Реферат по предмету "Религия и мифология"

Узнать цену реферата по вашей теме


История жизни и деятельности духовенства Псковской епархии во второй половине XVIII в.

Содержание
Введение
Глава1. Система епархиального управления во второй половине XVIII века
1.1 Псковские архиереи и духовная консистория
1.2 Духовные правления Псковской епархии
Глава2. Социальный состав духовенства
2.1 Порядок замещения вакансий в приходах Псковской епархии
2.2 Численность духовного сословия Псковской епархии ипричины ее изменения
Глава3. Духовное образование в Псковской епархии
3.1 Уровень профессиональной подготовки духовенстваПсковской епархии
3.2 Духовные учебные заведения в Псковской епархии
Глава4. Доходы духовенства
4.1 Источники доходов приходского духовенства Псковскойепархии
4.2 Источники доходов монастырей Псковской епархии
Глава5. Деятельность духовенства и его место в структуре российского общества
5.1 Особенности социального статуса духовенства.Деятельность духовенства
5.2Место православного духовенства в российском обществе
Заключение
Источникии библиографический список литературы
Списоксокращений
Приложения/>/>/>/>/>/>/>/>/>

Введение
Перемены в общественно-политической жизни России, имевшиеместо второй половине XVIII в., вызвали существенные изменения всоциально-экономическом положении представителей духовного сословия. На периодправления Екатерины II и Павла I пришлись такие значимые для жизниправославного духовенства события как секуляризация церковных вотчин, введениемонастырских штатов, разборы на военную и гражданскую службу, изменения всистеме управления епархиями и системе духовного образования. В связи с этимвозникает необходимость в изучении последствий государственной политики вотношении духовенства, различных аспектов деятельности служителей церкви.
И в наши дни, и в дореволюционной России общество неоставалось равнодушным к судьбам православия. Попытки осмыслить суть и причиныимевших место в жизни православного духовенства явлений имели место во всепериоды истории страны. Уже в дореволюционный период некоторые авторы, несмотряна наличие цензуры, указывали на существовавшие внутри церковной организациипроблем, уходящих своими корнями в XVIII в. Советской историографиейэти проблемы выпячивались и гиперболизировались, что приводило к искажению восвещении той роли, которую играло православие в истории Российской империи.Зарубежные исследователи при всей ответственности, с которой они подходили кизучению истории православной церкви в синодальный период, были во многомограничены в своих выводах отсутствием доступа к широкому кругу архивныхисточников.
Изучение истории православной церкви на современномэтапе закономерно повторяет путь, пройденный исследователями в XIX в. Используяиные, чем в XIX в., методы исследования современные ученые стремятсяпрежде всего изучить материалы по отдельным епархиям. В перспективе, опираясьна введенные в научный оборот источники, будет возможно создание обобщающеготруда по истории русской православной церкви в синодальный период.
Хронологические рамкиисследования обусловленынеобходимостью изучения последствий секуляризации церковных вотчин. С 1764 г.правительство Екатерины II предпринимает ряд активных действий в отношениидуховного сословия. Законодательство Екатерины II и Павла I в1764-1801 гг. определяет источники доходов духовенства, изменяет социальныйстатус служителей церкви, регламентирует их деятельность.
Территориальные границыПсковской епархииизменялись на протяжении исследуемого периода. В 1788 г. произошлоперераспределение городов и уездов между епархиями, имевшее целью приведение ихграниц в соответствие с новым административным делением страны. К Псковскойепархии от Смоленской и Новгородской были причислены Порхов, Холм, Торопец и ВеликиеЛуки с уездами. Гдов с уездом и часть Лужского уезда отошли кСанкт-Петербургской епархии. К пограничной Псковской епархии на протяжении XVIIIв. были присоединены некоторые вошедшие в состав Российской империи территории.С 1725 г. Лифляндия, а с 1772 г. Витебская, Полоцкая и Двинская провинции. Всостав епархии также входило формально независимое от России Курляндскоегерцогство.
Объектом исследованияв настоящей работеявляется черное и белое духовенство Псковской епархии в 1750-1801 гг.Духовенство Псковской епархии выбрано в качестве объекта изучения по целомуряду причин. Во-первых, все нововведения, исходящие от духовных или светскихвластей, практически сразу отражались на положении дел в расположенной близстолицы епархии. Во-вторых, на протяжении всего исследуемого периода архиереи,управлявшие Псковской епархией, входили в число самых активных членов Синода.В-третьих, епархия включала в свой состав ряд прибалтийских и белорусскихземель, населенных лицами неправославного исповедания. В-четвертых, натерритории епархии к моменту секуляризации сосредоточился огромный массивмонастырских и церковных вотчин, что сделало реформу 1764 г. особо драматичнойдля псковского духовенства.
Предмет исследования – политика правительства вотношении духовного сословия, его структура, динамика численности, деятельностьпредставителей духовенства, уровень их профессиональной подготовки, материальноеположение, взаимоотношения с прихожанами.
Целью исследования является изучение явлений характерныхдля жизни и деятельности духовенства Псковской епархии во второй половине XVIIIв. Данной целью определена постановка следующих задач:
- изучить систему епархиальногоуправления и принципы ее функционирования;
- выявить особенности формированиясостава духовенства, особо пристально рассмотрев вопрос о наследованииприходов;
- выявить источники содержаниядуховенства;
- изучить последствиягосударственной политики в отношении духовенства;
- исследовать круг вопросов,связанных с системой духовного образования;
- исследовать различные аспектыдеятельности служителей церкви.
Поскольку данное исследование носит комплексныйхарактер и опирается на широкую источниковую базу, в работе над темойдиссертации использовались такие общенаучные методы как историзм, научнаяобъективность и системный подход. Для установления причинно-следственных связеймежду различными явлениями характерными для жизни духовного сословия во второйполовине XVIII в. использовался логический метод. В ходе выявленияобщего и различного в социально-экономическом положении духовенства Псковской идругих епархий привлекался сравнительно-исторический метод. Использование вработе массовых источников привело к необходимости применения статистическогометода. Изучение элементов повседневного быта представителей духовногосословия, их жизненных ценностей и мировоззрения делает необходимым применениеисторико — антропологического подхода./>
Историография. Изучение вопросов, связанных с историей духовного сословия во время правленияЕкатерины II иПавла I, имеет давнюю традицию.
Дореволюционные исследователи обращались к этой темеглавным образом в рамках создания обобщающих трудов по истории Русской православнойцеркви. Первой среди подобных работ в свет вышла в 1847 – 1848 гг.«История Русской Церкви» в пяти томах, принадлежавшая перу архиепископаРижского Филарета (Гумилевского). (Филарет (Гумилевский), архиепископ. Историярусской церкви. Т. I — V. Рига, М., 1847 — 1848) Царствование Екатерины II иПавла I было отнесено автором к пятому периоду, названному периодомСинодального управления. Повествование в данном труде было доведено до 1826 г.Краткая для такого обширного хронологического периода работа не отличаласьсерьезностью попыток осмыслить политику правительства по отношению к духовномусословию, ограничиваясь перечислением указов, касающихся духовного ведомства иважнейших событий в жизни Православной церкви. С 1847 по 1894 гг. работавыдержала 6 изданий и широко использовалось как учебное пособие. Скованность воценках событий синодального периода можно объяснить цензурными условиями,приверженностью Филарета приемам формальной богословской школы и таким субъективныммоментом, как отмеченная А.В. Карташевым скупость автора на слова.[1]
В 1870 г. в Казани вышло в свет «Руководство кистории русской церкви» профессора Казанской духовной академии П.В.Знаменского, которое тут же приобрело большую популярность в качестве учебногопособия и выдержало несколько изданий. Эта краткая по объему работа наметиларяд проблем, связанных с распространением православной веры, духовным просвещениеми церковным управлением в России во второй половине XVIII в. Ксожалению, эти вопросы были освещены весьма кратко и безоценочно. В работеимеется несколько важных наблюдений автора, касающихся жизни Псковской епархии.Так, П.В. Знаменский отмечает ориентацию православных церквей в Прибалтийскомкрае на удовлетворение нужд расквартированных там воинских частей. «Первыеначатки движения в пользу православия» он относит к более позднему периодуи связывает их с открытием в 1836 г. в Риге псковского викарства.[2] Более подробные сведения по истории Православнойцеркви во второй половине XVIII в. профессор П.В. Знаменский приводит в последующихнаучных трудах. Наиболее удачно освещавшим синодальный период учебным пособиемявляется работа профессора Новороссийского университета А.П. Добросклонского«Руководство по истории русской церкви». Четвертый том, освещающийсинодальный период, вышел в 1893 г. Для работы в целом и особенно дляпоследнего, 4-го тома характерно обилие цитат из первоисточников, в том числеиз «Полного собрания законодательства Российской империи». По мнению А.В.Карташева, знатока дореволюционной научной литературы, посвященной историиПравославной церкви, работа А.П. Добросклонского «остается для нас самымполным сводом исторических сведений о Синодальном периоде в его целом».[3] А.П. Добросклонский, в отличие от предыдущихсоставителей учебных пособий, акцентирует внимание читателей на процессах,происходивших в духовном сословии: укреплении системы наследования, увеличенииобъема гражданских прав, материального обеспечения черного и белого духовенства.Автор учебного пособия прямо указывает на участившиеся после 1785 г. конфликтымежду помещиками и духовенством на почве мировоззренческих различий, отмечаетслучаи участия священников в народных волнениях.[4]
Для нужд учебных заведений издается ряд справочных пособий по историиПравославной церкви. Это, прежде всего, труды, задачей которых былосистематизировать законодательство, регулирующее различные сферы жизниправославного духовенства и дать толкование содержащимся в нем нормам права.[5] В работе И.Л. Чижевского, например, наряду сдокументами, касающимися всех православных обителей, приводятся выдержки изуказов и инструкций, адресованных Синодом конкретным монастырям, что дает современномуисследователю возможность изучать особенности применения норм права в разныхчастях Российской Империи.[6]
Написанию первых обобщающих работ по истории церквипредшествовали попытки создать общероссийские справочные пособия по историимонастырей и епархиального управления. В начале XIX в. издается«Словарь географический Российского Государства» Афанасия Щекатова,содержавший некоторые сведения по истории Псковской епархии в предыдущем столетии.[7] Первой попыткой создать специальное исследование поистории епархий можно считать труд иеромонаха, а впоследствии епископа, Амвросия(Орнатского) «История Российской иерархии» в 6 частях. Первое изданиевышло в Москве в 1807 – 1815 гг. Епископ Амвросий дал в своей работе описаниене только действующих в его время монастырей, но и привел сведения по историиупраздненных обителей. Наиболее полное описание составитель далПсково-Печерскому монастырю и Никандровой пустыни.[8] Более полная, основанная на изучении источников,работа П. М. Строева вышла лишь полвека спустя, в 1877 г.[9] Несмотря на то, что составитель добросовестно обработалбольшой объем архивных источников, в его списках по епархиям имеютсязначительные пробелы.
В течение всего дореволюционного периода изученияистории Православной церкви неоднократно предпринимались попыткисистематизировать имеющиеся сведения о монастырях.[10] Наиболее удачной среди них оказалась двухтомнаяработа В.В. Зверинского «Материал для историко-топографическогоисследования о православных монастырях в Российской империи», вышедшая вСанкт-Петербурге в 1890-1892 гг. Автор привел в своем исследовании краткуюисторию каждого монастыря, привязал его месторасположение к имевшимся на конец XIXв. населенным пунктам, а также указал состояние вотчинных владений наканунесекуляризации.[11] К числу справочных работ можно отнести и труд И.М.Покровского «Русские епархии в XVI – XIX вв., ихоткрытие, состав и пределы. Опыт церковно-исторического, статистического игеографического исследования». Второй том, посвященный XVIIIв., вышел в Казани в 1913 г. Он содержит весьма полные сведения по изменениямграниц епархий, численности в них приходских храмов и монастырей, полученныепри изучении дел, содержавшихся в архиве Святейшего Синода.[12] Сведения о земельных владениях обителей содержаться вработе М.И. Горчакова.[13]
Среди справочных пособий, созданных в дореволюционныйпериод, можно отдельно отметить работы, собравшие сведения о церковных деятелях,оставивших после себя изданные поучения, проповеди и другие подобныепроизведения.[14]
Дореволюционный период изучения истории духовногосословия во второй половине XVIII в. богат монографическими исследованиями и научнымистатьями в периодических изданиях. Ряд исследователей пытались изучитьразличные аспекты положение духовенства в царствование Екатерины II и ПавлаI, дать свою оценку эффективности действийправительства в деле его улучшения. Большая часть работ ограничиваласькаким-либо одним проблемным вопросом истории духовного сословия, но было инесколько исследований, ставивших перед собой задачу всестороннего изученияпроблемы.
Подобные труды стали появляться с 80-х гг. XIXв., и первым среди них было исследование И. Знаменского «Положениедуховенства в царствование Екатерины II и Павла I». Работастроилась главным образом на анализе указов правительства в отношении церкви.Автор пришел к выводу о существовании таких проблем сословия, как недостатки вструктуре образования, болезненности для духовенства разборов,неудовлетворенность материальных нужд служителей церкви. По мнению И.Знаменского, в решении очевидных для всех проблем правительство ограничивалосьполумерами, но, тем не менее, создало некоторые предпосылки для «нравственногоразвития духовенства и возвышения духовного сословия» уже в XIXв. Сравнивая духовенство XVIII и XIX вв., автор отметил превосходство своих современниковв «нравственном и умственном отношении». И. Знаменский также сделалочень важный для понимания особенности положения духовного сословия, вывод оразобщенности духовного сословия с другими слоями населения, отсутствии со стороныпаствы понимания «нравственного значения служения духовенства».[15] К подобному же выводу пришел, анализируя мемуарысовременников, С.И. Трегубов, отметивший зависимость духовенства от прихожан,вынужденное заискивание его представителей перед прихожанами.[16]
Еще более критично оценивал политику светских властейв отношении духовного сословия А.А. Папков в своей работе «Упадок православногоприхода (XVIII – XIX вв.). Историческая справка». С его точки зрения попыткагосударства поставить духовенство к себе на службу и придать его деятельностиполитический оттенок привела к падению авторитета священнослужителя среди егопаствы.[17] Изучив законодательные акты, касающиеся материальногообеспечения белого духовенства, А.А. Папков пришел к выводу об «униженноми тяжелом» положении приходского духовенства, которое успело привыкнуть ксоздавшемуся положению, погрязло в пороках и не пыталось изменить своесостояние к лучшему, путем «образования и саморазвития».[18]
Большие возможности в деле изучения истории духовногосословия давала работа комиссии при Синоде, созданная в 1835 г. для разборахранящихся в его архиве дел. Изучив разобранные комиссией архивные документы,Н. И. Григорович дал свою оценку материального положения белого духовенства вовторой половине XVIII в. В частности, он пришел к выводу, что большая частьприходского духовенства, являясь мелкими землевладельцами, лично обрабатывалоземлю, отвлекаясь от выполнения своих «прямых духовных обязанностей».И только незначительная часть служителей церкви, распоряжаясь значительнымиземельными угодьями, отдавала землю в оброк или обрабатывала ее рукаминаемников.[19]Фактическиоценка материального положения духовенства повторяет сделанные ранее П.В.Знаменским выводы. Правда, П.В. Знаменский видел причину бедности духовенстване только в скудном обеспечении землей, но и в неопределенности правдуховенства на получение приличной руги от прихожан.[20]
На недостатки духовного образования во второй половинеXVIII в. впервые указал профессор П.В. Знаменский. Он, вчастности, отметил во многих епархиях стремление местной церковнойадминистрации дать семинарское образование детям священнослужителей иотсутствие заботы об обучении детей причетников.[21] Создание подобного труда стало возможным благодарязначительному количеству исследований по истории отдельных учебных духовныхзаведений, накопившихся ко второй половине XIX в. и удачнообобщенных П.В. Знаменским. Среди них и работа Князева А.С., посвященнаяистории Псковской духовной семинарии.[22]
Изучению вопроса о духовном образовании в синодальный период уделилвнимание А. Добросклонский. Низкое качество духовного образования он объяснял,прежде всего, «малоудовлетворительной» подготовкой учителей, совмещенииими нескольких должностей и отсутствии специализации преподавателей на одномпредмете.[23]
Дореволюционные исследователи очень осторожно касалисьвопроса о подчинении духовной власти светской. О процессе огосударствленияцеркви в годы царствования Екатерины Великой и Павла I исследователизаговорили лишь с конца XIX в. Этот вопрос остро поставил, как было указано выше,А.А. Папков. В 1899 г. появляется очень содержательная, основанная на архивныхдокументах, работа В.В. Благовидова, посвященная обер-прокурорам Синода.[24] Однако действительно полноценный анализ взаимоотношениямПравославной церкви и государства, в том числе и с точки зрения права, был данлишь П. Верховским. По мнению П. Верховского, «события Русской Церковнойистории XVIII и XIX вв.развернулись так, что у нас действительно установилась система государственнойцерковности.»[25]
Исследователи дореволюционного периода также не оченьохотно обращались к изучению таких явлений как замкнутость сословия, разборыдуховенства и их необходимость. По мнению В.Э. Дена, разборы были неизбежными,если принять во внимание стремление государства привести в соответствие иудержать в этом состоянии реальную численность духовенства и количество штатныхмест.[26] А. Добросклонский установил взаимосвязь междуполитикой Павла I, направленной на затруднение выхода из духовногосословия, и неизбежностью последующих разборов.[27] П.В. Знаменский, анализируя указы, связанные спроведением разборов, особо выделил среди прочих выгод, полученных светскойвластью от разборов духовенства, увеличение числа лиц, обязанных платитьподати. Если родственники исключенных из духовного сословия лиц обязалисьплатить за них подушные деньги, те могли остаться, и, по мнению П.В.Знаменского, зачастую оставались при церквях.[28]
Исследователи в дореволюционный период обращалисьпреимущественно к опубликованным источникам и материалам архивов центральных органовуправления. Наиболее полным трудом, основанным на изучении архивных материалов,хранившихся в архивах консистории, стало исследование Н.П. Розанова. Работая вархиве Московской духовной консистории, Н.П. Розанов собрал и обобщил сведенияо системе епархиального управлении, доходах духовенства, его повседневном быте,проступках и наказаниях за них. Автор весьма скуп на интерпретацию приводимыхим фактов, его задача – изложить в систематическом порядке все доступныесведения о жизни московского духовенства при том или ином архипастыре. Лишьподводя итоги деятельности церковных иерархов, Н.П. Розанов допускал в своей работеоценочные суждения, в которых иногда проглядывает позиция автора по некоторымпроблемным вопросам истории духовенства. Например, подводя итог деятельностимитрополита Платона (Левшина), природного великороссиянина, Н.П. Розановприводит следующее пространное суждение: «Мы полагаем, что духовные властииз малороссиян, с Петра I стоявшие в главе управления российской Церкви, потомуболее противоборствовали постоянным стремлениям высшего правительства отделитьцерковные вотчины от ведомства духовного, что с интересами церковными соединялисвои интересы. Но когда в главе управления российской Церковью стали духовныевласти, происходившие из великороссиян, то они с одной стороны, зная быт белогодуховенства и неудовлетворительность его состояния, с другой стороны оцениваяте блага, которые высшее правительство, при новых переменах давало беломудуховенству, бескорыстно отказалось от своих выгод, и сами приняли участие враспоряжениях об отчислении монастырских и церковных вотчинных земель введомство Коллегии Экономии».[29] Предпринял попытку написать исторический очерк о Псковскойепархии председатель Псковского церковного историко-археологического комитетапротоиерей В. Д. Смиречанский. История епархии представлена через деятельностьпсковских архиереев. В. Смиречанский привел в своей работе биографическиесведения об архиереях и кратко изложил содержание их указов, показавшихся емунаиболее значимыми.[30]
Очень многие проблемы жизни приходского духовенства вовторой половине XVIII в. затрагивает работа Б. Семевского. Работа основанана неизданной «Записной книге священника Иоанна Матусевича», которуютот вел с 1774 по 1780 гг. Автор также приводит ряд интересных сведений изжизни Вологодской и Ярославской епархий. Самая сильная часть работы Б. Семевскогоэто детальный анализ структуры доходов и расходов сельского священника,сделанный на материале имеющегося в распоряжении автора источника. Заслуживаетвнимания также сделанный им вывод об отсутствии различий в материальном инравственном отношениях между сельским пастырем и его прихожанами.[31] Н.И. Барсов проанализировал записки протоиерея одногоиз санкт-петербургских храмов Сергия Алексеева, которые тот вел с 1780 по 1816гг. В своих записях Сергий Алексеев обстоятельно изложил около 900 указовСинода и Санкт-Петербургской духовной консистории, а также описал случаи своей«частной и личной жизни», деятельность в качестве настоятеля храма иблагочинного.[32]
Специальное исследование вопросу происхождения фамилийв среде духовенства посвятил В.В. Шереметевский. Именно во второй половине XVIIIв. присвоение фамилии стало обязательным при поступлении в духовную школу.[33]
На протяжении XVIII – начала XIXвв. исследователями были подготовлены и опубликованы многочисленные работы поистории отдельных монастырей и храмов. В Псковской епархии начало такому видуисследований положил псковский архиепископ Евгений (Болховитинов). В начале20-х гг. XIX в. он создал описания всех существовавших при нем вепархии монастырей. Особо ценны те работы, авторы которых изучили документы, хранившиесяв архивах описываемых ими монастырей и храмов. Среди них Е. Лебедев, игуменИоанн, А. Березский, Н. Быстров, А. Канавин и другие.[34]
Материалы по истории Православной церкви на польских илифляндских землях, вошедших в состав Псковской епархии, нашли отражение вочерках И. Беляева и Б. Добрышева, в «Историко-статистическом описаниицерквей и приходов Рижской епархии» и других работах.[35]
Подводя итоги дореволюционного периода историиизучения положения духовного сословия второй половины XVIII в., нужноотметить, что в XIX – начале XX вв. в научный оборот быловведено значительное количество источников из архивов многих церковныхучреждений, детально изучено законодательство, касающееся духовного сословия,выделены характерные явления жизни духовного сословия и предприняты попытки ихинтерпретации. Наиболее актуальными для исследователей были вопросы о материальномобеспечении духовенства, его профессиональном образовании и месте среди другихсословий Российской империи. Это связано с тем, что указанные вопросы не былиеще до конца разрешены и в современной исследователям России. Вопрос о мотивахгосударственной политики и о характере складывающихся между государством ицерковной организацией отношений, за редким исключением, либо вовсезамалчивался, либо сводился к объяснению всех действий светской власти в этомнаправлении монаршей заботой о нуждах бедного духовенства. Особенностьюдореволюционного периода, также является преобладание среди авторов работ поистории духовного сословия лиц духовного звания и наличие потребности в их исследованияхцерковной организации. Эти характерные особенности дореволюционного периода отечественнойисториографии дали повод В.Н. Асочаковой охарактеризовать ее как«ведомственную церковную» или «клерикальную».[36]
В советский период развития отечественнойисториографии по известным политико-идеологическим причинам произошел резкийспад интереса к истории церкви. В период с 1931 и до 1967 гг. единственноймонографической работой, касающейся истории церкви в XVIII в.,оставалась иллюстрированная «История русской церкви» профессора Н.М.Никольского, чье становление как ученого состоялось в дореволюционный период вМосковском Университете. Научно-популярная публикация Н. М. Никольскогонаписана с марксистских позиций, на богатом фактическом материале, чем выгодноотличалась от современных ей работ Г. Рыбкина, Е.Ф. Грекулова и других авторов.[37] Н.М. Никольский подчеркивал прежде всего политическуюфункцию духовенства и защищал тезис об огосударствлении Православной церкви вРоссийской империи в XVIII в. «Государственная церковь, — писал он: должнабыла прежде всего и главным образом исполнять те обязанности, которые на неевозлагало государство.[38] Вместе с тем Н.М. Никольский анализировал вопросыдуховного образования, разборов духовенства. К рядовому духовенству авторотносится с некоторой долей сочувствия, подчеркивая бесправие основной массыбелого духовенства и зависимость его благополучия от помещика.[39] В последующих работах исследователи прибегали к ещеболее резким оценкам роли духовенства в истории России, акцентируя вниманиечитателя на антинародной сущности православной церкви, „которая проявиласьс наибольшей силой в 1773-1775 гг.“.[40]
Обращаясь к вопросам, связанным с деятельностьюдуховенства во второй половине XVIII в., исследователи повторяли выводы сделанные Н.М.Никольским. Так, А.И. Клибановым и Н.И. Павленко было отмечено, что правящийкласс требовал от церкви „более активного воздействия на массы“, аглавной задачей церкви стало удерживание бунтующих крестьян от волнений.[41] Рост интереса к истории православной церкви,наметившийся в советском обществе к концу 80-х гг. XX в. не привел к переосмыслению роли духовного сословияв жизни страны. Так, в 1987 г. В.С. Щульгин главнейшей функцией церкви,по-прежнему, считает политическую. Поддерживая тезис о „бюрократизацииклира“, он отмечает несоответствие между поставленными перед»чиновниками в рясах" задачами и их относительно низким социальнымстатусом, а также тяжелым материальным положением клириков.[42] Полную зависимость церкви от государства подчеркивалисоставители «Очерков истории СССР». В этой работе был также сделан вывод опревращении системы церковного управления к концу XVIII в. в«неотъемлемую часть государственного аппарата».[43] М.Т. Белявский, отмечая зависимость духовенства отвласти «помещиков, городничих, капитан-исправников», также обращает вниманиена «некоторое повышение образовательного уровня духовенства».[44] Указывая на «нищету и забитость» части церковников,авторы работы «Крестьянская война в России в 1773-1775 гг. Восстание Пугачева»признают важную роль церкви в усмирении восставших, подробно останавливаются наописании успешных действий отдельных представителей духовного сословия.[45]
Одной из первых в советской историографии обобщающихработ по истории православной церкви в XVIII в.,основанной на использовании дореволюционных исследований П.В. Знаменского, И.Знаменского, А. Добросклонского и других, а также на анализе законодательныхактов и архивных источников, стала глава, написанная П.Г. Рындзюнским дляколлективной монографии «Русское православие: вехи истории», вышедшейв 1989 г. П.Г. Рындзюнский еще использует для характеристики роли духовенства вжизни общества идеологические штампы, как например «прямые союзники эксплуататоров»,но тут же отмечается «нищета и забитость сельского священника»,которые иногда «приводили его в ряды участников восстания».[46] Весьма широк круг вопросов, охваченных вниманиемавтора. Относительно порядка наследования священнослужительских мест П.Г.Рындзюнский высказывается в пользу точки зрения о существовании подобногообычая.[47] Характеризуя уровень материальной обеспеченностиприходского духовенства, исследователь высказал мысль о его неравномерности инеустойчивости.[48]
В советской историографии так же имеется несколькоработ, посвященных отдельным вопросам церковной истории в разных частях Российскойимперии. Это, прежде всего, основанные на архивных документах работы Н. Д.Зольниковой, в которых автор рассматривает проблемы взаимоотношений приходскогодуховенства с местными властями и прихожанами, анализирует деятельность органовепархиального управления и различные способы получения духовного образованиядетьми служителей церкви.[49]
Непосредственно Псковской епархии касается работа патриархаАлексия (написана в 1984 г.), построенная на анализе научной литературыдореволюционного периода, посвященной истории православия в Прибалтике.[50]
В целом же можно отметить, что вопросы, связанные систорией духовного сословия, не являлись популярной среди исследователей темой.Труды историков дореволюционного периода оказались невостребованными.Сократился круг рассматриваемых исследователями вопросов. Упор делался на поискфактов поддержки духовенством «крепостнического режима»
В то же время изучение истории православия вообще и, вXVIII в. в частности, велось за рубежом. Речь идет, преждевсего, о работе профессора Богословского института в Париже А. В. Карташева,эмигрировавшего во Францию в 1920 г. Его «Очерки по истории русскойцеркви» были изданы в Париже в 1959 г. и переизданы на русском языке лишьв 1991 г. К сожалению, истории церкви во второй половине XVIIIв. А.В. Карташев посвятил очень небольшой и последний фрагмент своегофундаментального труда. В своей работе автор уделяет большое внимание духовномуобразованию, ходу разборов, вопросу о наследственности мест и участиюслужителей церкви в антипомещичьих выступлениях. А.В. Карташев настойчиводоказывает тезис об имевшем место «самозамыкании в сословную касту»духовенства, пагубно отразившемся впоследствии на взаимоотношениях паствы ипастырей.[51]Одним изпримеров сословной замкнутости был порядок наследования церковных мест, которыйпостепенно вытеснялся новым порядком предоставления прихода образованнымкандидатам.[52] Вместе с тем духовенство и в конце XVIIIв., по мнению профессора, будучи тесно связанным с крестьянами в «сельскомбыту», «втягивалось невольно в те крестьянские волнения, которыеперерождались и в политическую революцию».[53] Характеристики отношений, сложившихся между церковьюи государством, автор, следуя дореволюционной традиции, не приводит,ограничиваясь замечаниями об отношении того или иного монарха к церкви ирелигии.[54]
В те же годы работал над историей русской православнойцеркви и немецкий профессор И. К. Смолич. По большинству вопросов И.К. Смоличпришел к тем же выводам, что и А.В. Карташев. Он полагал, что во второйполовине XVIII в. духовное сословие становиться замкнутым, чемуспособствует принцип наследования приходов, постепенно вытесняемый принципомраспределения вакансий среди образованного духовенства.[55] Меры, предпринимаемые правительством, И.К. Смоличтрактует как либеральные и направленные на освобождения от «податногосостояния» рядовых служителей церкви.[56]
И.К. Смолич и А.В. Карташев, активно используя научные трудыдореволюционных авторов, а также опубликованные источники, не имели возможностиобратиться к материалам, хранящимся в архивах на территории СССР, что сильноограничивало их исследовательские возможности.
Весьма интересной в плане анализа дореволюционнойлитературы и архивных источников является работа Г. Фриза, в которой приводятсястатистические сведения и свидетельства современников, характеризующиесоциально-экономическое положение рядового духовенства центральных епархийРоссийской империи.[57]
В современной историографии нет работы, ставившейперед собой цель дать всестороннюю оценку процессам, происходившим внутридуховного сословия во второй половине XVIII в., проанализировать различныенаправления деятельности духовенства и изучить особенности взаимоотношенияцеркви и государства в этот период истории. По широте поставленных задач изчисла многочисленных работ выделяется труд Б.Н. Миронова «Социальная историяРоссии периода Империи (18-начало 20 вв.). Генезис личности, демократическойсемьи, гражданского общества и правового государства». С точки зрения Б.Н.Миронова «церковь попала в зависимость от государства и вынуждена былапроявлять в отношении к нему гораздо большую лояльность, чем ей тогохотелось».[58] Весь XVIII в. продолжался протяженный во времени процессосвобождения духовенства от крепостной зависимости, чему «в решающейстепени способствовало то, что с начала XVIII в.правительство стало смотреть на духовных лиц как на свою социальную и идеологическуюопору в обществе, призванную распространять идеи самодержавия иправославия». Таким образом, интересы церкви и государства в деле превращениядуховенства в привилегированное сословие совпали.[59] Вместе с тем Б.Н. Миронов вслед за А.В. Карташевымотмечает отрицательное отношение как дворянства, так и непривилегированныхслоев населения к духовенству.[60]
Целый ряд работ так или иначе касается взаимоотношений церкви игосударства. Преимущественно этому вопросу посвящена, в частности, работа З.П.Тининой. Хотя автор и ставит своей целью изучение истории церковно-государственныхотношений в первой четверти XIX в., некоторое внимание в работе уделяется и политикеПавла I в отношении духовенства, характеру еговзаимоотношений с церковными иерархами.[61]А.М.Кузнецов, анализируя политику Павла I по отношению к православнойцеркви, пришел к выводу о его стремлении поднять авторитет служителей церкви, и, «не ослабляя контроля светской власти над церковью», «поднятьзначение духовенства в государственной жизни».[62]К выводуо сочетании двух явлений: огосударствления и либерализации в жизни духовногосословия во второй половине XVIII в. приходит Л.Ю. Зайцева. В самом понятиигосударственная служба духовенства она выделяет такие ее разновидности какинформативная, просветительская, миссионерская, внешнеполитическая и другие.[63] Важная роль духовного сословия в процессеформирования бюрократии отмечается в работе Л.Ф. Писарьковой.[64]
Интерес научной общественности к вопросу о взаимоотношениях церкви игосударства привел к появлению посвященных этому учебных пособий. Автор одногоиз них И.В. Левченко главным итогом реформы 1764 г. полагает «полноепревращение церкви в ведомство государственного управления, а епископов – вчиновников».[65]
Изучением вопросов, связанных с подготовкой и проведением секуляризациицерковных вотчин, занимался А.И. Комиссаренко.[66]
Другую группу составляют исследования, посвященные отдельным аспектамжизни духовного сословия в отдельных регионах. А. В. Карасев, на материалеТверской епархии изучив процессы наследования в среде духовенства и переходдетей служителей церкви в ряды чиновников, пришел к выводу о неспособностисословия «удержать молодежь» и его ориентации на «экспорткадров» для губернских канцелярий и других государственных учреждений.[67]МатисонА.В. приводит в своей работе интересные рассуждения о перспективах изучениягенеалогии приходского духовенства, уделяя важное место частномугенеалогическому исследованию.[68]Социальнойструктуре и динамике численности духовенства посвящена работа Н.А. Ершовой.Особое внимание она уделяет изучению переходов в другие сословия, каквозможности «более точно определить место приходского духовенства в общественнойструктуре».[69]Порядокзаполнения церковных вакансий изучил на материале Олонецкой епархии М.В.Пулькин, обозначив как специфическую местную проблему«катастрофическую» нехватку в епархии образованных кадров.[70]Им жепроведена работа по изучению вопроса о материальном обеспечении храмовОлонецкой епархии со стороны прихожан, в которой он сделал вывод о высокойактивности прихожан в деле обеспечения церквей всем необходимым для проведениябогослужений.[71] К выводу об отсутствии серьезных противоречий междуклиром и прихожанами на Севере России пришел А.В. Камкин.[72] Изучению источников существования ростовскогодуховенства посвящена работа А.Е. Виденеевой.[73]А.В.Рощектаев изучив влияние реформы 1764 г. на жизнь монастырей Казанской епархии,сделал вывод, что она «как бы следовала принципу естественного отбора,упразднив слабых и дав развиваться другим».[74]
Ряд исследований удачно охватывает широкий круг вопросов историидуховного сословия на материале отдельных епархий. Такова, например, работа О.ЕНаумовой об Иркутской епархии, содержащая, в частности, важные сведения обисточниках доходов духовенства.[75]Ещебольший хронологический период охватывает коллективная монография М.В.Пулькина, О.А. Захаровой и А.Ю. Жукова. В ней нашли свое отражение такие важныедля понимания места духовного сословия в социальной структуре российского обществавопросы, как порядок выбора прихожанами клира, причины конфликтов служителейцеркви с прихожанами, образования духовенства и другие.[76]Большойкруг проблем ставит в своем исследовании В.Н Асочакова. Их комплексное изучениепривело автора к выводу о превращении духовенства в «замкнутое, полупривилегированноесословие», об отрыве духовенства от общины и развитии в нем черт«отсталости, косности».[77]
Современная историография достаточно разрабатываетвопросы, касающиеся социального статуса представителей духовенства, их места вструктуре населения Российской империи. Много внимания исследователи уделяютвопросу об отношениях между служителями церкви и прихожанами. Остаетсядискуссионным вопрос степени бюрократизации клира. Недостаточно вниманияуделяется экономическому аспекту жизни духовенства.
