциальной группы по существу размывает границы уголовной репрессии: прижелании хулиганом-экстремистом можно считать любого человека, выразившего вгрубой, циничной форме несогласие с поведением или образом жизни представителя(представителей) какой-нибудь общности, не запрещенной законом. В итогеставится под угрозу само существование свободы выражения мнения. В этой связи нельзяавторам статьи 213 УК РФ в ее действующей редакции одну из основных юридическихаксиом: разрешено все, что прямо не запрещено законом.
Касаясьсубъекта хулиганства, нельзя не отметить, что при изменении конструкции составахулиганства Федеральным законом 2003 г. не внесено уточнений в ч. 2 ст. 20 УК,по смыслу которой уголовная ответственность с 14 лет наступает только захулиганство при квалифицирующих обстоятельствах. При этом в ч. 2 ст. 20 УКсохранено указание не только на часть 2, но и часть 3 ст. 213 УК, которой вданной статье не имеется. С учетом правила, что всякие сомнения толкуются впользу обвиняемого, следует прийти к выводу, что субъектом хулиганства,предусмотренного ч. 1 ст. 213, может быть любое вменяемое физическое лицо,достигшее 16-летнего возраста, кроме лиц, пользующихся правом дипломатическогоиммунитета. Хулиганство, подпадающее по ч. 1 ст. 213 УК, относится к категориипреступлений средней тяжести.

Глава3. Квалифицированные составы хулиганства
3.1Группа лиц и организованная группа как квалифицирующие признаки хулиганства
Кквалифицирующим признакам хулиганства (ч. 2 ст. 213 УК) относятся: совершениеего группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (ст. 35УК); сопротивление представителю власти или иному лицу, исполняющемуобязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушениеобщественного порядка.
Хулиганство,подпадающее под признаки ч. 2 ст. 213 УК, относится к категории тяжкихпреступлений. Субъектом состава хулиганства, предусмотренного ч. 2 ст. 213 УК,может быть любое вменяемое лицо, достигшее к моменту совершения этогопреступления 14-летнего возраста.
Всоответствии с ч. 2 ст. 35 УК РФ хулиганство следует признавать совершеннымгруппой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранеедоговорившиеся о совместном совершении преступления. В содержаниепредварительного сговора, как правило, входит соглашение о функциях каждого изсоучастников, а также о самом преступлении, при этом предварительность сговораозначает, что он должен предварять преступление, т.е. он должен быть совершенза какое-то время до него. Исходя из ч. 1 ст. 35 УК РФ следует, что число лиц,совершивших хулиганство, должно быть не менее двух. При этом с учетом ст. 32 УКРФ в которой указывается, что соучастием в преступлении признается умышленноесовместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления,необходимо отметить, что хулиганские действия должны быть в определеннойстепени согласованными, т.е. каждый из соисполнителей должен осознавать, чтоучаствует в совместном совершении преступления с предварительным сговором.
Такимобразом, хулиганство, совершенное группой лиц по предварительному сговору,совершается двумя или более лицами, которые действовали совместно с прямымумыслом и хулиганским мотивом, грубо нарушили общественный порядок и выразилиявное неуважение к обществу своими действиями, применив при этом оружие илииные предметы, используемые в качестве оружия.
Нередков процессе квалификации и расследования преступлений возникает вопрос о том,должны ли все лица, входящие в группу, быть достигшими возраста уголовнойответственности или вменяемыми, либо даже, несмотря на то, что лишь одинсоучастник достиг возраста уголовной ответственности, его действия следует квалифицироватькак групповое преступление. Данная проблема до сих пор не получила однозначногорешения как среди ученых-юристов, так и среди правоприменителей.
Указаннаяпроблема появилась во многом благодаря разночтениям, содержащимся вПостановлениях Пленума Верховного Суда РСФСР и РФ. Так, в пункте 9Постановления «О судебной практике по делам об изнасиловании»указывалось, что действия участника группового изнасилования подлежатквалификации по ч. 3 ст. 117 УК РСФСР, т.е. как групповое изнасилование, независимоот того, что остальные участники преступления не были привлечены к уголовнойответственности ввиду их невменяемости либо в силу требований ст. 10 УК РСФСР,т.е. недостижением возраста уголовной ответственности[127]. Подобное положение содержалось и вПостановлении Пленума ВС РСФСР «О судебной практике по делам о грабеже иразбое» от 22.03.1966 с изменениями и дополнениями, внесеннымипостановлениями от 21.12.1993 и 25.10.1996.
Вдругом случае в п. 12 Постановления Пленума ВС РФ от 27.12.2002 «Осудебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» указывается, что вслучае совершения кражи несколькими лицами без предварительного сговора ихдействия следует квалифицировать по пункту «а» части второй статьи158 УК РФ по признаку «группа лиц», если в совершении этогопреступления совместно участвовало два или более исполнителя, которые в силустатьи 19 УК РФ подлежат уголовной ответственности за содеянное[128].
Помнению Р.Р. Галиакбарова, не является вариантом соучастия в преступлении«случай квалификации как группового изнасилования фактов совместного совершенияпреступления субъектом с лицами, которые не подлежат ответственности в силунедостижения возраста субъекта преступления или невменяемости". Вместе стем он указывает, что «такие проявления группы хотя и не представляютсобой соучастия в преступлении, но могут иметь самостоятельное правовоезначение и учитываться как способ совершения преступления, характеризующийобъективные признаки посягательства»[129].С этим мнением по формальным соображениям не соглашается С.Ф. Милюков, обосновываясвое несогласие отсутствием уголовно-правовой легализации данного явления[130]. Применительно к рассматриваемомувопросу в отношении состава ст. 213 УК РФ Ю.И. Жих считает возможнымквалификацию действий, когда одно или несколько лиц не подпадают под признакисубъекта преступления как группового хулиганства. В обосновании своего мненияЮ.И. Жих ссылается на вышеуказанные постановления Пленума Верховного Суда[131]. Этой же точки зренияпридерживается В.М. Шинкарук[132].
Всоответствии со ст. 19 УК РФ уголовной ответственности подлежит тольковменяемое физическое лицо, достигшее возраста, установленного УК. С учетомтого, что не достигшее возраста уголовной ответственности или невменяемое лицоне является субъектом преступления, а также поскольку основанием уголовнойответственности является совершение деяния, содержащего в себе все признакисостава преступления, такое лицо преступление не совершает.
Всоответствии с п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 14 февраля 2000 г. N 7»О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних"совершение преступления с использованием лица, не подлежащего уголовнойответственности в силу возраста или невменяемости, не создает соучастия, а присовершении преступления несовершеннолетним, не подлежащим уголовнойответственности по указанным выше основаниям, лицо, вовлекшеенесовершеннолетнего в совершение этого преступления, в силу части 2 статьи 33УК РФ несет ответственность за содеянное как исполнитель путем посредственногопричинения[133].Следовательно, лицо, совершающее преступление совместно с лицом, не достигшимвозраста уголовной ответственности или невменяемым, является исполнителем этогопреступления, а не соучастником такого лица. А если лицо юридически являетсяединственным исполнителем преступления, оно не может нести уголовнуюответственность за это же преступление как за совершенное группой лиц. Такимобразом, групповое хулиганство возможно только при наличии как минимум двухлиц, подлежащих уголовной ответственности в силу статьи 19 УК РФ, т.е. лиц,достигших возраста уголовной ответственности.
