Реферат по предмету "Государство и право"

Узнать цену реферата по вашей теме


Основы конституционного строя Норвегии

Содержание
 
Введение
§1. Конституция Норвегии
§2. Конституционно-правовойстатус личности
§3. Высшие органыгосударственной власти
§4. Территориальноеустройство и местное самоуправление
Список используемойлитературы

Введение
Государствона севере Европы, занимающее северную и западную части Скандинавскогополуострова, остров Ян-Майен и архипелаг Шпицберген. Территория — 324 тыс. кв.км. Столица — г. Осло.
Население— 4,4 млн чел. (1998 г.). Официальный язык — норвежский.
Господствующаярелигия — лютеранство.
Норвегия— унитарное государство, состоящее из 19 областей (фюльке). Во главе каждойобласти стоит назначаемый королем губернатор (фюлькесман). В областях (кроме Ослои Бергена) существуют выборные советы (фюлькестинги). Действующая Конституциябыла промульгирована 17 мая 1814 г. По форме правления Норвегия —конституционная парламентская монархия.

§1. КонституцияНорвегии
 
Конституционныйстрой королевства Норвегия отличается удивительной стабильностью не в последнююочередь потому, что его история — это история одной конституции. Она существуетс 1814 г. с рядом поправок, но, будучи единым, фактически неизменным актом,конституция придает всей системе государственнойвласти Норвегиитребуемое постоянство. Неизменность основного закона обеспечил жесткий порядоквнесения в нее поправок. Соответствующая часть § 112 конституции гласит:«… чтобы такие поправки никогда не могли противоречить принципам настоящейКонституции и с тем, чтобы изменения ее отдельных положений не затрагивали быее духа». В этой своей части конституция Норвегии выгодно отличается от ст. 135конституции России, оставляющей путь к изменению основ конституционного строяРоссийской Федерации (ст. 1,2 и 9).
Вюриспруденции понятие духа и принципов является достаточно сложной философскойкатегорией, так как и дух и принципы служат внешним выражением идей, вложенныхзаконодателем в правовой акт. Формально, исходя из практики и содержания §112норвежской конституции, можно предположить, что принципы суть менее абстрактноеи, следовательно, более частное выражение ее идей, и они могут, в свою очередь,быть изменены в сторону конкретизации ее духа. Наиболее яркий пример этому —более четкое определение в конституции со временем прав человека. Принципы,таким образом, суть средства выражения идей — духа конституции — и как таковыевсе же могут быть подвергнуты изменению в целях более точного, а со временем иприближенного к изменившимся условиям выражения духа основного закона. Поэтому,оставляя поле для конституционного маневра, норвежская конституция ставит, темне менее, жесткие рамки на пути коренного изменения конституционного режима всфере таких основополагающих ее идей, как идея народного суверенитета; идеяразделения властей и идея прав человека, все вместе составляющие идеюсодержания демократии как таковой. Это означает, что, изменяясь, нормыконституции не могут измениться совершенно, стать противоположностью основногои первоначального своего содержания. Что и было продемонстрировано за187-летний опыт ее применения: так, идея народного суверенитета, выраженная в §1 и 49, претерпела изменение благодаря редакции § 93, а принцип (идея)государственной религии и государственной церкви, выраженный в § 2, такжеизменился в редакции 1956 и 1964 гг., в соответствии с которыми наряду собязанностью граждан воспитывать своих детей в лютеранском духесуществует и принцип свободы совести. Здесь также нельзя не сослаться надовольно скептическое отношение к принципу государственной церкви, существующеев настоящий момент в Норвегии. Высказываются даже мнения о возможностиотделения церкви от государства, но подобные утверждения, смеем предположить, —дань все тому же пуританскому радикализму.Дух норвежской конституции,как мы выяснили выше, выражается посредством ее принципов, главным из которыхявляется принцип народного суверенитета. В Норвегии эта идея с самого начала ивплоть до 1905 г. имела ту особенность, что не полагала освобождение народногопредставительства из-под власти абсолютного монарха, как это было, например, наконтиненте, здесь она служила лозунгом борьбы за независимость. В межвоенныйпериод она была основой нейтралитета Норвегии, а в послевоенный период служитосновой конституционного режима, законного статуса органов государственнойвласти. Таким образом, § 49 конституции, несмотря на формальную неизменностьсвоего содержания: «Народ осуществляет свою власть посредством Стортинга,который состоит из двух частей: Лагтинга и Одельстинга», — получил новый смысл.Таким образом, как утверждает Й. Анденес, ведущий специалист поконституционному праву Норвегии: «Сегодня едва ли кто-нибудь осмелитсяутверждать, что в норвежском обществе есть более укоренившаяся в сознании людейидея, чем идея народного суверенитета».Принцип разделения властей,несмотря на свою логическую безупречность, показал всю свою несостоятельностьуже во время Великой Французской революции. В конституции 1791 г.он был, какизвестно, воплощен только на бумаге и сразу же вызвал затяжной конституционныйкризис, закончившийся казнью короля. Однако в настоящее время он продолжаетсохранять свое значение, правда в видоизмененной форме, во многом приданной емуучением Ганса Кельзена, который трактовал его не как разделение, а какраспределение власти: «Not separation but distribution of power». Учение Кельзена, надозаметить, оказало громадное влияние на скандинавскую юриспруденцию и наконституционное учение в том числе.
Здесь мы,прежде всего, должны сослаться на работы датского Юриста Альфа Росса,признанного авторитета во всей Скандинавии, в которых эта идея былапереработана в учение о функциях государства (statsfunktion). В соответствии с ним:«В парламентарно-демократическом государстве принцип разделения властейявляется выражением того положения, что существует техническая связь (arbejdstekniske sammenhasng) между органом и егофункцией. Функцию при этом следует рассматривать по возможности как выполнениеорганом государства своего предназначения в зависимости от организации ипроцедуры деятельности самого органа»25. Поэтому уже натерминологическом уровне власть может быть не разделена, а распределена междуорганами государства. В связи с чем скандинавская конституционная доктринаупотребляет выражение «распределение власти» (maktfordelings prinsip), а не «разделениевласти» (maktadskillelseprinsip).
В настоящеевремя принцип распределения власти находит свое отражение в практикескандинавского парламентаризма, одной из форм которого является норвежскийпарламентаризм. Отцы-основатели Эйдсвольской конституции были проникнуты духомсвоей эпохи. Идеи Локка о соотношении прав индивида и государства, основныеположения Декларации прав человека и гражданина 1789 г., без сомнения, были имхорошо известны, но идеи эти были пропущены через, так сказать, лютеранскоесито, оценены с позиций протестантской этики, в отношении определения которойникогда не утратят своей актуальности слова молодого Маркса. Поэтомупервоначально и довольно долго конституция гарантировала норвежцам толькоминимум гражданских прав и свобод: (I) свободу слова и печати, (2) осуществлениеправосудия только судом, (3) полное возмещение при экспроприации собственности,(4) запрет на придание закону обратной силы. В середине XIX в. практика конституциидобавила сюда право граждан на объединение в политические союзы. Однакоразвитие шло дальше, и 15 июля 1994 г. в конституцию была внесена поправка (§110с), которая гласит: «Забота о защите и уважении прав человека возлагается нагосударство». Последнее связано было с ратификацией и имплементацией воВ1гутреннее право Норвегии Европейской конвенции о защите прав человека иосновных свобод от 4 ноября 1950 г. Конвенции ООН об экономических, социальныхи культурных правах от 16 декабря 1966 г. и дополнительных протоколов к ним. С1962 г. в Норвегии действует рецепированный из Швеции институт представителя поправам человека — омбудсмана; правда, термин этот в нашей литературе совершеннонеправильно транслитерируется как «омбудсмен», очевидно на английский манер. Такимобразом, демократическая идея как общая составляющая духа норвежскойконституции находит свое реальное воплощение в ее принципах, изменяющихся вследза временем, но остающихся неизменными по сути (а не по форме) в рамкахдемократии. Демократия сама по себе тоже довольно сложный феномен. Западный типгосударства, к которому принадлежит Норвегия, являет собой довольно эклектичнуюмодель либеральной формы политической системы одновременно с существованиемжестких интервенционистских институтов государственного вмешательства вабсолютно все сферы жизни своих граждан.
Поэтому поддухом норвежской конституции — тем, что не может быть изменено ни под каким предлогомв полном соответствии с §112 основного закона, — можно понимать общуюдемократическую идею, являющуюся ядром всей политической системы Запада.Скандинавская форма этого ядра, ее отличительные черты заключаются в особойкомбинации материального и формального моментов демократии. С общей точкизрения, демократия — это форма государственного правления, т.е. способ, которымформируется государственная воля. Формальный момент скандинавской демократии,таким образом, совпадает с общей формой демократии на Западе, но вотматериальное наполнение этой формы значительно отличается от других западныхдемократий. Главное отличие заключается в качественном состоянии социальнойдемократии в этих странах. Для скандинавов в этой области проблема состоит вуглублении разнообразных экономических и социальных гарантий, предоставляемыхгосударством, тогда как для остальных стран Западной Европы пока еще стоитзадача их дифференциации. Нелишним в этой связи будет упомянуть, что параграф110 норвежской конституции закрепляет право трудовых коллективов на участие вуправлении предприятием и распределения прибыли, т.е. в осуществлении«производственной демократии» (Virksomhedsdemokrati), как говорят в странахСеверной Европы. Скандинавы, иными словами, пожалуй, полностью, насколько этовозможно в современных условиях, воспринимают Марксов тезис о выравнивании двухнеравных в экономическом плане субъектов, сформулированный им в работе «КритикаГотской программы». Так, в Скандинавии проблема неравенства решается не путемдвусмысленного тезиса о предоставлении равных стартовых возможностей, апосредством государственной заботы о неравных субъектах. Социализация власти — весьма прочно устоявшееся явление; власть приближена к индивиду и давно ужестала механизмом правового распределения благ в обществе среди его членов. Вэтом существенное экономическое содержание демократии в Норвегии, как, впрочем,в Дании, Швеции, Исландии и Финляндии, и главное отличие их от остальныхразвитых стран. Наконец, что касается политического содержания демократии вНорвегии, то это отсутствие здесь пока института прямой демократии —обязательного народного референдума (при фактическом наличии только егоконсультативной формы), что отличает Норвегию от Дании и Швеции, основныезаконы которых зафиксировали конституционный статус этого института. Такимобразом, основополагающая форма демократии в Норвегии характеризуется нами какчисто представительная.Немаловажную проблему для конституционализма любой страныпредставляют источники ее конституции, по которым судят о ее характере исодержании. Источники Эйдсвольской конституции были обусловлены эпохой, когдаэта конституция создавалась, и наиболее общая их картина может бытьпредставлена в следующем виде:
1) Французскаяконституция 1791 г. оказала влияние в части регулирования статуса королевскойвласти и формального закрепления принципа разделения (теперь — распределения)властей между ее главными ветвями.
2) Шведскаяформа правления 1809 г. оказала влияние в части регулирования ответственностиминистров, права контрассигнации и отношения между королем и Госсоветом.
3) Наположение и структуру Стортинга громадное влияние оказала конституция Батавской(Нидерланды) республики 1798 г. в части разделения парламента на две камеры(части, а не палаты) с целью обеспечения должного процессуального порядка приобсуждении законопроектов, при условии, что в стране отсутствуют предпосылкидля учреждения второй, как правило аристократической, палаты. Дворянство былозаконодательно отменено в Норвегии в 1821г.
4) КонституцияСША 1787 г. оказала влияние на правовую связь Норвегии со Швецией: униястроилась на началах федерализма, но в связи с ее роспуском этот источникотпал.
5) В части,касающейся церкви, вплоть до сегодняшнего дня продолжают действовать некоторыепараграфы Норвежского Уложения 1685 г. датского короля Кристиана V. Этот же акт продолжаетсохранять значение и для регулирования статуса династии. Кроме того, необходимоуказать на перечень актов конституционного значения, изданных с 1685 по 1814 г.,которые до сих пор считаются действующими; список приведен в законе об отменечасти устаревших законоположений от 20.12.1985 г.
6)Старонорвежское право эпохи викингов или саг (sagatiden) оказало влияние напредставительную форму демократии в соединении с учением Ж.-Ж. Руссо.
7)Определенным источником норвежской конституции, норвежского конституционализмавообще можно назвать международное право; хотя в тексте самой конституции мы невстретим параграфа, аналогичного части 4 ст. 15 Конституции РФ, но все ведущиеконституционалисты Норвегии отмечают наличие в правовой системе своей страныпрезумпции, что «норвежское право не может противоречить международному» (norske lov presumeres a stemme med folkerett). При этом следует иметьв виду, что практика применения этой презумпции на практике не свободна отдвойственного и противоречивого толкования. Например, Анденес безапелляционнозаявляет: «Несмотря на то что норвежский закон противоречит международномуправу, он все равно должен применяться норвежскими судами». Ссылка при этомделается на §14 Уголовного закона Норвегии (Almindelig borgerlig straftelov), который предписываетприменение норм Уголовного закона с ограничениями, установленными международнымправом: begraenses ved de i Folkeretten anerkjendte Undtagelser.
Надо заметить,что это, пожалуй, единственное во всем норвежском праве упоминание о ролипубличною международного права в норвежской правовой системе; есть, впрочем,незначительные ссылки на общее действие норм международного права: § 4 Закона опринудительном исполнении судебных решений. Если еще учесть противоречивыеутверждения doctores legum о роли международного права, то создается впечатлениесознательного запутывания простой проблемы норвежскими юристами.
Приходитсяпризнать, что противоречия в толковании вопроса соотношения норвежского имеждународного права представляют из себя надуманную проблему, посколькуверховенство нормы ius cogens не должно вызывать сомнения в современныхусловиях. Именно в этих условиях вряд ли действительна та оговорка, которую делаетпрофессор Торштейн Экхофф, утверждая, что презумпция совпадения норвежскогоправа с международным возможна только с общими нормами международного права,зафиксированными в тех международных договорах, участницей которых являетсяНорвегия. Все это от лукавого, ибо такие оговорки направлены только на однуцель — обеспечить видимую правомерность норвежских притязаний в известномтерриториальном споре с Россией. Подробнее этот вопрос будет освещен ниже. Посвоему содержанию Эйдсвольский акт представляет единый документ, достаточнократкий — всего 112 параграфов, из которых 11 на настоящий момент (2001 г.)отменены. Структурно конституция разделена на несколько частей. Часть «А» (§1—2) носит название «О форме правления и религии» и содержит определение формыправления Норвегии как конституционно-монархической, а также определяет статусгосударственной религии и церкви. Часть «В» (§ 3—48) посвящена регулированиюположения короля и исполнительной власти. Тут находятся подробные положения остатусе монарха, условиях его дееспособности, порядке престолонаследия. Здесьже помещены правила назначения государственных советников — членов правильства,ex oftlcio являющихся одновременноглавами соответствующих департаментов (аналог министерств). Порядок работыГоссовета определен Инструкцией Правительства от 23 марта 1909 г., приведеннойв качестве приложения к настоящей работе. В общем, этот раздел полностьюоправдывает свое название: «Положение короля и исполнительной власти». Часть«С» (§ 49—85) носит название «О правах граждан и о законодательной власти».Здесь определены избирательная система, структура и порядок работы Стортинга —парламента Норвегии. Подробно урегулирован вопрос о компетенции парламента(§75). Порядок работы Стортинга закреплен в его Регламенте, также помещенном вкачестве приложения к настоящей работе. Правила утверждения государственногобюджета, выдача ассигнований на государственные нужды определены в особомрегламенте Стортинга — Финансовом регламенте. Часть «D» (§ 86—91) — «О судебнойвласти» — регулирует статус Верховного и Государственного судов. В одну часть,таким образом, соединены статьи, регулирующие конституционную ответственность,положения об отрешении от должности высших государственных чиновников иположения о Верховном суде как высшей судебной инстанции страны. Сама системаобщих и специальных судов, а равно положения прокурорской власти урегулированыотдельными общими законами. В части «Е» (§ 92—112) — «Общие положения» —рассматриваются различные вопросы от регулирования отдельных прав и свободграждан, включая их обязанность защищать отечество (§109), и до положения опорядке внесения изменений и поправок к конституции (§112). Здесь жерегулируется прохождение госслужбы чиновниками и содержится §93, который всоответствии с его логикой следовало бы отнести в часть «А», сразу после § I, так как он ограничиваетгосударственный суверенитет Норвегии, провозглашенный в первом параграфеконституции, в связи с участием Норвегии в международных организациях.Особенностью конституции является отсутствие в ней положений, регулирующихформу государственного герба, хотя § 111 устанавливает форму и цвет норвежскогогосударственного флага. (См. Закон о государственном флаге 1893 г.)
Вопрос онорвежском конституционализме напрямую связан с проблемой действенностиконституционного режима, под которым можно понимать порядок соблюдения иисполнения норм конституции — ее действенность в полном значении этого слова.Вопрос опять-таки отнюдь не праздный, ибо до недавнего времени наша наукапроводила классификацию конституций буржуазных стран, выделяя из них особый род— так называемые фиктивные конституции. Под фиктивностью понималасьнедейственность формальных институтов, закрепленных в конституции, обнаруженнаяв ходе практической ее реализации. Эта действительная проблема, в основномиз-за почтенного возраста некоторых конституционных актов или прямого умысластоявшей у власти в той или иной стране господствующей группировки, оформлявшейвидимую законность своей фактической диктатуры, толковалась советской наукойкак реальное подтверждение верности тезиса о том, что основной закон являетсяотражением соотношения классовых сил общества. Трудно понять, чего в этомутверждении больше — политического заказа или воинствующего невежества, но этаизвестная формулировка, принадлежащая Ф. Лассалю, вряд ли может считатьсяпригодной для юридического анализа. Скорее она представляет собой достояниеполитологии, а не юриспруденции. Вместе с тем вопрос о действенностиконституции — вопрос соблюдения конституционного режима — без сомнения, один изглавных в современной конституционной науке, решать который необходимо на почвеправа, а не отвлеченных рассуждений. Норвегия в этом отношении дает нам оченьхороший пример. Сама конституция современной Норвегии полностью превратилась внациональный символ. Самый популярный праздник норвежцев— День конституции (17мая), пожалуй, Рождества и Пасхи. Это позволяет современной норвежской доктринетакже рассматривать конституцию как символический образец, которому должнасоответствовать практика органов государственной власти и управления.Немаловажное значение при этом играет учение Г. Кельзена (следует помнить, чтоодновременно с Кельзеном сходные положения выработала во Франции школаБордоского университета — Л. Дюги), полностью реципированное скандинавскойправовой доктриной, предполагавшее разделять конституции на формальные иматериальные. Под последним понимается вся совокупность актов конституционногозначения и нередко вся совокупность нормативных действий органов государственнойвласти. Идя по этому пути, норвежские конституционалисты выработали достаточнонепротиворечивое учение о первенствующем значении толкования конституции, что,в конце концов, позволяет им, не меняя старой нормы, вкладывать в неесовершенно новый смысл. Наиболее яркий пример — парламентаризм, о котором нетни слова в тексте основного закона, но вместе с тем — этоконституционно-правовой обычай. Норвежцы в этом случае составляют исключение,так как в датской конституции 1953 г, и шведской форме правления 1974 г.содержится прямое упоминание о парламентаризме. Другой яркий пример — право нетолько Верховного суда, но вообще всех общих судов снизу доверху проверятьзакон или акт администрации на предмет соответствия их конституции. Такое правопостепенно закрепилось за судами вследствие нескольких прецедентов, первый изкоторых пришелся на 1844 г., в основном эта практика устоялась уже к 90-м годамXIX в. Сейчас это тожеконституционно-правовой обычай, о котором нет ни одного слова в текстеосновного закона. Главная теоретико-правовая проблема в таком случае: чтосчитать за право, объективно применимое к конкретному случаю из практики, а вболее общем значении — чт.е. действенное конституционное право (gjellende statst'orfatningsrett); а это, в свою очередь,ставит вопрос о формах самого толкования. Надо заметить, что понятиедействующего права: gjellende rett — норе., gaeldendc ret — датск., gallande ratt — итедск.  law in force — английский аналог— есть один центральных в скандинавской юриспруденции вопросов,вспомогательным средством, при решении которого является доктриналь-ноеположение о принципе легалитета (legalitetsprinsip). Как упоминалось выше, учение Кельзенаоказало огромное влияние на страны Скандинавии, но понятие основной нормы (Grund Norm) воспринято здесь сцелым рядом уточнений. Для Г. Кельзена. напомним, основная норма — информация одолжном порядке формирования (формулирования) норм права; или, как он пишет:«Правовая норма действительна не потому, что она имеет определенное содержание,т.е. не потому, что ее содержание можно вывести логическим путем из содержанияпостулируемой основной нормы, а потому, что она создана определенным (вконечном счете предусмотренным основной нормой) способом». Основная норма вобщем смысле — сама конституция, созданная внешним авторитетом. Этот постулатКельзена подвергся, под воздействием взглядов скандинавской школы правовогореализма, расщеплению, где по две стороны разводятся содержание и форма такойнормы и сам авторитет, установивший ее. Поскольку основная норма — этодейственная часть права, само действующее право (gjellende rett), то основание еедейственности ищется, как учил основоположник этой школы. Аксель Хегерстрем, нев «фантастическом мире» моральных и тому подобных этических переживаний, а всамом ее действительном характере — реальных факторах физического мира.