Источники. В даннойработе были использованы следующие группы источников: материалызаконодательства, делопроизводственные материалы (клировые ведомости, ведомостимонастырей и духовных учебных заведений, судебно-следственные дела, журналы иуказы Псковской духовной консистории, счетные списки монастырей и другие),кадастровые (ревизские сказки и офицерские описи) и нарративные (дневниковыезаписи священнослужителей).
Изучение законодательных актов позволяет делать выводыо степени активности правительства и Синода в решении вопросов связанных с жизньюи деятельностью духовенства, выделять основные направления политики в отношениидуховного сословия. Содержание некоторых нормативных актов позволяет выявитьличное отношение законодателя к предмету законодательного регулирования ивыявить стадии законодательного процесса. Так, из содержания вводной частиуказа Синода от 22 марта 1800 г. становится известно, что Павел I,рассмотрев рапорт Тамбовского губернатора о смерти от пьянства диаконаКрестовоздвиженской церкви г. Нижнего Ломова Анания Петрова. В связи с этимимператор “повелеть изволил предписать, кому следует, чтоб люди духовногосостояния удерживались от подобных деяний, заметя притом, сколь сие противно ихзванию”.[78]
Для XVIII в.характерна активизация законотворческой деятельности правительства и«расширение сферы законодательного регулирования», связанная с распространениемв политических верхах мнения о «возможности устраивать правовую жизньпосредством новых законов».[79]Посколькузаконодательной инициативой по вопросам жизни духовного сословия обладали какдуховная, так и светская власть, Н.Д. Зольникова предложила разделить всезаконодательные материалы и распоряжения, исходящие от центральных органоввласти, на 3 группы: 1) центральной светской власти; 2) центральной духовнойвласти; 3) их совместные указы.[80]Указы,относящиеся к 1 и 3 группам, опубликованы в числе прочих нормативно-правовыхактов в «Полном собрании законов Российской империи с 1649 г». Самыеважные из них объединены в тематические блоки и опубликованы в издании«Законодательство Екатерины II».[81]Ониактивно использовались исследователями дореволюционного периода.Наоснове документов, хранящихся в архиве Синода, в 10-х гг. XX в.было подготовлено «Полное собрание постановлений и распоряжений поведомству Православного исповедания Российской империи». Издание включаетв себя не только правительственные акты, но и многочисленные указы Синода. Дляуказов XVIII в. характерно тяготение к мелочной регламентациирегулируемых вопросов, а также наличие обширной мотивировочной части. В нейавторы указа, приводя конкретные примеры из жизни, наглядно демонстрирующиенеобходимость принятия соответствующего указа или подтвердить уже действующий.Так в подтверждении указа 1797 г. «Об обрабатывании церковных земельприхожанами», изданном в 1799 г., был дан подробный перечень жалоб епархиальныхархиереев на злоупотребления представителей местной светской власти, тормозящихход реформы.[82]В 1868 –1902 гг. были частично опубликованы экстракты дел, хранившихся в архиве Синода.(т. I – XII, с перерывами до XXXV). Частичноохваченным изданием оказался и период правления Екатерины II.[83] Тома готовила к печати с 1865 г. комиссия подпредседательством академика А.Ф. Бычкова. Особенностью данного издания является“двухслойность” текста, заключавшаяся в сочетании реестра (подробные заголовкидел) и обзора (изложение содержания дел).[84]
Важным источником по истории духовенства Псковской епархии является трудпсковского архиепископа Иннокентия (Нечаева) «Наставление от архипастырясвященнику», изданный в 1790 г. в Санкт-Петербурге.Сочинениеархиепископа Иннокентия содержит ряд предписаний, регламентировавших отношениясвященника с прихожанами, порядок выполнения им своих обязанностей и быт семьислужителя церкви. “Наставление” архиепископа по объему занимает 16 листовмалого формата, содержащих текст, набранный кириллицей. Листы плотные, текстобрамлен орнаментом. Структура работы включает пространное вступление,объясняющее читателю необходимость издания данного руководства длясвященнослужителей, и трех наставлений (что сохранять должен священник впровождении своея жизни, что должен делать священник по пастырской своейдолжности, что делать пред совершением святых таинств). Имеется такжеобозначенные цифрами деление текста внутри частей. Автор включает в свою работумногочисленные цитаты из Священного Писания, в том числе и те, которыесвященник должен был использовать при отправлении треб. Все предписания лаконичныи изложены доступным языком. Некоторые из них касаются быта семьи священнослужителя.Следует так же отметить, что в “Наставлении” Псковский архиепископ привел всистему те требования, которые предъявлялись с им к белому духовенству напротяжении предшествующих десятилетий. Эта работа дает нам возможность полнеепредставить круг обязанностей священника, формальные требования к егоповседневному поведению и образу жизни.
Часть опубликованных источников представляет собой дневниковые записисвященнослужителей. «Домашнюю летописную книгу» вел священник псковскойКосмодемьянской церкви Онисим Негоновский. Полный текст «Домашней летописнойкниги» утрачен, но выписки из него были опубликованы в Псковских Губернскихновостях. Они фрагментарны, но охватывают большой период времени, начиная с1766 г., освящая самые примечательные события в истории Пскова. Для записейОнисима Негоновского характерно внимание к мелким деталям даже при описанииважнейших событий в жизни епархии, вроде визита Екатерины II.Группа екатеринбургских ученых опубликовала дневник протоиерея соборной церквив г. Екатеринбурге Ф. Л. Карпинского. С некоторыми перерывами в дневникеотражен период 1798-1807 гг.[85]Ф. Л.Карпинский ежедневно записывал все события, происходившие в его частной жизни,практически не упоминая о свои повседневные обязанности настоятеля храма ичлена духовного правления. «Дневник екатеринбургского священника» позволяетизучить некоторые особенности мировоззрения представителя духовного сословия,круг его интересов и характер отношений с представителями различных сословий. [86]
Среди массовых источников дающих материал для исследования по историидуховенства во второй половине XVIII в. в первую очередь следует назвать клировыеведомости и ревизские сказки. Клировые ведомости составлялись в приходскихцерквях и соборах начиная с 1769 г.[87] Использовавший в своей работе клировые ведомости А.М.Адаменко, как недостаток данного вида источника справедливо отметил неполныйобхват ими церквей епархии, «так как добиться регулярности составленияотчетности со стороны причтов приходских церквей всегда было сложной задачейдля епархиального управления».[88]
В настоящей работе использованы клировые ведомости за 1789 – 1795, 1797,1799 – 1801 гг., что позволило свести воедино данные по всем духовнымправлениям Псковской епархии на период конца 80-х начала 90-х гг. и сопоставитьих с данными на конец 90-х гг. XVIII в. Ведомости за остальные годы исследуемого в работепериода сохранились лишь по отдельным духовным правлениям.[89] Клировая ведомость состоит из двух основных частей.Первая содержит сведения, касающиеся церкви и прихода: год постройки, производимыеработы, состояние здания храма, обеспеченность утварью, величина, место ипорядок хранения церковной суммы, размер прихода, численность и социальныйсостав прихожан, способы содержания храма и причта, обеспеченность землей исенными покосами, наличие на эти земли необходимой документации. Вторая частьвключает в себя сведения о личном составе причта и лиц, находящихся наиждивении. Относительно членов причта необходимо было указать возраст,происхождение, семейное положения, наличие или отсутствие систематическогодуховного образования, способность читать проповеди (для священнослужителей),петь по нотам (для причетников) и читать по книгам (для всех), имевшиеся ранеевзыскания и поощрения, места и характер предыдущей службы. Требовалось такжеуказывать возраст всех не служащих членов духовного сословия мужского пола,места и характер обучения сыновей священно- и церковнослужителей.
Хранящиеся в фонде Псковской духовной консистории ГАПО клировые ведомостиобъединены в связки по духовным правлениям. Форма заполнения ведомостей напротяжении исследуемого периода не изменялась, рукописный формуляр заполнялсяна листах плотной синей бумаги большого формата, имеющей водяные знаки. Внекоторых ведомостях в графах требующих указания точных цифр (число дворов,число приходских душ, количество отведенных к церкви десятин и саженей земли ит.д.) имеются лакуны, ограниченные с двух сторон кавычками, иногда со следамимеханически удаленного текста. К подаваемой ведомости прикладывали руку всеслужители церкви. Каждую ведомость проверял и подтверждал своей подписью десятоначальник.Несмотря на эти предосторожности, клировые ведомости часто содержат неточностии противоречат другим источникам. Например, в клировой ведомости за 1789 г.,поданной от причта великолукской церкви Входа Господня в Иерусалим упоминаетсядьячок Авксентий Ильин, занимавший эту должность с 1780 г.[90] В ревизской сказке поданной 24 января 1795 г. значится,что Авксентий Ильин был “определен к церкви дьячком в 1788 г.”.[91] Все клировые ведомости подавались на листах бумагиодинакового формата, исписанной с двух сторон. Подаваемые сведения записывалисьв графы, имеющие строго определенное название. В самых ранних из сохранившихсяклировых ведомостей, относящихся к 80-м гг., уже содержится одинаковый для всехчастей епархии набор стандартных формулировок, характеризующих обеспеченностьхрама утварью, состояние здания церкви и т.п. Наблюдается разнообразиеформулировок, описывающих нравственное состояние служителей церкви и степень ихобученности. Составителями употреблялось два способа отображения в клировыхведомостях биографических данных служителей церкви. Первый заключался вперечислении мест, при которых служил член причта, или должностей, в которыхсостоял, с указанием общего числа лет. Второй, более подробный, подразумеваетуказание точной даты назначения и места, на которое переводился священно- илицерковнослужитель, иногда с указанием обстоятельств перехода. Епархиальномуначальству так и не удалось до самого конца XVIII в. заставитьсоставителей клировых ведомостей указывать наличие родственных связей междучленами причта. Характеристики нравственного состояния служителей церкви иуровня их профессиональной подготовки могли быть весьма субъективны и могли неотражать действительности, что было отмечено Н. Быстровым на материале клировыхведомостей Елинского прихода Островского уезда.[92] Клировые ведомости дают важные сведения о структуредуховного сословия, социальной мобильности его представителей, являютсяважнейшим источником при изучении вопроса о экономической жизни прихода.
В данной работе также использованы ревизские сказки Vревизии, охватывающие духовенство Великолукского и Новоржевского уездов.[93] Согласно указу от 23 июня 1794 г. Vревизия проводилась по правилам манифеста 1781 г.[94]Первичнымматериалом ревизии являлась ревизская сказка, составлявшаяся на отдельное лицоили семью. Сказки, поданные от представителей духовного сословия, составлялисьна каждый приход. «Ревизские сказки священноцерковнослужителей»отслеживают все перемещения лиц духовного звания из прихода в приход,происходившие в результате назначения, перевода или брака.[95]Указывалисьтакже, иногда подробно, причины убытия из духовного сословия. Сведениязаносились в 7 граф, имеющих точное наименование. Формуляры имели стандартнуюструктуру. При составлении сказок допускалось исправление в тексте документафактических ошибок. Указывая место перевода, полученное место и подобныесведения составители нередко допускали неточности. Так, в ревизской сказке,поданной причтом из погоста Апросьево Новоржевского уезда, было указано, чтодочь священника Михаила Лукина Анна выдана замуж, за священника из погостаАксеново того же уезда. В то же время по сказке, поданной от духовенствапогоста Аксеново Анна Михайлова, показана женой диакона Антона Яковлева.[96] Характерны механические ошибки, допущенныесоставителями при выведении итогового числа лиц духовного звания, числившихся вприходе на момент проведения IV и V ревизий. Часть сведений о лицах духовного званияприведенных в ревизских сказках не подтверждается, ревизскими сказками подругим приходам и клировыми ведомостями. Ревизские сказки V ревизиипозволяют проследить динамику численности духовного сословия в рамках уезда,перемещения его представителей и последствия разборов в период с 1782 по 1795 ги изучить персональный состав духовенства и порядок заполнения открывшихсявакансий.
Сведения о персональном составе черного духовенства содержатся введомостях монастырей. Ведомости по монастырям епархии являлись по своемуназначению и структуре формой отчетности аналогичной клировым ведомостям. Впервой ее части содержатся сведения о количестве и состоянии монастырскиххрамов, величине суммы полученной от свечной продажи и кружечных сборов, размермонастырских угодий и характер их использования. Вторая часть содержит сведениябиографического характера: возраст, социальное происхождение, год принятияпострига (для монашествующих), предыдущие места службы по духовному ведомству,должность, занимаемая в монастыре, данная настоятелем характеристика моральногооблика и способности к монастырским послушаниям. В настоящей работе былииспользованы самые ранние из имеющихся в нашем распоряжении ведомости за1804-1805 гг.[97]
Сравнительный материал по составу черного духовенства предоставляютофицерские описи. Офицерские описи составлялись в связи с секуляризациейцерковных вотчин обер-офицерами армейских полков по единым “высочайшеапробированным” формам. Помимо формы, составляющие описи офицеры, использовалиинструкцию из 13 параграфов.[98]
Производство по переписи духовных имений было сосредоточено в Москве вколлегии экономии. Разбором описей ведала счетная экспедиция во главе сколлежским советником Андрияном Поздняковым.[99] Описи монастырей Псковской епархии датированы мартом1763 г.– декабрем 1764.г. Составителями этих описей были подпоручик Нарвскогопехотного полка Макар Аристов и поручик пехотного полка Илья Сонцов. Документынаписаны скорописью на плотной бумаге большого формата серого и синего цветов,листы сшиты. Некоторые описи имеют поля для пометок. В качестве пометок наполях выписаны справочные цены за 1761 г. “Форма о сочинении архиерейским домами монастырям ведомостей”, которой придерживались офицеры, состояла из 7пунктов:
- Местоположение монастыря;
- Монастырские строения (в том числешколы и богадельни);
- Состав братии с указанием годовогожалования;
- Прочие обитатели монастыря(бельцы, служители и отставные военные);
- Приписные монастыри и пустыни;
- Вотчины, угодья, размер барщины;
- Доходы с вотчин за 1761 г.[100]
Отображая в описях численный состав братии офицеры не считали нужнымуказывать подробные сведения о монашествующих, ограничиваясь в большинствеслучаев указанием количества иеромонахов, иеродиаконов и монахов, а такжевеличиной получаемого ими денежного содержания. Иногда монахи перечислялисьпоименно с указанием их этнической принадлежности и способности заниматьсякаким-либо рукоделием.
Для изучения вопроса о характере расходования штатных средств использовалисьсчетные списки, составленные по материалам приходно-расходных книг монастырейПсковской епархии за 1770-е гг.[101] Счетные списки хранятся подшитыми в отдельные длякаждого монастыря тетради. Наиболее полно представлены сведения поСтаровознесенскому (1771 — 1777 гг.) и Псково-Печерскому (1774-1778 гг.)монастырям. Счетные списки имели одинаковую структуру. Начинались с указанияполученной в каждом полугодии суммы штатного жалования. Далее следовал переченьвсех закупок, сделанных монастырем в течение года, с указанием даты покупки ипотраченной суммы. Тем же способом фиксировались и все виды работ, которыемонастырь оплачивал из штатного жалования. Обязательно указывалось имя и званиепоставщика товаров и услуг. По этим источникам так же хорошо прослеживаютсяработы по ремонту обителей, которые вели на штатные деньги монастыри иархиерейский дом. В конце документа указывалась общая сумма расходов и даваласьих постатейная роспись. Счетные списки проверялись чиновниками из коллегииэкономии, контролировавшими эффективность и целесообразность расходованияказенных средств. Использование счетных списков позволило рассмотреть вопрос овозможности на выделяемые государством штатные суммы вести в монастыряхремонтные работы и обновлять ризницу.
В фонде Канцелярии Святейшего Синода РГИА находится ряд документов,являющихся по своему назначению материалами учета. Ведомости по всей Российскойимперии составлялись на основе рапортов и ведомостей, присланных из епархий. Вомногих случаях оригинальные первичные документы сшивались и приобщались ксоставленной на их основе ведомости. Из генеральной ведомости и подшитых к нейдоношений состоят, например, «Ведомость о разборе 1796-го года декабря 22 дня.По именному высочайшему указу об обращении излишних священнически-церковнических детей в военную службу» и свод доношений «О ревизии иразборе священно и церковнослужительских детей», составленный в 1784 г. Врапортах и доношениях, прилагавшихся к генеральной ведомости 1784 г.,указывалось общее количество штатных священно- и церковнослужительских мест вепархии, число действительных служителей церкви, число незанятых штатныхсвященно- и церковнослужительских мест, число выходцев из духовного сословия,подлежащих разбору (8 различных категорий) по губерниям. Прилагались такжеименные списки семинаристов, с указанием учреждения, в которое они назначалисьпо результатам разбора.
Именные списки представителей духовного сословия епархии, на основекоторых можно изучать его персональный состав, подавались редко. В работеиспользованы ведомости об учениках и учителях духовных учебных заведений за1790, 1793 и 1797 гг.[102] В ведомостях приводятся биографические данные обучителях и такие сведения об учащихся, как возраст, год поступления в данноеучебное заведение, место службы и должность отца, успехи в учебе, ступеньобучения, способ содержания в учебном заведении. Это дает возможность собратьданные о числе учащихся их социальном составе и качестве профессиональнойподготовки. Данные ведомостей, касающиеся конкретных персоналий, могутперекликаться с данными содержащимися в других источниках. Например, из текста“Ведомости об учителях и учениках духовных учебных заведений за 1790 г.” можнополучить следующие сведения о семинаристе Ефиме Колобове. Происходил из семьисвященника Покровской церкви погоста Бежаниц. В семинарию поступил в 1781 г. ввозрасте 11 лет. Был “благоуспешен”, и “очень хорошо” успевал в изучениинемецкого языка и неплохо — греческого. Находился на отцовском коште.[103] Клировые ведомости по Бежаницкому погосту за 1790 г.подтверждают сведения о происхождении Ефима Колобова, его возрасте и годе поступленияв семинарию. В них так же содержатся сведения о семье семинариста. Отец вдов,на его содержании помимо сына три дочери.[104] В ревизских сказках за 1795 г. Евфимий Колобовпродолжает по-прежнему числится учащимся Псковской семинарии. Из сказки такжестановится известно, что прозвание Колобов (Колабов) Ефим унаследовал от отца,а не получил в семинарии.[105] Использование различных документов позволяет точнееопределить биографические данные представителей сословия и выделить в них общееи особенное.
Общее число церквей, а также служителей церквиприводится в «Ведомости о числе церквей, священнослужителей и приходскихдворов, в них мужского пола душ и о полученных доходах в 1783 г.» и«Репортах Епархиальных архиереев о духовных правлениях» за 1773 г.Ведомость 1783 г. дает также статистические сведения о числе прихожан, количествезаключаемых в каждом уезде браков, смертности и рождаемости. На основании ведомостейпо епархиям в конце 70-х гг. был создан «Имянной список составленный вгосударственной коллегии о вступивших в духовные чины и уволенных дляпострижения в монашество из служителей и других званиях положенных в подушныйоклад».
Разнообразие делопроизводственных документов вызываетнеобходимость произвести их классификацию. Первая попытка классифицировать источники,сосредоточившиеся ко второй половине XIX в. в архиве Московской духовнойконсистории, была предпринята Н.П. Розановым, который разделил их на триосновные группы: 1)входящие и исходящие реестры, докладные реестры, журналы идругие записи присутствия консистории, сохранившиеся в переплетенных книгах илитетрадях; 2) дела в вязках по монастырям и церквям (бракоразводные делаприхожан и судные дела служителей церкви); 3) дела в вязках, касающиесявнутренних распоряжений консистории по разным предметам.[106]Н.Д.Зольникова выделила в отдельные группы указы и распоряжения местной духовнойвласти (консистории и архиереев), переписку, ставленические дела исудебно-следственные дела. Были выделены также отдельные виды переписки: 1)между органами центральной светской и духовной власти (ведения, промемории,доношения); 2) между органами центральной и местной власти; 3) между органамиместной духовной власти; 4) частная переписка.[107]Возможнотакже деление делопроизводственных документов на следующие группы: 1) перепискаучреждений; 2) внутренние документы (в том числе документы, возникшие в ходеподготовки дела к рассмотрению); 3) просительные документы.[108]
Все предложенные типы классификации обращают вниманиескорее на форму источника, чем на его содержание. В то же время порядокделопроизводства сложившийся в XVIII в., требовал от чиновников подробного изложения вкаждом документе всех обстоятельств дела. В результате содержание одногосудебно-следственного или ставленического дела могло быть изложено в журналезаседаний консистории и в указе консистории. Предпочтительнее использовать висследовании оригиналы дел, поскольку они сложнее по структуре и отличаются отэкстракта обилием деталей. В журналах заседаний и протоколах заседанийконсистории излагаются суть дела и заключение (резолюция). Описи дел решенныхдуховными правлениями представляют собой регистрационные журналы, в которыхобозначалось только само содержание вопросов, рассмотренных членами духовногоправления. Полное судебно-следственное дело включает в себя донос (жалобу),протоколы допросов, приговоры, подписки виновных, подтверждающие ихобязательство впредь не совершать подобных проступков. Если в расследованиидела принимали участие органы светской власти, то к его материалам приобщалисьпромемории. В журналах заседаний и указах органов церковного управленияизлагалось и содержание прошений, поданных представителями духовного сословия.В фондах духовных правлений ГАПО и фонде Мирожского монастыря ДревлехранилищаПГОИАХМЗ содержатся наряды указов консистории, центральных органов управления иих копий. Наряды копий императорский указов, указов Синода и Сената есть вфонде Псковской духовной консистории ГАПО.
Анализ содержания материалов делопроизводства даетвозможность изучить частные случаи применения норм права, выяснить насколькотребования, предъявляемые к представителям духовенства со стороны церковных исветских властей, соответствовали их мировоззрению и обыденному поведению,выявить последствия важных преобразований в жизни духовного сословия для судебего рядовых представителей.
Практическая значимость диссертациизаключается в возможности использования материалов исследования для написанияобобщающей работы по истории Православной церкви в синодальный период.Материалы исследования могут быть использованы так же для создания справочногопособия по истории Псковской епархии, для разработки спецкурсов поотечественной истории и истории Псковского края. На основе собранных материаловвозможно написание серии биографических исследований, посвященных жизни идеятельности некоторых служителей церкви./> 
Глава 1. Система епархиального управленияво второй половине XVIII века/>/>/>/>/>/>/>/>1.1 Псковские архиереи и духовная консистория
Во второй половине XVIII в.Псковская второклассная епархия представляла собой сложное образование. До 1784г. в состав епархии входили территории, принадлежащие Псковской,Санкт-Петербургской, Рижской и Полоцкой губерниям и даже независимому отРоссийской империи Курляндскому герцогству. К Псковской епархии относилисьследующие города, пригороды и местечки: Псков, Рига, Дерпт, Ивангород, Венден,Пернов, Опочка, Заволочье, Изборск, Остров, Гдов, Полоцк, Витебск, Динабург, Себеж,Невель, Велиж и Мариенгаузен.[109] Поимператорскому указу 6 мая 1788 г. произошло перераспределение городов и уездовмежду епархиями, затронувшее в первую очередь Псковскую. Целью этогораспределения было приведение границ епархий в соответствие с границамигуберний. К Псковской епархии были причислены от Смоленской и Новгородской 228церквей. Таким образом, в составе епархии оказались Порхов, Холм, Торопец и ВеликиеЛуки с уездами.[110] С 1770г. епархиальный архиерей стал именоваться архиепископом Псковским и Рижским.Архиепископ Ириней (Клементьевский), который был переведен на псковскую кафедруиз Тверской епархии, в 1798 г. стал именоваться Псковским, Лифляндским иКурляндским. Причем, зафиксированная в титулатуре принадлежность к епархииКурляндии, вошедшей в состав Российской империи в 1795 г., была достаточноформальна: в 1796 г. в Курляндии числилась только 1 православная церковь вМитаве и Якобштадский Святодухов монастырь.[111]
На протяжении всего царствования Екатерины IIПсковской епархией управлял один архиерей — Иннокентий (Нечаев), личностькоторого оказала немалое влияние на жизнь епархии. Иннокентий Нечаев родился в1722 г. в Москве в семье дворовых людей дворян Нарышкиных. Окончил в Москвеславяно-греко-латинскую академию и преподавал там же риторику. В 1758 г. принялмонашеский постриг и стал проповедником. В 1759 г. Иннокентий (Нечаев) назначенпрефектом академии, а в 1761 г. на короткий срок становится архимандритомНовгородского Антониева монастыря и одновременно ректором Новгородскойсеминарии. Затем сам отказывается от этих должностей, уезжает вТроицко-Сергиеву лавру, наместником которой становится с 17 сентября того жегода.[112]Короткий период с 23 февраля по 28 мая 1763 г. занимал кафедру епископаКексгольмского и Ладожского. Протоирей Василий Смиречанский полагает, что вэтот период жизни епископ Иннокентий уже начал пользоваться расположениемЕкатерины II и Гедеона Криновского. 28 мая епископа переводят навесьма престижную Тверскую кафедру, но тут 22 июня 1763 г. неожиданно умираетепископ Псковский Гедеон. Уже 29 октября 1763 г. епископ Иннокентий занимаетосвободившуюся Псковскую кафедру. Интересно, что сам Иннокентий (Нечаев) вмомент назначения находился не в Твери или в столице, как можно было быожидать, а в Новгороде, откуда он просил членов Псковской консистории прислатьему коляску, сопровождающих и деньги на прогоны. Вероятно, первые годы своего архиерействаепископ Псковский и Рижский провел в Пскове. В декабре 1763 г. он личноприсутствовал в Консистории и распорядился о том, что бы ему были представленыв соответствии с неким графиком все священнослужители и причетники. Сразу поприбытии епископ Иннокентий занялся приведением в порядок документации, котораядолжна была регулярно поступать в Консисторию от приходского духовенства. Капрелю 1764 г. составил инструкцию для благочинных и в течение года издал рядпредписаний, свидетельствующий о его личном знакомстве с жизнью в епархии. С 16января 1766 г. епископ Иннокентий становится членом Святейшего Синода, чтовынуждает его жить в Санкт-Петербурге.[113] Вапреле того же года Синод отдает в распоряжение псковского архиерея каменноеподворье Троице-Сергиева монастыря на Васильевском острове, неподалеку от егопрежнего каменного дома.[114]Встолице епископ, по всей видимости, продолжает пользоваться монаршей милостью:его привлекают вместе с митрополитами Гавриилом и Платоном к рассмотрению“Положения о духовных учебных заведениях” и екатерининского “Наказа”.[115]В 1769 г. публикуется его первое сочинение “Чин исповедания отроком”.[116]Эта книга была отпечатана в московской типографии и в том же году разослана повсем епархиям. В Псковскую епархию Синод прислал 290 экземпляров, из которых 10оставили при консистории, а остальные распределили по церквам и монастырям,собирая за каждую книгу по 10 копеек.[117] С 1770г. Иннокентий именуется архиепископом. В последующие годы он участвовал виздании первой части Словаря Академии и комментировал остальные его выпуски.Иннокентий получил известность в качестве блестящего проповедника. Некоторыеего проповеди вошли в изданное в 1775 г. Синодом «Собрание Воскресных иПраздничных Поучений». Известны и несколько публикаций его речей, посвященныхсобытиям светской жизни: “Слово в день рождения Императрицы Екатерины II”(1788 г.) и “Слово на открытие Рижского наместничества”(1783 г.), “Слово в деньбракосочетания великого князя Павла Петровича”(1773 г.). Последней его работойстало “Наставление от Архипастыря священнику при отправлении его к должности”,которое можно рассматривать в качестве уникального обобщения опыта, полученногово время многолетнего управления епархией.[118]
К середине 90-х гг. здоровье архиепископа Иннокентия ухудшилось.В 1797 г. он даже не смог побывать на коронации Павла I в Москве, а 9октября 1798 г. был отправлен по старости на пенсию. Вряд ли уход от дел былвызван немилостью нового императора. В 1796 г. Иннокентий фигурирует в числецерковных иерархов, отмеченных императорской милостью: он был пожалованбриллиантовым крестом на красной ленте для ношения на клобуке и орденом Св.Александра Невского, что позволяло ему именоваться кавалером. После ухода скафедры за Иннокентием было сохранено архиерейское содержание, составляющеенемалую сумму в 6959 рублей. Умер он в 1799 г. и был похоронен вАлександро-Невской лавре. Современники обратили внимания, что на похоронах бывшегоархиерея не было сказано надгробной речи и это дало основание Державинусочинить эпитафию:
«Вития о Тебе не возгласил похвал:
Глас красноречия для праведника мал».
Вероятно, в течение жизни Иннокентий оказывалпротекцию родственникам. В то время как сам он происходил из дворовых людей,его наследник Петр Нечаев имел в 1799 г. чин надворного советника.[119]
Последние годы XVIII в. епархияжила под управлением архиепископа Иринея (Ивана Андреевича Клементьевского),бывшего епископа Тверского, известного переводчика и проповедника. Еще в 1788г. епископ Ириней сделался членом Святейшего Синода и потому место жительстваимел в Санкт-Петербурге.[120]
Управляя епархией из столицы, псковские архиереи,благодаря обстоятельным докладам с мест, могли вникать даже в мельчайшиепроблемы жизни своей паствы, но основная нагрузка, связанная с текущими делами,ложилась на плечи служащих Псковской Духовной Консистории и духовных правлений.