Прирассмотрении проблемных вопросов группового хулиганства нельзя обойти вниманиемположения ст. 36, указывающие на эксцесс исполнителя. Эксцессом исполнителяпреступления признается совершение исполнителем преступления, неохватывающегося умыслом других соучастников, вследствие чего другие соучастникипреступления уголовной ответственности не подлежат. Применительно к данномупонятию в рамках изучаемой проблемы следует указать на то обстоятельство, чтопри хулиганских действиях эксцессом исполнителя следует признавать не толькосовершение исполнителем преступления, не охватывающегося умыслом другихсоучастников, но и совершение исполнителем действий, не охватывающихся умысломдругих соисполнителей, производимых в рамках совместно совершаемогопреступления. В этом случае речь идет не о количественном эксцессе, когда одиниз соучастников совершает большее количество преступлений, а о качественномэксцессе, когда один из соучастников совершает то же преступление, но в болеетяжкой его форме[134].
Так,справедливо были признаны эксцессом исполнителя действия Т., который совершилхулиганские действия совместно с Е. при следующих обстоятельствах. Е. и Т.заранее договорились о совершении хулиганства, и в то время, когда Е. избивалпотерпевших Ш. и Р., Т. удерживал пытавшегося пресечь эти действия Г.,приставив нож к его горлу. Затем Е. и Т. совместно нанесли Г. удары ногами. Сучетом того, что нож во время совершения хулиганства применял Т., а также того,что ни органами следствия, ни судом не установлено предварительнойдоговоренности между Е. и Т. о применении последним ножа, а также не выяснено,знал ли Е. о наличии у Т. ножа, действия Т., применившего нож при хулиганстве,были признаны эксцессом исполнителя, а действия Е. переквалифицированы с ч. 3ст. 213 УК РФ на пп. «а», «б» ч. 2 ст. 213 УК РФ[135]. Подобные судебные решениявыносились и при действии УК 1960 г.[136]Конечно, в указанном случае речь правильнее было бы вести об эксцессесоучастников, однако в УК РФ нормы о таком виде эксцесса отсутствуют.
До сихпор не получившим однозначного разрешения является вопрос об определении видасоучастия в группе лиц по предварительному сговору. Одни ученые считают, что вданной группе возможно лишь соучастие в форме соисполнительства[137]. Другие считают, что в группе лицпо предварительному сговору возможно как соучастие в форме соисполнительства,так и соучастие с распределением ролей[138].
Соисполнительствопредставляет собой форму соучастия, при которой все соучастники действуютсовместно и непосредственно выполняют действия, входящие в объективную сторонупреступления. При этом каждый из них может выполнять эти действия целиком либовыполнять их только частично, но в сложении совместных усилий соучастниковдостигается единая и охватываемая единым умыслом преступная цель. В случае,когда присутствует соучастие с распределением ролей, один или несколькоисполнителей выполняют действия, входящие в объективную сторону преступления, адействия других соучастников (организатора, подстрекателя, пособника), какправило, находятся за рамками объективной стороны состава преступления.
Помнению В.С. Комиссарова, в тех случаях, когда группа лиц по предварительномусговору предусматривается в Особенной части УК как квалифицирующий признакпреступления, она должна состоять только из соисполнителей. В других случаях,когда группа лиц по предварительному сговору не рассматривается какквалифицирующий признак преступления, вполне возможно юридическое распределениеролей среди соучастников[139].Л.Д. Ермакова указывает, что о распределении ролей в группе лиц, действующей попредварительному сговору, следует говорить только в техническом смысле и свыполнением действий, входящих в объективную сторону преступления[140].
Исходяиз этой позиции, можно прийти к выводу о том, что действия соисполнителей вгрупповом хулиганстве следует квалифицировать по ч. 2 ст. 213 УК РФ. В случае,когда имеет место совершение хулиганства одним лицом-исполнителем всовокупности с наличием лиц, выполняющих функции подстрекателя, организатораили пособника, действия исполнителя надлежит квалифицировать по ч. 1 ст. 213 УКРФ, а действия прочих лиц — по соответствующим пунктам ст. 33 и ч. 1 ст. 213 УКРФ. Подобная позиция, хотя и применительно к другим преступлениям, в последнеевремя находит свое отражение в ряде постановлений Президиума ВС РФ[141].
Носуществует и другая точка зрения, согласно которой распределение ролей наисполнителя, подстрекателя, пособника и организатора в группе лиц попредварительному сговору возможно не только в «техническом» плане, нои в виде соучастия в полном смысле этого слова[142]. Эта точка зрения основывается натом, что в ч. 2 ст. 35 УК РФ, в отличие от ч. 1 этой статьи, не указывается,что все участники группы лиц по предварительному сговору должны быть именносоисполнителями преступления, а указывается лишь на лиц, заранее договорившихсяо совершении преступления. Согласно данной точке зрения действия исполнителянадлежит квалифицировать непосредственно по ч. 2 ст. 213 УК РФ, а действиядругих соучастников — по ч. 2 ст. 213 УК РФ со ссылкой на соответствующиепункты ст. 33 УК РФ. Эта точка зрения нам представляется правильной, посколькуона основывается прежде всего на конструкции уголовно-правовой нормы,содержащейся в ч. 2 ст. 35 УК РФ.
Следуетоднако заметить, что случаи совершения хулиганства с распределением ролей, даже«технических», чрезвычайно редки, что подтверждается даннымипроведенного нами исследования. Нами установлено, что около 75,8% групповыххулиганств совершается группой лиц, в 23,9% — группой лиц по предварительномусговору и лишь в 0,3% — организованной группой. В основном преступные группыхулиганов имеют по 2 — 3 участника (60%), реже 3 и более участников (40%),причем в 94% случаев при совершении групповых хулиганских действий присутствуетсоучастие в форме соисполнительства, в 3,9% в составе группы имеютсяподстрекатели, в 1,8% — пособники и лишь в 0,3% имеется организатор группы.
Необходимоотметить, что при производстве предварительного расследования, как правило, неустанавливаются именно организаторы хулиганских действий либо в судебномзаседании не доказывается их виновность. Это влечет недоказанность совершенияхулиганства организованной группой лиц и квалификацию подобных действий какхулиганства, совершенного группой лиц по предварительному сговору.
Изучениесудебной практики показывает, что хулиганство довольно часто совершаетсякомпанией нетрезвых людей, как правило, без предварительного сговора. В этомслучае каждый соисполнитель совершает хулиганские действия исключительно в мерусвоего разумения. То же самое (кроме предварительного сговора на совместноесовершение преступления) можно сказать и о совершении хулиганства группой лицпо предварительному сговору. То, что в науке уголовного права называют«предварительным сговором», при совершении хулиганства группой лиц зачастуювыражается, например, в словах «Будем бить!», произнесенныхинициатором преступления, и молчаливом согласии на это других членов группы.Указанное обстоятельство позволяет считать одинаковой степень общественнойопасности хулиганства, совершенного группой лиц, и хулиганства, совершенногогруппой лиц по предварительному сговору.