Следовательно, реальный авторитет, устанавливающий норму, равен реальнымсоставляющим объективного и физического мира, одним из которых является не волязаконодателя (последняя есть фантазм), не государство само по себе, как могутподумать, нет. Скандинавская школа философии права — это весьма утонченныйпозитивизм. Реальный, т.е. физический мир, его факты — это то, что находится всознании человека, его восприятие, идеи в общем смысле. Поэтому авторитет длянормы — ее идея, отраженная в сознании человека. Если выражаться еще болееточно, идея нормы — это представление человека о ее действии или существованиикак нормы. Главное в скандинавской философии права, которая почти неликомисчерпывается школой правового реализма, —это процесс применения права. Неслучайно все основные ее представители (А. Хегерстрем, К. Оливекрона, В.Лундштедт, С. Мальмст-рём) — это признанные авторитеты в процессуальном праве. СамХегерстрём довольно тавтологично давал следующее определение предметунастоящего анализа: «Действующее право (gallande ratt) — это система правил,исполняющихся на практике». Сравним это утверждение с утверждением Ф.Кастберга: норма права действительна, поскольку соблюдается, а соблюдается онапо двум причинам: (1) в силу своего содержания, (2) в силу признания этогосодержания за ней со стороны людей, общества в целом. Вывод, кстати, полностьюподтвержденный последователями Хегерстрёма. например, Карлом Оливекроной,объяснившим действенность нормы благодаря силе привычки в обществеповиноваться высказываниям законодателя. Еще более четко эта мысль выражена уВильгельма Лундштедта.
Подводя итог,скажем: авторитет, устанавливающий норму, — институты общества, следовательно,объективно в этих институтах (вспомним основной тезис Хегерстрёма) не они сами,а практика их, органов государства в частности, содержит искомую норму.Кастберг в этой связи выводит понятие основной формы такой практики, ибопонятно, что действия, из которых состоит практика, довольно разнообразны.«Право представляет собой,— говорит Кастберг, — последовательно организованнуюсистему норм. При этом невозможно указать на какой-либо один фактор, которыйпри всех условиях придает системе действенный характер. Но существеннымифакторами все же могут быть фактическое соблюдение нормативной системы и ееукорененность в общественном правосознании». На самом деле перед нами дваосновных фактора такой работы с правовым текстом, как толкование: представлениео праве и претворение на практике этих представлений. Насколько любой актприменения права есть и акт его толкования — для профессионального юриставопрос давно решенный еще с эпохи постглоссаторов (mos itallicus iuris docendi — вспомним: Nam ista interpretatio est pars ipsius iuris —толкование естьнеобходимая часть права). Хотя, если копнуть немного глубже, то можно сослатьсяеще на известную канонизацию имен пяти юристов в Codex Theodosianus, ну а если еще глубже,то следует, конечно же, сослаться на практику понтификов и преторов в Риме.Определение применения права как его толкование — это историческая фикция,которой давно пора стать объективной презумпцией. Правда, следует отличать самотолкование как юридическую работу sui generis. Впервые проблема стеоретико-правового уровня на уровень конституционно-правовой была перенесена,как кажется, Альфом Россом (другим патриархом школы скандинавского правовогореализма). Дело в том, что в ходе толкования, как известно, выясняется нетолько применяемая к данному случаю норма, но и ее действенность, решаетсявопрос о действенности применимого права (gjellende rett). В частном праве, какнаиболее разработанном в силу ряда исторических причин, вопрос о действенностиправа решается судами; естественно, при бурном росте государствоведения игосударственного права произошло невольное смещение акцентов и критерий поверкиправа на действенность стал также приписываться судам. Чтобы не бытьголословным, приведу высказывание известного норвежского юриста Арнхольма:«Когда я прямо или косвенно воспринимаю определенное положение в качестве«действующего норвежского права» (den gjellende norske rett), я учитываю при этомто, как бы я его применил, будучи судьей». Это было и остается весьма стойкимубеждением юристов не только Скандинавии, но и других стран. Альф Росс былпервым в скандинавской конституционной доктрине, кто теоретически обосновалправило обращения к практике государственных органов в вопросе выяснениядейственности конституционного (публичного в общем смысле) права,классифицировав нормы конституционного права таким образом, что вопрос об ихдейственности решался только при учете практики всех этих органов. Впрактическом плане норвежцы, датчане и шведы уже действовали в этом направлениис середины XIX в., но только в практическом; заслуга Росса, повторимся, втеоретическом, концептуальном определении роли практики госорганов притолковании действенности норм конституции. В результате в скандинавскойдоктрине права был выработан принцип необходимости толкованияконституции, чтобы выяснить ее действенность не как если бы она былаистолкована судом (в Дании принято такое же правило, по которому все суды имеютправо проверять законы и акты администрации на предмет соответствия ихконституции), но и исходя из всей практики государственных органов. При этомроль конституции как формального акта (Кельзена скандинавы ревизовать до концатак и не смогли) является решающей, поскольку служит исходной точкой для самоготолкования. Как пишет многолетний председатель Верховного суда Дании фон Эйбен,«в правовой системе существует определенное и постоянное ядро, которое можетбыть прояснено при помощи исторических исследований высказываний законодателейи правоприменительной практики». Нетрудно догадаться тогда, что посколькучеткой границы между ядром и окружающей правовой средой нет, то его [ядро]помогает определить буква закона, ясные преюдикаты, мотивы законов, решениясудов, включая Верховный суд, а также обычаи более или менее постоянногохарактера при условии, что под ядром понимается действующая конституция какдейственное право, те ее нормы, которые уважаются и соблюдаются.
Непосредственнымвыводом из вышесказанного является то, что самостоятельным источникомконституционного права, и не только его, в Скандинавии (в Норвегии в частности)считают подготовительные работы к законопроекту (lovsforarbeider) — мотивы, которымруководствуется законодатель. Немаловажную роль как вспомогательное средствопри конституционном толковании играет принцип легалитета, упоминавшийся намивыше. Этот принцип не без основания расценивается конституционалистамиНорвегии, как, впрочем, и других скандинавских стран, как выражение известногопринципа Rule of Law, служащего аналогом континентального Rechtsstaat. Правовое государство,таким образом, в Скандинавии обеспечивается именно через принцип легалитета,т.е. формальной законности, легальности — именно так следует переводить этоттермин; хотя терминологически общее состояние законности в странах СевернойЕвропы обозначается термином rettssikkerhet — правомерность, обеспеченность собственногостатуса правовой поддержкой. Легалитет, таким образом, служит внешнимвыражением понятия правомерной компетенции государственного органа, аправомерность — понятия правомерного статуса. Итак, под «легалитетом» вСкандинавии понимают такое действие органа государственной власти иадминистрации, которое гарантируется санкцией закона: hahjemmel i lov; meddelas genom lag; med hjemmel i lov. Сразу стоитоговориться, что принцип легалитета в доктрине толкуется трояко.
1) Какфундаментальный конституционный принцип, в том смысле, что материальный закон«обязательно должен быть дан в виде формального закона». В Норвегии этотпринцип содержится в 75— 79 конституции, регулирующих законодательный процесс.В Дании этому вопросу посвящены § 41 —45 конституции, а в Швеции — глава 8Формы правления одного из основных конституционных актов. Так. ст. 17 гл. 8Формы правления гласит: «Закон принимается, изменяется или отменяется в формезакона». В этом смысле закон толкуется в скандинавских странах еще и какпринцип lex superior, определяющий, что иерархическое отношение между законом иконституционными актами должно быть обязательно соблюдено. Именно в этом смыслезакон есть акт законодательной власти, т.е. законотворчество должно проходить встрого определенных рамках, установленных конституцией, хотя очень частоутверждается, что вообще любое действие государственной власти, например,основание университета, требует специального законодательного акта. Тем неменее следует отметить, что Норвегия — единственная страна в Скандинавии, гдебюджет принимается не в виде закона, а в виде пленарного постановленияпарламента— таков конституционно-правовой обычай.
2) Какфундаментальный принцип, регулирующий правовое положение личности в правесеверных стран. Он предполагает, что вмешательство в правовое положениеиндивида, в его свободу и наложение на него каких-либо обязательств невозможнобез санкции закона. Эта сторона принципа легалитета закреплена также вконституциях других северных стран. Например, статья 3 гл. 8 Формы правленияШвеции гласит: «Правила, регулирующие отношения между индивидом и обществом,которые касаются обязанностей индивида или предусматривают вмешательство вправовое или экономическое положение личности, осуществляютсяпосредством закона». Это положение следует понимать в том смысле, что закономустановлен особый перечень случаев, в которых это вмешательство осуществляется.Например, в случае экспроприации собственности — §105 или запрета обратной силызакона — §103 конституции Норвегии, §78 конституции Дании.
На практикепринцип легалитета осуществляется таким чисто скандинавским институтом, как омбудсман.Сам институт представляет собой избранного парламентом специального чиновника,наделенного особыми полномочиями по расследованию дел, вызванных нарушениемгосударством прав и свобод гражданина. Единственное средство осуществления еговласти — возбуждение уголовного обвинения против одного или несколькихгосударственных служащих. Тут стоит отметить, что в Швеции омбудсман ужелишился этой возможности и теперь у него осталось только право апелляции кРиксдагу. В Дании омбудсман проверяет только правомерность действий,предпринятых гражданской и военной администрацией. А § 3 закона Норвегии от1962 г. об омбудсмане гласит, что задачей омбудсмана является обеспечениеохраны граждан от неправомерных действий публичных властей. К самым последнимконституционным новеллам Норвегии следует отнести принятие закона о контроле задеятельностью органов контрразведки, разведки и тайной полиции от 3.02.1995 г.Закон направлен на защиту частной жизни граждан от чересчур внимательногоотношения к ним этих организаций, но контроль предоставлен соответствующемукомитету Стортинга, а не омбудсману. Судебная практика скандинавских странтакже свидетельствует о том, что суды принимают активное участие в обеспеченииэтой стороны легалитета.
3) Какпринцип, применимый в уголовном праве. В соответствии с § 96 и 99 конституцииНорвегии; ч. 6 § 71 конституции Дании и ст. 1 гл. 8 Формы правления Швециииндивид может быть осужден и подвергнут заключению не иначе как в соответствиис законом и по решению суда. Причем следственные органы обязаны обвинятьвсякого, совершившего преступление (так скандинавские юристы понимают действиепринципа легалитета как принципа неотвратимости наказания).
 