Духовная консистория, имевшаяся при каждом архиереедля управления епархиями, состояла из присутствия и канцелярии. Канцеляриянаходилась под началом секретаря, который заведовал всеми столами и пользовалсяв консистории огромным влиянием. Каждому члену консистории вверялся длянаблюдения особый стол, то есть разряд дел, но «в слушании решении дел» вприсутствии участвовали все члены консистории.[121]Начиная с 1768 г. в состав присутствия консистории стали включать не толькомонашествующих лиц, но и представителей белого духовенства: протопопов исвященников.[122]
На протяжении 80 – 90-х гг. XVIII в. узкий круг духовных лиц,заседавших в присутствии консистории, устойчив. В него входил ректор Псковскойдуховной семинарии, он же Псково-Печерский архимандрит (в 1785-1792 гг. им былВарлаам (Головин), в 1792-1800 гг. – Петр (Можайский)[123].Бессменным членом присутствия, вплоть до самого закрытия в 1804 г. Снетогорскогомонастыря, был его архимандрит Афанасий.[124]Представителями белого духовенства являлись протоиереи Троицкого собора СергийАнтипов Владимирский (с 1791г.) и его предшественник – Иоанн Афанасьев. В 1798г. присутствующим консистории, в уважение его заслуг, стал протоиерейИоаннобогословской церкви Симеон Яновский.[125] Такимобразом, одновременно присутствующими членами духовной консистории могли быть3-4 человека. Собирались они в будничные дни и с 10 часов утра до 2 часов днярешали накопившиеся вопросы. Случалось, что на заседаниях, за отлучкой в своюобитель не мог присутствовать Псково-Печерский архимандрит. Час их прибытия иубытия строго фиксировался в журнале консистории. Если присутствия в буднийдень не было, на своем служебном месте все равно находился секретарь, которым втечение продолжительного времени являлся Никифор Титов, так же прикладывающийруку ко всем составленным в консистории бумагам.[126]Он был тем кто приводил в движение весь механизм консисторскогоделопроизводства, получая за свой труд скромное вознаграждение в размере 100руб. в год. Под его началом трудились стряпчий и канцелярские служители: триканцеляриста, шесть копиистов, восемь консисторских приставов, один стряпчий идва сторожа. Их труды вознаграждались еще более скромно. Так, канцеляристполучал в год 50 рублей, копиист – 25, сторож и пристав –10, стряпчий – 40.Подобные размеры окладов по мнению П.В. Знаменского поддерживали “старое злоадминистративной продажности и поборов”.[127] Мы неможем привести документально подтвержденных примеров вымогательстваконсисторскими служителями Псковской епархии денег, ценностей или продуктовпитания у мирян или духовных лиц, но сельский священник из Ярославской губернииИоанн Матусевич в своей “Записной книге”, рисует весьма яркую картинубесконечных поборов со стороны членов духовного правления и консистории,которые были особенно велики при подаче отчетных документов (экстрактов,росписей, рапортов, сказок).[128] ВПсковской епархии существовала своя система компенсации невысоких окладовчленам консистории. В расходной книге Святогорского монастыря за 1796 г.значатся следующие “подарки консисторским”: архимандриту Печерскому купленаголова сахару весом в 13 с половиной фунтов, штоф французской водки и калачи(всего на сумму 9 руб. 95 коп.), на несколько меньшую сумму получили подаркипрочие члены присутствия и секретарь, копеечные подарки получили иконсисторские служители.[129]
Самоздание Псковской духовной консистории находилось в Кремле (Приказная палата) ивыглядело следующим образом. На первом этаже располагались две палаты,разделенные сенями. В одной из них, вероятно в меньшей, хранилась денежнаяказна, получаемая раз в полгода консисторским приходчиком на консисторскиерасходы из казенной палаты. Во втором помещении находился архив консисторскихдел. На верхний этаж можно было подняться по каменному крыльцу с деревяннойкрышей, под которым находились две маленькие палатки. На втором этаже в маломпомещении было присутствие, а в большом – канцелярия, где размещались столыслужителей и отдельно стоящий протокольный стол для регистрации в журналы всехвходящих и исходящих документов. Из досок были сооружены два простенка,отделявшие канцелярию от тиунской поповской палаты и закутка, в которомсодержали случившихся колодников. Подобная планировка неизбежно порождала ряднеприятных моментов, существенно затруднявших работу канцеляристов. Во-первых,зимой большое помещение с толстыми стенами при наличии одной печки и огромныхзатратах на покупку дров, должным образом не могли протопить даже в обычныймороз. Большое количество посетителей, входящих и выходящих в двери так жеспособствовало быстрому остыванию палаты. Канцеляристы зябли, работа приостанавливалась.Во-вторых, посетители, всегда во множестве толпящиеся вокруг столов, беседовалимежду собой, громко кричали, ссорились и постоянно пытались, пользуясьсутолокой подсмотреть содержание лежащих на столах., в том числе и напротокольном, документов. Даже самая важная и секретная информация благодаряэтому могла стать достоянием широкой общественности, что могло привести к самымнеприятным последствиям для канцеляристов. В-третьих, простенок, отделявшийканцелярию от колодников, не достигал потолка и они ухитрялись подслушиватьсодержание деловых бесед канцеляристов, извлекая из них полезные для себясведения. Для устранения этих неудобств члены консистории собирались соорудитьв канцелярии дополнительные перегородки, но увенчалось ли это успехом, не известно.[130]
Объем работ, выполняемый канцеляристами, был весьмазначителен. Шла постоянная переписка с различными административными учреждениями,велись многостраничные дела, возникавшие иногда по самым пустяковым поводам.Вся переписка, внесение содержания дела в журнал, рассылка указов порезультатам решенных дел, ведение протокольных записей, протоколированиепоказаний свидетелей и действующих лиц подобных дел отнимала у членовконсистории массу времени. Кроме того, с 1788 г. при приведении границПсковской епархии в соответствие с границами губернии, количество приписанных кепархии церквей увеличилось почти вдвое, добавилось 4 монастыря. Канцелярскиеслужители уже не могли справиться с объемом возложенной на них работы, аувеличить штаты архиерей не мог. Выход был найден в приглашении из семинариидвух наиболее подходящих, по мнению ректора, семинаристов с назначением имжалования.[131] В 1793г. Синод проявил заботу о качестве подготовки канцелярских служителей вконсисториях и духовных правлениях к выполнению ими своих должностныхобязанностей, предписав определять к указанным должностям учащихся семинарий иакадемий, выбирая тех, кто по своим способностям более других приспособлен ктаким трудам.[132]
Когда дел, касающихся какой-нибудь одной стороны жизниприходов, становилось слишком много, консистория старалась предотвращать ихпоявление путем рассылки по уездам разного рода указов и инструкций, обязательныхк повсеместному исполнению. Как правило, они составлялись в подтверждениепрежних и уже всеми забытых, а контроль за их выполнением возлагался наблагочинных, десятоначальников и членов духовных правлений. Все инструкцииотличаются обстоятельностью и обременительностью для тех, кому надлежало ихисполнять и следить за исполнением. Так, частые кражи церковной суммы привели ктому, что присутствующим консистории пришлось изложить свое мнение на предметтого, как должно организовать ее хранение. Из составленной по этому поводуинструкции, в частности, следовало, что церковные деньги должны храниться вцеркви, внутри окованного железом сундука, в специальном мешочке с ярлычком, накотором указана наличествующая церковная сумма. Деньги кладут в сундук ивынимают только священник вместе со старостой, при этом староста ключом закрываетзамок, а священник прикладывает свою печать. Для большей сохранности церковногоимущества церковнослужителям следовало ночью обходить церковь, осматривая окнаи двери. Но более всего консистория требовала отчетности. Каждый месяцсвященник был обязан рапортовать о сохранности церковного имущества в духовноеправление, которое, в свою очередь, каждые 4 месяца составляло рапорт дляконсистории; каждые два года настоятель храма предоставлял для проверки вконсисторию шнурованные приходно-расходные книги. Заодно консистория напоминалабелому духовенству о необходимости крайне экономно расходовать церковную сумму,употребляя ее лишь на самое необходимое для богослужения.[133]За промедление с подачей отчетной документации наказывали самым строгимобразом. Так, за несвоевременную присылку формулярных ведомостей следовалаотсылка в монастырь, с “определением в монастырские труды” священника наполгода, а причетников на 3 месяца за “ослушание команды”.[134]
Все отчеты составлялись по рассылаемым образцам.Многие указы консистории были как две капли воды похожи один на другой,например, о переводе или определении в должность. Но огромное количество делтребовало от членов присутствия знаний о жизни разных категорий духовенства ипросто житейской мудрости. Консистория никогда не торопилась с принятиемрешения, стараясь собрать максимально подробную и достоверную информацию.Весьма распространенной в указах, посланных на места, является формула “узнатьподлинно ли…”. Обычно показания обеих ведущих тяжбу сторон на бумаге выглядятубедительно и правдиво. Следует отметить, что выводы, сделанные членамиконсистории по рассмотренным делам, основаны на фактах, а не на предположениях,а вынесенные решения часто оригинальны и рационалистичны. В августе 1789 г.Синод распорядился в обязательном порядке сочинять экстракты следственных дел,содержащих ссылки на законы, которыми следовало руководствоваться при вынесениирешений и скрепленные подписью секретаря консистории. До слушания дела вконсистории следовало ознакомить с содержанием экстрактов все стороны, ведущиетяжбу, доносителей и подсудимых при обязательном их рукоприкладстве. До началаслушания желающим предоставлялась возможность внести изменение в своипоказания. Причиной этого нововведения являлось, вероятнее всего, стремлениеархиереев сократить количество приходящих на их имя аппеляций, содержащихжалобы на допущенные в ходе суда и следствия ошибки.[135]В Московской епархии при митрополите Платоне (Левшине) на основематериалов следствия, которое вели секретари или повытчики, и выписок иззаконов, в консистории составляли определение, предоставляя его архиерею в видедоклада или протокола. На протоколе преосвященный ставил свою резолюцию.[136]
Служба в канцелярии консистории, несмотря на связанныес ней трудности, была весьма престижной и известно немало примеров, когда людипосвящали ей всю свою жизнь. Так, в 1780 г. архиепископ Иннокентий представил кнаграждению чином коллежского регистратора двух канцеляристов Никифора Титова иТрофима Никитина. Никифор Титов, который впоследствии стал секретаремконсистории, начал службу в ней в 1754 г. простым писарем и только в 1763 г.дослужился до канцеляриста. Трофим Никитин служил при консистории с 1756 г.,канцеляристом — с 1769 г.[137]/>/>/>/>/>/>/>/> 1.2 Духовные правления Псковской епархии
Особоеместо в системе управления епархией занимало Рижское духовное правление,возникшее почти одновременно с переходом лифляндских церквей в ведениепсковского епископа. Все церкви Лифляндии были причислены к Псковской епархии12 марта 1725 г., а уже в 1727 г. в Риге была учреждена контора духовных дел.В 1750 г. она стала именоваться духовным правлением. Одним из мероприятийпо упорядочиванию управления епархией, которые предпринял в 1764 г. епископИннокентий, было посещение Риги. Епископ Иннокентий посчитал недостаточнобольшим штат правления, состоявший только из одного протопопа, приказав решатьпоступающие в правление дела трем присутствующим.[138]Один из двух, введенных в состав правления священников, должен былнаблюдать за полковыми и гарнизонными церквами, а второй — руководить светскимиприходами. Приступивший к работе священник Сергий Заклинский рапортовал вПсковскую духовную консисторию о страшном запустении, царившем в помещенииРижского духовного правления в 1764 г.: “ничего не приняли как только одно зерцало,стоящее на ветхом и весьма непристойном столе без прикрытия, насылаемых жеуказов и всяких письменных текущих дел, неотменено подлежащих для содержания ихранения в одном месте совсем ничего не оказалось, кроме ветхого сундука,запечатанного, давних годов с письмами и одного ветхого же, открыто стоящегонебольшого шкафа также давних годов с ветхими письмами прежних правителей, нодела находились на дому у протоиерея… Присутствующие часто, когда приходят вправление, находят двери запертыми и через это терпят посрамление… Духовноеправление не отопляется”. С 1764 г. в штате правления появляются писцы, сторожаи рассыльные. Три раза в неделю с 9 утра до часу дня проводились заседанияправления.[139]
За светскими приходами наблюдать был поставлен СергийЗаклинский, за полковыми — священник лейб-кирасирского полка Алексей Малашевский. По ведомости 1770 г. в правлении помимо присутствующих членов соборногопротопопа, протопопа Алексеевской церкви Семена Малгина и священника той жецеркви Сергия Заклинского числились подьячий, рассыльные из дьячков и сторож изнеграмотных церковников. По всем важным вопросам члены правления списывались сПсковской духовной консисторией и туда же отправляли на рассмотрение экстрактыследственных дел.[140] Ведомость1773 г. указывает присутствующими членами тех же лиц, уточняя при этом функциипротопопа Рижского Петропавловского Собора Саввы Глазьева, который должен былприсутствовать только на тех заседаниях, где происходило объявление указовместному духовенству. Должность копииста исправлял дьячок Замковской Успенскойцеркви Андрей Стефанов. Что касается сторожей, то их функции выполнялипопеременно местные церковнослужители. Особенностью функционирования Рижскогодуховного правления была чрезвычайная удаленность от места его расположениянекоторых приходов. В ее ведомстве состояли церкви не только в Риге, но и вПернове (Пярну), Митаве (Курляндское герцогство), в Аренбурге на о. Эзель, в Веррожскомуезде (г. Выру). Количество православных храмов в ведении правления былонебольшим — в 1773 году 11, не считая полковых, и не имело тенденции кувеличению. Почти все приходы, расположенные на территории современной Эстониив Ревеле, Балтийском порту и Нарве, были приписаны к Петербургской епархии.Дерптский приход, расположенный в 169 верстах от Риги, был самым отдаленным.Из-за своего положения он до 1788 г. имел статус прихода, подчиненногонепосредственно Псковской духовной консистории.[141]Настоятель Дерптской Успенской церкви “чинил исполнение” по всем указам консистории.[142]
За пределами административных границ Псковскогонаместничества находилось так же Невельское духовное правление, устроенное навновь приобретенных польских землях. В 1773 г. в его ведении находилось 23 православныххрама, самые отдаленные из которых располагались в 40 верстах от Невеля.Присутствующими членами правления были игумен Невельского Преображенскогомонастыря Иустин и настоятель одной из местных церквей Иосиф Анисимов. Доприсоединения к в 1772 г. польских земель Невельское духовное правление носилонаименование капитула.[143]Вконце века количество православных храмов, находящихся под управлением Невельскогодуховного правления, несколько увеличилось и достигло 36. По одномуправославному храму было в Полоцке, Витебске и Себеже, 3 — в Невеле, вДинабурге располагалась батальонная церковь. Остальные храмы находились вуездах: в Полоцком -2, в Невельском — 20, в Велижском — 2 и в Суражском — 2.[144]В рапорте архиепископа Иннокентия о духовных правлениях в Псковской и Рижскойепархии 1781 г. показано наличие в ведении Невельского духовного правления 44церквей, но из них значительное число было приписными бесприходными. Всегоподобных храмов насчитывалось 13. 11 из них находились в Невельском у. и поодному храму в Полоцком и Витебском. Общее число православных священно- ицерковнослужителей при духовном правлении было невелико — 52 священника, 28диаконов и 104 причетника. Поэтому Невельское духовное правление, так же как иРижское, не испытывало большой нужды в помощи десятоначальников. Единственныйдесятоначальник находился Себеже.[145]
На территории Новгородской, а впоследствииСанкт-Петербургской губернии находилось духовное правление, расположенное в г.Гдове. К нему были приписаны на 1781 г. 23 церкви (4 в городе и 19 в уезде) при82 священно- и церковнослужителях. В числе присутствующих по ведомостямзначились 2-3 священника городских и расположенных невдалеке от города храмов.Должность копииста обыкновенно исправлял дьячок одной из гдовских церквей. Приуездных церквях числилось два десятоначальника.[146]
Остальные духовные правления находились на территории Псковской губернии,причем их численность и границы подверглись в рассматриваемый периодсущественным изменениям. До 1773 г. в их числе были Псковопечерское, Островское,Опочецкое, Заволоцкое, Святогорское духовные правления.
Заволоцкое духовное правление накануне упраздненияимело в своем ведении 24 церкви пригорода Заволочье и уезда (еще до упраздненияправления одна церковь была отписана к Опочецкому у.) и 11 церквей Пусторжевскогоу., ранее отошедших к нему от Святогорского духовного правления. При этихцерквах находилось 164 священноцерковнослужителя. В 1773 г. присутствующимиправления были священники Преображенской церкви пригорода Заволочья иНиколаевской церкви с Копылка. При правлении имелся сторож. В подчинениидуховного правления находилось 2 десятоначальника.[147]
В ведомстве Псковопечерского духовного правлениянаходилось накануне упразднения 18 церквей пригорода Изборска, Изборского,Псковского и Дерптского уездов при 85 священноцерковнослужителях и 2 десятоначальниках.После упразднения правления 16 из этих церквей оказались под управлениемПсковской духовной консистории и две перешли в ведение Островского духовногоправления. Присутствующими в нем значились два священника Четыредесяцкой церквис Печерской слободы, а должность копииста исправлял дьячок той же церкви.Вполне вероятно, что и само помещение правления располагалось внепосредственной близости от указанной церкви.[148]
Святогорское духовное правление являлось самым большимпо числу относящихся к нему церквей среди всех упраздненных духовных правлений.В его ведении числилось 47 приходских церквей пригорода Воронича и уезда при267 священноцерковнослужителях и 5 десятоначальниках. Присутствовали вправлении накануне упразднения игумен Святогорского монастыря Вениамин исвященник Воскресенской церкви с пригорода Воронича Иван Марков. Должностькопииста исполнял подьячий Святогорского монастыря. При правлении были занятывакансии сторожа и пристава.[149]
Определяя месторасположение духовного правления ипринадлежность к нему тех или иных церквей, епархиальное начальство учитывало административныеграницы, расположение гражданских присутственных мест, с которыми духовныеправления должны были сноситься в ходе своей деятельности, а так же удаленностьот духовного правления подведомственных ему приходских церквей. Из-запоследнего обстоятельства приходы, расположенные в одном уезде, могли бытьприписаны к разным духовным правлениям.
К Островскому духовному правлению было приписано на 1781 г. 36 церквей,из которых 2 находились в самом Острове, 24 — в Островском уезде и 10,расположенных в 15-45 верстах от Острова, приходских церквей состояли вПсковском у. При храмах состояло 203 священноцерковнослужителя при трехдесятоначальниках. Присутствующими правления были протопоп и священникОстровского Николаевского собора.
Опочецкое духовное правление ведало 5 приходскими церквями города Опочкии 30 храмами Опочецкого у. При 35 церквях состояло 204священноцерковнослужителя и 4 десятоначальника. Присутствовали в правлении священникигорода Опочки.
В ведении Новоржевского духовного правления на 1781 г.числилось 38 церквей Новоржевского у., прежде находившихся в ведомстве Святогорскогои Заволоцкого духовных правлений. Кроме них, к Новоржевскому духовномуправлению относились 6, весьма удаленных от Новоржева, церквей Влицкого иПолисского станов Холмского у., формально находящиеся в ведении Новгородскойепархии. При 44 храмах состояло всего 192 служителя церкви, над которыми стояли4 десятоначальника.
В присутствии правления заседали священник изНиколаевской церкви г. Новоржева и священник Варлаамовской церкви погостаСтехново.[150]
Изменения в составе духовных правлений и их границ,происходили в 70-е гг. XVIII в. одновременно с изменением границ уездов приоткрытии Псковского наместничества. До 1777 г. приходы в составе духовных правленийрасполагались на территории как минимум 2-3 уездов, что создавало дляприсутствующих членов неудобства в сношениях с представителями гражданскойадминистрации. В последней трети XVIII в. границы духовных правленийи уездов совпадали в большей степени, чем в предшествующий период.
По отношению к псковским и некоторым другим приходским церквям функциидуховного правления выполняла Псковская духовная консистория. В ее ведениинаходились 62 псковоградских храма, 44 церкви Псковского у., церковь Захария иЕлизаветы с Ряпиной Мызы Дерптского у., 2 церкви на территории Лужского у. и 3в Гдовском у. Данный пример демонстрирует, что изменение административныхграниц не всегда было удобно для епархиального начальства. При учрежденииПсковского наместничества два прихода отошли от Псковского у. к Лужскому сцентром в городе Луге, который состоял в ведении Новгородской епархии. Триприхода по этой же причине перешли из Псковского и Кобылского уездов в составГдовского, но подчинить их Гдовскому духовному правлению епархиальноеначальство не посчитало нужным из-за его удаленности. В данном случаеепархиальная администрация решила вопрос о том, что для нее важнее: добитьсясовпадения границ уездов с границами духовных правлений, чтобы иметьвозможность оперативнее взаимодействовать в случае необходимости с учреждениямигражданской администрации, или избежать чрезмерной удаленности приходов отдуховных правлений, к которым они принадлежат, в пользу последнего соображения.
Всего консистория сосредоточила под своим прямымуправлением 112 приходских церквей, при которых состояло на 1781 г. 385священноцерковнослужителей. Осуществлять по отношению к ним управленческую функциюконсистории помогали два благочинных в городе Пскове и 9 десятоначальников вуезде.[151]
Сами представители приходского духовенства былизаинтересованы в том, что бы находиться в подчинении близлежащего духовногоправления. В противном случае им становилось затруднительно ездить в духовноеправление по собственным нуждам или по вызову, подавать ежегодные ведомости. Сэтими неудобствами было связано прошение священнослужителей Холмского у.поданное архиерею в 1794 г. Преосвященный Иннокентий принял во вниманиечрезвычайную удаленность приходов Холмского уезда от Великих Лук, гденаходилось Великолукское духовное правление, и ходатайствовал перед Синодом обучреждении вновь Холмского духовного правления, имеющего в ведении 60 церквей.Синод согласился с мнением псковского архиепископа, хотя и вел политикуограничения роста числа духовных правлений, запретив открывать их без нуждыуказами от 2 ноября 1772 г. и 30 апреля 1781 г.[152]
Расходная часть бюджета епархий не предусматривалазначительных трат на содержание духовных правлений. На их нужды выделялосьсредств еще меньше, чем на нужды консисторий, поскольку они не были учтены вштатах, и соответственно должны были целиком содержаться за счет приходскогодуховенства.[153]По-видимому,назначение служащим духовных правлений жалования зависело целиком от волиепархиального архиерея, а учитывая их стесненность в свободных средствах нельзяудивляться низкой величине окладов. Копиист духовного правления, например,получал годовое жалование 10 рублей, то есть в три раза меньшее, чем чиновниквыполнявший те же функции в учреждениях гражданской администрации.[154]В результате духовные правления оказались недоукомплектованы копиистами,приставами и сторожами. В 1781 г. из 6 духовных правлений только Островскоеправление имело в своем составе штатного копииста, в четырех правлениях“письменную должность” исполняли два дьячка местных церквей, одинпраздноживущий причетник и один праздноживущий священнический сын. В Невельскомдуховном правлении копиист вообще отсутствовал. Приставы имелись в двухдуховных правлениях, а сторожей, положенных по штату, не было вовсе.[155]Не получая достойной оплаты своих трудов официально, члены духовных правленийвынуждены были обирать зависимое от них приходское духовенство. Из дневникаИоанна Матусевича, видно, что наибольшую прибыль члены духовного правленияполучали с духовенства, подающего росписи и сказки. В этом случае разовый побормог составить сумму от 95 коп., до 2 руб. 49 коп. с прихода. Появившийся скаким-нибудь поручением пристав правления рассчитывал на обычное подношение ввиде 2-5 коп. и каких-либо продуктов (решета ячменя или калача). Ежегодно приставсобирал с приходов новь в размере 2-3 коп. Сельское духовенство несло и такназываемую “подводную повинность”, поочередно священник и причетникипредоставляли подводы для пристава правления и прочего, проезжающего по деламслужбы начальства, имеющего при себе соответствующую инструкцию. Иногда вместоподводы приходское духовенство выдавало проезжающим деньги — 3-15 коп.[156]Чтобы избежать поборов с приходского духовенства, архиепископ ПсковскийИннокентий (Нечаев) велел в 1795 г. собирать по полушке с души мужского пола насодержание духовных правлений на территории всей епархии за исключениемРижского духовного правления. На десятоначальников была возложена обязанностьзавести для этих целей приходно-расходные книги.[157]В 1799г. было выделено 360 руб. на нужды шести духовных правлений Псковскойепархии.[158] Как попыткусократить расходы на содержание духовных правлений можно рассматривать указСинода от 19 октября 1778 г. о переносе духовных правлений, находящихся в“приватных” домах, в близлежащие штатные или заштатные монастыри.[159]
По характеру выполняемых функций духовные правлениязанимали промежуточное положение между консисторией и благочинными. Отсюда ихнекоторая неопределенность и нерегламентированность.[160]Так, Синод, обращая в 1785 г. внимание епархиальных архиереев напостоянные упущения, допускаемые священнослужителями при чтении поучений,возлагает обязанности по наблюдению за правильностью проведения богослужения вцерквях на духовные правления и благочинных. Экзаменовка и «исправление»священников целиком отдается в ведение благочинных.[161]Не на членов духовных правлений, а на благочинных и десятоначальниковвозлагается Синодом в 1782 г. обязанность отслеживать случаи пьянства в средедуховенства и доносить о них архиерею.[162]
Наиболее определенными представляются функции духовного правления какнижней инстанции церковного суда. В Московской епархии следствие по проступкамдуховных лиц могло производиться благочинными, членами консистории,настоятелями монастырей при участии приказнослужителей из консистории идуховных правлений. Доклад о произведенном следствии с мнением следователя поделу предоставлялся в консисторию или в духовное правление.[163]Одновременно, духовные правления являлись основным связующим звеном междунаселением большей части епархии и Псковской духовной консисторией. Именно онивыступали как в качестве первичного адресата жалоб и прошений, которые,впоследствии, рассматривались присутствующими членами Консистории. Примером,иллюстрирующим роль духовных правлений в системе управления, может служить делосвященника Синского погоста Ивана Иванова. В начале жалоба на него со сторонысидельца питейного дома поступила в Островское духовное правление. По фактужалобы духовное правление попыталось провести самостоятельное разбирательство,но священник “за пьянством” не явился, хотя и был “сыскиван”. Тогда духовноеправление рапортовало об обстоятельствах дела консистории, а консисторияпослало правлению указ с требованиями доставить виновного священника вправление, приказать ему рассчитаться с обиженным мещанином, причем содержатьпод стражей до окончательного расчета, и “обязать подпискою” вести трезвеннуюжизнь.[164]Переписка с консисторией была непростым делом, как утверждал в своем доношенииигумен Святогорского монастыря Вениамин: “… небезизвестно в консистории, чтокак отправляемые к нему указы, так и от него на оные указы посылаемые рапортыдоходят нескоро, а иные де и совсем теряются...”.[165]Тем не менее духовные правления оперативно решали весьма сложные и запутанныедела, каковым являлось разбирательство между священником Георгиевской церквипригорода Воронича Семена Иванова и крестьянами окрестных деревень. Делоначалось с доношения священника в Опочецкое духовное правление 2 декабря 1769г. 14 декабря духовное правление промеморией известило о начатом деле Опочецкуювоеводскую канцелярию, 17 декабря консистория прислала указ, содержащийпредписания по порядку ведения следствия. В конце декабря члены правленияпроводят допросы замешанных в деле крестьян, 11 января 1770 г. был допрошенсвященник Семен Иванов, а на следующий день духовное правление, разобравшись вситуации, находит способ решить дело миром.[166]Надоотметить, что предписания получаемые духовными правлениями от консистории, чрезвычайнолаконичны, а отсутствие в них чрезмерной детализации предполагает достаточнобольшую степень доверия компетентности присутствующих членов в вопросах управления.
Помимо тяжб духовным правлениям приходилось иметь делосо сбором ежегодных ведомостей, а так же со сбором всевозможных справок,доведением до сведения заинтересованных лиц содержания указов консистории исвидетельствовать претендентов на церковнослужительские в чтении, письме инотном пении. Часть этих обязанностей духовные правления разделяли сблагочинными, которым так же предписывалось в некоторых случаях экзаменоватьлиц духовного чина и вершить суд над церковнослужителями вплоть до«посажения» их на цепь.[167]Обособо серьезных проступках духовных лиц и мирян благочинные и десятоначальникидолжны были доносить вышестоящему начальству. Так, себежский десятоначальник священникСтефан известил Псковскую духовную консисторию о живущих в блуде крестьянах.[168]
Начиная с 1797 г. архиереи должны были назначать одного или двухблагочинных для надзора за монастырями из числа настоятелей.[169]Главными предметам надзора благочинных согласно инструкции являлись: богослужение,благочиние, нравственность и хозяйство. Каждый монастырь следовало досматриватьне реже 1-2 раз в год. Благочинным давалось право во время осмотра монастырятребовать отчета по любому вопросу жизни обители. В инструкции такжеупоминаются такие обязанности настоятеля как частое посещение келий братии, идавать благословения своим подчиненным на все их дела.[170]
К концу XVIIIв. система епархиального управления стала более разветвленной исложноорганизованной. Порядок работы органов управления духовного ведомства всеболее напоминал светские учреждения. Теснее стало сотрудничество междупредставителями духовной и светской власти, особенно в деле наказания запреступления и контроля за расходованием казенных средств. Вместе с темвыявилась одна из основных проблем епархиального управления – недостаточностьего материальной базы, ведущая к продолжению практики полуофициальных поборов срядового духовенства. Дела о мздоимстве, несмотря на затруднения приходскогодуховенства, не имеющего права отлучаться от своего прихода, в подаче жалобизредка попадали в поле зрения членов Синода. Однако, члены Синода, оставляли,как это явствует из дела севского епископа Кирилла, подобные жалобы без внимания.[171]
Активное участие вуправлении епархией принимают представители белого духовенства, которые лучшезнали жизнь приходских священно- и церковнослужителей, чем монахи. Этонеизбежное последствие утраты монастырями-вотчинниками вместе с земельнымивладениями и значительной доли руководящих позиций. Консистории в обновленномсоставе и система низших органов управления в уездах на протяжении всего XVIIIв., расширяли свои функции по мере появления новых правительственных указов, касающихсяжизни духовного сословия. И светская власть, и архиереи были заинтересованы вусилении контроля епархиальной администрации за приходским духовенством иобитателями монастырей. Ими настойчиво проводилась политика всестороннейрегламентации жизни служителей церкви, постоянно требовалось предоставлениеотчетности, наказывалась любого рода инициатива, проявленная духовенством./>/>/>/>/>/> 
/>Глава 2. Социальный состав духовенства/>/>/>/>/>/>/>/> 2.1 Порядок замещения вакансий в приходах Псковскойепархии
Анализ законодательства Российской империи в периодправления Екатерины II и Павла I дает основание полагать, чтогосударственная политика внесла существенные изменения в социальную структурудуховного сословия и скорректировала происходящие в его недрах процессы.
Одним из важнейших вопросов, без изучения которыхисследователю нельзя представить суть процессов, происходивших внутри духовногосословия, является порядок наследования мест в причте. В стремлении представителейдуховенства закрепить за своей семьей приход А.В. Карташев видит стихийноепобуждение сословия к замкнутости, замешанное на страхе перехода в податное,“рабье” положение, утраты приобретенных свобод и привилегий, а такжегарантированных доходов.[172]Подобные страхи на протяжении всей второй половины века подогревались, с однойстороны, ростом численности сословия, не компенсированным открытием новых вакансий,а с другой стороны ожиданием новых разборов духовенства. Происходившие в сфереуправления епархиями процессы бюрократизации способствовали закреплениюприходов за отдельными семействами. Обычай выбора прихожанами клира напротяжении XVIII в. постепенно сходит на нет и в 1797 г. запрещаетсяСинодом, как противоречащий императорскому указу о запрете подачи коллективныхчелобитных. Архиереи назначали на священнические места детей умершего иерея,отдавая первенство старшему сыну, уже занимавшему, как правило, какое-либоместо в причте. Место наследовалось и по женской линии, передаваясь мужьямдочерей умершего.[173] Семья,претендовавшая на открывшуюся вакансию, понималась очень широко, в нее входилии обладали правами наследования, не только вдова и дети, но также внуки,племянники, двоюродные родственники, родня по линии вдовы. Интересно отметить,что именно в случае наследования места дочерью священника не состоящей в браке,сочетались два подхода к получению прихода. Во-первых, наследственный, так какневеста — наследница выбирала жениха, во-вторых, учитывался образовательныйценз, ибо архиерей, утверждавший кандидатуру будущего священника, учитывалуровень его духовного образования. В Киевской епархии существовал даже обычай,называемый “оглядины”. Если к невесте, по каким-либо причинам не посваталсяобразованный кандидат, митрополит в дверях класса бурсы, демонстрировал невесту“философам” и “богословам”.[174]Киевскиймитрополит Арсений (Могилянский), даже издал указ по своей епархии,принуждавший выдавать невест-наследниц только за выпускников семинарии. Еслиприход насчитывал 80-100 дворов, жених должен был быть “богословом”, если 60-80“философом”, менее — выпускником класса риторики.[175]Епархиальное начальство вынуждено были мириться с подобными правиламинаследования прихода, но всегда имело возможность вмешаться в спор онаследовании и подчеркивало свое формальное право назначать священников,руководствуясь только их семинарской подготовкой. Так, вдове священника изпогоста Слаботки Торопецкого уезда, было объявлено: “… чтоб она жила спокойнои не почитала б онаго священнического места как наследственного для ея дочерей,которых она имеет еще несколько, а знала б, что не по наследству определяются кцерквам священнослужители, а токмо по достоинству и Его Преосвященстваизбранию.”[176]Предпочтенияархиерея и в самом деле имели решающее значение при наличии несколькихкандидатов на место в причте. Когда на место пономаря в Колпинском погостепретендовали 9-ти летний сын причетника данного погоста Иван Харитонов и 16-тилетний пономарь из погоста Мелетово Василий Иродионов, архиерей отдалпредпочтение именно последнему. Василий Мелетовский пел в санкт-петербургскомхоре Его Преосвященства с 1788 по 1790 гг. (и это в отмечено особо), был старшеи опытнее в причетнической должности, происходил из семьи священника.Повторялась обычная для Псковской епархии схема: старший сын священникаполучает место причетника в приходе, где местный священник не имеет собственныхсыновей, при этом оттесняет от места сына местного церковнослужителя, одновременноосвобождая место в своем родном приходе для младшего брата.[177]
В двуприходных церквях должности в клире делятся между2-3 семействами. Например, на начало 90-х гг. в Куховском погосте должностьпервого священника занимал Трофим Егоров. По общепринятым законам наследования,его место должен был занять старший сын Сергий, обучавшийся в семинарии. Место2-го священника занимал Гавриил Власьев, также имевший сыновей, а его младшийбрат Василий был при той же церкви пономарем. Священнические сыновья братьяТрофим и Максим Мартыновы занимали места дьякона и пономаря, причем у Трофимаподрастали наследники. В случае смерти одного из представителей семейосвободившееся место занималось следующим по старшинству родственником. Послеполагающихся испытаний и получения согласия архиерея место умершего священникаГавриила занимает его брат Василий. На освободившееся место пономаря определяетсясын покойного Михаил, которому, чтобы не потерять место, пришлось оставитьсеминарию. Все остальные близкие умершего должны были содержаться за счетнового пономаря.[178]
Насколько распространенной была практика наследования мест сыновьямиклириков видно из табл.1, составленной на материале клировых ведомостейподанных причтами Холмского и Великолукского уездов в 1789 г. В отличие отведомостей по приходам, находящимся в других уездах, эти документы содержатданные о месте службы отца каждого из членов причта.

Таблица 1 />Происхождение холмских и великолукских священников (поданным клировых ведомостей/>за 1789 год).Чин Происхождение Уезд
г. Великие Луки Холмский Великолукский Священник
из этого же
прихода 28 (45,2%) 19 (37,3%) 2 (11,1%)
из другого
прихода 17 (27,4%) 17 (33,3%) 11 (61,1%) Дьякон
из этого же
прихода 0 (0,0%) 1 (2,0%) 0 (0,0%)
из другого
прихода 2 (3,2%) 0 (0,0%) 0 (0,0%) Причетник
из этого же
прихода 6 (9,7%) 5 (9,8%) 5 (9,8%)
из другого
прихода 9 (14,5%) 9 (17,6%) 9 (17,6%) Всего 62 (100%) 51 (100%) 18 (100%)
 
Источник: ГАПО Ф.39. Оп.1. Ед.хр.418. Л.2-114,121-238.
Данные, приведенные в таблице по двум уездам, имеютминимальное расхождение, что говорит о наличии общих для всех сельскихприходских церквей закономерностей. Примерно 3/4 священников происходили из священническихсемей. Только часть этих священников наследовало приход своего отца. Наряду сними существовала значительная группа выходцев из других приходов, обычно тогоже уезда. В городе же священник, вступивший на место своего отца, вообщередкость. Скорее всего, в подобных случаях приход наследовался родственниками.Священнических дочерей очень редко выдавали за новопоставленных священников,вступающих в должность одновременно с женитьбой. В большинстве случаев ихвыдавали за диаконов и причетников. По данным ревизских сказок поданных в Новоржевскомуезде из 39 выданных замуж священнических дочерей за священников было выдано 3,за дьяконов -7, за причетников 20. Родниться священники предпочитали междусобой и поэтому очень редко сыновья священников брали себе жен из другихсоциальных страт. В 1795 г.из 35 жен священников в Новоржевском уезде, чьепроисхождение можно установить, 26 (74,5%) происходили из семей священников итолько 7 (20%) из семей причетников.[179]
Подобные браки, заключаемые между представителями одной страты, укреплялисоциальную позицию как семьи священника, удачно женившего сыновей, даваявозможность если не его детям, то, по крайней мере, внукам получить место вдругом приходе, так и позицию семьи священника, удачно выдавшего дочь, так какв случае отсутствия у него сыновей, зять имел больше шансов наследовать его приходи обеспечить достойное содержание родственников со стороны жены.
В городах обычай наследования приходов к концу века постепенно сходит нанет, сообразуясь с высокой горизонтальной мобильностью городского духовенства,очень часто меняющего как приходы, так и места проживания. В результатедостигшие необходимого возраста сыновья иереев становились священниками не тогоприхода, где служил их отец, а того где служили они сами или где открылась вакансия.
/>Таблица2 Замещение священнических вакансий вгородских и сельских приходах Псковской епархии в конце 80-х – начале 90-х гг. XVIIIв.Территория Из семинаристов Из числа причетников Из числа дьяконов Иное Итого того же прихода другого прихода другого прихода того же прихода Города
9
(15%)
3
(5%)
14
(23,3%)
18
(30%)
12
(20%)
4
(6,7%) 60 Уезды: Великолукский
1
(2%)
21
(41,2%)
13
(25,5%)
5
(9,8%)
9
(17,6%)
2
(3,9%) 51 Торопецкий
3
(7,1%)
17
(40,5%)
11
(26,2%)
2
(4,8%)
8
(19%)
1
(2,4%) 42 Опочецкий -
4
(16,7%)
12
(50%)
5
(20,8%)
3
(12,5%) - 24 Печерский
3
(10,7%)
4
(14,3%)
9
(32,1%)
6
(21,4%)
5
(17,9%)
1
(3,6%) 28 Псковский
2
(5,4%)
7
(18,9%)
11
(29,7%)
10
(27%)
6
(16,2%)
1
(2,7%) 37 Порховский
7
(14%)
13
(26%)
17
(34%) 4(8%) 9(18%) - 50 Холмский -
17
(27,4%)
21
(33,9%)
5
(8,1%)
14
(22,6%)
5
(8,1%) 62 Островский
1
(2,9%)
5
(14,7%)
5
(14,7%)
10
(29,4%)
12
(35,3%)
1
(2,9%) 34
Источники: ГАПО Ф.39. Оп.1. Ед.хр.735. Л. 1об-69;Ед.хр.734 Л. 7об-8; Ед.хр.418. Л. 2-116, 122об-237; Ед.хр.1253. Л. 1об-89;Ед.хр. 1035. Л. 1об-2; Ед.хр.667 Л. 1об-51; Ед. хр.1083. Л. 1об-169; Ед.хр.926.Л 2об-116.
Примечание: В графе «иное» таблицы обозначенысравнительно немногочисленные случаи замещение вакансий бывшими учителями семинариии гимназий, служащими консистории, певчими, архиерейскими чтецами,праздноживущими сыновьями священников и причетников.