Вместес тем вызывает недоумение исключение группы лиц из числа квалифицирующихпризнаков хулиганства. Не вызывает сомнения, что групповые действия хулигановобладают гораздо большим характером и степенью общественной опасности посравнению с действиями одного лица. Тем не менее в соответствии с новойредакцией ст. 213 УК РФ такие действия следует квалифицировать как действиякаждого хулигана по отдельности. Так, были квалифицированы по ч. 1 ст. 213 и п.«д» ч. 2 ст. 112 УК РФ действия Ф., П. и Р., которые, находясь наостановке транспорта, увидели ранее не знакомого им несовершеннолетнего И. Входе произошедшего из-за малозначительного повода избиения И. с использованиемподобранных прямо на оживленной остановке ящиков преступники были задержанысотрудниками милиции[143].Такая квалификация подобного деяния, несомненно, не отражает всей негативнойсущности совершенного преступления.
Этоможно объяснить тем, что совершение хулиганства группой лиц носит объединенныйхарактер, затрудняет оказание сопротивления хулиганам, в большей степенидеморализует потерпевшего и, в общем, облегчает совершение преступления. Врезультате этого достигается больший негативный эффект хулиганских действий ипричиняется больший вред общественному порядку и личности.
Крометого, отрицательным моментом новой редакции перечня квалифицирующих признаковст. 213 УК РФ является то, что для привлечения к ответственности за совершениехулиганства группой лиц по предварительному сговору необходимо достоверно иобоснованно подтвердить факт наличия такого сговора, а это, по мнению более чем75% правоприменителей, сделать довольно сложно. В результате затрудненностидоказывания совершения хулиганства группой лиц по предварительному сговоруквалификация таких действий осуществляется по ч. 1 ст. 213 УК РФ, чтоопять-таки нельзя признать допустимым.
Следуетзаметить, что в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 63 совершениепреступления в составе группы лиц является обстоятельством, отягчающимнаказание, что должно учитываться при дифференциации ответственности захулиганство. Вместе с тем изучение следственной и судебной практики не даетоснований считать достаточным наличие этого квалифицирующего обстоятельствалишь в ст. 63 УК для правильной и соразмерной квалификации хулиганства. Этоотчасти объясняется тем, что в настоящее время уголовные дела в случаесовершения хулиганства группой лиц возбуждаются по ч. 1 ст. 213 УК РФ и нередкорасследуются независимо друг от друга. В результате этого может возникнутьситуация, при которой у следователей (дознавателей) будет отсутствоватьвзаимная осведомленность о фактическом совершении именно группового хулиганства,а не деяний, квалифицируемых по ч. 1 ст. 213 УК РФ, что не отражает реальногоположения вещей, а наоборот, маскирует роль каждого из соучастников.
Какследствие этого, а также как самостоятельное правовое явление следуетрассматривать частое неотражение в приговорах обстоятельств, указывающих насовершение хулиганства группой лиц. Эти обстоятельства не учитываются какобстоятельства, отягчающие наказание, что не соответствует как ч. 3 ст. 60 УКРФ, так и принципу справедливости, закрепленному в ст. 6 УК РФ. Подобноеявление также не соответствует уголовно-процессуальным нормам, указывающим нато, что обстоятельства, отягчающие наказание, должны быть отражены вобвинительном заключении (п. 7 ч. 1 ст. 220 УПК РФ), обвинительном акте (п. 7ч. 1 ст. 225 УПК РФ) и приговоре суда (п. 3 ст. 307 УПК РФ).
Наосновании вышеизложенных обстоятельств мы считаем необходимым дополнение ч. 2ст. 213 УК РФ таким квалифицирующим признаком хулиганства, как его совершениегруппой лиц.
Всоответствии с ч. 3 ст. 35 УК РФ хулиганство признается совершенныморганизованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранееобъединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.
Устойчивостьв рамках организованной группы зачастую характеризуется наличием отработанногоплана и способов совершения посягательства, подготовкой орудий и средств,фактически заранее обусловленным выполнением действий, облегчающих совершениедеяния, намеренным созданием условий для последующего его совершения[144]. Об устойчивости группы могутсвидетельствовать, в частности, такие признаки, как стабильность ее состава,тесная взаимосвязь между членами, согласованность их действий, длительностьсуществования и т.д. Стабильность состава организованной группы во многомопределяет и другие признаки организованной преступной группы: в нейвырабатываются свои собственные взгляды и нормы поведения, которых придерживаютсявсе ее члены, нарушители принятых норм поведения подвергаются преследованию.Количество совершаемых преступлений и их тяжесть по мере длительностифункционирования группы во времени, как правило, увеличиваются.
Ворганизованной преступной группе обычно сформирована и четко выраженаструктура: группу возглавляет лидер — ее организатор и руководитель, к немупримыкают наиболее активные члены преступной группы, за ними следуют ведомыерядовые участники группы[145].При расследовании преступлений, совершаемых организованными преступнымигруппами хулиганов, затруднительно получить от подозреваемых, обвиняемых иподсудимых правдивые показания, поскольку боязнь соучастников оказывает гораздобольшее влияние, чем угроза наказания. В результате этого существеннозатрудняется расследование преступлений, совершенных организованными группами,и доказывание вины участников таких групп.
Совершениепреступления организованной группой, несомненно, носит больший характеробщественной опасности, чем его совершение группой лиц или группой лиц попредварительному сговору. В этой связи вызывает недоумение законодательнаяконструкция ч. 2 ст. 213 УК РФ, которая уравнивает степень общественнойопасности совершения хулиганства группой лиц по предварительному сговору иорганизованной группой. Мы согласны с мнением Т.А. Лесниевски-Костаревой о том,что квалифицирующие признаки, отражающие существенно различный уровеньобщественной опасности, должны влечь различное изменение типового наказания[146].
Наосновании этого мы предлагаем относить совершение хулиганства организованнойгруппой лиц к особо квалифицирующим признакам хулиганства и обозначить его в ч.3 ст. 213 УК РФ. Подобной позиции, хотя и применительно к иным составам преступлений,придерживается и ряд других ученых[147].
Всовременной науке уголовного права нет единства мнений по поводу квалификациидействий членов организованной группы. Так, по мнению некоторых ученых, всесоучастники с момента включения в организованную группу становятся ее членами инезависимо от места и времени совершения преступления и характера фактическивыполняемых ролей признаются соисполнителями[148].В соответствии с этой точкой зрения действия всех членов организованной группыхулиганов следует квалифицировать как действия исполнителей в соответствии с ч.2 ст. 34 УК РФ, т.е. по соответствующей части ст. 213 УК РФ без ссылки на ст.33 УК.
Согласнодругой позиции, такая квалификация на практике ведет к необоснованномурасширению пределов ответственности, переводу фактически пособнических действийв разряд исполнения преступления в составе организованной группы[149]. Как представляется, эта позиция вбольшей мере отвечает смыслу положений, содержащихся в УК РФ, и принципуиндивидуализации уголовной ответственности и наказания.