§2.Конституционно-правовой статус личности
Положениенорвежских граждан регулируется законом о норвежском гражданстве от 8.12.1950г. В основу этого акта положен четкий принцип крови ius sanguinis (nedstamningsprinsippet). По своей сути этозакон с довольно жестким режимом, предусматривающий льготы для приобретениянорвежского гражданства только для граждан других северных стран,сотрудничающих в рамках Северного Совета (ч. 2 § 6 и § 10 закона).
Норвежскимгражданином, согласно § 1 закона, является лицо, рожденное от норвежскихграждан, а равно, если даже только один из них является норвежским гражданином.Изменение в сторону уравнивания прав матери и отца в этой связи было сделанотолько в 1979 г. Вместе с тем, в случае если норвежским гражданином являетсятолько отец, а мать— иностранка, то ребенок может получить норвежскоегражданство, если ему еще не исполнилось 18 лет, при условии, что родителиоформили свои отношения браком, а сам ребенок еще не вступил в брак. Совсемнедавно, в 1999 г., в закон было внесеноизменение, согласно которому ребенок, рожденный от отца-норвежца, не состоящегов браке с матерью ребенка, может получить норвежское гражданство, если ему неисполнилось 18 лет (§ 2а закона). В этой норме закона можно видеть влияниерелигиозного пиетизма, столь характерного для лютеранской Норвегии.Усыновление, кстати, теперь ведет к получению усыновленным норвежскогогражданства. Эта новелла также относится к 1999 г. (§ 1а). Причем, еслиусыновленному ребенку не исполнилось еще 12 лет, то гражданство он получаетавтоматически. правда, в этом случае требуется предварительное разрешениядепартамента по делам семьи и детей (п. «Ь» §1 а закона). Усыновление детей ввозрасте от 12 до 18 лет дает возможность получения ими гражданства позаявлению одного из родителей, в этом случае порядок предоставления гражданстваявляется чисто явочным.Закон также знает такие способы получениянорвежского гражданства, как вступление в него путем получения разрешения (bevilling) (§ 6) и домицилирования-натурализации(bopell) (§ 3). Норвежскомузакону известен и такой источник гражданства, как восстановление (§ 4 и § 5). Домицилированиепозволяет приобрести норвежское гражданство, если иностранец проживает вНорвегии с раннего возраста, при этом требуется 10-летний срок непрерывногодомицилия, по достижении которого лицо приобретает гражданство, подав заявлениегубернатору (fylkesmann), однако этому лицу должно на тот момент исполниться 21 год, ноне более чем 23 года. В случае, если лицо является апатридом, то оно можетподать заявление о получении гражданства по достижении им 18-летнего возраста,но и в этом случае закон требует для него домицилия в 10 лет. Получениегражданства путем разрешения отличается несколько иной процедурой. Проситель,согласно § 6 закона, должен соответствовать следующим условиям: (1) иметьвозраст не менее 18 лет, (2) домицилий не менее 7 лет, (3) вести приличныйобраз жизни, в законе так и сказано: «har someleget fram», (4) иметьсамостоятельный источник существования. Заявление подается в департамент(министерство) юстиции. При этом требуется, чтобы заявитель предъявилдоказательства своего отказа от прежнего гражданства. Норвежское гражданствотеряется: (1) при получении гражданства другого государства — закон тем самымотрицает двойное гражданство в принципе, хотя опять-таки для граждан Северныхстран может делаться исключение, (2) при поступлении на службу к иностранномугосударству, (3) при получении ребенком гражданства одного из родителей, еслипоследний отказался от норвежского гражданства (§ 7), (4) если лицо родилось заграницей и никогда до того, как ему исполнилось 22 года, не проживало вНорвегии (§ 8). Закон, как видим, устанавливает достаточно жесткие рамки дляполучения норвежского гражданства. Вместе с тем наш анализ институтагражданства был бы неполон, если бы мы не затронули материального содержанияправ и свобод норвежских граждан. Прежде всего наличие гражданства влияет наизбирательные права лица. Более подробно эту сторону института гражданства мырассмотрим ниже.
В 1994 г. всвязи с ратификацией Норвегией ряда дополнительных протоколов к Европейскойконвенции по правам человека (Европейская конвенция о защите прав человека иосновных свобод 1950 г., протоколы № 6, 7, 9 и 10) появился новый параграф (1Юс), обязывающий государство заботиться об уважении и соблюдении прав человека,что, однако, не всегда делается Норвегией. В первом ряду прав и свобод,которыми так гордится западное либеральное общество, традиционно стоит свободаслова. В Норвегии это право закреплено § 100 конституции, которое впервоначальном своем значении предполагало неответственность за выступления впечати. Ответственность наступала за преднамеренную диффамацию и клевету, нопрактика применения судами этого конституционного положения пошла по путипризнания ответственности даже за случай непреднамеренной диффамации —публикацию неверных сведений по ошибке. Кроме того, толкование этого параграфаконституции формально запрещает предварительную цензуру, но ничего не говорит оконтроле за распространением печатного издания. Формальное право, такимобразом, весьма гибкий инструмент в осуществлении контроля даже за святаясвятых так называемой четвертой власти, как любят себя самодовольно называтьпредставители СМИ.
Не действуютположения § 100 конституции в отношении рекламы; § 29 закона о медицинскихпрепаратах предполагает предварительный просмотр рекламы лекарствсоответствующими властями. Гл. 42 Уголовного закона 1902 г. целиком посвященарегулированию преступлений, совершенных в сфере печати. В связи с развитиемсредств связи и расширением понятия свободы слова и печати стоит упомянутьзакон о теле- и радиовещании (lov оm kringkastning от4. 12.1992г.), в нем интересны § 2—3, позволяющие осуществлять предварительную оценку (forhandsvurdering) программы переднапуском в эфир. Традиционной для западного общества является группа норм,регулирующих положение (статус) личности в государстве. Сюда относятся преждевсего нормы о неприкосновенности жилища гражданина (§ 102), осуществленииправосудия только судом (§ 96), запрете пыток (ч. 2 § 96) и незаконных арестов(§ 99). Особую группу норм конституции составляют положения, обеспечивающиегражданское равенство. Надо заметить, что формой своей они обязаны историческимусловиям норвежского общества начала XX столетия. Это прежде всего ч. 2 § 23, в которойсодержится запрет на установление наследственных привилегий; считается, что этастатья направлена против наследственного дворянства, отмененного в 1821 г.Кроме того, именно это положение, можно полагать, повлияло на то, что служащиеи пенсионеры Двора не имеют активного избирательного права, т.е. могут толькоизбирать, а не избираться (ч. 1 § 13 закона о выборах 1985 г.). Историческимипричинами также следует объяснить наличие в конституции § 107, запрещающегоупразднять вотчины и заповедные имения. Здесь сразу же стоит сделать оговорку.Дело в том, что в современной литературе, даже в словарях Аракина или Беркова,термин «odal» переводят как «аллод» — аналог свободной земельной частнойсобственности при феодализме. Это совершенно неправильно, ибо одаль — odal есть родовое имущество,наследуемое поколениями из рода в род (asttleidingr), ближайший аналог ему врусском праве — вотчина, дедина, если брать уже славянский термин. Вотчинникамив Норвегии за отсутствием дворян были крестьяне. В 1814г. большинствоконституанты стояло на точке зрения охраны прав крестьянства, стараясьобезопасить крестьянское землевладение от засилья финансового капитала, преждевсего скупки у крестьян земли и превращения ее в ренту (Stamhus) (запрет последней,кстати, установлен § 108 конституции). Производным от одаля является заповедноеимение — Aassedesrelt — преимущественное право ближайшего родственника наследоватьземельную собственность семьи. Другое дело, что в современной русскойдействительности аналогов этим явлениям нет, но они были до 1917 г., поэтомунеобходимо избегать модернизации (совершенно неоправданной в данном случае) ипереводить текст 1814 г. с привлечением современной этому тексту терминологии.
Традиционноеправо человека на частную собственность, провозглашенное известной декларацией,закрепляется § 105 конституции, который устанавливает право на равноевозмещение экспроприированной собственности. Рядом конституционных прецедентов,которые мы можем видеть в решениях Верховного суда (последнее значительноерешение было принято в 1976 г.), этот параграф конституции толкуется именно втом смысле, что экспроприация может иметь место только в силу закона и заполное возмещение, включая даже упущенную выгоду. В этом же направленииидет судебная практика и остальных скандинавских стран. Однако развитиекапиталистических отношений в рамках западной модели Welfare State несколько размыло былоекрепкое ядро принципа неприкосновенности частной собственности, что отраженотакже в текущем норвежском законодательстве. Параграф 101 конституции,запрещающий устанавливать какие-либо ограничения предпринимательскойдеятельности (indskrasnknin-ger i Nasringsf riheden), исторически отражаетустремление людей начала XIX в. устранить все препятствия, которые составлялиоснову полицейского государства эпохи меркантилизма. Во многом этот параграфявляется отражением идеологии laisser-faire, которая, однако, в современных условияхгосударства благоденствия является уже пустым звуком, но идеологическую рольпродолжает играть.
К новелламсовременной эпохи следует отнести § 110, существенно отредактированныйпоправками 1954и 1980 гг. Этот параграф в первой части провозглашает правограждан Норвегии на труд, а во второй — на участие в управлениипроизводством (Medbestemmelsesret). Надо сразу же заметить, что эти положенияимеют твердое обеспечение в текущем законодательстве. В качестве примера можноназвать гл. 8(§ 17 и§ 18) закона об акционерных компаниях, предлагающуюобразовывать на предприятиях особые советы трудового коллектива (bedriftsforsamlinger); следует также назватьзакон об обязательном представительстве в органах управления общественныхпредприятий от 5.06.1984 г. и закон о государственных предприятиях от30.08.1991 г. Права не бывают без обязательств — эта старая максима праванаходитсвое подтверждение в норвежской конституции; правда сам основнойзакон знает только одну обязанность— защищать отечество вне зависимости отпроисхождения и имущественного состояния (uden Hensyn til Fodsel eller Formue); последняя формулировка§ 109 конституции была обусловлена тем, что до 1886 г. от обязательной воинскойслужбы освобождались лица, могущие выставить вместо себя рекрута. К последнимнововведениям следует отнести новый § 110а, гарантирующий саамам ихкультурно-языковую автономию, а равно § 110Ь, провозглашающий, что каждый имеетправо на здоровую окружающую среду. Охрана природы, надо признать, поставлена вНорвегии на большую высоту, например: закон о защите окружающей среды от 19.06.1970г. конвенция между северными странами об охране окружающей среды от 19.02.1974г. Такое явление, как прописка, Западу не известно, однако учет и контроль задвижением населения, безусловно, существует. В Норвегии для этой цели принятзакон о регистрации населения (lov от folkeregistrering) от 16.01.1970 г.Согласно §1 его, в каждой коммуне ведется регистрация проживающих на еетерритории лиц. Регистрируются при этом не только норвежские граждане, но ииностранцы, приехавшие на жительство в Норвегию на срок более чем шестьмесяцев. В течение восьми дней иностранец обязан заявить о себе врегистрационную контору по избранному месту жительства (ч. 2 § 5). Этот же срокустановлен и для самих норвежцев, меняющих место жительства. В случае наймаквартиры наниматель также обязан заявить о себе в регистрационную контору.Анкета, которую заполняет лицо при регистрации (§ 6), напоминает нашу, которуюзаполняет паспортистка в отделении милиции. Тотальность контроля обеспечиваетсятем, что закон устанавливает особую структуру центральных органов во главе с Sentralkontor, ведущую учет черезобщенациональный регистрационный список (§ 3). Вместо паспорта у норвежцев —регистрационный номер (fodselsnummer), в котором шифруется дата рождения гражданина идругая информация о нем (§ 4). За разглашение сведений, содержащихся врегистрационных списках населения, закон устанавливает тюремное заключение насрок до трех месяцев, если нарушение не влечет за собой более суровогонаказания (§ 16). В целом, надо признать, единственное отличиенорвежской системы учета населения от советской заключается только висключительно явочном ее характере. Однако явочный режим избирания местажительства касается только граждан Норвегии, иностранцы стеснены в своем правевыбирать место жительства. В этом случае следует обратиться уже к анализузакона о запрете доступа в определенные районы государства от 7.03.1940 г.,который дает право департаменту юстиции объявлять некоторые районы запретнымидля их посещения иностранцами. Санкция за нарушение такого запрета можетварьироваться от штрафа до тюремного заключения или высылки из страны (§ 2закона). Регистрационные списки граждан составляют основу для составлениясписков избирателей, налогоплательщиков и, разумеется, для целей, связанных страдиционными функциями полицейских властей. Положение иностранцев такжезаконодательно урегулировано. Прсжде всего надо сказать, что Норвегияпридерживается принципа взаимностив регулировании статуса иностранцев(§ 3 закона о доступe иностранцев в государство и условиях их пребывания от24.06.1988 г.). Ввиду былого либерального отношения норвежских и к проблемеиммиграции из стран третьего мира в 70-х годах в стране существует уже довольнобольшая община выходцев из Пакистана, Индии, Ирана, достаточно много вьетнамцев.Сейчас положение резко изменилось, и отношение к иммигрантам в общем сталонегативным. Положение иностранцев в Норвегии, как мы сказали выше, регулируетсязаконом о доступе иностранцев в государство. Закон этот весьма обстоятельный,целями его являются регулирование движения иностранцев в соответствии симмиграционной политикой Норвегии, а также регулирование притока беженцев ипредоставления политического убежища. Главное, что затрагивает этот закон, — регулирование права иностранцев работать в Норвегии. Согласно данного акта,получение работы связано с выполнением целого ряда достаточно строгих условий,одно из главных — знание языка и наличие места жительства (§ 8). Подробноурегулированы вопросы возможной дискриминации иностранцев, обеспечение имсносных условий существования. Достаточно сказать. что в этой связи в Норвегиисуществует институт так называемой свободной правовой помощи (воспринятыйнорвежцами у шведов) — lov om fri rettshjelp от 13.06.1980 г., в соответствии с которымосуществляется адвокатская помощь физическим лицам, находящимся в стесненныхимущественных условиях (§ 4). Согласно закону об иностранцах, действие закона освободной правовой помощи распространяется и на них.
 