В городах и уездах, чья территория издавна входила в состав Псковскойепархии, наблюдается более высокий уровень горизонтальной мобильности, чем вуездах, приходы которых до недавнего времени подчинялись Новгородской духовнойконсистории. В послужных списках священно- и церковнослужителей, проживающих врасположенных близ Пскова уездах, весьма часто отмечается их служба в течениенескольких лет в городе Пскове и прибалтийских городах епархии. Нормой в этойместности является и частый переход духовенства из погоста к погост. Если вХолмском, Порховском, Торопецком и Великолукском уездах подавляющее большинствобудущих священников либо никогда не служило за пределами прихода своего отца,либо лишь некоторое время замещало причетническую или дьяческую вакансию всоседнем погосте, то в старых приходах Псковской епархии нормой являлась частаясмена места службы. Весьма характерен пример священника из Полонского погостаПсковского уезда Федора Евстафьева 1739 г. рождения. После окончания низшихклассов семинарии он сменил место службы 6 раз, побывав в следующих приходах:Годы Должность Погост Возраст (лет) 1755-1765 пономарь Савинопустынский 16-26 1765-1766 дьячок Погостицкой 26-27 1766-1770 дьячок Чирской 27-31 1770-1776 дьячок Полонской 31-37 1776-1781 священник Рожницкой 37-42 1781-1782 священник Бельской 42-43 с 1782 священник Полонской
Такое обилие мест службы неизбежно приводило кнекоторой путанице в послужных списках духовенства. Относительно того же ФедораЕвсафьева клировая ведомость за 1797 г. показывает местом его службы в1770-1776 гг. Полонский погост, а в ведомости за 1794 г. в те же годы онзначиться дьяконом Чирского погоста.[180]
Частыми были случаи переезда служителей церкви из города в город. В этомотношении показателен пример дьякона из Полянского погоста Иакова Борисова 1757г. рождения, служившего в следующих местах:Годы Должность Место службы Возраст (лет) 1771-1772 пономарь Казанская церковь г. Пскова 14-15 1772-1774 дьячок Воскресенской церкви г. Пскова 15-17 1774-1775 пономарь Георгиевская церковь пригорода Воронича 17-18 1775-1778 пономарь Воскресенская церковь пригорода Воронича 18-21 1778-1784 пономарь церковь Великомученицы Екатерины в г. Пернове 21-27 1784-1785 пономарь Петропавловского собора г. Пскова 27-28 с 1785 дьякон Полянской погост
В 1769 г. отец Иакова Борисова дьячок Борис Фомин сталсвященником Воскресенской церкви пригорода Воронича. В 1771 г. его сына Иаковаберут в псковский певческий хор, судя по возрасту, певчим третьей станицы, вгороде Пскове Иакову приискиваются вакантные причетнические места при церквах.Когда нужда его в услугах певчего отпала (скорее всего, изменился с возрастомголос), Иакова возвращают отцу. Но поскольку место причетника в Воскресенскойцеркви занято, он становится пономарем в соседнем храме, чтобы иметьвозможность жить с семьей. Уже через год он получает возможность служить в одномхраме с отцом. В 1778 г. епархиальное начальство, имевшее о нем определенноепредставление, направляет его служить в г. Пернов (Пярну) Рижской губернии кдвуприходной Екатерининской церкви вместе с пономарем из пог. Навережье НикитойПименовым. Пробыв в Пернове достаточно долго для отправленного в Прибалтикупричетника, Иаков возвращается обратно, но его отец к тому времени перевелся кдвуприходной Пятницкой церкви Святогорского монастыря, где нет вакантных местдля его сына. Иаков получает престижное место при Петропавловском соборе вПскове, однако по-прежнему остается дьяконом. В 1785 г. умирает священник вПолянском погосте, его сын Петр Стефанов наследует приход и освобождается местодьякона. Вероятнее всего в данном случае Иаков Борисов получил место “совзятием” невесты — дочери покойного священника, ведь его ничего не связывало сПолянским погостом, кроме знакомства Петром Стефановым еще в ходе их совместнойслужбы в пригороде Ворониче, где тот находился дьячком, ожидая открытиявакансии в собственном приходе.[181]
В качестве одной из причин, побуждающей духовенствопереводиться из прихода в приход, можно назвать периодическую отправку потребованию консистории причетников и дьяконов в прибалтийские приходы. Пребываянесколько лет вдали от своего прежнего места службы, причетник, вернувшись,находил его занятым и подыскивал новое место службы. В такой же ситуацииоказывался и священник, отслуживший некоторое время при воинской части. Крометого, епархиальное начальство, чтобы реализовать социальный ресурс власти,должно было иметь возможность определять приходы, приносящие хороший доход,священнослужителей, имеющих признанные заслуги. В этом отношении весьмахарактерен указ Синода епископу Иннокентию от 6 октября 1764 г. Он касалсяпротопопа церкви Успения с Пароменья Иоанна Нарвского, который в апреле 1764 г.был призван в столицу для “определения в положенное по Синодальным штатам числосинодальных членов”. В том же году Иоанн Нарвский представил Синоду прошение оботпуске его обратно в Псковскую епархию, которое было удовлетворено. В этойсвязи псковскому архиерею предписывалось “определить его Иоанна по своемуразсмотрению к пристойному по его достоинству месту без замедления”.[182]Храмами, при которых распределение мест зависело от благоволения архиереяи консисторского начальства, в Пскове были: Троицкий собор и Петропавловскийсобор, и церкви Нововознесенская с Полонища, Николы со Усохи, Успения сПароменья, Старовознесенская, Царяконстантиновская с Поля, Космодемьянская сЗапсковья, Николаевская с Пролому, Богоявленская с Запсковья,Иоаннопредтеченская, Климентовская, Сергия с Залужья, Никиты с Поля, Варлаамовская.Служившие в них священники переходили от одного городского храма к другому,часто отбывали из города и вновь возвращались.
Рассмотрим, например, состав причта Петропавловскогособора на конец XVIII в. Протоиерей собора с 1786 г. Иоанн ИосифовичСкоропостижный. Закончив семинарию до класса богословия, несколько лет был дьякономв Псковской Космодемьянской церкви на Запсковье, затем в течение несколькихмесяцев занимал священническую должность в псковской церкви Григория Богослова.В 1776 г. консистория направила его в Псковский карабинерный полк, с которым онпребывал в Тамбовской епархии. В г. Добром Тамбовской епархии о. Иоанн ряд летбыл протоиереем. За неимением в Псковском карабинерном полку священника,тамбовский архиерей Феодосий вновь направил туда Иоанна Иосифовича. В 1784 г.полк находился в Лифляндии и о. Иоанн подал просьбу псковскому архиерею опереводе его за долговременную службу на протоиерейское место. На тот моментвакантных протоиерейских мест в епархии не оказалось, и его перевели в Перновна праздное священническое место. Спустя два года Иоанн Иосифович смог занятьпротоиерейское место при Петропавловском соборе. Первый священник собораЕмельян Варфоломеев Головацкий по окончанию класса богословия с 1778 по 1782гг. был учителем информатории в семинарии. В 1782-1787 гг. занимал место священникав Духовской церкви с Усохи в Пскове. Священником Петропавловского собора был с1782 по 1805 гг. Второй священник Сергий Иванов окончил первые классысеминарии, до 1768 г. служил дьяком при разных псковских церквях. В 1768-1781гг. был священником в церкви Богоявления с Бродов, в 1781-1788 гг. — церквиСергия с Залужья, в1788- 1793 гг. — Алексеевской церкви с Поля. При Петропавловскомсоборе находился с 1793 по 1803 г. Интересно, что Сергей Иванов поменялсяместом священника Алексеевской церкви со священником Петропавловского собора в1790-1793 гг. Максимом Алексеевым.[183]
Безусловно, архиерей признавал права наследования мест в причте, находяего вполне естественным, а быть может и полезным для системы управленияепархией. Епархиальное начальство охотно перекладывало заботу о приискании местна плечи самого приходского духовенства, а сложившийся порядок наследованияприходов давал относительную легкость выполнения этой задачи. В то же времяконсистория вряд ли была готова распределять претендентов на вакантные местацентрализованно, считаясь только с их заслугами и уровнем образования.
Псковский архиерей имел возможность перемещатьсвященников и других служителей церкви по своему усмотрению, но делал это лишьв крайней необходимости. Подобным случаем явилось упразднение целого ряда псковоградскихи пригородных церквей в 1786 г. Консистории предписывалось немедленноопределить на праздные священнические места в села Ратчи, Михеево и погостыКопылок, Павловский, Веинский и Сиженский священников из упраздненных церквейПскова. Особенно это касалось священников, ранее переведенных из уезда в город.Предполагалось, что единовременно всех служителей церкви распределить напраздные места не удастся. Поэтому архиепископ Иннокентий, проигнорировавнаследственные права на приходы всего духовенства епархии, запретил дажеподавать прошения о замещении вакантных мест до тех пор, пока не будутраспределены все лишние священно- и церковнослужители из Пскова.[184]Свидетель этих событий, священник псковской Космодемьянской церкви ОнисимНегоновский, в своей “Домашней летописной книге” писал, что священниковрассылали по праздным местам “с немалою обидою”.[185]
Говоря о наследовании приходов и мобильности духовенства, необходимо учитывать,что оно владело недвижимостью в местах своего проживания. Одной из причинстремления архиерея в процессе упразднения псковских церквей разослать поуездам прежде всего служителей церкви не горожан являлась меньшая вероятностьналичия у них недвижимости в Пскове. Епархиальное начальство не имеловозможности предоставлять причту казенные дома и поэтому одобрительно смотрелона приобретение городской недвижимости служителями церкви.
В 1775 г. Московский митрополит Платон даже попыталсяпоставить вопрос о приобретении расположенных близ церквей домов тех служителейцеркви, которые умирали, отрешались или переводились к другим местам. Помимодобровольного соглашения продавца и покупателя духовного чина требовалось еще иодобрение консистории. Без дозволения консистории нельзя было оформить купчую изакладную. Подобная мера была выгодна покупателю, огражденному таким способом,от желания продавца завысить цену, пользуясь отсутствием у покупателя выбора.[186]Очевидно, подобная инициатива московского митрополита нашла поддержку усветских властей. Свидетельство тому — высочайший указ от 8 мая 1779 г.,воспрещавший переход дворовых мест близ церквей, принадлежащих духовенству вруки лиц из других сословий.[187]Следует также отметить и указ от 20 декабря 1767 г., который, как следовало изтекста, касался преимущественно Московской духовной консистории. Предполагалосьвыкупать у прежних владельцев их дома близ церквей в пользу переведенных кэтому приходу служителей церкви. Деньги предписывалось брать из церковнойсуммы, а если ее будет недостаточно — выплачивать остаток погодно. Плату задворовое место имели право получать только сироты и вдовы. Воспрещалосьдопускать к владению дворовыми местами братьев и других близких родственниковумершего, имевших свои места. Вдовам, имевшим взрослых дочерей, предписывалосьнаходить для них достойных женихов, “чтобы они их содержали без платежа заместо”.[188] И.К.Смолич расценил указ 1767 г. как санкционированную Синодом официальнуюрегистрацию вакансий, имевшую целью закрепить приходы за детьми умершихвладельцев, пока они проходят обучение, и фактическое признание права нанаследование прихода по женской линии.[189]
Из “Списка домам, состоящим в городе Пскове и егопредместьях”, составленного в 1805 г. псковским городским магистратом, видно,что 78 представителей духовного сословия являлись домовладельцами. В их числовходило: 27 священников, 7 дьяконов, 19 дьячков и пономарей, 4 звонаря, 1просвирня, 5 консисторских служителей, 9 священнических вдов, 2 вдовы дьяконов,1 вдова причетника, 1 исключенный из духовного сословия и 1 безместный сындьячка.[190]Значительноечисло домовладельцев, не входивших в состав причта какой-либо церкви, говоритоб отсутствии в епархии системы обязательного выкупа домов у родственниковумерших служителей церкви. Объем недвижимости, сосредоточенной в рукахсвященника, мог быть весьма значителен. Протопоп Троицкого собора СергийАнтипов Владимирский владел в первом квартале города каменным домом сдеревянным флигелем (всего на 11 покоев) и лавками, постоялым и съезднымдвором. Только налогов за это строение протопоп платил 10 рублей. Протопоп Петропавловскогособора Иван Иосифов Скоропостижный владел каменным домом с деревянным флигелемна 9 покоев. Такой же, только деревянный, был дом у священника Нововознесенскойцеркви Василия Лебедева. Целым комплексом из трех жилых домов, каждый по 1-2покоя, владел пожилой и вдовый священник Варлаамовской церкви Федор Лукин, закоторым по клировым ведомостям не значилось ни одного родственника. Женасвященника Фекла Шабардина владела в 3-м городском квартале каменным домом сдвумя флигелями на 5 покоев.[191]Большинство домов были деревянными, разделенными на 1-2 покоя. По крайней мере,часть из них были казенными. На дворовом месте располагались сады, огороженныетыном.[192] Однотипностьдомов позволяла в случае необходимости, меняя приход, обмениваться ими пообоюдной договоренности. Переезд духовенства из уездов в город затруднялся тем,что стоимость дворового места в городе, которое пришлось бы выкупать уродственников прежнего священника, была заведомо неравнозначна той сумме,которую сельский священник мог выручить за свою недвижимость. Оставалсяединственный способ переезда в город — получение прихода и дворового места “совзятием”.
Можно сделать вывод, что городское духовенство во второй половине векабыло обособлено от сельского, и причин тому несколько. Городское духовенствополучало больше доходов с земли и выполнения треб при меньшей затрате усилий,чем сельское. Лучшая материальная обеспеченность и проживание вблизи отдуховных образовательных учреждений предоставляла большую возможность датьдетям полное семинарское образование и тем обеспечить их право на получениеприхода в городе. Существовала возможность получить в городе приход не по правуродства, а за усердную службу, причем как продвижение по службе можнорассматривать и перевод служителей церкви к более престижным и богатым местам — городским соборам, церкви Успения с Пароменья, церкви Николы со Усохи и прочимхрамам, которые посещали состоятельные прихожане. Поскольку переход ужепоставленного священника от места к месту “со взятием” был невозможен, а впорядке наследования маловероятен, повышение по службе — единственноелогическое объяснение многочисленных переводов служителей церкви из одногогородского прихода в другой.
Важным, в рамках изучения мобильности духовенства,является вопрос о характере мобильности низшего духовенства. А.В. Карасев,проанализировав продвижение по службе священно- и церковнослужителей некоторыхуездов Тверской губернии в 1755-1766 гг., пришел к выводу, что дети дьяконов ипричетников имели в три раза меньше шансов стать священниками, чем сыновьясвященников. 73% дьяконов, 75% дьячков и 50% пономарей не обогнали своих отцов,в то время как священники “растеряли” в более низких стратах приходскогодуховенства 35% своих детей.[193]
На основе данных клировых ведомостей по Холмскому и Великолукскому уездамможно проследить особенности замещения причетнических вакансий (табл.3).
Таблица 3 />/>Происхождение причетников холмскихи великолукских церквей (по клировым ведомостям />за 1789 г).
Происхождение
священника Административно-территориальные единицы Холмский уезд Великолукский уезд г. Великие Луки Священник этого же прихода 28(23,5%) 26(25,7%) - Священник другого прихода 15(12,6%) 13(12,9%) 8(32%) Дьякон этого же прихода 7(5,9%) 7(6,9%) -
Дьякон другого
прихода 2(1,7%) 2(1,9%) 1(4%) Причетник этого же прихода 48(40,3%) 40(39,6%) 11(44%) Причетник другого прихода 19(16%) 13(12,9%) 5(20%) Всего 119(100%) 101(100%) 25(100%)
 
/>/>Источник: ГАПО Ф.39. Оп.1. Ед.хр.418. Л. 2-114,121-238.
И для городских церквей и для сельских, как можно судить на основе данныхприведенных в табл.3, характерна одна и та же картина: от половины до 3/5 причетническихмест замещались “потомственными” причетниками. Остальные места замещалисьглавным образом детьми священников. Однако, чтобы сопоставить данные поПсковской епархии с данными по Тверской епархии, полученные А.В. Карасевымнеобходимо дополнить их сведениями о замещении вакансий дьяконов.
/> 
Таблица 4 Происхождениедьяконов по данным клировых ведомостей за 1789 г.
Происхождение
священника Административно-территориальные единицы Холмский уезд Великолукский уезд г. Великие Луки Священник этого же прихода 3(10,7%) 12(44,4%) 1(12,5%) Священник другого прихода 2(7,1%) 2(7,4%) 4(50%) Дьякон этого же прихода 6(21,4%) 6(22,2%) -
Дьякон другого
прихода 1(3,6%) 0(0%) - Причетник этого же прихода 10(35,7%) 6(22,2%) 1(12,5%) Причетник другого прихода 6(21,4%) 1(3,7%) 2(25%) Всего 28(100%) 27(100%) 8(100%)
 
/>/>Источник: ГАПО Ф.39. Оп.1. Ед.хр.418. Л.2-114,121-238.
Из таблицы, видно, что дьяконское звание наследственнов менее чем четверти случаев. Таким образом, данные по Псковской епархии подтверждаютвывод А.В. Карасева, сделанный по результатам изучения структуры духовногосословия Тверской епархии, о том, что дьяконы являлись наиболее мобильнойгруппой внутри духовного сословия.[194]Большой процент дьяконских мест переходил к выходцам из причетнических семей(табл.5).
/>/> 
Таблица 5 Распределениедетей священно- и церковнослужителей внутри духовного сословия в 1789 г. (наматериале Великолукского и Холмского уездов)По происхождению Место в иерархии Всего Священники Дьяконы Причетники Сыновья священников 94 24 90 208 Сыновья дьяконов 3 13 19 35 Сыновья причетников 43 26 136 205 Всего 140 63 245 448
Источник: ГАПО Ф.39 Оп.1 Ед. хр.418 Л. 2-114, 121-238.
Из числа сыновей причетников 66,3% остались в той же страте, что и ихотцы, в то же время выходцы из семей дьячков и пономарей заняли треть всехсвященнических мест. Таким образом, священническое место имел шанс занятькаждый второй сын священника и в среднем каждый пятый сын причетника.Естественный прирост населения приводил к тому, в семьях священников появлялосьбольше сыновей, чем имелось священнических мест в приходах. Из табл.3 видно,что избыточных сыновей священников было 48,5% от их общего числа. Они неизбежнодолжны были оставаться на более низких ступенях социальной лестницы, чем ихотцы, вытесняя с них менее образованных и имеющих меньше прав на место в клиресыновей причетников.
Численность клира была привязана к количеству дворов вприходе. По штатам 1722 г., основанным на указе Синода от 10 августа, на приходот 100 до 150 дворов полагался 1 священник, от 200 до 250 — 2, при большемчисле дворов — 3. На каждого священника по штатам приходился 1 дьячок и 1пономарь. В 1768 г. было уточнено число дьяконов в приходах. В причте,состоявшем из 3-х священников, должно было быть 2 дьякона. В двуприходном храмеследовало быть 1 дьякону, так же как и в одноприходных, расположенных в“знатных местах” прежде всего городах и слободах.[195]По новым приходским штатам на приход до 150 дворов полагался один священник. Вприходе со 150-200 дворами их могло быть два, если один не справлялся свыполнением треб. На таких же условиях могло быть три священника вместоположенных двух в приходе с 250-300 дворами. Таким образом, новые штатыувеличивали приходы, сокращая при этом численный состав причта.[196]Указ “О неумножении сверх потребы священников и причетников при церквях”предоставлял право требовать второго (или третьего) священника прихожанами.Также они могли требовать замены старого (старше 60 лет) священника. Архиерейдолжен был рассматривать вопрос о целесообразности назначения дополнительногосвященника, лично свидетельствовать старых священников, которых желали заменитьприхожане, отбирать у непригодных к службе священников грамоты и запрещать импроизводить требы. Отставленным от должности священникам архиерей мог разрешитьслужить литургии.[197]
На примере Великолукского уезда возможно сопоставитьданные касающиеся изменений в числе приходских дворов и штатных мест в городскихи сельских приходах за 80-90-ые годы XVIII в.
Таблица 6 Число дворов в приходах Великолукского уездав 80-90-ые гг. XVIII в. 1782 г. 1789 г. 1797 г. Дворов д.м.п. Дворов д.м.п. Дворов д.м.п. г. Великие Луки 1303 4708 1112 4152 1352 4438 Великолукский уезд 5975 25094 6168 26505 6389 27383 Всего 7278 29802 7280 30657 7741 31821
Источники: РГИА Ф.796. Оп.64. Ед.хр.580. Л. 7; ГАПОФ.39. Оп.1. Ед.хр. 418. Л. 2-113; Ед.хр.420. Л. 1-114.

/>/>Таблица 7 />/>Числоштатных мест в приходах Великолукского уезда />/>в 80-90-ые гг.XVIIIв.Территория
1782 г.а 1789 г. 1797 г. Должности Должности Должности священников дьяконов причетников священников дьяконов причетников священников дьяконов причетников г. Великие Луки 17 7 26 21 9 26 20 9 26 Великолукский уезд 56 32 111 52 29 104 55 - 110 Всего 73 39 137 73 38 130 75 - 136
Источники: РГИА Ф.796. Оп.64. Ед.хр.580. Л. 7; ГАПОФ.39. Оп.1. Ед.хр. 418. Л. 2об-114;. Ед.хр.420 Л. 1об-114об.; Ед.хр.493. Л.121-142.
Примечание: а за 1782 год указано реальное,а не штатное число служителей церкви./>/>/>/>/>/>/>/> 2.2 Численность духовного сословия Псковской епархии ипричины ее изменения
псковская епархия духовная консистория
Изучать динамику численности служащих в приходах представителей духовногосословие целесообразнее по штатному расписанию, чем по их реальному числу, таккак на момент составления клировой ведомости или ревизской сказки определенныйпроцент мест оказывается вакантным. Назначение нового священно- илицерковнослужителя, учитывая необходимость сношения с консисторией иосвидетельствования кандидата, могло занять несколько месяцев.
Данные, приведенные в табл. 6-7, демонстрируют наличиенекоторых изменений в штатном расписании. В городе Великие Луки в 1783 г. кпричту одноприходной Покровской церкви добавлен дьякон.[198]Среди великолукских церквей, в конце 80-х — начале 90-х гг., было семьодноприходных, которые по числу приходских дворов могли стать двуприходными. Вдвух из них к 1797 г. был определен второй священник. К двуприходной церкви впогосте Горожаны, к которой было приписано свыше 400 дворов, так и не был, врассматриваемый период, определен третий священник. Новые дьяконские местамогли появляться, но достаточно редко. К середине 80-х гг. дьяконы уже былипрактически во всех приходах, кроме самых небольших от 40 до 90 дворов. Числодворов в них росло очень медленно, а временами и вовсе сокращалось.[199]В целом нельзя не согласиться с мнением Л.Ю. Зайцевой, исследовавшейданный вопрос на примере Южного Зауралья, что рост населения, неизбежно вызывалувеличение церковных штатов, что, в свою очередь, привело к преобладанию средицерквей двух — и трехприходных.[200] Но этотпроцесс, как видно из содержания табл.7, не был быстрым. Более того, в некоторыхприходах наблюдается сокращение числа штатных служителей церкви. Указомконсистории от 14 декабря 1789 г. двуприходная Преображенская церковь “замалоприходность” сделана одноприходной, что для этой церкви прошло сравнительнобезболезненно, т.к. в 1787 г. умер второй священник, а затем и его сын. Лишнихпричетников разослали: одного по делу в гражданское ведомство, другого причетникомв Невельский уезд.[201]
В этот же период в уезде упраздняются 2 из 53 приходовв погосте Детковичи и в селе Нестерово. Причина упразднения – крайне малоечисло приходских дворов. В селе Нестерово насчитывалось 12 дворов, в погостеДетковичи – 26. Два причетника из упраздненного в 1789 г. погоста былипереведены к расположенному неподалеку селу Ильинскому сверх штата, а священникна вакантное место в село Лукино. К 1797 г. приход в погосте Детковичи был открытвновь.[202]
Самым серьезным шагом архиепископа Иннокентия вотношении приведения в соответствие числа штатного духовенства и приходскихдворов было сокращение действующих псковских церквей в 1786 г. Малочисленныеприходы, несмотря на получаемую причтом ругу, не могли обеспечить, по мнениюархиерея, достойное существование клира и поддержание в приличном состояниисамих храмов. На 1786 г. в Пскове состояло 56 приходских церквей:Петропавловский собор, 38 штатных церквей, 15 упраздненных монастырей и дваштатных женских монастыря. Псковский архиерей рассудил, что целесообразно будетоставить 17 церквей, считая церкви при женских монастырях. К четырем бывшиммонастырским церквам, а на 1786 г. приходским, расположенным в псковскихслободах Никитской с Поля, Алексеевской с Поля, Богословской с Мишариной Горы иКлиментовской с Завеличья было приписано по одной штатной, то есть получающейругу, церкви. Священники и причт этих церквей должны были отправлять богослуженияв своей церкви и приписной попеременно или в той «где больше будеттребовать нужда». Две слободские церкви: Дмитриевская с Поля и Царяконстантиновскаяне претерпели каких-либо изменений в своем статусе. К одиннадцати оставшимсяцерквям прибавили по одной приписной бесприходной (за исключением Варваринской)церкви. Пять из них: Пароменская с Завеличья, Николаевская со Усохи,Богоявленская с Запсковья, Космодемьяновская с Запсковья и Покровская от Торгубыли объявлены двуприходными. К ним также было приписано еще по одной штатнойцеркви с условием, что священники пяти приписанных церквей будут по-прежнемуполучать штатное жалование и платы за духовные требы. Духовская церковьоставалась по-прежнему в ведении семинарии. (см. приложение 3) Таким образом,без мест остались священно- и церковнослужители только 18 церквей, приходыкоторых были поделены между 11 оставшимися городскими церквами.[203]Только в 9 из 18 упраздненных церквей по сведениям, взятым из записок АнисимаНегоновского, по штатному расписанию полагалось быть 12 священникам, 3 дьяконами 21 причетнику.[204] Присопоставлении численности белого духовенства Пскова до и после упраздненияцерквей в 1786 г. выясняется, что количество священно — и церковнослужительскихмест сократилось примерно вдвое (табл.8).

/>/>/>/>Таблица8 />/>/>/>Численность духовенства г. Пскова />/>/>/>в 70-90-х гг. XVIII в.Годы Церквей В них Священников Дьяконов Причетников Всего служителей церкви 1772 г. 63 - - - 173 1782 г. 63 66 8 151 225 1797 г. 20 33 13 54 100 1800 г. 20 34 13 53 100 /> /> /> /> /> /> />
Источник: РГИА Ф.796. Оп.64. Ед.хр.580. Л. 66; РГИАФ.796. Оп.54. Ед.хр.140. Л. 21об.; ГАПО Ф.39. Оп.1. Ед.хр.1083. Л. 113об-163;ПГОИАХМЗ. Древлехранилище. Ф.ПДК. Ед.хр.325/49 Л. 1-60.
В 70-е – начале 80-х гг. XVIII в.наблюдается увеличение численности псковского духовенства. Вероятнее всего этосвязано с учреждением наместничества с центром в Пскове. Увеличилось числодворян, находящихся в гражданской службе, оживилась экономическая жизньнаселения. Служители церкви получили возможность за плату проводитьбогослужения в церквях, не имевших штатного клира.[205]Частично, как отмечалось выше, пополнение состава духовенства Псковаосуществлялось за счет выходцев из уездов. После 1786 г. начался обратныйпроцесс.
Вполне вероятно, что подобная мера была предпринята нетолько в целях упрочения материального положения городского духовенства, норади восполнения возникшего дефицита духовенства в уездах. В 1784 г. в штате313 церквей епархии состояло 1197 служителей церкви вместо 1455 положенных поштатам. Недоставало 29 священников, 68 диаконов и 131 причетника.[206]Таким образом, благодаря рассылке псковского духовенства проблема некомплекта внекоторой степени разрешилась. Можно утверждать, что Иннокентий (Нечаев) в этомслучае действовал сообразно замыслам светской власти. Правительство Екатерины IIпредлагало Синоду перераспределить приходы внутри епархий.[207]
Возникает вопрос, почему, несмотря на жесткие штаты, на крайненезначительный рост числа новых вакансий не возник переизбыток претендентов наних? Подобная ситуация могла сложиться только благодаря постоянному оттокупредставителей духовенства в другие сословия и закрытости сословия на входе.
Выход из сословия мог осуществляться двумя путями.Насильственный путь подразумевал перевод в податные сословия представителейнизшего духовенства в ходе «разборов», а также перевод их награжданскую и военную службу. Ненасильственный основывался на добровольностиперехода в иные сословия в поисках лучшей доли.[208]Особенностью подхода светской власти к вопросу о проведении разборовявляется его заинтересованность не столько в улучшении положения духовногосословия, сколько решением более актуальных для нее задач. Государствостремилось использовать излишек в духовном сословии для своих «военных иподатных целей».[209]Разбор1769 г. проводился, прежде всего, с целью пополнить армию. Предписывалось взятьна военную службу половину всех не служащих церковнослужителей, церковныхсторожей и их детей, а также четверть всех детей действительно служащегодуховенства в возрасте от 15 до 40 лет.[210] Разборпроизошел сразу после завершения процесса ревизионной переписи духовенства в1763-1768 гг. Новые штаты по результатам переписи еще не были определены, аразбор уже начался.[211]
После принятия штатов 1778 г. и проведения переписинаселения 1782-1783 гг. выяснилось, что 9548 священно — и церковнослужительскихмест вакантны. Государство, которое в 1775 г. провело губернскую реформу,нуждалось в образованных людях для заполнения мест в созданных им присутственныхместах. Где-либо, кроме духовного сословия этих людей взять было нельзя.Согласно совместному указу Сената и Синода, последовавшего в 1784 г., эти местазамещались священно- и церковнослужителями, которые с 1778 г. числилисьзаштатными, и сыновьями штатного духовенства.[212]В первую очередь администрация губерний и наместничеств нуждалась в семинаристах.Их переход по разрешению епархиальных архиереев начался еще в 70-е гг. Архиереине желали отдавать семинаристов из высших классов, а государственные чиновникиготовы были взять всех желающих. Из Киевской Академии наместник готов был взятьна службу даже неспособных к учению. Требовались также учителя в народныешколы. Постоянно обращались в Синод с требованием прислать семинаристов извысших классов медицинские школы и Московский университет.[213]По разбору семинаристы попадали на службу в наместническое правление, казеннуюпалату, уездные казначейства, городские правления, суды различных уровней, причем,по месту своего происхождения.[214] Еще доуказа 1784 г. Псковский архиерей отослал в распоряжение Псковскогонаместничества 48 семинаристов, а в июне 1784 г. потребовалось отослать еще 7.[215]Потери для семинарии выглядят весьма внушительно, если учесть, что численностьее семинаристов не превышала двух сотен.
Разбор 1784 г., помимо семинаристов, касался и другихкатегорий духовенства: излишних и находящихся в подозрении церковников,праздноживущих священно — и церковнослужительских сыновей старше 15 лет, положенныхв подушный оклад священников и их детей. Всего по разбору 1784 г. в Псковскойепархии выбыл из духовного сословия 261 человек. Еще 9 человек, подлежащихразбору, выбыло до выхода указа. Всего по Российской империи выбыло издуховного звания 32543 человека. Из 261 исключенного по разбору: 52 (20%)излишние и находящиеся под подозрением церковнослужители, 37 (14%) детидуховенства старше 15 лет, 112 (43%) детей выбывших по достижению ими на моментразбора 15 летнего возраста или вместе с отцами, церковников, положенных вподушный оклад и не имеющих положенного увольнения и их детей 54(21%) и 6семинаристов (2%).[216]Посвоему выбору они могли определяться в купечество, в цехи, в крестьянство илина военную службу. Учащиеся, за исключением направленных на гражданскую службусеминаристов, не подлежали разбору.[217]
В 1788 г., во время войн с Турцией и Швецией,государству понадобились люди для армии. Светской администрации в губернияхбыло предписано вновь переписать заштатных церковников в возрасте от 15 до 50лет и определить их в военную службу.[218]Влияниеразбора 1784 г. и призыва на военную службу 1788 г. на социальный составдуховенства можно по материалам ревизских сказок 5-й ревизии.
В Новоржевском уезде на 1782 г. по данным ревизских сказок насчитывалось879 лиц обоего пола, принадлежавших к духовному сословию. В период с 1782 по1795 гг. их число сократилось до 815 (табл.9).
/>/>/>/> 
Таблица 9 Численностьдуховного сословия в Новоржевском уезде в 1782-1795 гг.Состав 1782 г. 1795 г. Убыло % убыли Мужчины 372 365 7 2% Женщины 507 450 54 11,2% Всего 879 815 64 7,3%
Источник: ГАПО Ф.74 Оп.1. Ед.хр.493. Л. 45-117об.
За указанный выше период из числа духовенстваНоворжевского уезда выбыло 48 человек (13% от численности на 1782 г.) Из них поразбору 1784 г. 30 человек, в военную службу 11 человек (один — добровольно), 7детей указанных лиц и 3 человека были исключены по следственному делу. С нимивыбывали и экономически зависимые от них родственницы. Среди выбывшихпрактически не было действительно служивших церковников. В подушный оклад былположен только один дьячок. Один пономарь сам ушел на военную службу и один –был исключен по следственному делу. Выбывали из сословия в основном сироты, несумевшие приискать себе места. Таковых было 24 человека (50% от числавыбывших). Сыновей служивших на момент исключения причетников было 9, диаконов– 5 и сыновей священников – 7. Поскольку исключались из сословия в основноммолодые холостяки, то для лиц духовного звания, особенно причетников, резкосократилась возможность выдать в замуж дочерей. В результате вынужденноенарушение замкнутости духовного сословия на выходе. В 1782-1795 гг. было выданозамуж 33 дочери священников, из них за лиц не духовного звания только 2 (задворового человека и за коллежского регистратора), а из 25 выданных замуждочерей причетников 9 (44%) оказались вне своего сословия. За мещан было выдано4 девицы, за купца –1, за сержанта – 1, за крестьян – 2, за дворового человека–1.[219] Вгородах, где перспективы выгодно выдать дочь за представителя иного сословиябыли выше, межсословные браки практиковались еще чаще. Из 14 выданных взамужество девушек, принадлежащих к семьям духовенства г. Великие Луки, впериод между 4-й и 5-й ревизиями за лиц духовного звания выдано было только 4,остальные за купцов(2), за ямщиков(2), за чиновников(2), за отставных ислужащих военных нижних чинов(3) и за мещанина(1).[220]Духовное сословие несло ощутимые демографические потери, посколькулишалось своих способных к деторождению представителей, но, тем не менее,постепенно восстанавливало свою прежнюю численность. Как показала ревизия,среди духовенства Новоржевского уезда вновь появились безместные молодые люди ввозрасте от 15 до 23 лет: 10 сыновей причетников, 1 сын диакона и 6 сыновейсвященников.[221]
В 1796 г. последовал еще один разбор, в ходе которогов военную службу брали подозрительных и безместных церковников, тупых и дурногоповедения семинаристов и праздноживущих детей духовенства не моложе 15 лет.[222]Всего по данным 5-й ревизии в Псковской епархии значилось 119 заштатныхцерковников, в основном находящихся на пропитании родственников. Из их числа вгражданское ведомство было отправлено 4 человека. Из числившихся по ревизскимсказкам 145 безместных священно — и церковнослужительских детей в военнуюслужбу был отослан 101 человек, 42 успели получить место в причте, и 2 умерло.К моменту разбора «приспело» в 15-и летний возраст 111 человек. Изних 39 отправлено в военную службу, а 72 получили места в причте. В военнуюслужбу отправили также 5-х церковников, «опорочивших состояние» и 17исключенных семинаристов. Таким образом, из духовного сословия в Псковскойепархии выбыло 166 человек и 3 находились в бегах. Из 162 отправленных ввоенную службу Псковское и Лифляндское губернские правление вернула 52 исключенных,ввиду их неспособности быть солдатами по болезни.[223]Цель данного разбора одна – заставить безместных представителей духовногосословия служить «по примеру древних левитов, которые на защиту отечествавооружались».[224]Политика Екатерины II в этом вопросе может быть рассмотрена не только какпопытка удовлетворить потребности государства в военных и чиновниках, за счет духовенства,но и как система мер, попутно направленная на улучшение положения духовенства.Разбор 1784 г. был по форме своего проведения чрезвычайно либерален в сравнениисо всеми остальными. Чиновничья служба, на которую при Екатерине IIмогли переводиться дети духовенства, была желанна для многих безместных лиц,принадлежащих к духовному сословию. Чиновничье жалование было более высоким,чем жалование консисторских служителей, открывалась возможность сделатьуспешную карьеру, особенно после указа 1790 г., согласно которому выходцы из духовногосословия за 4 года службы получали чин коллежского регистратора. В результатегубернское начальство не испытывало недостатка в желающих перейти из духовногосословия в чиновники.[225]ПавелI запретив выход из духовного сословия, сделалнеизбежным появление в нем лишних людей, а, следовательно, и новые разборы.[226]Вместе с тем Павел попытался улучшить благосостояние белого духовенства иподтвердил действовавший порядок наследования приходов.[227]Возможно, с помощью этих мер он пытался побудить духовное сословие заполнитьвакантные места.