Такимобразом, действия исполнителя хулиганства подлежат квалификации по ч. 2 ст. 213УК РФ. Действия других соучастников хулиганской группы следует квалифицироватьпо ч. 2 ст. 213 УК РФ со ссылкой на ст. 33 УК РФ.
Совершениекем-либо из членов организованной группы действий, выходящих за пределыдоговоренности, является эксцессом исполнителя, и другие участники этой группыза эти действия уголовной ответственности не подлежат[150].
Некоторыеученые указывают на нецелесообразность и недостаточную эффективность включенияв состав группового хулиганства таких признаков, как совершение хулиганствагруппой лиц по предварительному сговору и совершение хулиганства организованнойгруппой[151].Несмотря на это, присутствие вышеуказанных признаков в составе ст. 213 УК РФследует признать необходимым в связи с тем, что они позволяютиндивидуализировать уголовную ответственность и наказание, назначаемое засовершение особо опасных хулиганских действий.
Крометого, включение в УК РФ положения об уголовной ответственности за организациюэкстремистского сообщества (ст. 282.1), созданного для совершения преступленийэкстремистской направленности, в том числе и хулиганства, указывает нанеобходимость наличия в составе ст. 213 УК РФ такого квалифицирующего признака,как совершение хулиганства организованной группой.
Всоответствии со смыслом ст. 282.1 в ней говорится не о совершении одного из перечисленныхпреступлений (например, одного хулиганства), а о совершении несколькихпреступлений. В этой связи необходимо отметить, что такой признакорганизованной группы, как ее создание для совершения нескольких преступлений,является основным в ее понятии. Поэтому, на наш взгляд, представляетсяцелесообразным считать хулиганство совершенным организованной группой, если онобыло совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершенияименно нескольких преступлений.
3.2Сопротивление лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядкаили пресекающему нарушение общественного порядка
Какследует из статьи 213 УК РФ, хулиганство, связанное с сопротивлениемпредставителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественногопорядка или пресекающему нарушение общественного порядка, — наказываетсялишением свободы на срок до семи лет.
Подсопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанностипо охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественногопорядка, понимается активное противодействие хулигана осуществлениюпредставителем власти его полномочий, которыми он наделен по службе, илипротиводействие исполнению общественного долга иным лицом, исполняющимобязанности по охране общественного порядка или пресекающим нарушениеобщественного порядка.
Сопротивлениеможет выражаться в таких действиях, как попытка вырваться от задерживающих лиц,связывание, запирание или ограничение свободы этих лиц. Кроме того,сопротивление может быть выражено в насилии или угрозе его применения, однаконасилие не должно быть опасным для жизни или здоровья. В таких случаяхсодеянное в отношении представителей власти квалифицируется по совокупности ст.213 и ч. 2 ст. 318 УК, а в отношении иных лиц — по совокупности ст. 213 и ст.ст. 111, 112 УК. Сопротивление, оказанное после прекращения хулиганскихдействий, например, в связи с последующим задержанием виновного, не должнорассматриваться как квалифицирующее обстоятельство хулиганства.
Подпредставителями власти понимаются лица, которые постоянно, временно или поспециальному полномочию осуществляют функции представителя власти. Это могутбыть лица, занимающие должности, устанавливаемые Конституцией РФ, федеральнымиконституционными законами и федеральными законами для непосредственногоисполнения полномочий государственных органов, а также лица, занимающиедолжности, устанавливаемые конституциями или уставами субъектов РФ длянепосредственного исполнения полномочий государственных органов.
Кпредставителям власти, согласно примечанию к ст. 318 УК, относится любоедолжностное лицо правоохранительного или контролирующего органа, а также иноедолжностное лицо, наделенное в установленном законом порядке распорядительнымиполномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости. Кним относятся прокуроры, следователи, лица, производящие дознание иосуществляющие оперативно-розыскную деятельность, сотрудники органов внутреннихдел, контрразведки, государственной охраны, контрольных органов Президента РФ иглав администраций субъектов РФ, таможенных органов, органов надзора и др.
Подиными лицами, исполняющими обязанности по охране общественного порядка илипресекающими нарушение общественного порядка, следует понимать военнослужащих,привлекаемых к охране общественной безопасности и общественного порядка,должностных лиц органов муниципальной службы, которые по специальномуполномочию органа местного самоуправления осуществляют функции по охранеобщественного порядка.
К этойже категории лиц следует относить граждан, принимающих участие в пресечениинарушений общественного порядка и по своей инициативе. Под исполнениемобязанностей по охране общественного порядка понимается несение лицом постовойили патрульной службы на улицах и в других общественных местах, поддержаниепорядка во время проведения демонстраций, митингов, массовых зрелищных,спортивных и иных мероприятий, при ликвидации последствий стихийных бедствий ит.п. Речь идет о народных дружинниках, отдельных гражданах, принимающих участиев пресечении нарушений общественного порядка по своей инициативе.
Сопротивлениес насилием, не опасным для жизни или здоровья потерпевшего, полностьюохватывается диспозицией ч. 2 ст. 213 УК и не требует дополнительнойквалификации по ч. 1 ст. 318 УК.
Всодержание умысла виновного при совершении хулиганских действий, сопряженных ссопротивлением, входит осознание того, что потерпевшим является представительвласти либо иное лицо, исполняющее обязанности по охране общественного порядкалибо пресекающее нарушение общественного порядка.
Поэтомуправильно замечает Е.И. Овчаренко, что «сопротивление представителю властиимеет место в случаях, когда лицо уведомлено о том, что перед ним — сотрудникмилиции или иных аналогичных структур. Если же сотрудник не был одет вформенную одежду, то до начала пресечения хулиганских действий он должен былофициально представиться или иным образом уведомить нарушителя о своейпринадлежности к органам государственной власти. В противном случае деяниебудет квалифицироваться по той же части статьи, однако лицу будет вменятьсясовершение хулиганства, связанного с сопротивлением лицу, пресекающемунарушение общественного порядка»[152].
Приквалификации хулиганства на практике вызывают трудности вопросы отграничениябытового хулиганства от преступлений против личности. Хулиганство, связанное спосягательством на личность, и преступления против личности различаются попризнакам субъективной стороны: направленности, умыслу, мотиву. Ответственностьза квалифицированное хулиганство наступает с 14 лет.
Если врезультате сопротивления, оказанного лицу, пресекающему хулиганские действия,будет причинено насилие, образующее более тяжкое преступление, напримерумышленное причинение тяжкого вреда здоровью, содеянное не охватываетсясоставом хулиганства, а квалифицируется по совокупности с более тяжкимпреступлением (в названном случае еще и по соответствующей части ст. 111).Применение же насилия после прекращения хулиганских действий, в частности всвязи с последующим задержанием виновного, судебная практика не рассматриваеткак квалифицирующее обстоятельство хулиганства, а квалифицирует как«хулиганство без отягчающих обстоятельств по совокупности с применением насилияв отношении представителя власти (ст. 318) либо с применением насилия какпреступления против личности (например, как умышленное причинение легкого вредаздоровью)»[153].