§3Органы государственной власти
Главойгосударства является король. Конституция называет особу короля “священной ипочитаемой”; он не подлежит ответственности за свои действия. Король обладаетзаконодательными и исполнительными правомочиями. Поправка к Конституции,принятая в 1913 г., закрепляет за ним право отлагательного вето. В перерывахмежду сессиями король может самостоятельно принимать нормативные акты, имеющиесилу закона по вопросам промышленности, торговли, охраны порядка. Корольнаделен определенными полномочиями в отношении парламента: он открывает парламентскиесессии, выступает на первом заседании с тронной речью, имеет право созыватьчрезвычайные сессии. По совету правительства король назначает и увольняетвысших должностных лиц, ему принадлежит право помилования. Он решает вопросывнешней политики: заключает и расторгает договоры с иностранными государствами,принимает дипломатических представителей, вправе начать войну для обороныстраны и заключить мир. Король является верховным главнокомандующим сухопутнымии морскими силами. Все акты короля должны быть контрасигнованы соответствующимиминистрами, которые несут за них ответственность.
Законодательнаявласть принадлежит норвежскому парламенту — Стортингу. В его состав входят 165человек, избираемых на четыре года путем всеобщих выборов на основе пропорциональногопредставительства. Во время работы парламент делится на две палаты: 1/4депутатов образует верхнюю палату — Лагтинг (41 место), остальные — нижнюю,Одельстинг (124 места). Парламент ежегодно собирается на сессии, которые обычноначинаются в первый будний день, следующий за 10 января. Сессия продолжаетсястолько времени, сколько Стортинг сочтет нужным. Палаты заседают раздельно, назаседаниях должно присутствовать не менее половины членов палаты.Премьер-министр и министры вправе участвовать в парламентских дебатах, но онине имеют решающего голоса. Правомочия парламента перечислены в Конституции: ониздает законы, устанавливает налоги и пошлины, предоставляет займы за счеткоролевства. Парламент обладает контрольными полномочиями; осуществляетконтроль за финансами, проверяет протоколы и официальные отчеты правительства,может требовать сведения о договорах, заключенных королем с иностраннымигосударствами. Все законопроекты, представляемые депутатами или членамиправительства, должны быть сначала рассмотрены Одельстингом. Далее онотсылается в Лагтинг, который или одобряет его. или возвращает со своимипоправками в Одельстинг. Если законопроект дважды пройдет через Одельстинг идважды будет отклонен Лагтингом, он может быть принят в случае одобрения насовместном заседании Стортинга большинством в 2/3 голосов. Принятыйзаконопроект отсылается королю для утверждения. Поправки к Конституциипредставляются на рассмотрение парламента только в первую, вторую или третьюсессию после новых выборов. Стортинг должен определить, принимать дляобсуждения эти поправки или нет. Если вопрос будет решен положительно, поправкирассматриваются на совместном заседании палат и в случае принятия 2/3 депутатоввступают в силу без королевского утверждения. Правительство (во главе с королемоно образует Государственный совет) состоит из премьер-министра (им обычностановится лидер партии парламентского большинства) и не менее чем семиминистров, которые назначаются и увольняются королем. Компетенция правительствавесьма обширна. После того как в 1884 г. была установлена конституционнаямонархия, большинство прав короля перешло к Государственному совету. Ныне вруках этого органа сосредоточена подавляющая часть вопросов государственногоуправления. Правительство обладает, кроме того, некоторыми полномочиями вобластей законодательства: оно подготавливает большинство законопроектов.Важные права закреплены за премьер-министром: он может увольнять министров вотставку, ему принадлежит решающая роль в определении правительственнойполитики, он участвует в назначении высших должностных лиц. Правительствоосуществляет возложенные на него функции через департаменты, возглавляемыеминистрами. Перечень департаментов законодательно не установлен, но ихсравнительно немного (10—20J.Правительство ответственно перед парламентом. Систему общих судов в Норвегиивозглавляет учрежденный в XVIIв. Верховный суд, состоящий из председателя (по традиции он называетсяюстициарием) и 17 судей, входящих в одну из двух палат. Он рассматривает в качествепоследней инстанции жалобы на решения и приговоры нижестоящих судов погражданским (в коллегиях из трех судей) и уголовным (в коллегиях из пяти судей)делам. При разбирательстве гражданского дела Верховный суд может рассматриватьвсе фактические и юридические его аспекты, а уголовного — лишь вопросы,относящиеся к применению права, характеру наказания и процессуальнымнарушениям, допущенным в нижестоящих судах. Поскольку Верховный суд незаслушивает устных объяснений и показаний сторон или свидетелей, он, какправило, избегает оценивать фактические обстоятельства дела иначе, чем это былосделано нижестоящими судами. В составе Верховного суда функционируетСпециальный проверочный апелляционный комитет (в составе трех судей,назначаемых председателем Верховного суда). Он предварительно рассматривает всепоступающие жалобы на решения нижестоящих судов и обладает широкимиполномочиями. Комитет вправе не допустить к рассмотрению в Верховном судежалобы явно необоснованные либо с суммой иска ниже 12 тыс. крон, если не найдетпричин сделать исключение. Он может также отвергнуть жалобы по гражданскимделам, руководствуясь некоторыми иными соображениями. В то же время приопределенных обстоятельствах комитет может разрешить, чтобы жалоба на решениеокружного или городского суда по гражданскому делу была направлена, минуя иныеинстанции, непосредственно в Верховный суд. По уголовным делам комитет можетсамостоятельно отменить вынесенный нижестоящим судом приговор либо изменить егов пользу осужденного. Суды провинций действуют в пяти крупнейших городах страны— Осло, Скине, Бергене и Тронхейме и Тромсе. Они выполняют функцииапелляционной инстанции по гражданским и уголовным делам, а также суда первойинстанции по определенной категории уголовных дел. Суды провинций в коллегияхиз трех судей рассматривают жалобы на решения по гражданским делам, вынесенныеокружными и городскими судами, если сумма иска составляет не менее 2 тыс. крон.По ходатайству одной из сторон либо по решению самого суда в его состав могут бытьдополнительно включены двое или четверо непрофессиональных судей. Длярассмотрения дел, связанных с торговлей и мореплаванием, к заседаниям судамогут привлекаться непрофессиональные судьи, обладающие специальными знаниями. Приговорыпо уголовным делам, вынесенные городскими или окружными судами, могут бытьобжалованы в суд провинции только по вопросу о признании подсудимого виновным иподлежат новому разбирательству по существу. По первой инстанции суд провинциирассматривает уголовные дела о преступлениях, по которым грозит наказаниестроже, чем пять лет лишения свободы, а также может разобрать дело о менеетяжком преступлении, если об этом ходатайствуют органы обвинения. Уголовныедела рассматриваются тремя профессиональными судьями и отдельным жюри из 10присяжных (для вынесения вердикта и виновности требуются голоса не менее 7присяжных). Окружные и городские суды (их около 100 в стране) представляютсобой центральное звено судебной системы; они рассматривают основную массугражданских и уголовных дел. Этим судам подсудны по первой инстанции всегражданские дела, кроме находящихся в компетенции некоторых специальных судов.Дела в них рассматривает судья, как правило, единолично либо, по требованиюсторон, совместно с двумя непрофессиональными судьями, пользующимисяодинаковыми с ним правами (такой состав суда обязателен при разбирательствеспоров, связанных с мореплаванием и недвижимостью). В некоторых случаях длярассмотрения сложных гражданских дел по решению суда провинции образуетсяколлегия из трех профессиональных судей. Принятая в Норвегии судебная процедура(по большинству гражданских дел) требует, чтобы перед обращением в суд былапредпринята попытка примирения сторон путем разбирательства дела всогласительном совете (из трех членов), образуемом при каждом муниципалитете(члены этих советов, избираемые на четыре года, как правило, не юристы)-Соглашение, достигнутое в результате такого предварительного разбирательства,приобретает силу судебного решения, но при некоторых обстоятельствах может бытьобжаловано в суд. Однако иски, обращенные к государству или муниципальнымвластям, споры об имуществе супругов, дела об установлении отцовства, повопросам патентов и некоторые другие разбирательству в согласительном совете неподлежат.
Окружныеи городские суды рассматривают по первой инстанции все уголовные дела, заисключением тех, что входят в компетенцию суда провинции. Они разбирают делаобо всех кражах, мошенничестве и иных имущественных преступлениях, а также оправонарушениях несовершеннолетних в возрасте до 18 лет. Уголовные деларассматриваются коллегией в составе одного профессионального и двухнепрофессиональных судей, Единолично судьи решают вопрос о предании суду, атакже разбирают дела о проступках. Наряду с общими в Норвегии имеются специальныесуды, функционирующие в самых различных областях. В их числе суды по вопросампубличного управления имуществом с весьма своеобразной иерархией судей,рассматривающих дела об управлении имуществом разводящихся супругов, умерших,банкротов и др. Гражданские и уголовные дела по вопросам, связанным срыболовством, подлежат разбирательству в созданных с этой целью специальныхсудах. Имеются суды по делам об опеке, суды по жилищным делам, гдерассматриваются споры об аренде домов или квартир, и др. Как правило, все онисостоят из одного профессионального и двух непрофессиональных судей, а ихрешения могут быть обжалованы в суды провинций либо в Верховный суд. Всоответствии с Законом о трудовых спорах 1927 г. был создан Суд потрудовымделам, который выступает в качестве апелляционной инстанции, разбирающей жалобына решения по трудовым спорам, вынесенные окружными и городскими судами. Егорешения, в свою очередь, могут быть обжалованы в Верховный суд. Наряду спрофессиональными судьями в его состав назначаются представители объединенийпредпринимателей и профсоюзов. В 1952 г. в дополнение к нему в Осло был созданспециальный Суд по трудовым конфликтам, призванный предупреждать забастовки ибойкоты (они могут состояться лишь после окончания слушания дела в этом суде).Этот суд формируется на тех же основаниях, что и Суд по трудовым делам.
Особоеместо в системе судебных учреждений Норвегии занимает Суд импичмента, который вкачестве первой и единственной инстанции рассматривает обвинения в преступныхзлоупотреблениях, выдвинутые против членов правительства, парламента илиВерховного суда. В состав его входят 10 членов второй палаты парламента и пятьчленов Верховного суда. Созывается он с перерывами порой в несколькодесятилетий. Суды административной юстиции в Норвегии отсутствуют, но судебнаяпрактика выработала неписаное правило, согласно которому общие суды могутпринимать жалобы на решения любых административных органов, в том числеправительства и Короны. Лишь некоторые судебные функции выполняет Суд государственногострахования, принимающий жалобы на акты соответствующих государственныхорганов. С 1962 г. в Норвегии введена должность омбудсмана, избираемогопарламентом на четыре года и призванного расследовать по жалобам граждан или пособственной инициативе все случаи «несправедливости» по отношению кгражданам со стороны центральных и местных властей либо отдельных гражданскихслужащих. Омбудсман не вправе отменять решения административных органов, однакона практике его отрицательные заключения приводят к их отмене. Назначение насудейские должности в общие и в большинство специальных судов производитсякоролем по представлению министра юстиции пожизненно, но с обязательным выходомна пенсию по достижении 70 лет. Для занятия судейской должности требуется сдачасоответствующих экзаменов по юридическим дисциплинам в системе гражданскойслужбы, наличие определенного опыта работы (в качестве адвоката, прокурора,суды: низшего суда) и достижение 30 (Верховный суд) или 25-летнего возраста. Напрактике средний возраст впервые назначаемых на должность судьи за последниедесятилетия составлял 45 лет, в Верховный суд — еще выше. Непрофессиональныесудьи отбираются судьей для рассмотрения конкретного дела из общего списка лиц,избираемых в этих целях соответствующим муниципальным советом каждые четырегода. Расследование уголовных дел производится, как правило, полицией.Полицейские начальники вправе ограничиться, если речь идет о проступке, закоторый грозит штраф или лишение свободы на срок до трех месяцев, официальным«предостережением» либо назначением штрафа без передачи дела в суд.При этом обвиняемый может отказаться от уплаты штрафа и потребовать судебногоразбирательства. Уголовное преследование в суде осуществляют по указаннойкатегории дел полицейские служащие, по более серьезным делам — окружныепрокуроры («государственные адвокаты»), обладающие полномочиямиограничиться «предостережением», назначением штрафа или отсрочитьпредъявление обвинения, если лицом соблюдены определенные условия. Окружныепрокуроры осуществляют надзор за деятельностью полиции, и они вправе даватьуказания полицейским органам и отменять их постановления. Расследованиенаиболее сложных уголовных дел, в особенности тех, где обвиняемому грозитпожизненное заключение, а также поддержание обвинения по ним осуществляетсяГенеральным прокурором («генеральным адвокатом»). Он наблюдает такжеза деятельностью окружных прокуроров. Выполнять обязанности защитника поуголовному делу или представителя интересов сторон в гражданском процессе могутлишь лица, получившие разрешение или права адвоката от министерства юстиции.Для этого надо иметь юридическое образование, сдать установленные длягражданских служащих экзамены, внести определенное страховое обеспечение и др.Для выступлений в суде провинции и в Верховном суде необходимо выполнитьсоответственно еще более строгие требования: получить разрешение министраюстиции и звание сначала «адвоката при суде провинции», а затем«адвоката при Верховном суде'. Норвежские процессуальные правила нетребуют, чтобы по гражданским делам, даже при рассмотрении дела в Верховномсуде, стороны были представлены адвокатами: они вправе сами защищать своиинтересы. Судебные издержки могут быть возложены на проигравшую сторону либокаждой из сторон предлагается оплатить свои расходы.
Обвиняемыев преступлениях, а также, если этого требуют обстоятельства дела, — в проступкеимеют право на бесплатную юридическую помощь.