Вопрос о причинах наличия вакантных мест являетсяодним из самых непростых. С одной стороны в епархиях имелись вакантные места.«Хронический» недокомплект составлял по подсчетам В.Н. Асочаковой 30%на всем протяжении последней трети XVIII в.[228]В Псковской епархии на 1784 год оставались незамещенными 258(17,7%)штатных мест.[229]Иэто несмотря на ужесточение штатных рамок в 1778 г. На примере Олонецкойепархии видно, что количество «праздных» мест выросло с 26 в 1774 г.до 44 в 1779 г. К 1788 г. оно сокращается до 9.[230]С другой стороны, в епархии, как показывают материалы разборов,значительно число живущих при отцах взрослых сыновей.
По материалам клировых ведомостей и ревизских сказокможно выделить среди приходов Псковской епархии несколько приходов, в которыхвакансии не замещались в течение длительного времени. Например, в селе Посадниково,в 13 верстах от г. Новоржева, при одноприходной церкви (приход 74 двора) служилс 1777 г. священник Андрей Ефремов. Ревизские сказки в период с 1782 по 1795гг. не отмечают наличия при этой церкви положенного числа причетников.Наследник прихода старший сын служил с 1780 г. дьячком в г.Риге. В клировойведомости за 1790 г. отмечено, что причетников при церкви не имеется, а“отправляют в служении оной госпожи Ульяны Яковлевны Ланской дворовые люди”.[231]Интересен также пример села Сторожня. В этом селе с 1760 по 1794 гг.священником был Петр Корнилов, при котором диаконом служил в 1778-1794 гг. егосын Стефан Петров. До 1789 г. при этом же приходе жил пономарь Егор Иванов ссемейством. Потом семейство пономаря перевелось в другой приход. При священникепо штатному расписанию полагалось два причетника, что не наблюдалось с 1790 по1794 гг. В 1794 г. умирает священник Петр и место наследуется его сыном. В своюочередь, Стефан Петров забирает из семинарии своего старшего десятилетнего сынаАлексея, и тот становиться пономарем при отце.[232]Примерно также закрепили за своей семьей с 1780 г. и по меньшей мере до1793 г. Ваулинский приход священник Авраам Лукин и его сын дьячок Матфей Авраамов.[233]Подобные примеры для 90-х гг. не характерны, но сам факт их наличиясвидетельствует о возможности образования вакантных мест в причте именно такимискусственным способом. В небольших приходах семьи священников, используя свои«владельческие» права на приход и, возможно, пользуясь поддержкой состороны прихожан, могли регулировать численность клира в рамках верхних границштатов, руководствуясь исключительно собственными потребностями. В этом изаключается, может быть, не единственная, но наиболее очевидная причинавозникновения «праздных» мест при избытке безместных лиц духовногозвания в епархии.
Государственная политика по отношению к Православнойцеркви во второй половине века обусловила не только юридическое оформление духовенствав сословие, но его замкнутость. Особую роль в этом процессе сыграли четыререформы: 1) ограничение доступа и свободного выхода из состава сословия; 2)стеснение права прихожан выбирать клир; 3) требование иметь духовноеобразование для поступления на духовную службу; 4) узаконение практики наследованияцерковных мест.[234]
На примере Псковской епархии видно, что случаипроникновения представителей иных сословий в белое духовенство являются крайнередкими. До секуляризационных процессов 1764 г. духовное сословие епархии активнопополняло ряды духовенства выходцами из монастырских служителей, которымимногочисленные обители заполняли «праздные» места в приходах,расположенных на территории их вотчин. В 1783 г. среди служителей церкви ипевчих в епархии их насчитывался 41 человек, то есть чуть больше 3% от общегочисла белого духовенства епархии.[235]Ввидуотобрания у монастырей их вотчин приток в духовную среду монастырскихслужителей прекратился. Уникален случай с крестьянским сыном АникитойЯковлевым, чухонцем по этнической принадлежности. В 1761 г. псковский архиерейГедеон взял его на обучение в семинарию “по надобности православных чухон, неразумевших российского языка, находящихся более в Псковоградской окружности приЛифляндской границе”. В том приходе, куда спустя 13 лет назначили священникаАникиту Яковлева, половина чухонцев не понимала русского языка.[236]Имело место несколько случаев возвращения в духовное звание сыновейцерковников, ранее положенных в подушный оклад.[237]Таким образом, с 1764 г. белое духовенство Псковской епархии становитсяабсолютно закрытым для выходцев из податных сословий. В духовное сословие невключались и приемные дети духовных особ.[238]
Единственным путем проникновения представителейподатных сословий, и то не всех в духовное сословие оставалось во второйполовине века принятие монашества. Несмотря на закрытие ряда монастырей епархиив ее пределах сохранилось к концу века достаточно большое число обителей – 10штатных (из них 3 девичьи) и 2 заштатных. Представители черного духовенствачислились также за Архиерейским домом. Правда, в 1800 г. из состава Псковскойепархии была изъята и причислена к приорству ордена святого ИоаннаИерусалимского Никандрова пустынь.[239]
Штаты 1764 г. четко определили количество мест примонастырях и архиерейских домах в зависимости от их класса. При Псковском архиерейскомдоме 2-го класса должно было состоять в братии 12 человек, при мужскихмонастырях 2-го класса и женских 2-го и 3-го классов полагалось быть по 17человек. В мужских третьеклассных обителях – 12.[240]На деле эти штатные места не замещались полностью (табл.10).
/>/>/>/>Таблица10 Численность монашествующих ибельцов в монастырях Псковской епархии в 1804 г.
/>/>/>/>Монастырь Класс Число штатных мест Занято штатных мест Монашествующих Послушников, бельцов и белиц Архиерейский дом. 2 12 8 5 3 Псковопечерский муж. 2 17 8 5 3 Иоаннопредтеченский дев. 2 17 15 5 10 Старовознесенский дев. 2 17 8 4 4 Великолукский Вознесенский дев. 3 17 27 9 18 Снетогорский муж. 3 12 8 3 5 Спасо-Мирожский муж. 3 12 11 4 7 Святогорский муж. 3 12 10 5 5 Святовеликопустынский муж. 3 12 3 3 - Торопецкий Небин муж. 3 12 11 2 9 Великолукский Троицкий Сергиев муж. 3 12 9 7 2 Крыпецкий муж. - - 12 7 5 Всего 152 130 59 71
Источник: ГАПО Ф. 39. Оп. 2. Ед.хр.501. Л. 2-79
Таким образом, штаты монастырей поепархии были заполнены только на 77%. Сокращение в епархии числа монастырей немогло повлечь за собой сильного переполнения штатных монастырей. Еще наканунепотери вотчин в 1764 г. число монахов в монастырях епархии не былозначительным: Снетогорский монастырь – 9 монашествующих; Спасо-Великопустынский– 7; Спасо-Мирожский – 9; Крыпецкий – 5; Иоанно – Златоустовский – 4; Любятовский.[241]Невелико было и число монахинь. Из 15 девичьих монастырей епархии в 1743 г.девять насчитывали от 1-4 монахинь, остальные от 5 до 7.[242]После реформы выявилось стремление настоятелей не доводить число монашествующихдо штатного числа и в результате к 1771 г. количество праздных монашескихвакансий достигло в Российской империи 527.[243]
До реформы 1764 г. состав братиимонастырей был более однороден, чем в послереформенный период, так как одной изфункций монастырей стало содержание в братстве вдового духовенства. Принятые вчисло братства бельцы вовсе не обязательно переходили потом в разряд черногодуховенства. Всего на 1804 г. в мужских монастырях находилось 13 священников и6 диаконов. Большая часть из них попала в монастырь по собственной воле, ачасть по принуждению консистории в целях наказания. Монашествующих в мужскихмонастырях насчитывалось 40 человек: 6 настоятелей, 21 иеромонах, 7иеродиаконов и 6 монахов. При монастырях находилось также 18 послушников. Посвоему происхождению послушники были в основном детьми духовных лиц – 14(88%)из 16, чье происхождение можно установить, остальные бывшие солдаты. Измонашествующих детьми причетников были 13(33%) человек, детьмисвященнослужителей – 9(23%), монастырский служитель получивший место в причте–1(3%). Таким образом, 59% черного духовенства происходила из духовногосословия. Остальные чернецы были выходцами из купеческих (6), дворянских (3),отпущенных на волю господских людей (2), однодворческой и мещанской семей. Двоепришли в монастырь из после военной службы.[244]
В девичьих монастырях проживало 40человек. Из них 17 монахинь и 33 белицы. Происходили они в основном издуховного сословия(11), дворян(19), мещан(4), купеческих(5) и солдатскихсемей(7). Две белицы происходили из семей крестьян, и одна была дворовойдевкой. В отличие от мужских монастырей женские были гораздо менее связаны сосредой белого духовенства.[245]
Отнюдь не все вдовые священникистремились попасть на монастырское содержание. Многие предпочитали продолжатьслужбу и кормить семью. В Новоржевском уезде за период с 1782 по 1795 гг.отмечено 5 случаев ухода в монастырь вдовых священников, в тоже время поклировым ведомостям 1788 г. в уезде числилось 12 вдовых священнослужителей ввозрасте от 40 до 64 лет.[246]Имелиместо и случаи возвращения бельцов, добровольно выбравших жизнь в монастыре,обратно в мир. Проведя в монастыре два года, пожилой священник Михаил Лукин попричине старости и болезней попросился домой на содержание сына, который к томувремени стал священником вместо него. Консистория дозволила ему вернуться ксыну и жене.[247]
Основным результатом политикиправительства, на наш взгляд, следует признать, отмеченное в литературесокращение удельного веса духовного сословия в структуре населения Российскойимперии.[248]Государствуудалось, периодически проводя разборы, на несколько десятков лет законсервироватьчисленность духовного сословия. Жесткие штаты 1778 г., с одной стороны, непозволяли увеличивать число служителей церкви пропорционально возрастающему числуприхожан, но с другой стороны давали возможность самим прихожанам самим решатьвопрос о целесообразности увеличения причта. Вместе с тем оно фактическисохранило и закрепило стихийно сложившийся в духовном сословии порядокнаследования мест в причте, ликвидировало возможность прихожан выбирать клир изакрыло доступ в сословие выходцам из податных групп населения. Результатомтакой государственной политики стало отсутствие конкуренции для сыновейсвященников и образование незамещенных вакансий, которые священники придерживалидля членов своих семей. Белое духовенство разделилось на две группы, принадлежностьк которым передавалась в большинстве случаев по наследству: священнослужителейи церковнослужителей. В ходе разборов чаще выбывали из сословия дети церковнослужителей,а освободившиеся церковнослужительские места зачастую переходили в рукисвященнических сыновей. Белое духовенства города и уезда к концу века такжеоказалось в значительной степени обособленным друг от друга. В городах созначительным числом храмов обычай передавать место в причте по наследству конкурировалс правом получения места по распоряжению епархиального начальства.
Открытость духовного сословия навыходе, характерная для периода правления Екатерины II способствовала возникновению родственных связей спредставителями других сословий, прежде всего с городскими жителями: мелкимигражданскими чиновниками, купцами, отставными военными, мещанами и ямщиками.
Открывается возможность доступа вмонастырь для представителей белого духовенства, в том числе и для сыновейпричетников. Разделенные ранее на обособленные группы обитатели монастырей,объединяются в более крупные и более разнородные по социальному составубратства.

/>/>/>/>/>/>/>/>Глава 3. Духовное образование в Псковскойепархии/>/>/>/>/>/>/>/> 3.1 Уровень профессиональной подготовки духовенстваПсковской епархии
По свидетельству современников и мнению большинстваисследователей состояние духовного образования в России и, соответственно,уровень профессиональной подготовки служителей церкви не соответствовал сложностивозложенных на духовное сословие задач. Просвещенные современники смотрели надуховных лиц как на “представителей невежества и суеверия”, и гордясь своейпричастностью к новейшей западной философии, избегали общения с “защитникамирутины”.[249]Признаваяналичие среди высших иерархов “весьма просвещенных и развитых” людей,английский путешественник Уильям Кокс, посетивший Россию в 1778 г., оценилуровень умственного развития основной части духовенства как “крайне неудовлетворительный”.По его свидетельству значительная часть приходских священников была просто не всостоянии прочесть Евангелие, отчего они “служили и говорили проповеди напамять”. За 56 месяцев пребывания в столице России английский путешественник ниразу не встретился в светских гостиных с представителями духовного сословия,что было воспринято им как показатель их “грубости и неотесанности”,закрывающей путь в “образованное общество”.[250]Псковскийархиерей Иннокентий (Нечаев) отмечал, что часть его подчиненных, совершаятайны, не понимает их значения. “Как слепой может показать прямой путь другому:как сам незнающий может научить иного...”, — обрушивается он на необразованныхпастырей.[251]
Одной из главных причин необразованности духовенства, исследователи исовременники полагали неудовлетворительное состояние духовных учебных заведенийв России. Инструкция Комиссии церковных имениях 1762 г. отметила следующиепроблемы в системе духовного образования:
- Бедное содержание архиерейскихсеминарий;
- Незначительное количествообучающихся в них “достойных и надежных” семинаристов;
- Недостаточный уровень подготовкиучителей латинского и греческого языка;
- Отсутствие в программе обучения“философских и нравоучительных” наук, церковной и гражданской истории,географии;
- Принудительный порядок набора всеминарию.[252]
Ряд недостатков в системе духовного образования,вытекающих из этих проблем, отмечали и историки церкви. Среди них “жалкое, даженищенское” содержание учеников, особенно находящихся на своем коште, а такженевысокий уровень оплаты семинарских преподавателей, что приводило к отсутствиюдолжного количества подготовленных преподавателей, вынужденному совмещениюодним учителем 2-3 должностей.[253]Крайненизко оценивал уровень подготовки семинарских преподавателей Н.М. Никольский.[254]Сходную оценку профессиональной подготовке преподавательского состава духовныхучебных заведений давал А.В. Карташев.[255]
В царствования Екатерины II и Павла Iгосударственная власть не раз предпринимала попытки поднять уровень духовногообразования. Во-первых, во второй половине XVIII в. дваждыувеличивалась сумма, ежегодно выделяемая из казны на содержание духовных школ.В 1763 г. она составляла 40000 руб., в 1784 г. повысилась до 77500 руб., в 1797г. Павел I увеличил ее до 142000, а в 1800 г. довел до 181931руб. Изменилось и место данной статьи расходов в рамках общей суммы штатныхрасходов казны на духовное ведомство. Если в начале царствования Екатерины IIдоля расходов на образование духовенства составляла менее 9%, то к концу векадостигла почти 19% от всей суммы государственных расходов на нужды церкви.[256]В годы царствования Павла I, даже учитывая возросшее числодуховных учебных заведений в стране, можно говорить об увеличении денежной суммыполучаемой на содержание каждой семинарией минимум на 1/3. Так, согласно“Росписи сумм, назначаемых в прибавку на содержание духовных училищ и на другиерасходы до духовного чина относящиеся” от декабря 1797 г. псковская семинариястала получать годовое содержание в 3500 руб., что было на 1500 руб. большеполучаемой ранее суммы.[257]Крометого, казна в 1798 и 1799 гг. ассигновала средства на постройку новых иисправление старых семинарских зданий в некоторых епархиях. Например, псковскаясеминария согласно своему запросу получила по указу Синода 4000 руб. “напостроение вновь флигеля, в котором бы было до 10 покоев”, а также бани идругие помещений.[258]
Во-вторых, одновременно с увеличением числа духовныхшкол, блестящая плеяда образованных архиереев-великороссов, среди которыхнаибольшую известность получили Платон (Левшин) митрополит московский и Гавриил(Петров) митрополит санкт-петербургский, поощряемые императрицей, попыталисьулучшить качество духовного образования. Одним из основных достижений новогоподхода к организации духовного образования, который А.В. Карташев назвал“великорусским “модернизмом”, стало преподавание таких сложнейших дисциплин какбогословие и философия не на латыни, а на русском языке. В качестве учебника побогословию отныне стал использоваться курс богословия Платона (Левшина).[259]Богословие стало преподаваться во всех семинариях. Семинаристампредоставлялась возможность овладеть не только латынью, но и греческим,еврейским, немецким и французским (до 1794 г.) языками. Русская риторикаизучалась семинаристами по пособию, составленному М.В. Ломоносовым. Повсеместнораспространялись такие предметы, вытеснявшие схоластику, как география, история,физика и отчасти метафизика.[260]
Наиболее серьезные изменения в этом направлениипроизошли в 80-е гг. Церковные и светские власти осознали необходимостьобучения приходского духовенства читать книги и документы гражданской печати. Сэтой целью по епархиям согласно указу Синода были разосланы экземпляры азбукигражданской печати, которые следовало раздать духовенству. Польза длягосударства от этого мероприятия очевидна: священник во многих населенныхпунктах был единственным человеком способным прочесть крестьянам указ илиманифест.[261]В1784 г. Екатерина II, одновременно с увеличением ассигнований насодержание духовных учебных заведений, внесла первое серьезное изменение всистему преподаваемых в семинариях дисциплин. Подписанный ею именной указгласил: “… снабдив Семинарии, по Епархиям заведенные, достаточною насодержание их суммою, Мы совершенно уверены, что Епархиальные Архиереи приложатвсемерное старание о распространении в сих училищах всех тех знаний, кои дляпросвещения собственно и особливо духовного чина нужны и полезны, из числаязыков греческий предпочтительнее других в оных преподаваем быть долженствует,как в рассуждении, что книги священные и учителей Православной Нашей Грекороссийскойцеркви на нем писаны, так и потому, что знание сего языка многим другим наукампособствует.” Епархиальным архиереям предписывалось завести греческие классы втех семинариях, где их еще не существовало. В них учащиеся должны были учитьсяне только читать по-гречески, но также писать, переводить и свободно говорить.[262]Исходя из вышеуказанных соображений, императрица обязала Синод по прошествиютрех лет следить за тем, чтобы в замещении вакантных священнослужительских местпреимущество имели лица в совершенстве владеющие греческим языком. Создание вРоссии системы народных училищ весьма ускорило процесс “модернизации” программыдуховных учебных заведений. Именно у них церковь стремиться заимствоватьметодику преподавания некоторых новых для нее дисциплин. Согласно определениюСинода от 1785 г. семинарии и училища следовало снабжать переплетеннымивыписками из “наставления, данного от комиссии об установлении народных училищучителям французского и немецкого языков в воспитательное общество благородныхдевиц” и копиями с “устава, по которому все чины, к главному народному училищупринадлежащие поступать должны”. От епархиальных архиереев требовалось, отобравнескольких семинаристов, способных быть учителями, отправить их в народныеучилища, “… чтобы они самым опытом порядок и употребление изображенных в томустановлении правил познали ”. По возвращению из народных училищ, семинаристыдолжны были предъявить архиерею полученные ими там аттестаты. Предполагалось,что приобретенные таким образом знания и умения, начинающие преподавателисперва применят в низших, а потом и высших классах. Кроме того, каждое духовноеучебное заведение получало комплект современных учебных пособий, в которыйвошли:
- “Таблицы для складов печатицерковной, гражданской и рукописной, служащие к совокупному наставлению”/>/>/>/>;
- “Таблицы азбучныя ручныя печатицерковной и гражданской”;
- “Российский букварь”;
- “Правила для учащихся”;
- “Руководство по чистописанию”;
- “Катехизис сокращенный без вопросов,ученический”;
- “Катехизис сокращенный свопросами, учительский”;
- “Арифметика” в 2-х частях;
- “Книга о должностях человека игражданина без вопросов, ученическая”/>/>/>/>;
- “Книга о должностях человека игражданина с вопросами, учительская”;
- прописи;
- “Руководство учителям 1-го и 2-гоклассов”;
- “Пространный катехизис”;
- “Изъяснения воскресных ипраздничных евангелий”;
- “Священная история”;
- “Физика”;
- “Механика”.
Каждое из этих пособий следовало прислать по триэкземпляра на учебное заведение.[263]Последовавшие в 1786 г. императорский указ и синодальное распоряжениерегламентировали порядок присылки семинаристов в петербургское главное народноеучилище. Их должно было быть 40 человек из близлежащих епархий (в том числе 3из Псковской епархии). На перенимание опыта им отводилось 3 месяца, очевидно, стем расчетом, чтобы в сентябре они могли приступить к занятиям в своихсеминариях.[264] Логическимзавершением этого начинания стал проект митрополита Гавриила (Петрова),согласно которому, Петербургская семинария преобразовывалась в 1788 г. пообразцу недавно открытой учительской семинарии в Александро-Невскую главнуюсеминарию, призванную готовить педагогические кадры для остальных духовныхсеминарий. Епархиальные архиереи должны были ежегодно присылать на обучение вглавную семинарию 1-2 семинаристов.[265]
Несмотря на увеличение расходов связанных ссодержанием семинарии практически не изменились качественные и количественныехарактеристики их преподавательского состава. В 1789 г. преподавательскийсостав Псковской семинарии, помимо ректора и префекта, насчитывал всего четыречеловека (табл.11).
/>/>/>/> 
Таблица 11 ПреподавателиПсковской духовной семинарии в 1789 г.Преподаватель Класс, преподаваемые предметы Образование Годы Возраст Общий стаж преподавания Николай Плюшевский Риторика, поэзия, немецкий язык, история. Псковская семинария, Троицкая семинария 25 4
Михаил
Меншиков Высший грамматический класс, география Псковская семинария 26 5 Варфоломей Белявский Низший грамматический класс, арифметика Псковская семинария, Петербургская учительская семинария 28 6
Федор
Быстрицкий Информатория, сиротская школа Псковская семинария 24 4
/>/>/>/>Источник: РГИА. Ф.796. Оп.71. Ед.хр.417. Л. 468об-470.
По традиции преподавателем богословиябыл ректор семинарии, преподавателем в классе философии – префект.[266]В 1793 г. к прежнему числу учителей был добавлен преподаватель философии, не являющийсяпрефектом (табл.12).
/>/>/>/> 
Таблица 12 />/>/>/>Преподаватели Псковской духовной семинарии в 1793 г.Преподаватель
/>/>/>/>Класс, предметы Образование Годы Возраст Общий стаж преподавания Стефан Попов Философия, немецкий язык Псковская семинария, Александро-Невская семинария 25 3
Григорий
Перстинский Риторика, поэзия, Псковская семинария, Александро-Невская семинария 24 2
Федор
Быстрицкий Высший грамматический класс, география и история Псковская семинария 27 8 Ефим Колобов Низший грамматический класс и арифметика Псковская семинария 25 3 Борис Лавров Информатория, сиротская школа Псковская семинария 22 1 Источник: РГИА Ф.796. Оп.74. Ед.хр.571. Л.2об-4
Соответственно, в число учителей семинарии входил 5бельцов и 1 представитель черного духовенства (преподаватель богословия).Обращает на себя внимание тот факт, что все преподаватели – бельцы молоды и неженаты.Все они приступили к преподавательской работе сразу по окончанию собственногообучения. Обучение будущих преподавателей в лучших учебных заведениях страныносило явно целевой характер. Прохождение подготовки в этих учебных заведениях,позволяло бельцам занимать преподавательские должности, требующие достаточновысокого уровня подготовки сразу по окончанию учебы. Интересно, чтоединственный из преподавателей, окончивших Петербургскую учительскую семинарию– Варфоломей Белявский, прежде чем начать преподавать в Псковской семинарии, 4года был второклассным народным учителем в Санкт-Петербурге и Кронштате.[267]Преподавательский состав постоянно обновлялся. К 1797 г. из семинарии ушлиГригорий Перстинский и Федор Быстрицкий.[268]Остальные учителя переходили вместе с семинаристами в новый класс и преподавалиим новые предметы. Отсутствие специализации в преподавании весьма сложныхпредметов и непродолжительность срока работы в семинарии не давали возможностисоздать в епархии коллектив учителей-профессионалов, способных постоянносовершенствовать методику преподавания и собственные знания в рамкахпреподаваемой дисциплины. Отток преподавательских кадров из семинарии былсвязан, прежде всего, с уровнем материального обеспечения учителей, причем вПсковской семинарии он был одним из самых высоких по стране. Учительинформатории получал в 1785-1799 гг. годового жалования 50 руб., низшегограмматического класса — 80 руб., высшего грамматического — 100 руб., риторики- 120 руб.[269] П.В.Знаменский полагал, что семинарским учителям выгоднее было принять приход илиуйти в монастырь.[270]Распространенная в епархии практика в целом подтверждает данный вывод: бывшиесеминарские учителя занимали священнические места в самых престижных церквяхПскова. Таким образом, приходящие в семинарию учителя изначально рассматривалипреподавательскую деятельность как временное занятие, позволяющее быстродостигнуть более высокого положения в епархии.
Руководство семинарией, по-прежнему, осуществлялипредставители черного духовенства. Во второй половине XVIII в.должность ректора замещали:
- Архимандрит Святогорскогомонастыря Дорофей. В 1768 г. был переведен в Новгородскую семинарию.
- Игумен Спасо-Мирожскогомонастыря Стефан (до 1774 г.).
- Игумен Спасо-Мирожского, авпоследствии архимандрит Псково-Печерского монастыря Варлаам. 1774-1792 гг.
- АрхимандритПсково-Печерского монастыря Петр. 1792-1799 гг.
- АрхимандритПсково-Печерского монастыря Венедикт. С 1799 г.[271]
Об уровне образованности и профессиональной подготовкипреподавателей богословия в духовных семинариях в конце века можно судить напримере архимандрита Венедикта. Он кончил полный курс семинарского образования,изучив, сверх того греческий и еврейский языки. Ранее он преподавал вНовоторжской гимназии, Тверской и Псковской семинариях в классах поэзии,риторики и философии. К моменту вступления в должность ректора, егопедагогический стаж составлял 17 лет.[272]
Префект семинарии, как правило, одновременно являлся ипреподавателем в классе философии. Префектами Псковской семинарии во второйполовине XVIII в. были:
- Игумен Спасо-Мирожского монастыря Стефан.1766-1774 гг.
- Игумен Спасо-Мирожского монастыряВарлаам. 1774 г.
- Игумен Спасо-Мирожского монастыряИустин. 1778-1784 гг.
- Игумен Спасо-Мирожского монастыряАдриан, 1784-1786 гг. (лишен должности за “худое” поведение).
- Игумен Спасо-Мирожского монастыряВенедикт. 1786-1791 гг.
- Вновь Адриан. 1791-не далее 1793гг.
- Игумен Спасо-Мирожского монастыряИсаия. Не позднее 1793-1796 гг./>/>/>/>/>
- Вновь Венедикт. 1796-1799 гг.
К концу века отказ ректора от преподавательскойдеятельности становится в Псковской семинарии обычным явлением. Так в 1789 г.вместо ректора вел богословие заштатный игумен Адриан. Начиная с 1796 г. богословиевел префект семинарии Венедикт, который сам, будучи ректором, отказался вестиэтот класс с 1803 г. Игумен Адриан (Агафон Мутовозов, сын сторожа) 1781 г., ещенаходясь в сане иеромонаха вел философию вместо ректора Варлаама. Основаниемдля его определения на эту ответственную должность может служить тот факт, чтов 1770-1774 гг. Агафон Мутовозов обучался в одном из лучших духовных учебныхзаведений России – Троицкой семинарии. В результате в семинарии могла сложитьсяситуация напоминающая следующую: в1793 г. префект Исаия вел богословие заректора Петра, а философию вел за него белец Стефан Попов. Это один из первыхсеминаристов, отправленных доучиваться в Санкт-Петербургскую Александро-Невскуюсеминарию (с октября 1788 г. до октября 1791 г.), после чего два года преподавалв своей семинарии риторику, поэзию и немецкий язык.[273]
Сложившаяся в Псковской семинарии традиция оставлятьпреподавание богословия и философии за настоятелями крупных монастырей объясняетсякак скудным материальным обеспечением духовного образования, так общейзакономерностью продвижения по лестнице церковной иерархии. С одной стороны,префект и ректор, будучи монахами, за свою педагогическую деятельность получалис 1785 г., соответственно, 100 и 150 руб., в качестве прибавки к штатномусодержанию, то есть немногим больше начинающих учителей.[274]Кроме того, высокий статус преподавателей-настоятелей должен был внушатьсеминаристам и большее уважение к изучаемому предмету. Осуществлениепреподавательской деятельности начальствующими монахами имело один, но весьмасущественный недостаток — преподавание не являлось их главным занятием. Помимопреподавания они должны были выполнять административные функции какначальствующие лица в собственных обителях, в семинарии, а зачастую и вдуховной консистории. Этим обстоятельством может быть объяснено, отмеченноевыше, перекладывание преподавательских обязанностей на подчиненных лиц. Епархиальныевласти были заинтересованы в том, чтобы преподавательской деятельностьюзанимались представители черного духовенства, но не имели для этоговозможности, так как число образованных монахов было весьма незначительным.Фактически, в него входили настоятели монастырей и несколько иеромонахов избывших учителей, которые сами в скором времени становились настоятелями.
Число учащихся семинарии постоянно росло (в 1790 г. –177 человек, в 1797 г.– 194), но главным образом за счет учащихся низшихклассов. Количество же студентов в классах богословия и философии увеличилосьнезначительно.В 1790 и 1797 гг. их насчитывалось 11 человек ввозрасте от 20 до 24 лет.[275]Тоесть ежегодно семинарии могла выпускать 3-4 кандидатов на священнические идьяконские места, имеющих полное семинарское образование. Примерно такое жечисло семинаристов обучающихся в последнем классе Псковской семинарии — философии наблюдается и в первой половине века.[276]
Как видно из таблицы 13, священники, имевшиебогословское или философское образование, составляли 13% от общего числасвященников епархии. Главной причиной столь небольшого числа закончившихпоследние классы семинарии является не дороговизна обучения в губернскомгороде, не сложность курса, а отсутствие для епархии реальной потребности вчисленном увеличении этой категории приходского духовенства. 58 священниковдостаточно было для замещения таких важных для функционирования системыуправления епархией должностей как члены духовных правлений и присутствующиечлены консистории, благочинные, десятоначальники, депутаты, преподаватели. Этиже священнослужители занимали места настоятелей городских соборов и церквей,посещаемых наиболее образованными прихожанами из числа дворян, купцов и мещан.Например, в Пскове такими храмами были церкви Успения с Пароменья и Климента сЗапсковья. В конце века все священники, служившие в них, имели богословскоеобразование.[277]
Крупнейший исследователь истории духовного образованияв России П.В. Знаменский пришел к выводу: “из среды духовных образовательныхучреждений продолжали выходить совершенно оторванные от жизни схолари и софисты,имевшие в голове только отвлеченные схемы из латинских тетрадок”.[278]Характерно, что этот вывод П.В. Знаменский сделал, проанализировав все положительныеизменения, произошедшие в содержании духовного образования на протяжении XVIIIв. Другой исследователь, Грегори Фриз в своей работе “The Russian Levites” так же указывает на чуждость семинарскогообразования нормам традиционной и современной русской культуры.[279]Изучив в курсе философии систему Лейбница-Вольфа, выпускник семинарии могприменить свои познания в споре с дворянином-вольтерьянцем, но для разъяснениярелигиозных истин крестьянину вполне хватало и знания Священного писания, чтоследует из наставлений данных священнослужителям преосвященным Иннокентием Нечаевым.Не окончившие полного семинарского курса, как правило, оказывались средипаствы, не способной оценить всю глубину их познаний в области древних языков иантичной литературы. Вместе с тем полное семинарское образование могло бытьбольшим благом для самого священника, приучая его к умственному труду, а такжеобеспечивая получение богатого прихода. Оно давало возможность заниматьсясамообразованием. Но на это у обычного приходского священника не было“достаточного свободного времени, так как ему наравне с крестьянами приходилосьзаниматься земледельческими работами.”[280]
Из дневника екатеринбургского протоиерея ФедораЛьвовича Карпинского, бывшего ранее преподавателем и библиотекарем в Тобольскойсеминарии, следует, что при желании священнослужитель мог даже в отдаленной отстолицы губернии знакомиться с новинками зарубежной литературы. В 1798 г. ФедорЛьвович читал наряду с теологической литературой такие книги как: Пюисегюр деШастен “История госпожи де Беллериф, содержащая в себе точное изъяснение, чтоесть любовь и дружество; посвященная прекрасному полу”, Ж.-Ж. Руссо“Исповедание Жана-Жака Руссо, урожденца и гражданина женевского”, Т Тассо.“Освобожденный Иерусалим, ироническая поэма итальянского стихотворца”. В кругего чтения входили также сочинения Вольтера, Гете, работы по естественнойистории, философии, поэтические сборники и даже трактаты, посвященные сельскомухозяйству. Некоторые книги Федор Львович читал на латыни. Благодаря своим познаниям,протоирей стал желанным собеседником для представителей светской власти, былвхож в “высшее общество” и не раз получал доказательства расположения местныхгражданских властей в виде ценных подарков. Интересно, что в круг общенияпротоиерея не входит ни один представитель духовного сословия, кромесобственной супруги. Все подчиненные фигурируют в записках только какисполнители властных распоряжений. Ни разу в своих записях протоиерей неотмечает, что он использовал свои познания и свой авторитет среди прихожан дляискоренения какого-либо порока. Более того, Федор Львович отмечал и глубокопереживал те случаи, когда прихожане упрекали его самого в стяжательстве ивымогательстве подарков.[281]
У большинства представителей белого духовенства вовторой половине XVIII в. отсутствовала внешняя мотивация к получениюполного семинарского образования, поскольку епархиальное начальство в этотпериод не имело реальной возможности предоставлять приходы только окончившимсеминарию.
В удаленных от Пскова Великолукском, Новоржевском,Порховском, Торопецком и Холмском уездах (табл. 13), доля священниковполучивших образование в духовном учебном заведении, не превышала четверти отих общего числа. Причем, улучшения подготовки священнослужителей на протяжениивторой половины века не наблюдалось. В 80-х — 90-х гг. процент молодыхсвященников, получивших семинарское образование, был все еще таким женевысоким, как и среди представителей других возрастных групп.