В этойсвязи интересно следующее дело. К.С.И. признан виновным в совершениихулиганства с применением предмета, используемого в качестве оружия, связанногос сопротивлением лицу, пресекавшему нарушение общественного порядка.Преступление им совершено при следующих обстоятельствах. 28 апреля 2002 годаК.С.И. и О., находясь в строящемся домовладении О., употребили спиртные напиткии легли спать. Примерно в 22 часа в дом О. пришел Г., который в темноте, наощупь, стал искать О. Наткнувшись на кровать, на которой спал К.С.И., Г. сталего будить, думая, что это О. Проснувшись, К.С.И. беспричинно ударил Г. рукойпо лицу. Включив свет, Г. стал возмущаться подобным действиям К.С.И. В ответ наэто К.С.И., выражаясь нецензурными словами, взяв со стола нож, стад подходить кГ., высказывая при этом угрозы убийством. Проснувшийся от шума О. сталуспокаивать К.С.И., однако тот не реагировал и продолжал наступать на Г. сножом в руке.
Г.защищался табуретом и пустым газовым баллоном, однако К.С.И. удалось нанестипотерпевшему ножевые ранения, причинив тому резаные раны в области шеи, левогоплеча, слизистой рта. Затем К.С.И. успокоился и Г. вышел из дома. В это время кдому подошел К. и, увидев на одежде Г. кровь и узнав от него о случившемся,пошел в дом, чтобы попытаться успокоить К.С.И. В ответ на укоры К. К.С.И. вновьвзял со стола нож и бросился на К., но Г. пресек действия К.С.И., нанеся томуудар доской по голове. Хулиганские действия К.С.И. продолжались около 15-20минут, сопровождались громкими криками, грубой нецензурной бранью, чем нарушилиобщественный порядок и спокойствие граждан.
ПресечениеК. хулиганских действий К.С.И. было расценено судом в качестве квалифицирующегопризнака совершенных им действий (часть вторая статьи 213 УК РФ). Однако, какотметил Верховный Суд РФ, «в этом случае суд допустил неточность, поскольку самже в приговоре установил, что К. вошел в дом после того, как «К.С.И.успокоился» и прекратил свои действия в отношении Г. Согласноустановленным судом фактическим обстоятельствам случившегося, действия К.С.И.,совершенные в отношении К., были совершены «в ответ на укоры К.», ане в связи с пресечением последним его действий»[154].

Заключение
Исследованиепозволяет сделать вывод о достаточно серьезных, если не сказать революционных,изменениях в составе хулиганства. Мотив хулиганства (хулиганские побуждения),который действительно ранее являлся основным признаком, позволявшим судить онаправленности умысла виновного лица на нарушение общественного порядка и темсамым позволял разграничивать хулиганство и такие преступления против личности,как побои, причинение легкого и средней тяжести вреда здоровью, уже таковым неявляется, поскольку этот мотив, равно как мотивы политической, социальной,идеологической, расовой, национальной, религиозной ненависти или вражды,предусмотрен сейчас в квалифицированных составах преступлений против личности.
Совершениехулиганства уже не связывается только с хулиганскими побуждениями и другимимотивами, указанными в п. «б» ч. 1 ст. 213 УК РФ, поскольку допускаетвозможность признания хулиганством действий, совершенных в семье, в отношенииродственников, знакомых лиц и вызванных личными неприязненными отношениями,неправильными действиями потерпевших, если эти действия совершались при наличиипризнаков преступления, предусмотренного ст. 213 УК РФ. Такими признакамиявляются грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение кобществу, если, конечно, при этом применялось оружие или предметы, используемыев качестве оружия.
Объектомхулиганства является общественный порядок, однако содержание этого понятия внауке остается крайне спорным.
Составхулиганства не содержит такого признака объективной стороны, как применениенасилия (причинение вреда здоровью человека различной степени тяжести), ипоэтому, когда в процессе совершения хулиганства потерпевшему наносятся побоиили причиняется вред здоровью, содеянное надлежит квалифицировать посовокупности соответствующих преступлений.
Остаетсялишь вопрос об объеме насилия, охватываемого нормой, изложенной в ст. 213 УКРФ. В случаях совершения хулиганства, подпадающего под признаки п.«б» ч. 1 ст. 213 УК РФ, применение оружия и других предметов неявляется обязательным, однако в течение многих десятилетий существования нормыо хулиганстве обоснованно считалось, что грубость нарушения общественногопорядка в первую очередь определяется тем, что оно (нарушение) было связано спроявлением насилия.
Исследованиетакже позволяет сделать вывод, что под применением оружия (или другихпредметов, используемых в качестве оружия) понимается не только его собственноприменение, но и действия, свидетельствующие о намерении его применить, в томчисле – угроза его применения. Несмотря на возражения значительной частиспециалистов, представляется, что демонстрация подобных предметов способнаоказать устрашающее воздействие, поэтому его следует оценивать как хулиганство.
Определенныевопросы на практике может вызвать разграничение вандализма, совершенного помотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиознойненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношениикакой-либо социальной группы (ч. 2 ст. 214 УК РФ), и хулиганства, совершенногопо тем же мотивам (п. «б» ч. 1 ст. 213 УК РФ). Решение этих вопросовсостоит в том, что при вандализме нарушается не только общественный порядок, нои причиняется вред имуществу путем осквернения зданий и иных сооружений, порчиимущества на транспорте или в иных общественных местах. В тех случаях, когданаряду с вандализмом (ст. 214 УК РФ) лицо совершает хулиганство,ответственность за которое предусмотрена статьей 213 УК РФ, содеянное следуетквалифицировать по совокупности названных статей Уголовного кодекса РФ.

Списокиспользованной литературы
1.Нормативно-правовые акты
1.        Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г.N 63-ФЗ (УК РФ) (с изменениями от 30 декабря 2008 г.) // Собрание законодательстваРФ. 1996. №25. Ст. 2954; 2009. №1. Ст. 29.
2.        Кодекс Российской Федерации обадминистративных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. N 195-ФЗ (КоАП РФ) (сизменениями от 30 декабря 2008 г.) // Собрание законодательства РФ. 2002. №1.Ст. 1; 2009. №1. Ст. 17.
3.        Федеральный закон от 13 декабря 1996 г.N 150-ФЗ «Об оружии» (с изменениями от 30 декабря 2008 г.) //Собрание законодательства РФ. 1996. №51. 5681; 2009. №1. Ст. 17.
4.        Федеральный закон от 25 июля 2002 г. N114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» (с изменениямиот 29 апреля 2008 г.) // Собрание законодательства РФ. 2002. №30. Ст. 31; 2008.№18. Ст. 1939.
5.        Федеральный закон от 24 июля 2007 г. N 211-ФЗ«О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерациив связи с совершенствованием государственного управления в областипротиводействия экстремизму» // Собрание законодательства РФ. 2007. №31.Ст. 4008.
6.        Послание Президента РоссийскойФедерации Федеральному Собранию от 20 апреля 2007 года «О важнейшихобщенациональных задачах» // Российская газета. 2007. 27 апр. С. 2.
7.        Соборное уложение 1649 г. // Российскоезаконодательство X – XX веков. Т. 3. Отв. ред. А.Г. Маньков. М.: Юридическаялитература, 1985. С. 21-188.