§4.Территориальное устройство и местное самоуправление
 
Норвежскаягосударственная граница определена §1 конституции как единая и неделимая.Норвегия, таким образом, является унитарным государством. Границы Норвегии установлены целым рядоммеждународно-правовых договоров и конвенций. Если идти с севера на юг, топервым актом необходимо будет назвать конвенцию между Россией и Швецией обустановлении границы между Россией и Норвегией в Лапландских погостах (dans les districts Lapons) от 14 мая 1826г.Конвенция эта действует до сих пор и определяет границу между РФ исовременной Норвегией. Правда, был краткий период, когда место России в нейзаступила Финляндия, но 19 сентября 1944 г. историческая справедливость былавосстановлена. Особенно важна статья 3 документа, гласящая: «Его Величествокороль шведский и норвежский навсегда отказывается за себя и своих преемниковот всяких притязаний, какие в прежние времена корона Норвежская могла иметь накакие-либо земли, прилежащие к России и находящиеся за чертою разграничения,сим актом установленною». Кроме того, 3 декабря 1947 г. был подписан Протокол оразграничении района соприкосновения границ Норвегии, СССР и Финляндии (BeskrivelsesprotokoU over det omradet hvor riksgrense mellom Norge, USSR og Finland motes), который действует досего дня. Далее, что касается морской границы между Норвегией и Россией, то онабыла установлена договором о демаркации морской границы в районе Варангерфьордаот 15.02.1957 г., позднее демаркационная линия была уточнена договором от20.12.1973 г. Сухопутная граница по конвенции 1826 г. неоднократно подвергаласьуточнениям — в 1963 и 1967 гг. Граница с Финляндией была установлена ещедоговором 1751 г. между Данией и Швецией и подтверждена в последующихсоглашениях. Этот же договор действителен и для границы Норвегии со Швецией,кроме того, шведская граница определяется договором 1661 г., а морская границасо Швецией — решением Постоянной палаты третейского суда от 27 октября 1909 г.
Приграничноесотрудничество, за исключением России, регулируется таможенным законом от10.06.1966 г., § 4 которого разрешает королю устанавливать 15-километровуюприграничную контрольную зону, где допускается работа таможенных властейприграничных с Норвегией государств; в этом случае действует принципвзаимности. (См. гл. XI закона о таможенном сотрудничестве.) С Россией уНорвегии заключено два специальных договора о разрешении приграничныхконфликтов: от29.12.1949 и 27.12.1967 гг. Соблюдение общего режима границыобеспечивается законом о различных мерах по обозначению и охранегосударственной границы от 14.07.1950 г. К важнейшим положениям этого актаможно отнести: запрет каких-либо враждебных действий с норвежской территории поотношению к сопредельной территории; ограничение прав частной собственности вприграничной полосе шириной до 1 км. Особые положения применяются к режимуморской границы Норвегии. В их числе внутренние акты норвежцев, а также рядконвенций и решений Международного суда. Сразу же надо заметить, что из всехконвенций, посвященных морскому праву, Норвегия участвует только в конвенции оконтинентальном шельфе 1958 г. Так, ширина территориального моря Норвегииустановлена в размере одной обычной морской мили, которая, согласно акту Cancelli-Promemoria от 25 февраля 1812 г.,равняется одной географической миле, т.е. 7420 метрам от линии наибольшегоотлива. Позднейшими резолюциями короля от 12.07.1931,18.08.1952 и известнымрешением Международного суда от 18.12.1951 г. по спору между Норвегией иВеликобританией ширина территориального моря установлена в пределах четырехморских миль — это является обычно-правовой нормой Норвегии, но размер прилежащейзоны достигает 12 морских миль, как это было установлено еще ст. 24 Конвенции отерриториальном море и прилежащей зоне 1958 г., Норвегия в этой конвенции неучаствует. Для некоторых участков побережья Норвегии установлена королевскимирезолюциями ширина территориального моря до 12 морских миль; сделано это, как говоритсяв этих актах, чтобы защитить исконные районы рыбного промысла норвежскихрыбаков. В отношении своих фьордов Норвегия придерживается правила, что это еевнутренние воды, несмотря на то, что вход в них иногда довольно широк(резолюция короля от 9.02.1968 г.). В этой связи нельзя не отметить настоящуюантирусскую истерию, которую поднимают время от времени средства массовойинформации этой страны по делу «русских» подводных лодок в норвежских фьордах.Надо заметить, что за всю послевоенную историю норвежцам не удалось ни разуфактически доказать нарушение нашими славными подводниками их морской границы. 12-мильнаярыболовная зона вдоль побережья Норвегии теперь перекрывается ее экономической зоной(закон о норвежской экономической зоне от 17.12.1976 г. с изменениями 1983 г…а равно §13 закона о морском рыболовстве [lov от saltvannfiske от 3.06.1983 г.]). Вомногом положения этого закона являются отражением обычной практики, усиленнаяразработка которой пришлась на средостение 60-х и 70-х годов XX столетия. Эта практикавыразилась в установлении 200-мильной экономической зоны, подтвержденной теперьв результате работы III Конференции ООН по морскому праву. Сама Норвегия установила200-мильную экономическую зону 1.01.1977 г. Как было сказано выше, Норвегияявляется участницей конвенции 1958 г. о континентальном шельфе, согласно ст. 1которой под термином «континентальный шельф» понимаются «поверхность и недраморского дна районов, примыкающих к берегу, но находящихся вне зонытерриториального моря, до глубины 200 метров или, за этим пределом, до такогоместа, до которого глубина покрывающих вод позволяет разработку естественныхбогатств этих районов». Последняя часть этого положения непомерно расширяетпонятие континентального шельфа, ставя его размеры в зависимость оттехнического прогресса, что чрезвычайно выгодно для Норвегии, весьмапреуспевшей в деле подводной добычи нефти и газа.
Этиположения конвенции послужили исходной точкой для резолюции короля от31.05.1963 г… устанавливающей права Норвегии над собственным континентальнымшельфом, а равно и закона о научных исследованиях и использовании естественныхполезных ископаемых, за исключением нефти, от 21.06.1963 г. Закон интересентем, что ставит определенные пределы норвежским притязаниям, так как § 1,повторяя положения ст. 1 конвенции 1958 г. о ширине шельфа, твердо заявляет:«Однако не далее серединной линии в отношении других государств (i forhold til andre stater)». При этом все права наполезные ископаемые принадлежат исключительно государству (§ 2 закона). Ещеболее подробно вопрос о континентальном шельфе регулируется законом о нефтянойдобыче, дословно «нефтяной деятельности» — pertoleumsvirksomhet, — от 22.03.1985 г.Пункт «г» § 4 закона дает, однако, следующее, уже уточненное толкование понятияшельфа: «Континентальный шельф — морское дно и недра его под норвежской морскойтерриторией настолько, насколько они могут рассматриваться в качествеестественного продолжения норвежской территории, но не более чем за 200 морскихмиль от исходной линии, от которой отсчитывается граница территориального моря(морской территории — sjoterritoriet, норвежский закон употребляет чересчур общийтермин), однако не далее серединной линии в отношении других государств». Последнееположение норвежского законодательства находится в противоречии с международнымправом, зафиксированным в решении Международного суда по делу «North Sea continental shelf cases» от 20.02.1969 г.,указавшего, что правило серединной линии ущемляет интересы государств. Это жеположение норвежского законодательства находится в противоречии с нашимиинтересами в Баренцевом море. Территориальный спор возник на пустом месте и поднадуманным предлогом. До 1970 г. не было принципиальных возражений норвежцев вотношении границ нашего сектора в Арктике, впервые нотифицированных Россией 29сентября 1916г.
Прежде всего,необходимо заметить, что теория секторов появилась благодаря явной до сих порневозможности эффективнойоккупации полярных районов земного шара. В связи счем с начала XX в. утверждается понятие Hinterland— жизненно важногопространства, непосредственно примыкающего к территории государства. Согласноэтому и действовал МИД Российской империи, совершая упомянутую вышенотификацию. Возражений ведущих держав она тогда не вызвала. Важно при этомучитывать то, что она в принципе не могла их вызвать, в частности со стороныСША, поскольку с последней страной Россия имеет договор 1867 г. об уступкеАляски, в котором строго фиксировалось право России на все северныепространства западнее 169° меридиана. Соответственно, действуя согласно логикеобъективного права, выраженного как в этом договоре, так и в теории«сопредельной земли», советский НКИД официально нотифицировал (нота Литвинова) постановлениеЦИК Союза ССР от 15.04.1926 г., повторяя слово в слово ноту имперского МИД.
Вот наиболеезначимая часть ноты Литвинова: «Объявляются территорией Союза ССР все какоткрытые, так и имеющие быть открытыми в дальнейшем земли и острова, несоставляющие к моменту опубликования настоящего постановления признаннойправительством Союза ССР территории каких-либо иностранных государств,расположенные в Северном Ледовитом океане (так в документе. — М.И.), к северуот побережья Союза ССР до северного полюса в пределах между меридианом тридцатьдва градуса четыре минуты тридцать пять секунд восточной долготы от Гринвича,проходящим по восточной стороне Вайда губы через триангуляционный знак на мысуКекурском. и меридианом сто шестьдесят восемь градусов сорок девять минуттридцать секунд западной долготы от Гринвича, проходящим по середине пролива,разделяющего острова Ратманова и Крузенштерна от группы островов Диомида вБеринговом проливе». В связи с предположением на наличие нефти и газа вБаренцевом море норвежцы стали выдвигать притязания на часть морского дна этогоморя, в основном там, где проходит наша секторальная линия. В норвежскойлитературе этот район получил название «серая зона» (grasone), хотя возможен переводи как «теневая зона». Рыболовство в этом районе сейчас осуществляется поусловиям соглашения 1977 г., установившего принцип серединной линии, нозафиксировавшего также принцип, что сам договор не может быть расценен какпреюдициальное решение. Сейчас в норвежской прессе нередки бывают спекуляции поповоду того факта, что с норвежской стороны в этих переговорах участвовал АрнеТрехолт(зам. министра иностранных дел, statssekretaer), разоблаченный позжекак агент советской разведки, что позволяет норвежцам рассуждать о возможностиоспаривания самого договора на основании ст. 49 и 50 Венской конвенции о правемеждународных договоров 1969 г. Надо заметить, что эти спекуляции в основномограничиваются рамками газетных инсинуаций. Последняя попытка разрешитьпроблему была предпринята в 1989 г. в ходе визита Предсовмина СССР Н.И. Рыжковав Норвегию — но воз и ныне там. Другим камнем преткновения, тесно связанным спервой спорной проблемой, является притязание норвежцев на континентальныйшельф вокруг Шпицбергена, что также затрагивает нашу секторальную линию. Несчитаясь со здравым смыслом, норвежская сторона утверждает, что Договор 1920 г.о Шпицбергене не относится к шельфу и экономической зоне этого архипелага.Поэтому, дескать, шельф и зона должны находиться под исключительным норвежскимсуверенитетом не как принадлежность архипелага, а как принадлежность илипродолжение собственно норвежской территории. Понятно, что подобнаяточка зрения абсурдна и не выдерживает никакой критики, хотя бы потому, чтоюридически невозможно отрывать правопритязание от его основания, что допускается,конечно, с умыслом Норвегией. Если основание суверенитета Норвегии надШпицбергеном заключено в Договоре 1Ч2Ог., то все правоотношения, относящиеся кэтому архиву, регулируются исключительно этим договором, а не внутренним норвежскимправом. Слабостъ нашей позиции состоит в том, что в мире теория секторовпродолжает оставаться теорией книжной. Однако в связи с тем, что суверенитетНорвегии над Шпицбергеном никоим образом не может быть расценен как абсолютный— у него есть ряд международно-правовых ограничений, о которых речь пойдетниже, — то, очевидно, имеет смысл перенести центр тяжести решения проблемы вэтом направлении. Необходимо укрепить международный режим Шпицбергена, темболее что сам договор дает к этому хорошие основания. Островные владенияНорвегии имеют несколько правовых режимов: режим полного суверенитета—остров ЯнМайен и некоторые другие и неполного — Шпицберген. Остров Ян Майен былприобретен Норвегией путем эффективной оккупации его в 1929 г. Что касается такназываемых зависимых от Норвегии территорий (biland) в Антарктике, то статусих определен законом от 27.02.1930 г. и никем, кроме самих норвежцев, непризнан. Как известно, договор об Антарктиде от 1.12.1959 г. и твердая позицияСССР по вопросу непризнания территориальных претензий других стран на районыАнтарктики (советское правительство нотой от 24.01.1939 г. заявило онепризнании актов Норвегии, устанавливающих ее суверенитет над землями вАнтарктике, открытой, кстати, русскими) позволили заморозить этот вопрос нанеопределенно долгое время. Положение Шпицбергена в качестве составной частиНорвегии (§1 закона о Шпицбергене (Свальбарде) от 17.07.1925 Урегулируетсяпрежде всего международным договором от 9.02.1920 г. между Норвегией, США,Данией, Францией, Италией, Японией, Нидерландами, Великобританией, Ирландией иШвецией. Советский Союз присоединился к договору в 1935 г. Надо сразу заявить,что Норвегии в этом случае повезло, ибо, если бы не наша несчастная революция,временно обессилившая Россию, ни о каком суверенитете Норвегии над Шпицбергеномне было бы и речи. До 1920 г. Шпицберген считался ничейной землей. Однако доПервой мировой войны там было сильно русское присутствие; в качестве примераможем сослаться на весьма обстоятельную географическую экспедицию, работавшуюна архипелаге в 1903—1904 гг. Преимущественное право России на острова неподлежит, таким образом, сомнению. Не случайно поэтому ст. 10 договорарезервировала за подданными России, вплоть до признания русского правительствасторонами в договоре, равные права с гражданами последних по использованиюресурсов островов. Представительство русских интересов на островах временнопоручалось Дании. Договор 1920 г. признает за Норвегией суверенитет ссущественными оговорками, одной из которых является запрет какой бы то ни быловоенной деятельности на островах, Норвегии в том числе (ст. 9 договора).Гражданам стран, подписавших договор, предоставляются свобода и равные права нарыболовство и охоту как на самом архипелаге, так и в его территориальных водах.Норвежские власти могут принимать меры только природоохранного порядка. Такжепризнается равное право всех на ведение промышленной разработки полезныхископаемых, торговли и другой сопутствующей хозяйственной деятельности. Вчастности, в 1997 г. концерн «Арктикуголь», ведущий хозяйственную деятельностьна островах от имени России, предпринял попытку организации туризма наШпицберген, несмотря на то что главным предметом его деятельности являетсяуправление угольными шахтами на архипелаге. В связи с этим в прессе появилисьутверждения о том, что воздушное пространство над Шпицбергеном — этопродолжение норвежского воздушного пространства. Если дело так дальше и пойдет,то норвежцам удастся втихую ревизовать положения договора 1920 г. С цельюреализации прав, предоставленных Норвегией договором 1920 г., она предприняларяд организационных мероприятий. Прежде всего был принят ряд законов,регулирующих вопросы, затронутые договором: закон о налогообложении имущества идоходов на Шпицбергене от 15.07.1925; закон о пошлине на уголь и прочиересурсы, вывозимые со Шпицбергена. 