Таблица 13 Число священников Псковской епархии,имевших семинарское образование (конец 80-х – начало 90-х гг. XVIIIв.)Уезд Священников учившихся в высших классах семинарии учившихся в низших классах семинарии не получивших семинарского образования всего число % число % число % Новоржевский 1 2,0 7 15,0 38 83,0 46 Островский 4 12,0 17 50,0 13 38,0 34 Порховский 9 15,0 6 10,0 44 75,0 59 Холмский 1 2,0 4 6,0 60 92,0 65 Великолукский 1 2,0 2 4,0 49 94,0 52 Торопецкий 1 3,0 6 14,0 35 83,0 42 Опочецкий 1 4,0 12 46,0 13 50,0 26 Печорский 6 23,0 12 46,0 8 31,0 26 Псковский 5 13,0 17 46,0 15 41,0 37 Итого в уездах 29 7,5 83 21,5 275 71,0 387 г. Псков 12 37,5 11 34,0 9 28,0 32
В уездных
городах 17 50,0 9 26,5 8 23,0 34
Во всех
городах 29 44,0 20 30,0 17 26,0 66 Всего 58 13,0 103 23,0 292 64,0 453
Источники: ГАПО Ф.39. Оп.1. Ед.хр.479. Л. 51об-120; Ед.хр.735. Л. 1об-69; Ед.хр.734. Л. 7об-8; Ед.хр.418 Л.2об-112, 122об-237; Ед.хр.1253. Л. 1об-89; Ед. хр. 1035. Л. 1об-2; Ед.хр.667 Л.1об-51; Ед. хр.1082. Л. 1об-169; Ед.хр.926. Л. 2об-116
Экзамены, которые сдавали претендентына священно- или церковнослужительское место были значительно проще, чемтребования программы обучения в семинарии. При Платоне (Левшине) экзамен вМосковской епархии для кандидатов на священническое место состоял из двухчастей. В ходе первой части архиерей лично экзаменовал кандидата в чтении ипении и тогда, если результаты были благоприятны, иподиаконы архиереяиспытывали претендента в знании катехизиса. В формуляре ставленического допросауказывалось, что вновь поставленный священник обязуется всегда знать катехизис“в твердости”.[282]Причетники экзаменовались только в чтении и пении.[283]В псковской епархии кандидаты на священническое место освидетельствовалисьчленами консистории в умении читать по книгам. Если экзамен был выдержануспешно, архиерей экзаменовал претендента в знании катехизиса.[284]От причетников экзаменаторы требовали умения читать по книгам и петь по нотам.Однако, епархиальное начальство, вынуждено было предоставлять причетническиеместа и плохо обученным кандидатам, давая им возможность доучиться уже послевступления в должность.[285] Вформулярах клировых ведомостей дьяконам и священникам требовалось указать степеньих умения читать книги и поучения, причетникам — умение читать и петь по нотам.Из данных клировых ведомостей видно, что священнослужитель не отвечавший этимтребованиям был редкостью ( 8 священников и 11 дьяконов). Причем большая ихчасть была неспособна к чтению из-за старческой слепоты или “дробливости”языка. В то же время большая часть причетников не отвечала тем минимальнымтребованиям, которые епархиальное начальство предъявляло к уровню ихпрофессиональной подготовки.
Таблица 14 Уровень профессиональнойподготовки причетников Псковской епархии в 80-х — 90-х гг. XVIII в.Уезд Степень подготовки причетников
Всего
причетников Хорошая Посредственная Посредственная по состоянию здоровья Продолжают обучение Новоржевский 52 29 - 3 84 Островский 8 61 - 2 71 Порховский 11 103 - 3 117 Холмский 18 101 - 2 121 Великолукский 10 91 - 3 104 Торопецкий 23 67 - 2 92 Опочецкий 8 35 - - 43 Печорский 13 44 1 - 58 Псковский 20 47 - 6 73 итого в уездах 163 578 1 21 763 г. Псков 20 26 2 6 54
В уездных
городах 28 34 2 1 65
Всего
в городах 48 60 4 7 119
Всего
в епархии 211 638 5 28 882
Источник: ГАПО Ф.39. Оп.1. Ед.хр.479. Л. 51об-120; Ед.хр.735. Л. 1об-69; Ед.хр.734. Л. 7об-8; Ед.хр.418 Л.2об-112, 122об-237; Ед.хр.1253. Л. 1об-89; Ед. хр. 1035. Л. 1об-2; Ед.хр.667 Л.1об-51; Ед. хр.1082. Л. 1об-169; Ед.хр.926. Л. 2об-116
Большинство причетников либо умелопеть только “наслышкою”, либо даже на слух пело неудовлетворительно. Некоторыепричетники и в зрелые годы испытывали проблемы с чтением. Епархиальноеначальство вынуждено было мириться с таким положением дел, не имея возможностизаменить плохо подготовленных служителей церкви более образованными.
Получить семинарское образованиеимели возможность главным образом дети городского духовенства и выходцы израсположенных близ Пскова уездов. Поэтому вновь учрежденные духовные гимназиипоявились именно на южных границах епархии в Великих Луках (при Троицкоммонастыре), Торопце и Невеле. В Пскове при семинарии была открыта сиротская школа.[286]
Иннокентий (Нечаев), таким образом,частично претворил в жизнь нереализованный план преобразования духовных школ, всоставлении которого ранее принимал живейшее участие. Само название “гимназия”было заимствованно им из этого проекта. По плану преобразования гимназиямипредполагалось назвать созданные при монастырях каждой епархии школы начальнойграмотности для детей различных сословий.[287] Врезультате Псковскому архиерею удалось открыть такое же количество духовныхшкол, какое предусматривалось планом. Они, как и предполагалось, разместились восновном в монастырях, но, в отличие проекта, носили исключительно сословный характер./>/>/>/>/>/>/>/> 3.2 Духовные учебные заведения в Псковской епархии
Их структуру и деятельность можно рассмотреть напримере открытой в 1779 г. на территории Полоцкой губернии Невельской духовнойгимназии. Невель был выбран в силу того, что именно вокруг него исосредоточились 24 православные церкви губернии. В 1788-1793 гг. гимназиянаходилась в Полоцке, но ввиду неудобства такого ее расположения для местногоправославного духовенства, была переведена обратно в Невель. С 1795 г. Невельскаягимназия находилась в ведении Могилевской епархии. Из казны на содержаниегимназии отпускалось в год 500 руб., 50 из них шли на жалование учителю, 40 –на дрова, свечи, бумагу и посуду. Предусматривались штатные места для повара исторожей. Количество своекоштных учащихся никак не ограничивалось,казеннокоштных без особого определения консистории не могло быть более десяти.На их содержание отпускалось по десять рублей на человека в год. Эта суммарасходовалась на их питание, одежду (кафтаны сермяжного или солдатского сукна,из овчины), обувь. Обучение в гимназии состояло из двух частей. В «первойшколе» учили читать и писать на русском и польском языках, а также петь понотам. Во «второй школе» преподавали латынь, катехизис и арифметику.То есть курс «первой школы» гимназии соответствовал 1-2 классамсеминарии, а «второй школы» – 3-4 классам. В год своего учреждениягимназия получила по 25 комплектов азбуки с катехизисом, псалтырей, нотныхкниг, 20 учебников по латинской грамматике, 10 словарей латинского языка,аспидные доски, грифели и прописи. Первым учителем гимназии стал студентбогословия из Псковской семинарии Дорофей Чарнов.[288]С 1783 по 1785 гг. в гимназии преподавал выпускник Псковской семинарииСимеон Иоаннов, прослушавший курс богословия уже на греческом языке.[289]В 1788 г. его место занял студент Киевской академии иеромонах Никодим изПолоцкого Богоявленского монастыря.[290]
В Торопецкой гимназии в 1793 г. преподавал недавнийвыпускник Псковской семинарии Петр Костантиновский. Учителями Великолукскойгимназии в 90-х гг. были священники Воскресенского собора и Входоиерусалимскойцеркви, окончившие полный семинарский курс.[291]
Большинство учащихся поступали в гимназии в возрастеот 8 до 11 лет, продолжая начатое дома, под руководством отца, обучение.Поскольку учащиеся, пришедшие в гимназию, сильно различались по возрасту, способностями полученному дома объему знаний, учителя для некоторых из них находили нужнымразработать индивидуальный план работы, одновременно учитывая требованияпрограммы обучения в младших классах семинарии. Так, один из 17-и летнихучащихся Невельской гимназии совершенствовался в переводах с латыни на русскийи обратно, а другой обучался арифметике, священной истории и читал письмаблаженного Иеронима. Пятеро учеников в возрасте от 9 до 12 лет постигали началалатыни, четверо, в возрасте от 8 до10 лет, учились читать по латыни и писать нарусском. Двое самых младших (7 и 8 лет) учились читать по часослову.[292]
Благодаря открывшимся гимназиям дети духовенства изНевельского, Великолукского, Торопецкого и Холмского уездов имели возможность получатьобразование, равное первым 4-м классам семинарии, невдалеке от дома. Однакосвященнослужители из Порховского уезда и прибалтийских губерний, желающие датьдетям систематическое образование, были вынуждены идти на значительные расходы,отправляя их учиться в Псков. Кроме того, далеко не все служители церкви,проживавшие близ гимназий, отдавали в них своих детей. Многие предпочиталиобучать сыновей дома, по богослужебным книгам, что также нашло отражение вклировых ведомостях рассматриваемого периода.
В 1797 г. в семинарии и гимназиях епархии числилосьодновременно 258 учеников, в то время как общее число детей, достигших учебноговозраста и еще не занимающих церковно-служительских мест, превышало 500 человек.[293]
Таблица 15 Число учащихся в духовных гимназиях в 90-егг. XVIII в.Год Гимназии Великолукская Торопецкая Невельская 1793 29 43 13 1797 25 39 -
Источники: РГИА. Ф.796.Оп.1. Ед. хр.57. Л 17об-20об; Ед. хр.989. Л. 548об-551об.
Примечание: а в составе Могилевской епархии.
Несмотря на существовавшуюпреемственность духовного образования в гимназиях и семинарии в единую системуони так и не были объединены. Руководство деятельностью гимназий осуществлялосьне семинарским начальством, а епархиальными органами администрации, в основном,духовными правлениями. Перед ними же гимназии отчитывались в своей деятельности,посылая в семинарию лишь отчеты о расходовании, выделенных семинарских средстви ведомости об учениках.[294]Сложившаяся в Псковской епархии система гимназий оказалась непрочной в силуотсутствия серьезной материальной поддержки их существования. Деньги на нуждыТоропецкой, великолукской, Холмской гимназий и сиротской школы выделялись из суммы,отпускаемой на содержание Невельской гимназии. Поэтому, после отхода Невельскойгимназии к Могилевской епархии, прочие были закрыты, а сиротская школа соединиласьс Псковской семинарией.[295]
Отсутствие у служителей церкви желания,либо возможности дать детям полное семинарское образование, соединенное сотсутствием у епархиального начальства необходимости и возможности заставитьвсех сыновей священнослужителей и причетников обучаться в семинарии и гимназияхдало, по крайней мере, один положительный эффект. В семинарии учились восновном те, кто по своим умственным способностям был в состоянии усваиватьдовольно сложную учебную программу. Разумеется, пребывание в стенах духовногоучебного заведения еще не гарантировало получение нужного священнослужителюобъема знаний. Всегда был, хоть и незначительный, процент семинаристов,малоспособных к учению, напротив имен которых преподаватели в ведомости писали:«туп», «безнадежен», «никакой не подает надежды».
/>/>/>/> 
Таблица 16 Успеваемость учащихся Псковскойсеминарии в 1790 г.Класс Оценка успеваемости учащихся Переведены в другие учебные заведения Всего учащихся Отлично Справляются Неудовлетворительно Богословия 3 7 - 1 11 Философии 5 10 1 2 18 Риторики 5 17 3 3 28 Высший грамматический 4 16 7 - 27 Низший грамматический 6 17 10 - 33 Писарская школа 1 32 7 - 40 Итого 24 99 28 6 157
/>/>/>/>Источник: РГИА Ф.796.Оп.71. Ед.хр.418 Л.472-482
Таблица 17 />/>/>/>Успеваемость учащихся Псковской семинарии в 1797 г.Класс Оценка успеваемости Обучаются в других учебных заведениях Всего Отлично Справляются Неудовлетворительно Богословие 4 6 1 - 11 Философия 2 10 - 2 14 Риторика 10 7 - - 17 Поэзия 8 8 3 - 19 Высший грамматический 10 17 2 - 29 Низший грамматический 4 33 5 - 42 Писарская школа 11 35 5 - 51 Итого 49 116 16 2 183
/>/>/>/>Источник: РГИА Ф.796. Оп.78. Ед.хр.989. Л. 537-548
Вероятно, основную сложность длямногих неуспевающих учеников представляла латынь, изучаемая в течениенескольких лет и требующая от семинариста не только способности к языкам, ноусердных ежедневных занятий. В соответствие с указом императрицы в Псковскойсеминарии в 80-е гг. вводится преподавание греческого языка для студентовклассов философии и богословия. Начиная с класса риторики, семинаристы имеливозможность изучать немецкий язык. Но если знание греческого языка давало возможностьчитать на нем книги религиозного содержания, то немецкий язык для священникаявлялся роскошью, не связанной с его профессиональной деятельностью. Поэтому,несмотря на рост числа учащихся семинарии, количество обучающихся немецкомуязыку студентов в 1797 г. сократилось почти в два раза по сравнению с 1790 г. исоставило всего 16 человек. Впрочем, и число изучающих греческий языксеминаристов не превышало двух десятков.[296]
В целом по России, согласно данным издоклада Синода о последнем разборе духовенства, количество обучающихся вдуховных школах детей в 33 епархиях составило 24167 человек. В то же время11329 детей до 15 лет, обученных грамоте, находились при отцах, 49460 детей необучалось нигде.[297]Желающих поступить на учебу было больше, чем мест в духовных учебныхзаведениях. Епархиальное начальство некоторых епархий было вынужденно набиратьучеников в семинарию исходя из финансового положения их родителей. Так, вВоронежской епархии обязательным считалось обучение только детей священников игородских причетников, а в Костромской зачисляли в семинаристы только детейсвященников из приходов не менее чем со 100 дворами.[298]История образования также знает примеры отказа епархиального начальства обучатьцерковнослужительских детей, но эти отказы связаны с просьбами взятьсеминариста на казенный кошт. Так, резолюцией архиепископа было отказано дьячкуПерновской церкви. Отцу было предписано обучать своего сына дома чтению инотному пению, а потом просить его определения в церковнослужители.[299]
С другой стороны, епархиальные властине могли не заботиться об обязательном обучении той категории детей, которые сбольшой долей вероятности, должны были занять места своих отцов — диаконов исвященников. Если те пытались под предлогом болезни уклониться от учебы, тофакт наличия серьезного заболевания проверялся в Консистории.[300]Имущая часть духовенства, особенно в отдаленных от Пскова уездах, полагаяи так обеспечить своим детям приход, была, по меньшей мере, не активна ввопросах получения ими духовного образования. В 1795г. великолукское духовноеправление даже вынуждено было рапортовать в консисторию о неявке в гимназиюпосле «рождественских вакаций» 11 учеников (около половины всехучащихся гимназии).[301]
На примере Псковской епархии можновидеть, что политика государства и церковных иерархов в отношении духовногообразования была, в целом, прогрессивной и начала приносить некоторыеположительные результаты. Но усилия светских и духовных властей в этомотношении оказались недостаточными. Во многом это связано с материальнойнеобеспеченностью служителей церкви.[302]Значительная часть приходского духовенства, имела стимул давать своим детямсеминарское образование, чтобы обеспечить их будущее, но не имело к этомусредств. Не в меньшей степени это объясняется и желанием государства проводитьреформу духовного образования без больших финансовых затрат со стороны казны. Кконцу века для православной церкви не назрела еще жизненная потребность“образовываться”, так как сам низкий уровень образования паствы позволял церквиобходиться небольшим числом ученого духовенства, воспроизводство которогосистема духовного образования без труда обеспечивала./>/>/>/>/>/> 
/>Глава 4. Доходы духовенства/>/>/>/>/>/>/>/>4.1 Источники доходов приходского духовенстваПсковской епархии
Исследователи вопроса о положении духовенства вовторой половине XVIII — начала XIX вв. неоднократно отмечали его скудноематериальное обеспечение. По данным за 1808 г. из 26417 церквей годовой доходпричта свыше 1000 руб. имели только 185. Большинство причтов получало в год50-150 руб., а некоторые даже 5-10 руб.[303] Поподсчетам Карасева А.В., среднегодовой доход священника во второй половинеXVIII в. составлял 60 руб.[304]Посведениям Б. Семевского, полученным в результате анализа дневниковых записейярославского сельского священника, чей приход состоял из 400 душ, на долю всегопричта приходилось в 70-х гг. около 130 руб., а на долю священника – 75.[305]На бедность приходского духовенства указывает работа Н.И. Григоровича.[306]
В научной литературе много внимания было уделено изучению законодательнойбазы связанной с материальным обеспечением духовенства. Нормативно-правовыеакты второй половины XVIII в. весьма подробно регламентируют порядокпредоставления представителям духовного сословия штатного жалования,обеспечения церквей и монастырей пахотной землей, взимания платы за требы сприхожан и так далее. Однако, реальную величину доходов представителейдуховенства возможно представить лишь обратившись к сведениям, содержащимся вархивных источниках. Поскольку епархиальное начальство не требовало уприходского духовенства отчитываться обо всех своих доходах, любые их подсчетымогут носить лишь приблизительный характер.
Самым трудным для изучения является вопрос о плате затребы. Официальная такса за требы, установленная в 1765 г., как уже отмечалосьвыше, была сильно занижена и не применялась на практике. Если взять данные околичестве совершенных за год треб в Псковском уезде, то получается следующаякартина. На 1783 г. в уезде числилась 46501 душа мужского пола. За год в уездеродилось 2818 младенцев. По официальной таксе с каждого из них полагалось взять2 коп. за родильную молитву и 3 копейки за крещение, что составило 56 руб. 36коп. и 84 руб. 54 коп. соответственно. За каждый из 670 браков полагалось братьпо 10 коп. То есть за этот вид треб все причты уезда могли получить 67 руб.Умерло в том же году 1376 человек в возрасте старше 10 лет, за погребениекоторых причту следовало получить по 10 коп., а также 116 детей младше 10 лет,за погребение которых нужно было уплатить по 3 коп. Всего за погребение белоедуховенство уезда должно было получить плату в размере 141 руб. 8 коп. Запричастие и исповедь плату брать не полагалось, следовательно, общая сумма,которую должны были гарантированно получить служители церкви за год по уезду,составила 292 руб. 62 коп., то есть 5 руб. 41/2 коп. на каждую из 58 приходскихцерквей. На одну душу мужского пола и вовсе приходилось менее чем по копейке вгод.[307] Поподсчетам О.Е. Наумовой сделанным на материале Иркутской епархии самое большеегодовое количество треб на 100 прихожан составляло: 10 рождений, 2 брака, 8погребений взрослых и 7 погребений младенцев. Таким образом, со среднегоприхода в 1200 человек, причт мог получить в год очень небольшую, по мнению исследователя,сумму 20 руб. 52 коп. На свой страх и риск иркутский архиерей увеличил плату затребы. За крещение дозволено было брать 10 коп., за венчание 20, за погребениевзрослых 30, за погребение младенцев 10.[308]Увеличенная вдвое такса за требы в 1801 г., учитывая заведомую неисполнимостьтаксы 1765 г. и рост цен на протяжении второй половины века, была столь женеисполнима.[309]
Реальную величину платы за выполнение треб установитьсложно, так как она зависела, прежде всего, от платежеспособности прихожан иконкретных отношений между паствой и причтом. В Москве в 1774 г. приходскиесвященники брали за крестины 25-30 коп., за погребение 50-80 коп., превышаяофициальную таксу в 5-8 раз.[310] ВЯрославской епархии в 70-е гг. причт получал за крестины 5-10 (в среднем 8)коп., за погребение детей 5-10 коп., взрослых — 10-30 коп. За свадьбу прихожанеплатили 10-50 коп. (обычно 20-25).[311] В 1786г. в Москве причт получал за крестины 50 коп. — 1 руб., за погребение — 1-2руб.[312] Здесьважно отметить, что плата за требы принятая в Иркутской и Ярославской епархияхв равной мере превышают официально установленную таксу в 2-3 раза, что дает намнекоторые основания предположить существование неофициальной таксы на требы,которая являлась минимальной для большей части прихожан.
Существовал также ряд треб, оплата которых указом 1765г. либо вообще не регламентировалась, либо запрещалась. Так в Ярославскойепархии прихожане платили 2-3 коп. за ежегодную исповедь, хотя указ и воспрещалбрать за исповедь и причастие плату. С рождением ребенка были связаны не толькокрестины, но и такие требы как молитва родильнице, за что священник получал 2-5коп., совершение «сороковой» и «страшной» молитв. «Сороковая» молитва читалась,когда родительница через 40 дней после появления ребенка на свет приходила вхрам и совершала обряд воцерковления. Обычная плата за совершение этого обрядасоставляла 2 коп… «Страшная» молитва, читаемая, скорее всего, в случае болезниребенка оплачивалась 2-6 коп. Плату причт получал и за совершение молебнов. Запростой молебен прихожане платили 3-5 копеек, за молебен с акафистом — 10-25,за молебен при закладке избы — 5-20 коп. Большое количество обрядов, кроме погребениябыло связано со смертью прихожан. Обычной платой за большую панихиду были 6коп. Заупокойные обедни, службы на третий, девятый, двадцатый и сороковой деньобычно приносили причту 10 коп. дохода. Особенно дорого стоил сорокоуст (40обеден по усопшему). За него причт получал от 1 до 3 руб. Прихожане, не имевшиедостаточно средств, могли заказать половину сорокоуста. За поминовение разныхлиц причт получал от 2 до 10 коп. Особенно велики были его доходы вродительские субботы, когда помимо денежного вознаграждения служителей церквинаделяли калачами. Значительные суммы давались причту за запись в синодик(25-50 коп.). Нередко заказывали литургии, стоившие обычно 10 коп. Засоборование больных причт получал 20 коп. Значительные доходы приносили причтуславления в Рождество и на Пасху, хождения в праздники по домам с молебнами.Всего причт в Ярославской епархии получал по подсчетам Б. Семевского в1774-1780 гг. более 20 коп. в год с души мужского пола.[313]Нельзя утверждать, что данная сумма была одинаковой даже в пределахЯрославской епархии, поскольку Б. Семевский отмечает близость прихода в селеИваньково от Ярославля, возможность ухода крестьян на промыслы и,следовательно, их зажиточность. Однако, не имея источников для проведенияаналогичного исследования на материале Псковской епархии, остается допустить,что требы, взимаемые с прихожан, были также завышены в 2-3 раза и доход причтаот выполнения треб составлял около 20 коп. с души мужского пола в год.
Причт ряда церквей получал часть доходов в видештатного жалования, которое было установлено в 1764 г. и увеличено вдвое вконце 1797 г. Штатное жалование получали кафедральные соборы, храмы 2-гокласса, владевших до введения штатов более чем 20 крестьянами и имевшие протопопа(соборы не имеющие статуса кафедральных) и 110 церквей 3-го класса, владевшиетем же числом душ, но протопопа не имевшие.[314]Значительная часть церквей 3-го класса, получавших ругу, пришлась на Псковскуюепархию, многие храмы которой накануне секуляризации являлись вотчинниками. Водном только г. Пскове насчитывалось 38 церквей, имевших во владении свыше 20душ. Они также имелись в Опочке -7, в Пустой Ржеве — 8, в Вышгороде — 7, вИзборске — 5, в Гдове — 4, в Кобылье — 3, в Воронече — 3, в Острове — 2, вВелье -3. Итого по данным В.И. Семевского на территории Псковского наместничестватаких церквей насчитывалось 79. Кроме того, по данным генерального межеванияэтот список может быть увеличен на 28 подобных храмов-вотчинников.[315]Доклад от учрежденной о церковных имениях комиссии предусматривалназначение штатного жалования в размере 115 рублей на содержаниеПетропавловского собора в г. Пскове и еще 4-х храмов в Острове, Изборске,Великих Луках и Торопце. Протопопы этих храмов получали жалование в размере 30руб., священники — 20 руб., диаконы — 15 руб., причетники — 10 руб. Ежегодно 10руб. выделялось на церковные расходы. Еще 79 церквей, вероятно, те, которыеимелись в виду В.И. Семевский под церквями-вотчинниками, получали ежегодное содержаниев размере 50 руб. Священники и причетники в таких церквах получали то же жалование,что и в храмах 2-го класса.[316]
В дальнейшем в Псковской епархии произошлоперераспределение государственной руги. Некоторые штатные церкви лишилисьсвоего причта и стали приписными, в других напротив появились новые вакансиисвященно- и церковнослужителей. К концу века в Пскове осталось только 17 приходскихцерквей. Из них 15 получали штатное жалование общей суммой 1262 руб. 88 коп.Еще две церкви получали по 5 и по 10 руб. в год на церковные расходы из суммсоставлявших штатное жалование приписанных к ним церквей. Семь из девятисвященников одноприходных штатных храмов стали получать штатного жалования25-30 руб., вместо положенных 20. Практически во всех штатных церквях штатноежалование причетникам составило от 11 руб. 25 коп. до 12 руб. 50 коп. Четырецеркви стали получать двойную сумму на церковные расходы.[317]Служители церкви при женских монастырях получали такое штатное жалование,как и остальные священно- и церковнослужители, состоявшие на штатномсодержании. Самое большое штатное жалование получали служители кафедральныхсоборов. Протопопу полагалось в год 80 руб., ключарю — 60, священнику ипротодиакону — 40, диакону и иподиакону — 30, причетнику — 12, звонарю исторожу — 10. Певчие получали от 12 до 24 руб. в год.[318]Величина жалования того или иного служителя церкви зависела от архиерея,который мог распределять штатную сумму.[319]Например, штатное жалование, положенное причту Николаевской церкви в погостеВолодимерец, получал только священник, хотя количество штатных служителейцеркви выросло к концу века до 7 человек.[320] В тоже время прибавку к штату в 10 руб. получили практически все штатные храмыепархии, которые в 1764 г. получали 50 рублевое штатное жалование.