8.        Артикул Воинский Петра I от 1715 г. //Российское законодательство X-XX веков. Законодательство периода становленияабсолютизма. Том 4. М.: Юридическая литература, 1986. С. 92-264.
9.        Свод законов Российской империи 1833 г.Свод законов уголовных // Исаева Т.С. Основные памятники русского права.Владивосток: ДВГУ, 2007. С. 119-163.
10.     Уголовное уложение от 22 марта 1903 г.// Исаева Т.С. Основные памятники русского права. Владивосток: ДВГУ, 2007. С.197-224.
11.     Декрет СНК РСФСР от 4 мая 1918 г.«О революционных трибуналах» // Сборник документов по историиуголовного законодательства СССР и РСФСР. 1917-1952 гг. / Под ред. И.Т.Голякова. М.: Госюриздат, 1953. С. 23-26.
12.     Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. (утратилсилу) // Хрестоматия по истории отечественного государства и права (послеоктябрьскийпериод) / Под ред. А.И. Чистякова. М.: Юристъ, 2004. С. 65-78.
13.     Постановление 2-й сессии XI созыва ВЦИКот 17 октября 1924 г. (утратило силу) // Сборник документов по историиуголовного законодательства СССР и РСФСР 1917-1952 гг. / Под ред. И.Т.Голякова. М.: Госюриздат, 1953. С. 44-47.
14.     Уголовный кодекс РСФСР 1926 г. (утратилсилу) // Хрестоматия по истории отечественного государства и права(послеоктябрьский период) / Под ред. А.И. Чистякова. М.: Юристъ, 2004. С.188-205.
15.     Постановление ВЦИК СНК СССР от 29 марта1935 г. «О мерах борьбы с хулиганством» (утратило силу) // Сборникдокументов по истории уголовного законодательства СССР и РСФСР. 1917-1952 гг. /Под ред. И.Т. Голякова. М.: Госюриздат, 1953. С. 380-381.
16.     Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б)«О ликвидации детской беспризорности и безнадзорности» от 31 мая 1935г. (утратило силу) // Сборник документов по истории уголовного законодательстваСССР и РСФСР. 1917-1952 гг. / Под ред. И.Т. Голякова. М.: Госюриздат, 1953. С.382-384.
17.     Указ Президиума Верховного Совета СССРот 10 августа 1940 г. «Об уголовной ответственности за мелкие кражи напроизводстве и за хулиганство» (утратил силу) // Ведомости ВерховногоСовета СССР. 1940. №29. Ст. 67.
18.     Указ Президиума Верховного Совета СССРот 22 июня 1941 г. «О военном положении» (утратил силу) // ВедомостиВерховного Совета СССР. 1941. №12. Ст. 32.
2. Научнаяи учебная литература
19.     Владимиров В.А., Ляпунов Ю.И.Ответственность за корыстные посягательства на социалистическую собственность.М.: Юридическая литература, 1986. 209 с.
20.     Волженкин Б.В., Питерцев С.К.,Шимановский В.В. Расследование дел о хулиганстве. Л.: ЛГУ, 1979. 126 с.
21.     Волков Б.С. Мотив и квалификацияпреступлений. Казань: КГУ, 1968. 219 с.
22.     Волошина Л.А. Тяжкая насильственнаяпреступность последнего десятилетия в России // Состояние и тенденциинасильственной преступности в РФ. М.: МГУ, 1993. С. 3-26.
23.     Галиакбаров Р.Р. Борьба с групповымипреступлениями. Вопросы квалификации. Краснодар: КГУ, 2000. 118 с.
24.     Галиакбаров Р.Р. Квалификация групповыхпреступлений / Отв. ред. В.И. Артемов. М.: Юридическая литература, 1980. 166 с.
25.     Горбунова О.Н. К вопросу об определениипонятия «общественный порядок» в советской науке административногоправа // Труды Иркутского госуниверситета. Т. XIX. Серия юридическая. Вып. 8.Часть 2. Иркутск: ИГУ, 1967. С. 98-133.
26.     Готовцев А.В. Организационно-правовыевопросы взаимодействия милиции и внутренних войск в охране общественногопорядка: Автореф. дисс… канд. юрид. наук. М., 2000. 25 с.
27.     Гранин А.Ф. Теоретические вопросысоциалистической законности в деятельности органов внутренних дел: Автореф.дисс… докт. юрид. наук. Киев: КГУ, 1975. 24 с.
28.     Гришаев П.Ф. Преступления противобщественной безопасности. М.: Госюриздат, 1959. 141 с.
29.     Громов В.И. Безмотивные преступления(по изд.: Журнал министерства юстиции. 1913. №5) // СПС «Гарант». База«Классика российского правового наследия».
30.     Даньшин И.Н. Ответственность захулиганство по советскому уголовному праву. Харьков: ХГУ, 1971. 144 с.
31.     Даньшин И.Н. Уголовно-правовая охранаобщественного порядка. М.: Юридическая литература, 1973. 327 с.
32.     Долгова А.И., Аргунов Ю.Н., Орлов С.А.Изменение преступности в России. М.: Инфра-М Норма, 1994. 292 с.
33.     Дубровин И.А. Ответственность запреступления, совершенные группой лиц по предварительному сговору иорганизованной группой: Автореф. дис… канд. юрид. наук. М., 2003. 22 с.
34.     Ермакова Л.Д. Комментарий к Уголовномукодексу Российской Федерации / Ю.В. Грачева, Л.Д. Ермакова и др. / Отв. ред.А.И. Рарог. М.: ТК Велби, Проспект, 2004. 839 с.
35.     Еропкин М.И. Управление в областиохраны общественного порядка. М.: МГУ, 1951. 76 с.
36.     Жих Ю.И. Уголовная ответственность загрупповое хулиганство: Автореф. дис… канд. юрид. наук. Волгоград, 1998. 23 с.
37.     Иванов Н.Г. Мотив преступного деяния.М.: Бек, 1997. 181 с.
38.     Иванов Н.Г. Понятие и формы соучастия всоветском уголовном праве. Саратов, 1991. 128 с.
39.     Игнатов А.Н. Курс советского уголовногоправа. Том 6. М.: МГУ, 1971. 470 с.
40.     Кадников Н.Г. Категория тяжкихпреступлений по советскому уголовному праву. Дис… канд. юрид. наук. М.: МГУ,1991. 154 с.
41.     Кириченко В.Ф. Об усилении борьбы схулиганством. М.: Юридическая литература, 1967. 97 с.
42.     Козаченко И.Я. Воплощение ленинскихидей в советском уголовном законодательстве о необходимости эффективной борьбыс хулиганством: (Сравнительно-исторический анализ) // Межвуз. сб. науч. тр. /СвЮИ. Свердловск, 1977. Вып. 54. С. 34-42.
43.     Куделич А.В. Уголовно — правовая охранаобщественного порядка в современной России: Автореф. дисс… докт. юрид. наук.М., 2000. 26 с.
44.     Курс уголовного права. Общая часть. Т.1 / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой и И.М. Тяжковой. М.: ИКД «Зерцало-М»,2002. 611 с.