17.07.1925 г. королевская резолюция орегулировании порядка разработки полезных ископаемых на Шпицбергене (Bergverksordningen for Spitsbergen) от 7.08.1925 г. Сразуже надо заметить, что не всё в этих актах соответствует конституирующемудоговору. Наконец, в 1975 г. норвежцы предприняли попытку учредить наархипелаге более основательную администрацию. Не может не вызывать такженедоумение § 3 закона о военной инспекции в соответствии с договором об обычныхвооруженных силах в Европе от 29.08.1991 г., распространяющий его действие наШпицберген. По сути, там инспекции проводиться не могут, так как на архипелагезапрещена любая военная деятельность. Получается, что косвенно Норвегия нарушаетвзятые на себя международно-правовые обязательства по демилитаризации островов,поскольку признает возможность военной инспекции на Шпицбергене. Все этидействия норвежцев вполне могут послужить предметом переговоров о дальнейшемрегулировании международного статуса островов, ибо право давности к подобногорода вещам не применимо. Как утверждает старая максима, ex iniuria non oritur ius — нарушение права несоздает права. Помимо первоначальных участников договора 1920 г. и России кнему присоединились еще 25 государств. Административно-территориальное делениеНорвегии также имеет конституционный статус, поскольку § 58 основного законаопределяет количество депутатов в Стортинге на основеадминистративно-территориального деления страны, каждый округ имеет квоту меств парламенте. Высшей административно-территориальной единицей в Норвегииявляется губерния — fylke, первоначальное наименование которой было amt, по аналогии с датскимобразцом, позаимствованным у немцев. Новелла установлена законом «Об изменениинаименований частей страны» от 14.08.1918 г. Закон установил административноеделение страны на 19 губерний и 6 епископств (с поправками 1968 г.). Наименьшаятерриториальная единица в Норвегии — коммуна — это уже округ, созданный дляместного самоуправления. Границы коммун регулируются законом об изменении вкоммунальном размежевании (lov от endring i kommuna! inndeling) от 21.12.1956 г.Изменения в границах коммун устанавливаются королем с учетом мнениякоммунального и губернского правления (§ I), но если они возражают,то решение принимается Стортингом. Важно также отметить, что основойразмежевания служит принцип экономической целесообразности (§ 3 закона) —коммуна является основным финансово-податным округом в Норвегии. Кроме того,коммунальное и губернское деление страны имеет значение для организации выборовв представительные органы власти. Местное управление в Норвегии насчитывает неодно столетие, Впервые страна была поделена на специальные округа, амты, воглаве с амтманом (губернатором) еще в 1660 г. Инструкция, даннаягубернаторам-амтманам в 1685 г., рассматривала их в качестве связующего звенамежду центральной властью и местностями. Во многом это положение продержалось вНорвегии до 1992 г., до широкой коммунальной реформы, в соответствии с которойгубернатор (фюлькесман) превратился в местного чиновника, наделенногонекоторыми полномочиями регистрационного характера: он регистрирует религиозныеобъединения, рассматривает заявления о натурализации, выдает свидетельства обусыновлении и совершает другие акты гражданского состояния. Аппарат власти,состоявший ранее под его началом, целиком перешел теперь в распоряжениеисполнительных органов власти коммун и губерний. Сами коммуны ведут своюисторию с 1837 г., когда под коммуной стали понимать особый орган, которыйможет являться самостоятельным субъектом права, имея при этом избранныенаселением органы управления, наделенные правом принимать решения. Изначальнокоммуны в городах и сельской местности (by- og herredskommuner) носили название primserkommuner (первичных коммун),что было связано с невозможностью для населения прямо избирать своихпредставителей в органы власти губернии, последняя представляла собой вторичныекоммуны — sekundaerkommuner, одна такая коммуна на одну губернию, органывласти которой формировались путем косвенных выборов. Достаточно долго, такжепараллельно с чисто земскими учреждениями, существовали специализированныекоммунальные общества: skolekommuner (учебные округа, как и у нас до 1917 г.), brannkommuner (пожарные округа), havnedistrikter (портовые коммуны) и т.п. В настоящий момент особняком в общем ряду коммунального управления стоиттолько городская коммуна столицы г. Осло. Местное управление исамоуправление рассматриваются современным законодательством Норвегии как одноцелое в отношении коммун и губернских коммун (последние суть общность всехкоммун в пределах одной губернии), § 3 закона о коммунах и фюлкес-коммунах 1992г. Кроме того, производный характер коммун, их зависимость от государствазаключается в том, что только государство может принять решение об учрежденииновой или размежевании старых коммун. Решение о размежевании коммун принимаетсякоролем (правительством, а еще точнее — департаментом по коммунальнымвопросам). При этом он может выслушать соображения как самих коммун в лице ихорганов, так и губернских органов власти. При возникновении сильных разногласийрешение будет принимать Стортинг (§ 1 закона о размежевании коммун от21.12.1956 г.; см. п. 3 § 3 коммунального закона). Основанием же для учреждениякоммун и установления их границ является экономическая целесообразность (§ 2).Коммуна обладает правом собственности на все объекты, относимые законом ккоммунальной собственности: путей сообщений, дорог и других сооружений,служащих коммунальным нуждам. В частности, на их содержание собираютсякоммунальные налоги. В коммунальной собственности могут находиться и все прочиеобъекты, не отнесенные к ведению государства. Решение об обозначении границкоммун принимается департаментом, делается это с тем, чтобы точно знать, на комлежит обязанность по содержанию объектов собственности на территории коммуны (§15). Порядок организации и объем компетенции коммун и фюлкеском-мун определенысейчас новым законом, заменившим два прежних закона: для коммун — 1954 г., адля губерний — 1961 г. В целом законом коммунам придано сейчас гораздо большеполномочий и самостоятельности, чем это было раньше. Последняя черта получила вНорвегии название «коммунального парламентаризма». Высшим органом власти вкоммунах является коммунальное правление (kommunestyret), а в губерниях —губернское собрание (fylkestinget). Члены этих представительных органов избираютсясогласно закону о выборах от 1 марта 1985 г. одновременно с общенациональнымивыборами в Стортинг и сроком на четыре года. Коммунальный закон (§ 7) при этомустанавливает количество депутатов в представительные органы власти последующим критериям.
Для коммун
до 5000жителей — 11 членов;
от 5000 до10000 — 19 членов;
от 10000 до50000 — 27 членов;
от 50000 до100000 — 35 членов;
более 100.000— 43 члена.
Длягуберний
более 150000 —13 членов
от 150000 до200000 — 27 членов
от 200000 до300000 — 35 членов
более 300000 —43 члена.
Представительныеорганы власти коммуны избирают на постоянной основе на весь срок своих полномочийпрезидиум с определенным количеством членов, губерний — комитет (§ 8). Основнаязадача президиума — обсуждение в предварительном порядке экономического планаразвития, годового бюджета и налоговых постановлений, право обсуждения которых,не забудем, делегировано им Стортингом. Органы местного управления исамоуправления также могут быть наделены специальной компетенцией по отдельнымвопросам. Среди членов своего президиума коммунальное правление на постояннойоснове выбирает председателя (ordforer) и заместителя (varaordforer). Губернское собраниеизбирает председателя и заместителя председателя своего комитета не средичленов комитета, а среди самих членов собрания, такой же, кстати, порядокпредусмотрен и для коммун, в которых введен коммунальный парламентаризм.Председатели руководят работой как самих представительных органов, так и ихпрезидиумов. По некоторым категориям дел председатель и его заместитель могутпринимать самостоятельные решения, получив на это полномочия от своихпредставительных органов (п. 5 § 9). Для лучшей организации работы поисполнению решений, принятых представительными органами, может быть избранспециальный комитет, которому делегируется право принятия самостоятельныхрешений, могут создаваться и другие специальные комитеты для предварительногообсуждения вопросов, рассматриваемых впоследствии правлением или собранием.Руководство коммунальных и губернских предприятий назначается такжепредставительными органами. Могут также назначаться особые органы управлениядля мелких территориальных подразделений коммун. Согласно положениям § 13закона исполнительные органы коммун и губерний могут наделяться особымиполномочиями для решения неотложных дел при чрезвычайных обстоятельствах (haste-saker). Для организации работыв коммунах и губерниях учреждается особая администрация во главе с ееначальником (administrasjons-sjef) — это начальник всей коммунальной и губернской бюрократии,следящей за порядком, составлением и исполнением решений, принятыхсоответствующими представительными органами. Он также следит за своевременнымзамещением вакансий среди персонала органов управления коммун и фюлкескоммун.Во многом в своих руках начальник администрации соединяет функции управляющегоканцелярии и начальника отдела кадров. Однако непосредственно руководство всемислужащими органов управления коммун и фюлкескоммун осуществляетадминистративный комитет (administrasjonsutvatget), п. 1 § 25 в этой связигласит: «В каждой коммуне и фюлкескоммуне учреждается один или несколькосоветов из представителей сторон — административный комитет — для обсуждениядел, которые касаются отношений между коммунами или фюлкескоммунами в качествеработодателя и занятых, поскольку стороны согласились не разрешать вопросы инымобразом». В коммунальном хозяйстве, надо заметить, занято довольно большоеколичество рабочей силы страны. Закон устанавливает, как мы уже говорили выше,своеобразную дуалистическую систему управлений в губерниях и коммунах попарламентскому принципу. Решение о переходе к такому порядку управления принимаетсама коммуна или губерния большинством в 2/3 от депутатових представительных органов, п. 1 § 18. При положительном решении в коммунах игуберниях образуется специальный совет: Kommunerad и Fylkesrad, соответственно, которыйявляется высшей административной инстанцией на своей территории. Последнееозначает, что вышеназванные органы наделяются также полномочиями начальникаадминистрации коммуны или фюлкес-коммуны. Члены совета избираютсяпредставительным органом, равно как избираются председатели советов и ихзаместители. Выборы при этом происходят на пропорциональной основе. В отставкучлены совета уходят по решению представительного органа (вотум недоверия),впрочем, отставка может быть произведена и по их собственному желанию. Распределениеобязанностей между членами совета происходит по решению самогопредставительного органа, при этом могут быть приняты решения и о наделениичленов совета особыми полномочиями по принятию самостоятельных решений. Вобщем, коммунальный или губернский совет представляет из себя уменьшенную копиюГосударственного совета с весьма урезанными полномочиями в исполнительнойсфере, последнее слово всегда остается за представительным органом: правлениемили собранием. Государство, однако, продолжает сохранять за собой прерогативупо контролю за органами местного самоуправления. Существенные изменения, как мыговорили выше, произошли в форме контроля за коммунами. Ранее, до 1992 г.,контроль осуществлялся губернатором: § 60 коммунального закона от 12.10.1954 г.наделял губернатора правом объявлять решения коммунального правлениянезаконными и лишать их силы. Сейчас контроль имеет две организационные формы:(1) самих органов власти коммун или губерний и (2) самого государства.Государство осуществляет контроль в лице коммунального департамента, которыйможет отменять решения этих органов на основании допущенной ошибки при принятиирешения; постановление об отмене также может быть принято по собственнойинициативе в порядке общего надзора за законностью, п. 5§ 59. Департамент можетпредварительно затребовать дополнительную информацию по делу. Внутреннийконтроль, или контроль, осуществляемый самими коммунальными или губернскимиорганами, производится по инициативе не менее чем трех членов коммунальногоправления или губернского собрания. Свое заявление эти лица подают вдепартамент, который уже и осуществляет мероприятия по проверке законностирешений. Но обычно внутренний контроль осуществляется самими органамипредставительной власти коммун и губерний в лице своей контрольной комиссии (kontrolutvalg), п. 2 § 60; другимконтролирующим органом является ревизор коммуны или губернии, которыйназначается правлением или собранием, п. 5 § 60. Результаты своей ревизииревизор докладывает контрольному комитету. Доклад ревизора с замечаниями контрольнойкомиссии представляется па рассмотрение коммунального правления или губернскогособрания, которые и принимают решение по нему. Круг компетенции норвежскихорганов местного управления и самоуправления в общем-то традиционный для любогоуправления подобного уровня. С 1977 г. коммуны и фюлкескоммуны стали получатьрегулярную денежную субсидию от государства на развитие собственнойинфраструктуры и промышленности. В связи с этим коммуны или губернии принимаютсобственный план экономического развития сроком не менее чем на четыре года.План включает в себя расчет предполагаемых расходов и доходов, а такженаправления конкретного развития местной экономики. Содержание плана доводитсядо соответствующего департамента. На основании четырехлетнего экономическогоплана происходит разработка бюджета на текущий год. Небезынтересно, что, как иплан, бюджет должен быть реалистичным — таково требование закона, и. I § 46; ср. п. 2 § 44закона. При нехватке бюджетных средств коммуны могут делать займы на текущее инвестированиев местную экономику или реорганизацию прежнего долга (§ 50). Займы делаются подгарантии коммун или губерний, но решение о выдаче гарантии под займ подлежитутверждению соответствующим департаментом, что вкупе с положением § 52 о том.что собственность коммуны или губернии не может быть объектом ареста или залога(utlegg — такая форма залогапредполагает автоматический переход прав собственника при просрочке долга сдолжника на кредитора), и запретом производить конкурс над имуществом коммуны игубернии (§ 55) может навести на мысль об ответственности государства по долгаморганов местной власти и самоуправления. Однако такой вывод, несомненно,указывающий на существенное смешение местного самоуправления с публичнойвластью, вряд ли стоит делать без оговорок. Государство в Норвегии, судя повсему, только косвенно отвечает по долгам органов местного управления исамоуправления. В случае установления факта банкротства коммуны илифюлкескоммуны государство в лице соответствующего департамента устанавливаетспециальный порядок расчета по долгу (§ 56—58). В остальном в компетенциюместных органов власти и самоуправления входят забота о поддержании общегопорядка (в этом отношении коммунальные органы власти могут издаватьобязательные постановления для полицейских приставов), принятие мер посанитарной безопасности, социальному обеспечению, охране семьи и детства,школьному образованию. Все эти области дел регулируются в Норвегии отдельнымизаконами, исполнение которых делегировано во многом коммунам, губерниям и ихорганам.