Штатное жалование получало также белое духовенство вЛифляндии. До указа Екатерины II в 1786 г. православное духовенство Рижского иРевельского наместничеств получало жалование по штату 1728 г. Ежегодно 33служителя церкви получали из местных доходов сумму в размере 1429 руб. С 1786г. она была увеличена, в связи с необходимостью компенсировать рост цен, до2976 руб. Рижскому и Ревельскому генерал-губернатору предписывалось такжевыделять по 1000 руб. в год на ремонт храмов в каждой из губерний, находящихсяпод его управлением. Самое большое жалование в 400 руб., которое составителиштатов не сочли нужным увеличивать, получал протопоп Петропавловского собора вРиге. Священники в 1728-1786 гг. получали от 40 до 80 руб. После прибавкисвященники стали получать от 80 до 150 руб. (на о. Эзель). Жалование диаконамвозросло с 30-50 руб. до 50-75 руб. в год. Как характерную для Лифляндииособенность назначения штатного жалования следует отметить неравенство доходовдьячков и пономарей. Пономари в 1728-1786 гг. получали 9 руб. 50 коп., а дьячки15 руб. В новых штатах различие в сумме жалования двух категорий причетников сохранилось.С указом 1786 г. открывались 4 новые диаконские вакансии, 1 пономарская и 2вакансии для просвирен. Духовенству Риги и Денамендской крепости, помимоказенных домов, ежегодно предоставлялось 143 сажени казенных дров и 34 возасена с магистратских лугов. Кроме того, генерал-губернатор Рижский и Ревельскийобязывался ежегодно выделять 1000 руб. на ремонт церквей в каждой губернии,находящейся под его управлением.[321]
Весьма важным, а для некоторых церквей главным доходомбыл доход с принадлежащей церкви земли. Вся церковная земля, послесекуляризации делилась на две категории. В первую категорию входили «писцовые»земли, принадлежавшие церкви до 1764 г. Вторая категория включала в себя вновьотведенные для обеспечения причта земли. Новая отдача земли прихожанамирассматривалась как пожертвование прежних владельцев. Она записывалась не наимя священника, а на церковь и после упразднения храма должна была возвратитьсяк прежнему владельцу.[322]Решениемвопроса о церковных землях правительство занялось еще в 1765 г., когда велелоотмежевывать к не имеющим земли сельским церквям по 33 десятины. Длясобственных нужд духовенству дозволялось пользоваться всеми лесами, кромезаповедных.[323]
Инструкция, данная межевым канцеляриям и конторам,предписывала отводить церквам такой надел земли, который соответствовал быколичеству земли у прихожан. Если прихожане владели более чем 500 четвертями земли,к церкви отмежевывалось 20 четвертей в одном поле, а всего 60 четвертей или 30десятин земли. Если земли у прихожан было от 100 до 500 четвертей, к церквиполагалось отмежевать 15 четвертей в поле, если от 50 до 100, то 10 четвертей вполе. То есть всего по 22,5 и 15 десятин соответственно. На каждую отмежеваннуюк церкви четверть полагалось выделить ей сенных покосов на одну копну. Десятькопен приравнивались к 1 десятине. На каждые 100 отмежеванных десятинполагалось отводить по 15 десятин под дворы и огуменники духовенства. К темцерквям, которые владели землей по писцовым книгам, отводилось столько земли,сколько составляло «полную дачу» то есть 33 десятины пашенной земли исенных покосов.[324]Инструкциямежевым канцеляриям и конторам требовала отводить церкви земли не более чем в2-3 местах, включая и писцовые дачи. Всех владельцев земель, на которыхнаходился приход, должны были отделить часть пропорциональную величине ихземельных владений в границах прихода. Чтобы при наличии большого числавладельцев не произошло дробления церковных земель, предполагалось отмежеватьположенное число десятин от одного – двух владельцев, а им компенсировать этидачи за счет других владельцев в справедливой пропорции. Предписывалось такжестараться отводить церквам те земли, которые ранее находились в церковномвладении. Правительство, отрезая у собственников земли, старалось несколькосмягчить их потери, рекомендуя не отводить церквям лучшие угодья, и, оставляяза владельцами право, при отведении церкви земли уничтожать прежнюю ругу.[325]Законоположение «Об отмежевании земель церквам» былообнародовано в 1767 г. и подтверждено 16 октября 1775 г., что Н.И. Григоровичсвязывал с нежеланием помещиков подчиняться невыгодному для них постановлению.[326]В результате межевания церковь должна была получить во владение не менее36 десятин. Из них 30 десятин составляли пашенные земли, 3 десятины сенныепокосы и 3 десятины отводилось духовенству под дворовые места. В клировыхведомостях указывалось либо общее количество отведенной земли, либо, в редкихслучаях, давалось ее более подробная характеристика. Например, к церкви ПокроваПресвятой Богородицы в погосте Немоево Островского у. «По нынешнемугенеральному межеванию отмежевано из дачи оной церкви строителя господинаКорамышева [Карамышева] в пустоши Борку 20, в Заполки 13, да под строениемсвященно и церковнослужителей домами 3. Итого 36 десятин».[327]В ходе генерального межевания не отводились земли к церквям, находящимсяв штате.[328] Еслиотмежеванная земля была по каким-то причинам неудобной, то она отводилась вбольшем количестве. Так в Дегожском погосте Порховского у. к церкви «понеудобности» было отмежеванно 55 десятин пашенной земли.[329]В клировых ведомостях церкви Никиты с Поля в Пскове качество и количествоотведенной земли указано более подробно: «во время генерального межеванияв 1781-1783 гг. отмежевано прежними владельцами пашенной удобной и неудобной земли47 десятин 245 саженей, сенных покосов 19 десятин 1956 саженей, лесом порослойнеудобной земли 22 десятины 2349 саженей.[330]Обращаетна себя внимание и тот факт, что в ходе генерального межевания земли получили инекоторые городские церкви, получавшие штатное содержание. Из числа псковскихшатных цервей землю получили в ходе межевания получили Иоаннобогословскаяцерковь 72 десятины „удобной и неудобной, лесной и болотной“,Алексеевская церковь 60 десятин пашенной удобной и неудобной земли. ЦерквиИоанно-Предтеченского женского монастыря, точнее к приписанной к нейСтефановской, был отведено пашенной и непашенной земли в размере 51 десятины.Вопрос о законности наделения шести псковоградских штатных церквей землей былподнят в 1797 г., когда Павел I обязал прихожан обрабатывать церковные земли.[331]
Благодаря сведениям, содержащимся в клировыхведомостях конца XVIII в., можно сделать вывод о том, что в 1782-1784 гг.большая часть церквей Псковской епархии получила полагающиеся им наделы земли.Из 324 церквей (не считая псковских), 116 (35,4%) увеличили наделы земли до33-36 десятин предусмотренных указом 1775 года. 76 (23,5%) церквей к концу векаимели наделы от 37 до 99 десятин пашенной земли и сенных покосов. В их числовошли и те храмы, к которым в ходе межевания были отрезаны»неудобные" земли, по своей доходности примерно соответствовавшиенаделу в 36 десятин «удобной» земли. 21 (6,5%) храм владел наделамиот 100 до 300 десятин земли разного качества. Причт 9 (2,8%) церквей получивполагающиеся им по закону наделы, оставил их в руках прежних владельцев в обменна ругу. Не получили, согласно указу, наделы 33 (10,2%) штатных и городскихцеркви. 38 (11,7%) храмов имели наделы меньше 33 десятин и 7 (2,2%) меньше 10.Вообще не имели земли 8 сельских безштатных церквей. Земля 6 храмов«состояла в споре» с прежними владельцами. Причем споры касались нетолько вновь отведенной земли, но и прежней писцовой. Размеры земельных наделов10 церквей не были известны из-за отсутствия планов.[332]Был также один случай отказа со стороны причта соглашаться на отвод имнеудобной и удаленной пашенной земли.[333] СлужителиУспенской и Крестовоздвиженской церквей в пригороде Выбор получив землю в 8верстах от церкви не имели возможности обрабатывать пашню. Даже их дворовыеместа и огороды находились на оброчной земле.[334]Клировые ведомости и иные источники крайне редко дают указания нахарактер использования церковных земель, ограничиваясь словами «землеюдовольствуются священноцерковнослужители». Только в одном случае клироваяведомость Псковской Иоаннобогословской церкви сообщает, что причт самвспахивает пашню около города и выкашивает сенокос, внося за использованиецерковной земли 1/3 доходов (20 руб.) в церковную кассу. Однако в данном случаене говориться какое именно количество земли обрабатывал клир.[335]П.В. Знаменский полагал, что бедное сельское духовенство, не имея на чтонанять рабочих, лично обрабатывало церковные земли.[336]Такой же точки зрения придерживался Н.И. Григорович.[337]Б. Семевский отмечал, что со стороны прихожан-крестьян могла оказыватьсяколлективная, за символическую плату помощь священнику в сельскохозяйственныхработах.[338]Имеются данные о том, что причт штатных церквей, особенно городских,предпочитал сдавать свои земли в аренду, получая с насевщиков пятинный хлеб. Содной стороны, городские священники, получая штатное жалование и хорошеевознаграждение за выполнение треб, не имели необходимости зарабатывать себепропитание физическим трудом. С другой стороны, писцовые земли, сохранившиесяза штатными церквями, зачастую располагались на значительном от них расстоянии,поскольку до 1764 года их обрабатывали церковные крестьяне. Например, причтПокровской церкви Елинского погоста в Островском у., получая штатное жалование,довольствовался 11 десятинами писцовой земли в 9 верстах от погоста. Эта землячастично использовалась самим причтом, а частично сдавалась в аренду.[339]Причт Петропавловского собора в Пскове владел землями приписнойКосмодемьянской церкви с Гремячей (бывший монастырь). Поэтому писцовые землиПетропавловского собора включали в себя бывшие монастырские владения, разбросанныевокруг города. В их число входили подгородние нивы за Ильинскими воротами, тринивы за Гремячими воротами, нива и пожня на 19 четвертей за Колокольным ручьему «коровья двора», пустошь в Павловской губе Печерского уезда.[340]Исходя из количества получаемого пятинного хлеба, можно вывести данные одоходности церковной земли. За одну десятину служители псковских церквейполучали от 44 коп. до 1 руб. 19 коп. пятинного хлеба, что в среднем составляло70 коп. с деясятины.[341] Такаявеличина доходов с 1 сданной в аренду десятины кажется наиболее вероятной, еслипринять во внимание сведения об оброчных землях причта собора Иоаннопредтечеваженского монастыря. Причт сдавал в аренду крестьянам в общей сложности 21десятину земли, получая 1/5 озимого и ярового хлеба. В первый год крестьянеотдавали 40-50 четвериков ржи, во второй год – 50-60 четвериков овса, а натретий год земля отдыхала и арендаторы не платили ничего. В среднем служителицеркви получали в год хлеба на 14 руб. 50 коп. по справочным ценам, чтосоставляло 69 коп. дохода с десятины земли в год.[342]
При самостоятельной обработке земли десятина церковнойземли давала в среднем 3 руб. 50 коп. дохода в год. Таким образом,самостоятельно обработав надел в 36 десятин причт мог в среднем получить около126 руб., а треть доходов, то есть около 42 руб., внести в церковную сумму.Примерно такую же сумму давал вместо отведенных по генеральному межеванию землипричту выставки Городок строитель церкви князь Алексей Степанович Мещерский. Отнего причт получал ежегодно 100 руб. и 62 четверика хлеба, что составляло 31-37руб. по справочным ценам.[343]Около180 руб. деньгами и хлебом выделял причту из села Гривино бригадир АндрейЕвдокимович Щербинин.[344]СвященникПокровской церкви в селе Полоное Порховского у. вместо своей половины землиполучал от строителя лейб-гвардии поручика Ивана Ивановича Корсакова около 80руб. хлебом и деньгами, второй половиной земли довольствовались причетники, аденьги на церковные потребы строитель выделял отдельно. При таком же порядкепользования землей священник из соседнего села Бурег получал от строителяполковника Александра Воронова около 60 руб. деньгами и хлебом.[345]
Наделение причта полной дачей земли не обязательноозначал отказ владельцев земли выплачивать служителям церкви установленнуюругу. Из 213 церквей, имевших земельные наделы от 33 десятин и выше, 32 (15%)храма ругу получали. В Великолукском и Холмском уездах прихожане не выплачивалиругу причтам церквей, имевших во владении полную дачу земли. В Торопецком у.выплата руги церквям, наделенным достаточным количеством земли, имела местотолько благодаря доброй воле помещиков Челищевых, которые выдавали в год причтупогоста Пятиусов 20 руб. в год, а причту погоста Новотроицкое 10 руб. инаправляли крестьян со всем семейством работать на церковной земле. ПомещикиПорховского и Новоржевского уездов зачастую предпочитали, не отделяя причтуположенные ему земельные угодья, заменять их денежной и хлебной ругой. ВОстровском, Опочецком, Псковском, Печерском и части Порховского уездов прихожанепродолжали в значительной части случаев платить ругу причтам тех церквей,которые получили положенный им надел. Вид руги и ее размер зависел от ужесложившегося в различных частях епархии традиций. Причт церквей пригородаКрасного, не имевший никакого дохода кроме платы за требы и руги от прихожанполучали от уездных дворцовых, экономических и помещичьих крестьян по полторачетверика хлеба. По данным от прихожан приговорам причты церквей Печерского иПсковского уездов получали обычно по 1 четверику хлеба (1/2 четверика ржи и½ четверика ярового хлеба) с каждого женатого прихожанина. Клировыеведомости по Опочецкому у. фиксируют такую величину от 10 до 30 четвертейхлеба. Обычной величиной хлебной руги в этом уезде было 0,18 четверика хлеба(около 9 коп. по справочным ценам) с души мужского пола. Если величина хлебнойруги колебалась от 0,1 до 0,15 четверика с души мужского пола, в клировых ведомостяхотмечалась в качестве причины скудости руги, бедность прихожан. В Порховском у.обычной ругой являлось получение причтом по четверику ржи с каждого женатогоприхожанина. В ряде случаев, прихожане, особенно, занимавшиеся каким-либопромыслом или торговлей полностью или частично выплачивали ругу деньгами. Купцыи мещане посада Сольцы выплачивали местному духовенству установленную ругу вразмере 150 руб. в год. Промышленники с острова Талабска ежегодно давалислужителям церкви по 30 коп., что в сумме составляло 58 руб. 50 коп. Каждыйженатый прихожанин г. Печоры отдавал на содержание причта 24 коп. Жители Изборскаи погоста Кулье, расположенного на берегу Псковского озера, отдавали денежной ругиежегодно по 12 коп. с женатого. Рыбаки из Колпинского прихода отдавали по 5коп. с женатого.[346]
Раздел доходов между членами причта осуществлялся вразличных частях епархии и по отношению к различным статьям дохода неодинаково. Повсеместно одинаково распределялись доходы в одноприходных храмах,при которых были священник и два причетника. Священник получал половину,причетники по четверти доходов. При этом необходимо учитывать, что за рядвыполнение ряда треб доход получали только священнослужители. Если в причтеодноприходного храма числился дьякон, то доходы с отдачи земли в арендуделились следующим образом: священник получал 4/11 от величины дохода, диакон –3/11, а причетники по 2/11. Особо сложно делился доход в двуприходных храмах.Каждый священник получал по 1/5 (20%), диакон – 3/20 (15%), а причетники по9/80 (11,25%) от дохода на долю причта.[347]
При разделе доходов неизбежны были споры внутрипричта. В 1789 г. священники, диакон и причетники Петропавловского собора вПскове подали жалобу на протопопа того же собора Иоанна Иосифова. Из содержанияжалобы следует, что причт собора обвинял протопопа в неравномерном распределениицерковных доходов, которое он производил, пользуясь своим высоким саном и ихнедавним назначением к церкви. Во-первых, протопоп разделив приходские дворымежду собой и священниками на три части, себе оставил дворы дворян и богатыхкупцов, а Емельяну Варфоломееву и Науму Ануфриеву определил дворы мещан,отставных солдат, раскольников и бобылей. Во-вторых, Иоанн Иосифов, не разрешалпричту собора пользоваться, как это было заведено при других храмах, огородамидля насаждения овощей и доходами со сданных в аренду сенных покосов. В то жевремя, сам протопоп пользовался не только оброчными деньгами за сенные покосы,но получал с насевщиков сено и гостинцы. В-третьих, протопоп не допускал причтдо церковной суммы, не объявляя ни ее размера, ни места хранения. В-четвертых,в отличие от предыдущих протопопов, Иоанн Иосифов практически не участвовал впроведении церковных служб, не отправлял случавшихся заставных обеден ивсенощных бдений, получая тем не менее доходов в полтора раза больше чемсвященник из его собора. В-пятых, протопоп присваивал часть денег вырученных запродажу свечей.[348]
Возделывание огородних мест приносила духовенствустабильный и достаточно большой доход. По ведомости за 1805 г. ПсковскийАрхиерейский дом с огородних мест, находившихся за Великими воротами, общейплощадью 5 десятин 1361 ½ саженей получил 210 руб. дохода.[349]На землях, отведенных духовенству под огородние места, служители церквиразбивали вишневые и яблоневые сады. Священник Онисим Негоновский, излагая обстоятельстваразрушения своего яблоневого сада в Пскове, отмечает, что тот приносил 50 руб.дохода.[350]Высаживаяплодовые деревья на церковной огородной земле, священнослужители полагали их вдальнейшем своей собственностью и, переводясь в другой приход, продолжалисобирать урожай на прежнем месте, что приводило к спорам с преемниками, так жепретендующими на право пользоваться огородними местами.[351]
Упомянутые в жалобе на протопопа Петропавловскогособора заставные обедни, являлись составляющей дохода псковских служителейцеркви. Об этом свидетельствует жалоба священника Иоаннобогословской церкви наприхожан приписного Георгиевского храма, приглашавших с этой целью постороннихсвященнослужителей.[352]Отставленныеот должности и действующие священнослужители имели возможность за платупроводить богослужения в домовых церквях помещиков. От майорши Чириковой священникиМихайловского погоста Холмского у. получали по 15 коп. за каждую службу.[353]Столько же платил за службу великолукский помещик капитан Лаптев.[354]
Представители белого духовенства могли иметь такжеисточники дохода, не связанные с их прямыми обязанностями. Им нельзя былозаниматься торговлей, но священнослужители, получившие дворянство, имели возможностьзаводить питейные дома и винокурни, отдавая их в аренду.[355]В 1793 г. из остатков колокольни и ворот упраздненной Георгиевской церквина Болоте в Пскове священник Иоаннобогословской церкви Симеон Васильев, которыйдворянства тогда еще не имел, построил каменный дом, в котором продавалосьвино. Это заведение получило в народе название Симонов кабак. На местерассыпавшейся после пожара 1788 г. церкви, тот же священник построил лавки.[356]Белое духовенство имело возможность получить приработок и не занимаяськоммерцией. Онисим Негоновский получил немалую сумму в 60 руб. отСтаровознесенского женского монастыря за «покрашение», починку инаписание образов в монастырском храме. От того же монастыря дьячок Духовскойцеркви Никифор Александров получил 2 руб. за шитье предметов церковногооблачения.[357]ПономарьИван Лукин за написание образов для иконостаса по заказу Спасо-Мирожскогомонастыря получил в 1770 г. 200 руб.[358]Заобучение детей прихожан грамоте священник получал от 4 до 12 руб.[359]Соборяне получали доходы не связанные напрямую с богослужениями: заосвящение церквей, выдачу антиминосов (вместопрестолий), приведение к присяге итому подобное.[360]
Деньги на церковные расходы жертвовались прихожанами,отделялись от доходов с церковной земли (1/3 часть), зарабатывались свечнойпродажей. В период с 1753 по 1808 гг. торговать церковными свечами дозволялосьи светским лицам.[361]ЧленыПсковской духовной консистории в 1786 г. отмечали, что по воскресным,праздничным и торговым дням по рынку и по улицам ходят, торгуя свечами вразнос, люди разных чинов, «которых несколько умножилось». Восковыесвечи держали у себя в лавках купцы. Консистория, защищая интересы приходскиххрамов и кафедрального собора, рекомендовала настоятелям церквей поручитьпродажу церковных свечей дьячкам или диаконам. На церковные свечи нужно былоналагать клейма и печати с надписями от какого именно храма они продаются. Заторговцами требовался присмотр, чтобы они не продавали под видом церковныхсобственных свечей.[362]Церковныеденьги тратились на ремонт церквей, строительство новых храмов, церковныхоград, покупку колоколов. Крупные суммы денег могли заимообразнопредоставляться служителям церкви.[363]Консисторияпредписывала деньги экономить и тратить только на «самонужнейшие» церковныепотребы, то есть на покупку самого необходимого для проведения церковной службыи отправления треб: воску, ладану, церковного вина, елея, угольев, меда,пшеницы для просфор и прочего. На починку без получения разрешенияепархиального начальства дозволялось тратить до 20 руб. Все доходы и расходыполагалось вписывать с указанием даты в шнурованные приходно-расходные книги,которые каждые два года проверяла консистория. Наблюдать за сохранностьюцерковной суммы должен был причт совместно со старостой.[364]
На практике в 113 (49,1%) сельских церквах епархии из230 храмов, о церковной сумме которых имеются данные на конец XVIII в., еюполностью заведовали помещики-строители, а причту в 91 случае даже несообщалось о размере этой суммы. Все пожертвованные или полученные от свечнойпродажи деньги относились в дом к помещику, а от того предоставлялось церквивсе необходимое. В 9 случаях церковная сумма хранилась у церковного старосты ипомещика прихожанина. В 54 церквях церковной суммой распоряжался только причтили даже единолично священник. И только в 103 (44,8%) приходах, в основномнаселенных дворцовыми и экономическими крестьянами, церковной суммой, согласнотребованию консистории, заведовали клирошане совместно со старостой. Вгородских приходах и приходах, населенных мещанами и купцами, церковнымиденьгами распоряжался чаще всего сам причт – 16 случаев из 34. В 12 случаяхцерковная сумма находилась под совместным присмотром причта и старосты, а в 6исключительно в ведении старосты. Причиной отсутствия контроля за церковнойсуммой со стороны прихожан в клировых ведомостях назывались«невыборы» старосты.[365]
Нужно отметить, что церковное строительство во второйполовине века не остановилось. На примере Холмского уезда видно, что из 56существовавших на конец века сельских храмов 16 построено на месте прежних в1765-1798 гг.[366]Подсчитатьсумму доходов причта и церкви можно лишь весьма приблизительно. Во-первых, оназависела от качества отведенной церкви земли и урожая и вида высеваемых культурв каждой конкретной местности. Не всегда известен и характер использования этойземли. Во-вторых, величина платы за требы сильно связана с местными особенностямии достатком прихожан. В-третьих, руга от прихожан выплачивалась из-за неурожаяили бедности прихода не регулярно и не в полном объеме. Не всегда можно точновысчитать, сколько именно было семейных крестьян, обязанных приговором платитьругу. По разным приходам, если судить по количеству собранного хлеба, ихприходилось по 1 на каждые 3,3-4 души мужского пола. В качестве примера можнопопытаться рассчитать доход причта Покровской церкви погоста НемоевоОстровского у., приход которой состоял из экономических и помещичьих крестьян.
Церковная земля: две пустоши общей площадью 33десятины и 3 десятины под строениями, принадлежащими причту. При среднейурожайности церковных земель, рассчитанной выше, церковная земля дает 126 руб.Из которых 2/3, то есть 84 руб. полагаются причту.
Плата за требы: если брать за основу расчета среднююсумму 20 коп. с души мужского пола, плата за требы со всех прихожан (918 душмужского пола) составляла 183 руб. 60 коп.
Руга от прихожан: взималась в размере 3 коп. и 1четверика хлеба с женатого человека. Если в среднем на каждые 3,6 душ мужскогопола в епархии приходился 1 женатый крестьянин, величина руги составляла 7 руб.65 коп. деньгами и 31 четверть 7 четвериков хлеба. При средней справочнойстоимости на хлеб 3 руб. за четверть в денежном эквиваленте руга составляла 103руб. 28 коп.
Итого: общая сумма доходов причта не считаявспомогательных заработков и возможных пожертвований со стороныпомещика-ктитора составляла около 370 руб. в год. Из них 185 руб. получалсвященник, а причетники по 92 руб. 50 коп.[367]
Причт Вознесенской церкви погоста Верховье, не имевшийво владении церковной земли, но получавший штатное жалования 50 руб. на клир,ругу и плату за требы от 800 прихожан мужского пола должен был получать около293 руб. в год на 4 членов причта.[368]
Необходимо учитывать, что на содержании служителейцеркви находились многочисленные родственники, о пропитании которых необходимобыло заботиться. На 1633 служителя церкви, сведения о которых содержаться вклировых ведомостях конца XVIII в., приходилось в общей сложности 6401 женщин,детей и стариков, находящихся на иждивении.[369] Тоесть в среднем каждый служитель церкви от холостого причетника до вдовогосвященника кормил своим трудом четырех человек. Епархиальное начальствопристально следило за выполнением духовенством своих обязательств по отношениюк родственникам, поскольку на этом во многом была построена системанаследования приходов. Характерна в этом отношении реакция членов духовнойконсистории на жалобу пономаря Максима Васильева из погоста Слоботки в адрессвоего зятя пономаря того же погоста. Зять получив место «со взятием»не желал производить тестю «никакого пропитания». Консистория,рассмотрев обстоятельства дела, приказала призвать зятя бывшего пономаря вдуховное правление и там «наистрожайше ему подтвердить» онеобходимости выделять из своих доходов часть на содержание родителей жены,пригрозив в противном случае лишением места.[370]/>/>/>/>/>/>/>/> 

4.2 Источники доходов монастырей Псковской епархии
В ходе секуляризации наибольшие экономические потерипонесли монастыри и архиерейские дома, являвшиеся вотчинниками. Те из них, которыене были упразднены, довольствовались главным образом штатным жалованием идоходами с земельных угодий. Н.Н.Лисовой отмечает, что политика Екатерины IIбыла своего рода «средней линией» по сравнению с пожеланиямипротивников идеи монашества, каковым выказал себя в записке «Омонастырях», написанной в 1786 г., князь Г.А. Потемкин-Таврический. Законодательство1764 г. было несколько смягчено Павлом I в 1797 г. Монастырям разрешено былоувеличить до 30 десятин имевшиеся у них земельные наделы, заводить мельницы ирыбные пруды. Почти вдвое были повышены выплаты на содержание братии. Заштатныемонастыри стали получать ежегодно по 300 руб.[371]При этом, как видно из таблицы 18, величина жалование различнымкатегориям черного духовенства практически перестала зависеть от классамонастыря. Помимо обитателей монастырей и архиерейских домов жалование получалисами архиереи. Псковскому архиерею, например, выделялось 1200 руб. годовогожалования. На покупку провизии, дров, железа, угольев, овса и сена для лошадейвыделялось еще 1000 руб. в год. На жалование 58 архиерейских служителей, средикоторых были, в частности, портные, бочары, конюхи, огородные работники,повара, плотники, печники, медник, каретник и прочие, полагалось 982 руб. вгод. Еще 132 руб. перечислялось на уплату подушных денег за архиерейскихслужителей. На церковные потребы и печение просфор 100 руб. в год, насодержание ризницы 349 руб., на починку кафедрального собора в Пскове,архиерейских домов и домовых церквей в Пскове и в столице 500 руб. в год. Еслисумма на починку строений, относящихся к архиерейскому дому, не расходоваласьполностью, то содержалась в архиерейской казне. Производить какое-либостроительство без указа Коллегии экономии запрещалось.[372]

/>/>/>/>Таблица18 Жалование различным категорияммонашествующих (руб. в год)Должность Архиерейские дома 2-го класса Мужские монастыри 2-го класса Мужские монастыри 3-го класса 1764 г. 1797 г. 1764 г. 1797 г. 1764 г. 1797 г. Настоятель - - 300 370 150 200 Духовник 15 30 - - - -
Казначей
(эконом) 40 60 27 35 22 14 Иеромонах 8 24 13 24 13 24 Иеродиакон 8 24 13 24 13 24 Житенный 8 20 - - - - Пономарь - - 10 20 10 20 Просвиряк
-
- 9 20 8 20 Клюшник - - 9 20 8 20 Чашник 8 20 9 20 8 20
Источник: Полное собрание постановлений и распоряженийпо ведомству Православного исповедания. Царствование Государя императора ПавлаПервого. № 161
Монастырям деньги помимо жалования выделялись наоплату услуг подьячего, на жалование монастырским слугам и выплату за нихподушного оклада, на церковные потребы, на починку церквей и монастырских строений,на конюшенные припасы, уголья, железо и дрова, на прием приезжих и на рыбу,вино и пиво для братии. На эти статьи расходов мужским монастырям 2-го классавыделялось по 807 руб. 90 коп. в год, третьеклассным – 522 руб. 30 коп. Приэтом второклассный мужской монастырь имел 16 монастырских слуг, атретьеклассный – 8. Весьма скромные суммы выделялись на содержание женскихобителей. Второклассный девичий монастырь получал в год жалование на 4-хмонастырских слуг, да на все прочие расходы 100 руб.[373]
Монастыри и архиерейские дома продолжали оставатьсядостаточно крупными хозяйственными комплексами и к началу XIX в. сосредоточилив свих руках немалые земельные владения. Так, Псковский архиерейский дом в 1804г. владел более чем 840 десятинами пашенной земли и сенных покосов.[374]Пашенная земля частично засевалась домовым хлебом, а частично сдавалась варенду, в том числе и архиерейским служителям. Архиерейскому дому принадлежалитак же огороды, сады, рыбные ловли на Псковском озере, на реках Великой, Черехеи Многе. Доходы приносили также торговые палаты, палатки, погреба и мельница.Самый большой доход в 300 руб. приносила тиунская палата, две палаткинаходились под зданием консистории, одна палата под соборною колокольней ипалатка под соборною церковью. По 70 руб. в год приносила мельница на р.Каменке. Всего доходы Псковского архиерейского дома составили 1659 руб.[375]
Псковский архиерей стремился извлечь доход и изупраздненных церквей г. Пскова. За 50 руб. была продана Благовещенская церковьот Рыбницких ворот. Были покупатели на Зачатейскую, Казанскую, Власьевскую, Козмо-Дамианскуюцеркви, но впоследствии отказались от своих намерений. Плита от Георгиевскойцеркви с Болота, Богоявленской с Бродов и церкви Иоанна Милостивого церквейбыла отдана на поправку действующих храмов. Несколько церквей были переданы вказенное ведомство и на строительство лютеранского молитвенного дома. Трицеркви оставлены в ведении епархиального архиерея.[376]За Дмитриевской церковью в Кремле, оставленной в ведении архиерейскогодома также была устроена торговая палатка. Но в начале XIX в. церковь былазанята Псковским губернским правлением и использовалась как архив.[377]
О монастырских владениях в конце XVIII – начале XIXвв. имеются следующие данные:
1. Торопецкий Небин мужскоймонастырь. Пашенной и сенокосной земли 30 десятин, расположенной как близгорода, так и на некотором удалении. Земельными владениями монастырьпользовался сам, не отдавая в оброк.[378]
2. Находящийся на своем содержанииКрыпецкий монастырь. На 1802 г. имел во владении 273 десятины 2186 саженейпашенной земли и 185 десятин 1190 саженей сенных покосов. Рыбные ловли на р.Щирице и двух озерах. Монастырь частично пользовался угодьями сам, а частичносдавал в оброк.[379]
3. Старовознесенский женскиймонастырь. Сенокосной и пашенной земли 30 десятин. Сдавалась в оброк. Рыбныеловли в 15 и 60 верстах от монастыря в Устинской волости и в Кулейской губе.[380]
4. Псковопечерский монастырь.Пашенной земли 20 десятин и сенных покосов 18 десятин 600 саженей. Восемь местдля рыбной ловли в Колпинской губе. Каждая ловля сдавалась в оброк от 4 до 20руб., за некоторые из них монастырь получал прибавку в виде щук и лещей.[381]
5. Великолукский Троицко-Сергиевмужской монастырь. Сенных покосов 37 десятин. Деревянная мельница примонастыре. Покосами и мельницей монастырь пользовался сам.[382]
6. Снетогорский мужской монастырь.Полная дача казенной земли, из которой 6 десятин отведено под выгон. Мельницана р. Толбице в Псковском уезде, находилась в 35 верстах от монастыря. В общемвладении с Великопустынским монастырем. Землею и мельницей монастырьпользовался сам. Не отдавая в оброк.[383]
7. Спасо-Мирожский мужской монастырь.Удобной и неудобной земли 34 десятины 1015 саженей. Из них 17 под монастырем иблиз монастыря было отведено под выгон. Остальная земля в 3-х пустошах. Земляотдавалась в оброк «из пятинного дохода». Казенной палатой былиотведены рыбные ловли и мельница, но к 1804 г. планы и документы не предоставлены.[384]
8. Святогорский мужской монастырь.Пашенной и сенокосной земли 33 десятины. В 2-х верстах от монастыря водянаямельница. Землею и мельницей монастырь пользовался сам. Монастырь получалвесьма крупные доходы от неокладных сборов (свечные и кружечные). На 1804 г. ихнасчитывалось 1258 руб. 93 коп.[385]В1803 г. находящийся в числе братии священник Иван Иванов жаловался на казначеядавшего ему только 30 руб. из кружечного дохода, собранного во время крестногохода в Псков, в то время как все остальные его участники получили по 46 руб.[386]
9. Иоаннопредтечев девичий монастырь.Пашенной земли и сенных покосов 29 десятин 417 саженей. Рыбные ловли вУстинской волости (15 верст от монастыря) и на Псковском озере (60 верст).Земли и рыбные ловли отданы в оброк.[387]
Земли полагавшиеся монастырям по указу 1797 г.отводились весьма неспешно. Так, Иоанно-Предтечевский монастырь получилземельную дачу только в 1803 г.[388]Помимоказенной земли и штатного жалования монастыри продолжали получать мелкиепожертвования от частных лиц в виде небольших земельных дач и денежных пособий.Например, Псковопечерский монастырь получил в 1797 г. в вечное владение огород,засаженный плодовыми деревьями, мерою 39 на 18 саженей за положение тела сестрыгенерал-майорши Е.Ф. Вакселевой в монастырские пещеры.[389]Святогорский монастырь получал с 1790 г. от помещика Карамышева ежегодноепособие в размере 90 руб.[390]ИгуменьеИоаннопредтечева монастыря в 1801 г. удалось собрать 796 руб. доброхотных подаянийна покрытие тесом монастырского храма и обитие его глав осиновой чешуей.[391]
Монастырские власти боялись просить денег на ремонтобителей и принадлежащих им хозяйственных построек, опасаясь закрытия монастыря.[392]В результате, располагая достаточно скромными средствами, монастыри иархиерейский дом ограничивались мелкими ремонтными работами. В 1771 г.Спасовеликопустынский монастырь чинит ветхие заборы и деревянные кельи, печи иперекрывает железом соборную колокольню.[393]Пострадавшийот пожара Старовознесенский монастырь в том же году строит деревянную оградувокруг огорода, закупает кирпич и другие стройматериалы. В 1772 г. подновляетобраза в предельной церкви Рождества Христова. В 1773 г. заменяет 6 саженейплиты в соборной колокольне и перекрывает ее еловым лесом. В 1774 г.продолжаются работы на колокольне, в частности, меняется ее покрытие и делаетсяглава. В 1775 г. в колокольне устанавливаются две лестницы, покрывается драньюкрыша предельной церкви и монастырских келий, покупается и привозится вмонастырь деревянная келья. В 1776 г. перемащивается пол в притворе соборнойцеркви, перекладывается кафельная печь в предельной церкви, подновляютсявнешние архитектурные детали храма, обиваются жестью входные ворота, чинитсядеревянная монастырская ограда. В 1777 г. ремонтируется фундамент двух братскихкелий и стены настоятельской кельи.[394]Псковопечерский монастырь в 1774-1778 гг. перекрывает кровли в большойтрапезной, каменной «Донской» палате, в каменной жилой палате, и вчетырех церквях, ремонтирует провалившиеся каменные своды братской инастоятельской кухни, перестраивает ветхую главу церкви Усекновения главыИоанна Предтечи, ремонтирует погоревший вход в храм Богородицы Одигитрии наПечерском подворье в г. Пскове, перекрывает его кровлю и заменяет большую деревяннуюглаву, заменяет покрытие каменной колокольни на подворье.[395]
На крупные постройки денег не хватало. В 1788 г.сгорел деревянный архиерейский дом, остались только два каменных флигеля, изкоторых был устроен дом с деревянной пристройкой. Только в 1804 г. архиепископИриней (Клементьевский) решился пожаловаться Синоду на тесноту и сырость этогоздания, попросив перенести архиерейский дом в Снетогорский монастырь.[396]
О материальном положении монастырской братии известнонемного. Братия получала 2/3 собранного хлеба, а 1/3 принадлежала настоятелю.[397]Братия имела право пользоваться рыбными ловлями. Из штатной суммы выделялисьпорционные деньги. В Спасо-Мирожском монастыре в 1786 г. эти деньги составляли8 рублей 65 копеек в месяц на братию из 4-5 человек вместо положенных по штату11-и. Братия рассматривала ее как недостаточную, хватающую только на хлеб, в товремя как игумен Венедикт полагал ее избыточной. Пек хлебы и варил кушанья длямонастырской трапезы повар, определенный настоятелем. Настоятелем также долженбыл выдавать братии деньги на одежду и обувь. Остатки штатного жалованиявыдавались братии за каждые три месяца. При смене настоятелей существовалобычай выкупать у предшественника еще не снятый урожай. Если та часть земли скоторой получала свою часть оброка братия находилась впусте, настоятель несчитал себя обязанным делиться оброчным хлебом.[398]
На протяжении второй половины XVIII в. складываласьновая система содержания духовенства. Государство, желавшее иметь в качествесоциальной опоры обеспеченного материально служителя церкви, старалось, тем неменее, переложить все расходы по улучшению его благосостояния на прихожан.Церковные земли отмежевывались от частных владельцев, обрабатывать их, позамыслу Павла I, должны были частновладельческие крестьяне. Все подобныемероприятия проходили медленно и болезненно, вызывая споры и взаимныепретензии. Штатное жалование, то есть государственную ругу получала тольконезначительная часть духовенства. Оно не являлось основным источникомсуществования белого духовенства. Повышение штатного жалования Павлом I неозначало усиления заботы государства о нуждах духовенства, оно лишь явилосьследствием роста цен на продукты питания.[399]Благосостояниебелого духовенства зависело, прежде всего, от хороших отношений с прихожанами ипрежде всего с помещиками. Руга причту и кружечные сборы были делом сугубодобровольным. Прихожане оплачивали услуги священника исходя из коллективныхпредставлений о справедливой на них цене и собственного достатка. Величина ругиопределялась приговором между прихожанами и причтом, но в неурожайные годыкрестьяне могли и вовсе отказаться от своих обязательств. Затраты на содержаниецеркви и причта со стороны прихожан нельзя рассматривать только как вынужденнуюнеобходимость, дань установившейся традиции и выполнение религиозного долга.Это во многом вопрос престижа всего прихода и каждого отдельного прихожанина,особенно ктитора.
Устанавливая в 1765 г. таксу за требы, правительство,вероятно, учитывало, что состоятельные прихожане будут платить большеположенного, сообразно своему достатку. Такса была ориентированна на самыебедные слои населения.
Говоря о бедности белого духовенства в XVIII в.,необходимо различать два ее вида. В большей части случаев речь идет оботносительной бедности, то есть невозможности некоторой части духовенствасоответствовать определенным стандартам жизни. Внутри белого духовенствавыделяется несколько групп, характеризующихся различным объемом власти,престижа, образования и доходов. К самой бедной группе белого духовенства можноотнести причетников малочисленных приходов, не наделенных к тому же достаточнымколичеством земли. В эту же категорию можно отнести и тех служителей церкви,которые получают вполне приличное содержание, но обременены многочисленнойродней. Относительно представителей этой группы духовенства можно говорить обабсолютной бедности отталкиваясь от известной нормы душевого потребления 2,5-3четверти в год.[400]Самаябогатая группа белого духовенства состояла из служителей церкви, которыеблагодаря своим собственным талантам или родственным связям, сумели занятькакую-либо ответственную должность в системе епархиального управления, получитьпрестижное место или звание. Более точно определить состав групп и величину ихдоходов, не имея возможности высчитать точный доход причта каждой церкви и вероятностьналичия дополнительных источников дохода, нельзя.
Монастыри в большей степени зависели от финансированиясо стороны государства. Недостаточно высокое штатное жалование компенсировалосьнекомплектом монастырских штатов. Существовала огромная разница в доходах междунастоятелем и братией, в то время как различия в жаловании для остальныхкатегорий монашествующих нивелируются в конце века. К 70-м гг. XVIII в.монастыри вполне приспосабливаются к новым экономическим условиям, диктуемымгосударством, и достаточно эффективно распоряжаются имеющимися у них деньгами иугодьями./>/>/>/>/>/>/> 
Глава 5.Деятельность духовенства и его место в структуре российского общества/>/>/>/>/>/>/>/> 5.1 Особенности социального статуса духовенства.Деятельность духовенства
Во второй половине века двумя основными направлениямивнешней функции, которые выполняло православное духовенство, оставались,по-прежнему, религиозное и государственное. К религиозной функции духовенствапомимо ее обрядовой стороны следует отнести нормативно-регулятивную (выработканорм общественной жизни и межличностных отношений) и нравственно-регулятивную(помощь пастве в достижении определенного нравственного состояния посредствомисповеди и покаяния). Государственная служба подразумевала под собой следующиеважнейшие функции: информативную (сбор информации церковного и политическогохарактера, передача информации в народ) и просветительскую.[401]
Нет оснований полагать, что светская властьнедооценивала значения деятельности духовенства по осуществлению этих функций ине понимало, что для повышения собственной эффективности необходимо упрочитьавторитет духовенства в народе. С этой целью при Екатерине II было сделанонемало для возвышения духовенства.[402]ПавелI «хотел поднять авторитет и влияние духовных лиц в обществе и в народнойсреде и тем самым укрепить основы своей власти».[403]Как недостаточные для возвышения духовного сословия, половинчатые, но тем неменее дающие «прочное основание для умственного и нравственного развитиядуховенства» в будущем, оценил действия правительства в этом направленииИ. Знаменский.[404]Взаимоотношениягосударства и духовного сословия за вторую половину XVIII сильно изменились.Если в предшествующий период духовенству приходилось в основном отстаивать своиправа от посягательств государства, то с 1764 г. начался процесс, который Б.Н.Миронов назвал освобождением духовенства. Процесс предоставления, в первуюочередь, белому духовенству прав, присущих свободному сословию, мог носитьвынужденный характер, так как правительство не могло не понимать, «какуюогромную опасность может представлять духовенство в случае его враждебногоотношения к существующему режиму». В свою очередь, духовенство просило орасширении своих прав, пользуясь любой благоприятной возможностью и личнымисвязями с императорами.[405]Оборотнойстороной этого процесса стало усиление зависимости церкви как организации отгосударства, что дало основание некоторым исследователям говорить о ее крайнемогосударствлении. Первейшими обязанностями приходского духовенства Н.М.Никольский называл «насаждение верноподданнических чувств средиправославного населения и политический сыск среди прихожан», приводя вкачестве примера попытки апофеоза императорской власти и установление табельныхдней.[406] Вучебном пособии И.В. Левченко проводится мысль о «полном превращениицеркви в ведомство государственного управления, а епископов – вчиновников», как главном итоге организационной стороны реформы 1764 г.Отмечается также нарастающий процесс бюрократизации клира, который не былосуществлен только благодаря устойчивой системе наследования приходов.[407]Огосударствление церкви, «полицейские обязанности», возложенныегосударством на служителей церкви, в свою очередь, должны были ронять авторитетдуховенства в глазах прихожан.[408]
В целях выяснения вопроса о том, какое место занимало духовенство и каковбыл статус духовного лица необходимо проанализировать связанный с ним комплекснорм права, закрепленных в законодательных актах, и имевших место случаев ихреализации.