45.     Ланге Н. Исследования об уголовномправе Русской Правды. СПб., 1860 // СПС «Гарант». База «Классика российскогоправового наследия».
46.     Лейкина Н.С. Уголовно-правовая борьба схулиганством. Дис… канд. юрид. наук. Л.: ЛГУ, 1947. 138 с.
47.     Лесниевски-Костарева Т.А.Дифференциация уголовной ответственности. Теория и практика. 2-е изд. М.:Норма, 2000. 527 с.
48.     Лучинский Н.Ф. Меры борьбы спраздношатайством и хулиганством (по изд.: Тюремный вестник. 1915. №3. С.566-577) // СПС «Гарант». База «Классика российского правового наследия».
49.     Метельский П.С. Динамика и тенденциинасильственной преступности в местах лишения свободы // Состояние и тенденциинасильственной преступности в РФ. М.: ЮИ МВД РФ, 1993. С. 76-94.
50.     Милюков С.Ф. Российское уголовноезаконодательство: опыт критического анализа. СПб.: СПбИВЭСПЭП, Знание, 2000.376 с.
51.     Монтескье Ш. О духе законов //Монтескье Ш. Избранные произведения. М.: Наука, 2001. С. 11-425.
52.     Наумов А.В. Практика примененияУголовного кодекса Российской Федерации: комментарий судебной практики идоктринальное толкование. М.: Волтерс-Клувер, 2005. 926 с.
53.     Научный комментарий к УК РСФСР.Свердловск: СГУ, 1964. 618 с.
54.     Отзыв Московского Столичного мировогоСъезда о министерском законопроекте о мерах борьбы с хулиганством (По изд.:Юридический вестник. 1913. №3. С. 235) // СПС «Гарант». База «Классикароссийского правового наследия».
55.     Попов А.Н. Убийства при отягчающихобстоятельствах. СПб.: Юридический центр Пресс, 2003. 916 с.
56.     Преступность и правонарушения в СССР /Под рец. С.В. Бородина. М.: Юридическая литература, 1989. 163 с.
57.     Рарог А.И. Квалификация преступлений посубъективным признакам. СПб.: Питер, 2003. 516 с.
58.     Рарог А.И. Настольная книга судьи поквалификации преступлений. М.: Приор, 2006. 810 с.
59.     Ратинов А.Р., Рчеулешвили А.Ш. Опсихологической природе хулиганского мотива // Вопросы борьбы с преступностью.Вып. 45. М.: ЮИ МВД РФ, 1987. С. 41-58.
60.     Саркисов Г.С. Предупреждение нарушенийобщественного порядка. Ереван, 1972. 415 с.
61.     Сердюк Л.В. Насилие: криминологическоеи уголовно-правовое исследование. М.: Наука, 2002. 489 с.
62.     Серегин А.В. Советский общественныйпорядок и административно-правовые средства его укрепления. М.: ЮИ МВД РФ,1975. 212 с.
63.     Сидирякова М.В. Назначение наказанияучастникам групповых преступлений: Автореф. дис… канд. юрид. наук. Самара,2003. 27 с.
64.     Советское уголовное право. ЧастьОсобенная. М.: МГУ, 1964. 378 с.
65.     Таганцев Н.С. Устав о наказаниях,налагаемых мировыми судьями. 1885. Изд. XVIII // СПС «Гарант». База «Классикароссийского правового наследия».
66.     Ткачевский Ю.М. Ответственность захулиганство. М.: Юридическая литература, 1983. 266 с.
67.     Толстопятова Н.В. Эксцесс соучастниковв уголовном праве: Автореф. дис… канд. юрид. наук. Ростов-на-Дону, 2004. 21с.
68.     Уголовное право зарубежных стран:Особенная часть / Под ред. И.Д. Козочкина. М.: Статут, 2003. 811 с.
69.     Уголовное право. История юридическойнауки / Отв. ред. В.Н. Кудрявцев. М.: Наука, 1978. 578 с.
70.     Уголовное право. Общая и Особеннаячасти / Под общ. ред. Л.Д. Гаухмана, А.А. Энгельгарда. М.: Норма-Инфра М, 2000.704 с.
71.     Уголовное право. Общая часть: Учебник /Под ред. В.Н. Петрашева. М.: Юристъ, 1999. 470 с.
72.     Уголовное право. Особенная часть:Учебник / Под ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамовой, Г.П. Новоселова. М.: Норма,2008. 768 с.
73.     Уголовное право России. ЧастьОсобенная. Учебник для вузов / Под ред. Л.П. Кругликова. М.: Волтерс-Клувер,2006. 717 с.
74.     Уголовное право Российской Федерации.Особенная часть / Под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, А.И. Рарога, А.И. Чучаева.М.: ИНФРА-М, КОНТРАКТ, 2006. 840 с.
75.     Фролов Е.А. Спорные вопросы учения обобъекте преступления // Сборник ученых трудов Свердловского юридическогоинститута. Вып. 10. Свердловск, 1969. С. 184-225.
76.     Шинкарук В.М. Ответственность захулиганство в российском уголовном праве: Автореф. дис… канд. юрид. наук.Волгоград, 2002. 24 с.
77.     Яценко С.С. Ответственность запреступления против общественного порядка. Киев: КГУ, 1976. 139 с.
78.     Яценко С.С. Уголовно-правовая охранаобщественного порядка. Сравнительно-правовой аспект. Киев: КГУ, 1986. 122 с.
3.Периодические издания
79.     Апостолова Ц.З. Дискуссионные аспектыуголовно-правовой характеристики хулиганства в редакции Федерального закона от24 июля 2004 года №211-ФЗ // Российский следователь. 2007. №4. С. 47-54.
80.     Бирюков В.В. Еще раз об экстремизме //Адвокат. 2006. №12. С. 41.
81.     Борзенков Г. Проблемы квалификациипреступлений против жизни и здоровья, совершенных из хулиганских побуждений //Законность. 2008. №5. С. 33-38.
82.     Быков В. Виды преступных групп //Российская юстиция. 1997. N 12. С. 20.
83.     Веремеенко И.И. Сущность и понятиеобщественного порядка // Советское государство и право. 1982. №3. С. 25-29.
84.     Вознесенская О. Камень в руке хулигана– не всегда оружие // Российская юстиция. 2001. №6. С. 51.
85.     Волженкин Б.В. Постановление ПленумаВерховного Суда о судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иныхпреступлениях, совершенных из хулиганских побуждений // Уголовное право. 2008.№1. С. 5.
86.     Волженкин Б. Хулиганство // Уголовноеправо. 2007. №5. С. 21.
87.     Галиакбаров Р. Квалификацияпреступлений по признаку их совершения организованной группой // Российскаяюстиция. 2000. №4. С. 61-62.
88.     Гаухман Л., Максимов С. Ответственностьза организацию преступного сообщества // Законность. 1997. №2. С. 12-17.
89.     Гаухман Л., Максимов С., Жаворонков А.Справедливость наказания: принцип и реальность // Законность. 1997. №7. С. 4-5.
90.     Гордеев В. О преступности и судимости вСССР // Вестник Верховного Суда СССР. 1991. №3. С. 20-21.