Списокиспользованной литературы
 
1. А.Я. Сухарев Правовые системыстран мира. Энциклопедический справочник. М.: Издательство НОРМА, 2001.
2. М.А. Исаев Основы конституционногостроя Норвегии. М.: Муравей, 2001.
3. М.А. Исаев, А.Н. Чеканский, В.Н.Шишкин Политическая система стран Скандинавии и Финляндии. М., 2000.
4.Скандинавская модель правовогогосударства. М., 1993.


Не сдавайте скачаную работу преподавателю!
Данный реферат Вы можете использовать для подготовки курсовых проектов.

Доработать Узнать цену написания по вашей теме
Поделись с друзьями, за репост + 100 мильонов к студенческой карме:

Пишем реферат самостоятельно:
! Как писать рефераты
Практические рекомендации по написанию студенческих рефератов.
! План реферата Краткий список разделов, отражающий структура и порядок работы над будующим рефератом.
! Введение реферата Вводная часть работы, в которой отражается цель и обозначается список задач.
! Заключение реферата В заключении подводятся итоги, описывается была ли достигнута поставленная цель, каковы результаты.
! Оформление рефератов Методические рекомендации по грамотному оформлению работы по ГОСТ.

Читайте также:
Виды рефератов Какими бывают рефераты по своему назначению и структуре.