91.     Григорян К.В. Субъективная сторонахулиганства // Российский следователь. 2008. №4. С. 21.
92.     Иванов Н. Хулиганство: проблемыквалификации // Российская юстиция. 1996. №8. С. 39-41.
93.     Иванов Н., Косарев И. Субъективнаясторона хулиганства // Уголовное право. 2007. №5. С. 39.
94.     Иванцова Н. Перспектива хулиганства –его декриминализация // Законность. 2004. №11. С. 41-44.
95.     Игнатов А. Спорные вопросы квалификациихулиганства // Советская юстиция. 1987. №2. С. 14-15.
96.     Кибальник А., Соломоненко И.«Экстремистское» хулиганство – нонсенс уголовного закона // Законность. 2008.№4. С. 11-13.
97.     Кибальник А., Соломоненко И.Юридические оплошности действующего уголовного закона // Российская юстиция.2004. №6. С. 34.
98.     Ковалев В. Что же такое «фашизм»? Отэтимологии – к законодательному определению // Российская юстиция. 2002. №10.С. 52.
99.     Колоколов Н.А. Борьба с хулиганством:кризис правового регулирования // Российский следователь. 2004. №11. С. 81-83.
100.   Курченко В. Квалификация особозлостного хулиганства // Законность. 1998. №7. С. 47-50.
101.   Лысов М.Д. Логико-структурный анализпонятия и признаков преступления в действующем УК РФ // Государство и право.1997. №12. С. 75-81.
102.   Максимов С. Организованная преступностьв России: состояние и прогноз развития // Уголовное право. 1998. N 1. С. 93-94.
103.   Непринцев А. Камень в руке хулигана –всегда оружие // Российская юстиция. 2002. №2. С. 55.
104.   Овчаренко Е.И. Правовая характеристикахулиганства // Журнал российского права. 2004. №3. С. 71.
105.   Платошкин Н.А. Признак вооруженности всоставе хулиганства // Военно-юридический журнал. 2008. №5. С. 115-122.
106.   Побегайло Э.Ф. Нерадостный юбилей //Российская юстиция. 2006. №6. 2-9.
107.   Ростокинский А.В. О сходной сущности иразличиях хулиганства и экстремизма // Российский следователь. 2007. №7. С.11-16.
108.   Тяжкова И.М. Какое хулиганство должнопризнаваться совершенным с применением оружия? // Советская юстиция. 1967. №18.С. 18.
109.   Устинов В. Создать общегосударственнуюсистему предупреждения и пресечения экстремизма // Российская юстиция. 2003.№1. С. 52.
4.Судебная практика
110.   Постановление Пленума Верховного СудаРФ от 27 января 1999 г. №1 «О судебной практике по делам об убийстве(ст.105 УК РФ)» (с изменениями 3 апреля 2008 г.) // Бюллетень ВерховногоСуда РФ. 2008. №6. С. 1-3.
111.   Постановление Пленума Верховного СудаРФ от 14 февраля 2000 г. №7 «О судебной практике по делам о преступленияхнесовершеннолетних» (с изменениями от 6 февраля 2007 г.) // БюллетеньВерховного Суда Российской Федерации. 2000. №4; 2007. №5. С. 1-4.
112.   Постановление Пленума Верховного СудаРФ от 12 марта 2002 г. №5 «О судебной практике по делам о хищении,вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ ивзрывных устройств» (с изменениями от 6 февраля 2007 г.) // БюллетеньВерховного Суда РФ. 2002. №5; 2007. №7. С. 1-3.
113.   Постановление Пленума Верховного СудаРФ от 27 декабря 2002 г. №29 «О судебной практике по делам о краже,грабеже и разбое» (с изменениями от 6 февраля 2007 г.) // БюллетеньВерховного Суда Российской Федерации. 2003. №2; 2007. №5. С. 1-3.
114.   Постановление Пленума Верховного СудаРФ от 15 июня 2004 г. №11 «О судебной практике по делам о преступлениях,предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса РоссийскойФедерации» // Российская газета. 2004. 29 июня. С. 4-5.
115.   Постановление Пленума Верховного СудаРФ от 15 ноября 2007 г. №45 «О судебной практике по уголовным делам охулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений»// Бюллетень Верховного Суда РФ. 2008. №1. С. 1-3.
116.   Надзорное определение СК по уголовнымделам Верховного Суда РФ от 25 января 2006 г. N 25-Д05-48 // Сайт ВерховногоСуда РФ в Internet (http://www.supcourt.ru)
117.   Постановление президиума Томскогообластного суда от 12 мая 1999 г. «Действия осужденного необоснованноквалифицированы как хулиганство» (Извлечение) // Бюллетень Верховного СудаРоссийской Федерации. 2000. №2. С. 22.
118.   Дело N 16-3/2004 Советского районногосуда г. Уфы // Архив Советского районного суда г. Уфы за 2004 год.
119.   Дело №1-461/2002 Центрального районногосуда г. Твери // Архив Центрального районного суда г. Твери за 2002 год.
120.   Дело N 1-1530/2004 Савеловскогорайонного суда г. Москвы // Архив Савеловского районного суда г. Москвы за 2004год.
121.   Дело №1-95/2005 Бутырского районногосуда г. Москвы // Архив Бутырского районного суда г. Москвы за 2005 г.
122.   Дело №1-168/2005 Бутырского районногосуда г. Москвы // Архив Бутырского районного суда г. Москвы за 2005 г.
123.   Дело №1-267/2005 Бутырского районногосуда г. Москвы // Архив Бутырского районного суда г. Москвы за 2005 г.
124.   Дело №1-106/2005 Савеловского районногосуда г. Москвы // Архив Савеловского районного суда г. Москвы за 2005 г.
125.   Дело №1-127/2005 Савеловского районногосуда г. Москвы // Архив Савеловского районного суда г. Москвы за 2005 г.
126.   Дело №1-360/2005 Савеловского районногосуда г. Москвы // Архив Савеловского районного суда г. Москвы за 2005 г.
127.   Дело №1-958/2005 Савеловского районногосуда г. Москвы // Архив Савеловского районного суда г. Москвы за 2005 г.
128.   Дело №1-1007/2005 Савеловскогорайонного суда г. Москвы // Архив Савеловского районного суда г. Москвы за 2005г.


Не сдавайте скачаную работу преподавателю!
Данный реферат Вы можете использовать для подготовки курсовых проектов.

Доработать Узнать цену написания по вашей теме
Поделись с друзьями, за репост + 100 мильонов к студенческой карме:

Пишем реферат самостоятельно:
! Как писать рефераты
Практические рекомендации по написанию студенческих рефератов.
! План реферата Краткий список разделов, отражающий структура и порядок работы над будующим рефератом.
! Введение реферата Вводная часть работы, в которой отражается цель и обозначается список задач.
! Заключение реферата В заключении подводятся итоги, описывается была ли достигнута поставленная цель, каковы результаты.
! Оформление рефератов Методические рекомендации по грамотному оформлению работы по ГОСТ.

Читайте также:
Виды рефератов Какими бывают рефераты по своему назначению и структуре.