В первые годы после реформы 1764 г. государство освобождаетбелое духовенство от своеобразного внутрисословного оброка (так называемого«епископского тягла»), от сборов за епитрахильные вдовым священнослужителям,от школьных, за постихарные и перехожие грамоты, с производимых в степеньпротопопа. Во время архиерейских выездов запрещалось требовать с духовенстваденег на подводы. В самом указе разъяснялось, что отмененные сборы до введенияштатов шли на жалование судьям архиерейских домов и приказным служителям.Теперь, когда архиерей и епархиальная администрация получают жалования изКоллегии Экономии, необходимость в них отпала. Указ 1765 г. устанавливалфиксированную плату за поставление из диаконов в священники и из причетников вдиаконы размером в 2 руб., и сумму в 1 руб. за поставление в причетники.[409]Этот указ дополняет официально установленная в 1765 г. такса на важнейшиетребы.[410]В1766 г. упраздняются подможенные деньги на содержание военного духовенства.[411]Все эти указы объединены одной общей целью – предельно сократить количествожизненных обстоятельств, при которых клирик касался каких-либо финансовыхвопросов. Устанавливая таксы за требы и запрещая торг вокруг них, государство,возможно, имело намерение поднять авторитет духовенства. Причем, предупреждаяупреки в стяжательстве, направленные против духовенства, величина фиксированнойплаты за требы была заведомо ниже обычной, привычной и духовенству иприхожанам. Естественной реакцией духовенства было стремление увеличить сумму,не останавливаясь перед вымогательством и отказом совершать требы, что вынудилоиркутского архиерея Софрония, на свой страх и риск увеличить в своей епархии платуза требы в 2-3 раза.[412]
Представители псковского духовенства начали нарушатьуказ в самых неприглядных формах сразу после его опубликования. В 1769 г.священник Георгиевской церкви пригорода Воронича Симеон Иванов, запрашивая скрестьян большие суммы за погребение, вынудил их хоронить покойников безотправления треб. Официальная плата за погребение составляла 10 коп., священникже запросил 2 руб., не согласившись сбавить цену до рубля и овцы в придачу.Более того, епархиальному начальству были предоставлены показания крестьянина,получившего от священника прямой отказ хоронить мертвого младенца в связи снеобходимостью дальней поездки и рекомендацию подождать с похоронами до смертиеще кого-нибудь в той же местности. Никакого наказания за нарушение указа вотношении священника не последовало. Начальство ставило ему в вину не завышениеплаты за выполнение треб, а исключительно отказ их совершать. Более того,пострадавших крестьян обязали подпискою не обращаться за выполнением треб кдругим священникам «под страхом штрафа и наказания».[413]Подобные злоупотребления священнослужителей, отказывающихся совершатьобряды, не сойдясь с прихожанами в цене, имели место и в других епархиях.[414]
Ликвидация поборов с духовенства в пользу епархиальнойадминистрации так же не могла иметь должного эффекта. Духовенство по-прежнемудолжно было содержать низовые звенья административного аппарата епархии(благочинных, членов духовных правлений, экзаменаторов, цензоров проповедей идуховных депутатов).[415]Расходына их содержание, как отмечалось выше, были систематичны и чувствительны дляприходского духовенства. По мнению И. Знаменского, повсеместно сохраняласьвымогательство с белого духовенства денег под предлогом получения священнического(до 100 руб.) и диаконского (до 50 руб.) мест.[416]
В 1767-1772 гг. правительственными указами духовенствоосвобождается от телесных наказаний и пристрастных допросов священнослужителей(священников, иеромонахов, протодиаконов, иеродиаконов, диаконов).[417]В самом тексте указа от 7 июля 1767 г. данная правовая нормаобосновывается необходимостью поддерживать авторитет сана, так как черезтелесные наказания «Духовенство, а особливо Священники, теряют должное похарактеру своему от общества почтение, пастве же их подается немалый соблазн ипричина к презрению». В том же указе предписывается при назначении священнослужителямнаказания в виде «трудов» следить за тем, чтобы принудительные работыне роняли авторитет сана. Меры эти при, всей их пользе для духовенства,касались только церковного суда. Священнослужители же, подозреваемые всовершении преступных деяний, попадали в руки светских властей.[418]В этот же период в законодательстве появляется нома, запрещающая«держать в работе» человека, чья вина не доказана.[419]
Уже с 1766 г. для участия в следствии и уголовном суденад лицами духовного звания требуется обязательное присутствие депутата (такоеназвание они получили еще в период правления императрицы Елизаветы). Указ 1791г. требовал в городах и уездах назначить вместо временных постоянных депутатов.[420]Присутствие депутата на следствии и суде должно было оградить обвиняемогоклирика от оскорбляющих его сан действий со стороны светских властей. Поэтомуепархиальные власти отнеслись к выбору депутатов весьма ответственно и еще до1791 г. начали назначать их на постоянной основе. С 1779 г. депутатскуюдолжность в городе Пскове отправлял священник Симеон Васильев Яновский. В 1786г. его выбрали одним из двух городских благочинных. Консистория рассудила, чтовыполнять эти обязанности Симеону Васильеву будет затруднительно, поскольку двезанимаемые им должности могут потребовать одновременного присутствия в разныхместах. Поэтому в помощь депутату Яновскому решено было назначить второгодепутата священника церкви Воскресения с Полонища Василия Иванова. Первыйдолжен был ходить в гражданские присутственные места только по делам, требующимокончательного следственного рассмотрения и делам, переносимым по апелляции вверхние суды. Второй иногда совместно с первым должен был присутствовать надопросах.[421]СимеонЯновский продолжал выполнять депутатскую должность до самого конца рассматриваемогопериода, причем, получил в качестве награды за свое депутатство в 1793 г. отархиепископа первенство в публичных собраниях.[422]
Существование сословного суда, не применяющеготелесных наказаний к священнослужителям, и сословный надзор за гражданскимсудопроизводством в отношении духовенства не мог избавить его от притеснений иобид со стороны официальных лиц. Псковский наместник действительный статскийсоветник Кожин, 8 июня 1783 г. в связи с выходом из повиновения крестьянполковника Александра Максимовича Вындомского (Опочецкий у., село Георгиевское)через консисторию предписал окрестным священникам делать тем крестьянам«приличное увещание». Консистория не возражала, но опасаласьотправить священников без надлежащего конвоя. В том же месяце наместник прибылс псковским полицмейстером и военной командой. Священникам наместник велел бытьв готовности, но куда и когда явиться не сообщил. В результате он лишилсявозможных посредников и столкнулся с вооруженным сопротивлением бунтующихкрестьян. В ходе столкновения было убито несколько крестьян, и получили ранениясолдаты. Всю вину в произошедшем наместник возложил на приглашенных им священнослужителей,которые «неприездом своим дали повод и согласие к таковому их [крестьян]непокорству». Видимо, находясь еще под впечатлением от только чтослучившегося побоища, наместник прибыл с военной командой в Воронич и дал волюсвоему гневу по отношению к провинившимся клирикам. По его приказу священникаАнтипа Михайлова вытащили из дома. Наместник лично обругал священника«всякими неподобными словами», снял с него суму со святыми дарами иприказал священника связать. Священника связали, причинив ему этим сильныефизические страдания, «что и терпеть было не можно», и отдали на двачаса солдатам под стражу. Пока другой священник Петр Антонов по распоряжениюначальства исповедовал и причащал тяжелораненого солдата для него готовилиськолодки. Впрочем, в колодки его так и не посадили. Потом наместник приказалпривести 4-х арестованных мужиков и, устроив подобие очной ставки, сталтребовать от них назвать священников подстрекателями к бунту. Мужикипромолчали. И тогда наместник на глазах у священников запорол одного изкрестьян до смерти. Происходящее повергло остальных членов причта в ужас. Покадиакон прятался от направленных на его поиски 9 солдат, причетники ускакалипрочь на принадлежащей священнику лошади. Причем убегали они в такой спешке,что загнали лошадь до состояния полной непригодности к работе. Не получивпрямых доказательств вины священников, наместник удалился, пообещав вернутьсячерез 3 дня, разорить дома священников, а их самих отдать в солдаты. Синодвпоследствии признал вину священнослужителей в произошедшем восстаниинедоказанной, а те из них, кто все-таки предстал перед судом уголовной палаты,были также отпущены.[423]Весьмапримечательным при изучении действий в данном дел наместника является тот факт,что прилюдно унизив служителей церкви, запугав их и даже причинив одномусвященнику физические страдания, он не нарушил закон. Крайне важным дляпонимания отношений между светской властью и клириками в данной ситуацииявляется эпизод с сумой, содержащей святые дары. Подобную суму с матерчатымизображением креста по указу 1777 г. должен был носить на груди поверх одеяниякаждый священник. Во всех гражданских ведомствах объявлялось, что «когдасвященники при себе иметь будут дароносицы со Святыми Тайнами, с светскойстороны наблюдаемо было должное благочиние и почтение». Любой мирянин,который «производил» над священником непристойный поступок, долженбыл предстать перед церковным судом и понести наказание.[424]Поэтому священник, пытаясь уберечь себя от издевательств наместника,надевает суму со святыми тайнами, а наместник, не желая навлекать на себянеприятности, ее снимает перед тем как начать ругать Антипа Михайлова.Истязание священника путем связывания его веревкой так же формально нельзяпризнать нарушением закона. Не было пыток и физической расправы, были примененыисключительно меры задержания.
Участие духовенства в антикрепостническом движениивообще и в восстании Пугачева, в частности, расценивается исследователями неоднозначно.А.В. Карташев был склонен считать участие духовенства в пугачевщиневынужденным. Духовенство «под страхом быть растерзанным живьем» частопокорялось самозванцу и встречало его как законного императора. В Тамбовском иПензенском крае по окончанию следствия были лишены сана и монашества 129человек. В то же время неполная статистика насчитывает 257 лиц духовногозвания, убитых за отказ служить молебен за здравие самозванного царя ПетраФедоровича.[425]Ю.Я.Коган и Е. Ф. Грекулов подчеркивали антинародную сущность православной церкви,проявившуюся «с наибольшей силой в 1773-1775 гг.».[426]Н.М. Никольский, не отрицая проправительственную, в целом, ориентациюклира, упомянул примеры активной и добровольной поддержки Пугачева некоторымипредставителями духовенства.[427] Послевосстания Пугачева правительство продолжает рассматривать духовенство как силу,способствующую удержанию крестьян в повиновении, но, вместе с тем, не вполнедоверяло его готовности защищать государственные и помещичьи интересы, о чемсвидетельствует указ от 30 марта 1781 г. Согласно указу служителей церквиследовало освидетельствовать на предмет знания ими указа 1767 г., запрещавшегопомещичьим крестьянам подавать челобитные на своих хозяев, дабы те не моглиотговориться его незнанием. Духовенство так же следовало обязать подпиской, чтов случае неповиновения крестьян помещику они «не токмо от сообщества сними в том всячески удалялись, но когда о том уведают, то б при первом случаеот того прихожан своими увещаниями, напоминая и прочитывая им вышеписанныйуказ, всемерно воздерживали…». Впредь епархиальному начальству следовалознакомить с содержанием указа 1767 г. всех новопоставляемых священно- ицерковнослужителей.[428]
Произошедшие в Холмском у. в 1797 г. события,получившие широкую известность в правительственных сферах, показали, чтодуховенство играло активную роль как в среде восставших крестьян, так и средиподавляющих восстание. В возмущении помещичьих крестьян оказались виновнымисвященники погоста Бросна Антон Иванов, священник погоста Торопоца СтепанГригорьев и диакон погоста Каменки Алексей Степанов. Особая вина возлагалась насвященника Антона Иванова, который с «великим азартом» произнес передприхожанами речи, «возбуждающие крестьян к мятежности, и с порицаниемвойск, якобы они были подкуплены» Прочитанный крестьянам указ онеобходимости повиноваться помещикам, Антон Иванов объявил подложным. Из текстаобвинения следует, что главной и единственной виной священнослужителей было«неистовое толкование им [крестьянам] указа просить на помещикасвоего». Двух основных виновников (священник Степан Григорьев к 1798 г.умер) лишили сана, били кнутом и отправили на работы в Нерчинск. В крестьянскомвосстании оказались замешаны, но «не так дерзновенны» священникипогоста Бологова Алексей Елисеев, погоста Данкова Дмитрий Тимофеев, погостаТихвина Иван Васильев и диаконы погоста Жукова Гаврила Григорьев, погоста ВолокИван Львов, погоста Троицы Хлавицы Ераст Варламов. Их присудили к снятию сана,наказанию плетьми и отдаче в военную службу. Священник погоста Каменки оказалсявиновным в том, что не отвратил от поддержки крестьян диакона своего погоста.Наказанию подверглись так же три дьячка. Они были биты плетьми и отправлены наИркутскую суконную фабрику.[429]Участие большей части священнослужителей, охваченных восстанием погостов, пустьдаже в большинстве случаев пассивное, а может быть и вынужденное, показывает,что сельское духовенство было связано с крестьянами более прочными узами, чем сдворянством. Для увещевания крестьян пришлось вызвать священника иприсутствующего члена консистории Симеона Яновского из Пскова, который за своиуслуги государству был незамедлительно пожалован орденом Анны 2-й степени изванием протоиерея.[430]/>/>/>/>/>/>/>/> 5.2 Место православного духовенства в российском обществе
Сельское духовенство было, несмотря на своепривилегированное положение, несравненно ближе к крестьянской среде, чем кпомещичьей. Иностранцы удивлялись разобщенности между дворянством идуховенством в России. Дворяне смотрели на клириков как на представителей«невежества и суеверия», гордясь своим свободомыслием,«чуждались этих защитников рутины».[431]С 1785 г. дворяне, свободные от обязательной службы, стали более жить вимениях. Соответственно, участились случаи конфликтов между помещиками идуховенством, которое они презирали под воздействием модной философии. Унизитьсвященника стало «признаком образования».[432]Дворяне могли позволить себе то, что никогда не делали прихожане издругих сословий. Например, в октябре 1799 г. поручик Михаил Лавров прилюдно«причинил ругательства» священнику из Вышегородского погоста ФаддеюГригорьеву.[433]
Сельское духовенство во второй половине XVIIIв. близко к крестьянам по своему быту и образу жизни. Священник сам обрабатывалземлю, для освещения дома пользовался лучиной, попадья дома ходила в лаптях.[434]Служители церкви настолько привыкали носить постоянно простую одежду, чтоархиепископ Иннокентий был вынужден напоминать им о необходимости одеватьсяболее благопристойно и не отпралять церковной службы в лаптях.[435]Гораздо более подчеркивали носимой одеждой свой социальный статуспредставители московского городского духовенства.[436]
В то же время часть священнослужителей, особенно связанные с системойепархиального управления городские священники и протопопы, оторвавшись отосновной массы представителей своего сословия, сближаются по образу жизни сдворянством. Сказанное относится так же к верхушке черного духовенства:настоятелям монастырей и епархиальным архиереям.
По отношению к этой категории духовенствадействительно можно утверждать, что священнослужители к началу XIX в. по своимправам сравнялось с личными дворянами, получив право ездить в каретах и бытькавалерами орденов.[437]ПавелI даже определил специальную церемонию возложения на духовных лиц орденскихзнаков без прикосновения к ним шпагой.[438]Упомянутыйвыше священник псковской Иоаннобогословской церкви получил согласно орденскомустатуту, положенное кавалеру ордена Анны 2-й степени командорство, состоящее из3-х деревень в Звенигородском уезде Московской губернии.[439]При Павле I был расширен перечень внутрицерковных знаков отличия. В 1798г. император повелел награждать духовенство такими знаками отличия как камилавка,скуфья и наперсный крест.[440]
Сам факт награждения духовенства светскими знакамиотличия был воспринят некоторыми иерархами весьма болезненно, особенно, когдаПавел I начал награждать православных служителей церкви знаками католическогоМальтийского ордена. Даже лояльный к новшествам императора митрополитНовгородский и Петербургский Гавриил воспринял попытку сделать его кавалеромМальтийского ордена как оскорбление в адрес православной церкви, за что и былуволен с митрополичьей кафедры.[441]Показательноуже само стремление государства сравнять в правах с дворянами представителейдуховенства, на деле доказавших свое желание активно действовать в егоинтересах.
Привилегированная часть духовенства постепенноотстраняется от более бедных и необразованных представителей своего сословия.Протопоп Иоанн Иосифов Скоропостижный при разделе прихода с остальнымисвященниками Петропавловского собора г. Пскова взял себе дома дворян и самыхизвестных купцов. Когда другие священники возмутились несправедливостью такогораздела, Иоанн Иосифов объявил им, что ему неприлично входить в бедный дом.[442]Протоиерей Федор Львович Карпинский из г. Екатеринбурга, как следует изсодержания его дневника, общался в основном с городским начальством и членамиих семей, был зван на все светские мероприятия, получал от чиновников и военныхмногочисленные подарки. Единственное упоминание о других служителях церквиФедором Львовичем связано с причетниками, которые свозили в его погреб лед иполучили за работу по два стакана вина.[443]Епископыиз предшествующего 1764 г. периода унаследовали привычку к роскоши. Старались«перещеголять друг друга дорогостоящими церковными облачениями» По отношению кподчиненному духовенству проявляли зачастую деспотизм и жестокость. Врезультате мемуары XVIII в. все чаще стали отмечать примеры надменности инеприступности архиереев.[444]Срочныйвызов к архиерею в консисторию повергал в ужас и самого вызываемого и егодомочадцев. Вызванный на прием к епископу трепетал и боялся поднять глаза.[445]Причин для презрения к представителям своего сословия у верхушкидуховенства было достаточно: отсутствие у большинства служителей церкви полногосеминарского образования, необходимость занятия физическим трудом,многочисленные пороки и, наконец, более скромный достаток.
Для успешного выполнения политических и религиозных функций духовенстводолжно было обладать непререкаемым авторитетом среди прихожан. Несмотря напредпринимаемые государством и епархиальным начальством меры, во второйполовине XVIII в. можно выделить целый ряд обстоятельств, которые этомупрепятствовали.
Среди лиц духовного звания были распространены пороки,неприемлемые для служителя церкви. Прежде всего, эти пороки получали распространениев местах концентрации представителей сословия, не имеющих семейных обязательстви располагающих избытком свободного времени. Имеются в виду семинаристы, певчиеи монахи. В дневнике одного из священников Заволжского края, чье детствопришлось на первую половину XIX в., отражен достаточно неприглядный быт певчихархиерейского хора. Попадая в хор, юноши «веселились, пели, пили — и гибли длядальнейшей жизни». Пребывание в хоре печально отражалось не только на моральномоблике певчих, но и на академической успеваемости певчих — семинаристов. Современи открытия семинарии автор дневника был всего лишь третьим певчим,окончившим семинарский курс.[446]Неизбежныбыли несовместимые с принадлежностью к духовному сословию поступки и средиучеников духовных учебных заведений. К числу проступков, которые могли статьдостоянием общественности, можно отнести такие распространенные среди псковскихсеминаристов в XIX в. занятия как азартные игры, нескромные рассказы,употребление спиртных напитков и посещение трактиров.[447]Достоинство духовного сана в глазах мирян роняли также некоторыеобитатели монастырей. Им настоятели давали самые нелестные характеристики.Например, иеродиакон великолукского Троице — Сергиева монастыря Парфений, находившийсяпод следствием по делу о поджоге монастыря, был аттестован как неспособный кпослушанию «за развратной жизнью». В монастырях в числе братства находилисьсвященнослужители, определенные туда консисторией за пьянство и невоздержанноежитие. Из-за постоянного пьянства часть вдового духовенства в монастыряхоказывалась неспособными проводить богослужения.[448]Игумен Спасо-Мирожского монастыря Варлаам, сочиняя рапорт в консисторию,привел красноречивые доказательства непорядков, вызванных неподобающимповедением своих подчиненных. Монахи и вдовые священнослужители, по его словам,«обращались в питейных домах и в своих келиях чинили хищения, споры и драчеи».Игумен Варлаам обратил внимание консистории на систематичность пьянства в егомонастыре. Пьянствовали его подчиненные «часто и все вдруг» как у себя вкелиях, так и в питейных домах. От пьянства проистекали «в рассуждении обрядови церковнослужений остановки и прочие беспорядки, бесчиния и упорства». Монахи,отпрашиваясь в город, возвращались в монастырь с опозданием и в нетрезвом виде,а случалось и не вполне одетые. Игумен пробовал запирать их в чулан на хлеб иводу, но и туда монастырских служителей заставляли тайно приносить вино. Свозмущением игумен пишет о самовольном и беспорядочном колокольном звоне,который устраивали пьяные монахи, о их трясущихся во время службы руках иадресованных ему самому оскорблениях.[449]Пытаясьнавести порядок среди монастырской братии, настоятели не проявляли должногоуважения к сану своих подчиненных. Монахов наравне с монастырскими служителямиза совершенные ими проступки могли сажать на большую цепь, а, попав настоятелюпод горячую руку, они могли быть побиты дубинкой.[450]Происходящее за стенами монастыря не могло остаться тайной для мирян. Вмонастыре постоянно находился кто-нибудь из монастырских служителей. Самимонахи отлучались в город по разным надобностям. До самого конца XVIII в. вСтаровознесенском монастыре в Пскове не было введено общежитие. Инокини ипослушницы сами покупали пищу и обеспечивали себя одеждой. Поэтому они почтиежедневно ходили в город, что сопровождалось «оскорбительными для святойобители, но не лишенными иногда полной справедливости» нареканиями со стороны городскихобывателей.[451]
Моральный облик приходского духовенства не болеесоответствовал высокому званию священнослужителя и ожиданиям паствы. Например вг. Пскове в конце века только несколько человек, принадлежащих к числуслужителей церкви, вызывали нарекания начальства своим чрезмерным пристрастиемк алкоголю.[452]Самоупотребление спиртного представителями сословия не считалось чем-то необычным ипредосудительным. Принимая гостей, полагалось выпить с ними вина. Причем тесвященники, чьи дневники дошли до наших дней, даже скрупулезно записывают числовыпитых ими самими и поданых гостям рюмок.[453]Средисписка прочтенных книг протоирей полагал вполне приличным отметить, что в тотдень он был занят «двоением водки» через старые лимоны и сосновые шишки.[454]Водка вполне могла фигурировать в виде «подарка консисторским».[455]Наиболее склонные к самоанализу представители сословия и рады были быизбавиться от подобного времяпровождения, давали себе зароки не пить, нообстоятельства оказывались сильнее их. Сама окружающая их среда побуждалаотказываться, в конце концов, от благих намерений. Протопоп Федор Карпинскийпрекрасно понимал, что употребление алкоголя портит его отношения с супругой ироняет достоинство в глазах мирян. Его дневник содержит такие замечания как«тут выпил я не могши отвязаться… и сделался пьян», «опять вдарился впьянство, а все перестать хочешь, видно горбатого могила исправит», «когдадумаешь отдохнуть от пития, а к питию случай тут был».[456]Архиепископ Иннокентий в своем «Наставлении» призывал священников ктрезвенному житию, и, понимая причины нарушения этого предписания, запрещал имдолго задерживаться на пирах, посещать питейные дома.[457]Епархиальным начальством наказывалось не само пьянство, а связанные с нимпоступки, которые роняли авторитет сана и тем мешали духовенству выполнять егорелигиозную функцию. Помимо многочисленных случаев мелкого хулиганства, зафиксированныхв журналах заседаний консистории, питие спиртных напитков могло иметь гораздоболее серьезные последствия. В 1794 г. священник Погостицкого погоста СеменИванов, будучи пьян, пришел ночью в церковь, где услышал «невидимый глас»,требующий от него заставить прихожан отказаться от выращивания картофеля. Врезультате священник потребовал у своих прихожан, чтобы они более не сажаликартофель, а уже посаженный вырывали. В случае непослушания Семен Иванов обещалстрашный град, который погубит весь урожай хлеба. Слухи о грозящем урожаю градераспространились на несколько волостей, и только своевременное вмешательствоземского исправника Пушкарева не дало распространиться этому «неподобному длячеловеческих умов произречению» на весь Печорский округ. Для самого священникаитог дела был весьма неблагоприятен. По решению архиерея его лишили сана и нанекоторое время отправили в монастырь подальше от его прихода.[458]
Архиепископ Иннокентий в «Наставлении» требовал от священнослужителейбезупречного поведения. Сам пастырь должен был быть кротким, трезвенным и ковсему снисходительным. Ему следовало наблюдать за тем, чтобы домочадцывоздерживались от песен, плясок, сквернословия, ссор и драк, а также читать им«богодухновенные» книги. Таким образом, жизнь священника и его семейства должнабыла, по мысли архиерея, служить примером к подражанию для прихожан.[459]На деле вражда священнослужителей могла принять такую неприличную форму,что надолго запоминалась пастве. Примером такого поведения лиц духовного санаявляются события, происходившие в погосте Бежаницы в 1786-1791 гг. Делоначалось с жалобы священника Василия Иванова на пономаря Ивана Филиппова,который якобы халатно относился к своим обязанностям и нагрубил священнику. Дальнейшаяссора между священниками с одной стороны и братьями пономарем Иваном и диакономЕфимом с другой привела к тому, что священники стали удерживать у себя доходыдиакона, избили его престарелого отца. Год спустя диакон вновь пожаловался вдуховное правление на священников, избивших его брата Михаила и мать в домесвященника Василия Иванова. В 1791 г. священник Василий Иванов обвинил пономаряИвана в краже денег и ржи из его амбара.[460]Причетникипсковской церкви Успения с Пароменья устроили драку прямо в церкви, проливкровь в храме на глазах у прихожанок, принадлежащих к дворянскому и мещанскомусословиям.[461]Средимножества ссор между представителями духовного сословия имевшими место впсковской епархии особо примечателен раздор между монахом Святогорскогомонастыря Амвросием и дьячком церкви из подмонастырской слободы АлексеемИвановым. Повод к ссоре, произошедшей в избе дьячка, остается неясным. Врезультате возникших между монахом и дьячком разногласий они подрались, адьячок еще и «бранил монаха поматерно». Монах Амвросий донес настоятелюмонастыря, что пьяный дьячок якобы назвал себя царем и повелителем. Этогопоказания оказалось достаточно для заведения Псковским наместническимправлением секретного дела. На допросах дьячок признался во всех неблаговидныхпоступках за исключением своих «политических» речей, ссылаясь на их бытовоезначение. Остается только предположить, что монах и в самом деле из чувствамести переиначил слова дьячка, о том, что он «дому своему царь и повелитель».[462]
Неправильно было бы утверждать, что духовенствовыделялось среди других сословий какими-либо пороками. Пороки духовенства былитакими же, как у многих прихожан. Пьянство, рукоприкладство, несдержанность всловах и прочие неблаговидные поступки были характерны и для пастырей и дляпаствы. Вполне справедливо замечание Б. Семевского, что «в этом отношении, приодинаковом материальном положении и одинаковой среде, не могло быть почтиникаких различий».[463]Кпервой половине XIX в. священнослужителя можно было узнать даже в гражданскомплатье по речам, манерам и внешности.[464] Но этипризнаки поверхностны и свидетельствуют лишь о высокой степени ролевойидентификации представителей сословия. Существующая на практике и закрепленнаяюридически замкнутость сословия уменьшала вероятность посвящения в духовный санимеющего склонность к пастырскому труду человека, одновременно увеличивая долюслучайных людей, оказавшихся на священническом месте из соображений материальногохарактера. Прихожане не могли не понимать истинных мотивов кандидата на постсвященника в их приходах, но повлиять на его назначение не имели возможности.[465]Следовательно, священнослужитель мог восприниматься не как достойныйуважения за свой выбор жизненного пути служитель культа, а как человек ненашедший лучшего способа зарабатывать свой хлеб.
Немало вреда отношениям между паствой и клиромприносили вопросы экономического характера. Скудно обеспеченному служителюцеркви трудно было презреть все материальное, особенно если не чувствуя настоящегопризвания, он вступил на место отца только, чтобы как-нибудь прокормитьмногочисленную родню. В тех епархиях, где прихожане еще могли оказывать влияниена выбор служителей церкви, явно просматривается их руководство чистопрактическими соображениями. В Олонецкой епархии прихожане, выбирая клириков,заботились, прежде всего, об отсутствии между ними родственных отношений,поскольку представители одного семейства при возникновении экономических споровс прихожанами проявляли большую сплоченность и упорство. Ссоры междудуховенством и прихожанами чаще всего возникали по экономическим вопросам.Способы борьбы с неугодными служителями церкви так же обычно выбиралисьэкономические: запрещали ходить в лес за грибами и ягодами, рубить дрова истроевой лес, пускать скот с общим стадом.[466]Экономические споры с прихожанами неизбежно возникали при любой попыткесветских властей решить за их счет проблему материального обеспечения причта. В80-х гг. XVIII в. в Псковской епархии произошло наделение церквей пашеннойземлей и сенными покосами в ходе генерального межевания. В прилегающих к Псковууездах крестьяне традиционно давали духовенству ругу хлебом, компенсируя им скудостьцерковных земельных наделов. В результате проведенного межевания некоторыецеркви получили существенную прибавку пахотной земли. Прихожане в несколькихпогостах отказались признавать за клиром отторгнутые у них земли и, какпоказывает пример погоста Тайлова Печерского уезда, были косвенно поддержаныместными светскими властями. Крестьяне не допустили священнослужителей кпользованию землей и в результате возникшего конфликта отказались платитьпрежнюю ругу. Причем, сделали это в 1793 г. «по заказу той Тайловской волостистаросты и по приказу печерского заседателя дворянского Ишкина».[467]
Ситуацию только усугубил «непрактичный» закон 1797 г.«Об обработке церковных земель прихожанами», добавивший «затруднений инедоумений в церковных делах».[468] Законпредписывал положенные каждой церкви 33 десятины земли отдать в пользованиеприхожанам, получая с тех обговоренную плату, сообразную со справочными ценами нахлеб. Оставшиеся земли духовенство могло сдавать в наймы. Вводился прямойзапрет на обработку земли служителями церкви, «яко дело с саном их несовместно». Контроль за своевременной и полной выплатой прихожанами ругиотныне, волей законодателя, отдавался губернскому начальству и земской полиции.Однако, как свидетельствовали доношения епархиальных архиереев Синоду,губернские власти либо тормозили исполнение невыгодного для помещиков закона,либо, прибегая к угрозам в адрес священнослужителей, заставляли их соглашатьсяна получение небольших сумм на оплату труда батраков. Не имея достаточносредств нанять батраков служители церкви обрабатывали землю по прежнему сами.[469]Подобная неопределенность с доходами духовенства во многих сохранялась ив 1800 г.[470]ВПсковской епархии споры вокруг порядка обработки земли прихожанами продолжалисьпо меньшей мере до 1799 г.[471]Существовавшеедо закона 1797 г. положение вещей, без сомнения, не лучшим образом влияло наавторитет клира среди прихожан. Занятие физическим трудом, «отвлекая духовноелицо от исполнения его прямых духовных обязанностей, вместе с тем унижало его,делая пастыря ничем не отличавшимся в средствах жизни от простолюдина, то естьтак же обезличенным...»[472]Однако,попытка избавить духовенство от повседневного физического труда, отвлекающегоот основных обязанностей, была фактически провалена на местах и не былавозобновлена Александром I. Ее единственным следствием стало возникновениенового повода для отрицательного отношения паствы к клиру.
Таким образом, экономические споры, несовместимые ссаном поведение служителей церкви, имели место до конца исследуемого периода, несмотряна попытки правительства устранить их законодательным путем. Взятыйправительством курс на максимальную формализацию отношений между клиром ипаствой привел в конечном итоге к необходимости формализировать само участие идуховенства и паствы в религиозной жизни общества. Сенатский указ 1765 г. под страхомштрафа предписывал прихожанам исповедоваться и причащаться в святые посты.[473]"Инструкция сотскому со товарищи" от 19 декабря 1774 г.признавала возможность, используя полицейские меры, загонять людей в церковь впраздничные и высокоторжественные дни.[474]Уставблагочиния 1782 г. требовал от духовенства заботы о тишине, молчании и почтениив храме.[475]
С одной стороны, власти понимали необходимость активнойпроповеднической деятельности священнослужителей, а с другой стороны, не верилив способность к такой деятельности основной массы полуобразованногодуховенства. Большей части священников предписывалось как можно чаще отправлятьбогослужения, делая это не реже 5 раз в неделю. «Ученые же из священников»должны были произносить проповеди собственного сочинения, «извлекаемые из СловаБожия и поучений Святых Отцев, без всякого впрочем с своей стороны лишнегоумствования». Проповеди нельзя было читать без предварительной проверки еесодержания цензорами.[476] АрхиепископИннокентий указом от 1785 г. предписывал священникам читать в церквах поучения,написанные известнейшими проповедниками того времени митрополитами Гавриилом иПлатоном.[477]С1785 г. в Санкт-Петербурге было введено очередное проповедничество. Всеполучившие духовное образования священнослужители должны были 2 раза в годчитать публичную проповедь своего сочинения. Консистория предварительно посыласвященнику билет с указанием, где и когда он должен проповедовать.[478]Система “сказывания” публичных проповедей существовала и в г. Пскове, поменьшей мере с 80-х годов. По распоряжению консистории наиболее образованныесвященники сочиняли проповеди и произносили их по очереди в кафедральномсоборе. В церкви Михаила Архангела публично преподавался катехизис. Однако,священников, которым консистория доверяла публичную проповедническуюдеятельность, было всего 3 человека на губернский город.[479]
В Прибалтике и на отторгнутых от Польши земляхпроживали преимущественно неправославное население. Например, во всей Лифляндиии Курляндии в 1800 г. находилось 16826 православных душ мужского пола. Из них вг. Риге — 8643. По сравнению с 1783 г. произошло даже сокращение численностиправославных на 1344 души. Причем значительная часть православных в Прибалтикесоставляли расквартированные военные и чиновники с домочадцами. Предписанияепархиального начальства сковывали миссионерскую активность местногоправославного духовенства. Лифляндским священникам было запрещено самимпринимать в православную веру иноверцев. Требовалось согласие архиерея,которому желающий принять православие должен был подать прошение. Местномудуховенству отводилось весьма скромная роль. У уже изъявившего желаниекреститься по православному обряду иноверца следовало узнать, понимает ли онразличия между своей верой и православием, преподать ему наставление в вере ивзять подписку с поручительством свидетелей о “неизменном пребывании в недрахправославной церкви”. Подобное отношение к распространению православии не моглоне иметь своих плюсов. Об этом свидетельствует датированный 1774 г. отзыв лифляндскогопастора. А.В. Гупель констатировал, что со стороны православных священников“принуждение и преследование — неслыханное дело” и они “никогда не станутстеснять христианина в его вере”.[480]Причинанизкой миссионерской активности заключается не только в отсутствии со сторонысветских властей стремления насаждать православие на национальных окраинахРоссийской империи. В адресованных духовенству предписаниях явно чувствуетсяотсутствие у архиерея веры в способность рядового приходского священникааргументировано дискутировать о вопросах веры, заражать собственным примером,убеждать при помощи яркой проповеди.
Православный священник, как представитель официальнойрелигии, должен был быть непременным участником всех торжественных мероприятий.Однако, в отведенной ему роли, также чувствуется недоверие к его способностивести себя достойно сана. Отсюда мелочность предписаний по поводу поведениясвященнослужителей во время высокоторжественных случаев. Во время поездки ПавлаI в Ригу в 1797 г. священнослужителям, в частности, предписывалось стоять вдольдороги с крестами на подносах. Им запрещалось подходить к императору, пока тотне изволит остановиться. Если остановится — подойти с крестом к карете и попроезду императора возвратиться с крестом в церковь. Проповеди императору могличитать только протопопы и то «сколь можно краткие и ясные». Патриарх Алексей(Ридигер), полагал, что столь подробные инструкции по самым простым вопросамархиепископ вынужден был давать во избежание недоразумений из-за низкого уровняподготовки духовенства.[481]Входе торжественных встреч представителей светской власти, основная массадуховенства играла пассивную роль, предоставляя встречать гостя речами ипроизносить проповедь протопопу.[482]
Важной задачей духовенства во второй половине XVIII в.оставалась забота об исправлении нравов преступников. Часть этой задачи бралона себя белое духовенство, выделяя из своей среды священников, призванныхвыполнять должность увещевателя подсудимых в присутственных местах. Эту должностьзанимали, в основном, те же священники, которым консистория доверила публичноечтение проповедей.[483] Задачупо исправлению нравов преступников выполняли так же некоторые монастыри. Указот 3 марта 1764 г. продолжил традицию держать преступников в монастырях и послесекуляризации. Деньги на их содержание выделяла теперь коллегия экономии.Сосланные не имели права покидать монастырь до истечения срока наказания.Запрещено было отлучаться даже за продовольствием. Они получали “заимообразно”по 4 копейки в день и могли питаться монастырской пищей.[484]Обычным местом содержания преступников был Спасо-Мирожский монастырь в г.Пскове как самый ближний к консистории. Нельзя сказать, что его настоятели сбольшой охотой держали проштрафившихся мирян и духовных лиц на территорииобители. Обладающие беспокойным нравом осужденные доставляли монахомзначительные неудобства, на что и жаловался консистории архимандрит Иаков.Указывая на “немалые утеснения”, которые терпит братия, настоятель жаловалсяконсистории на отсутствие преступников, например, в Псково-Печерском монастыре.Только после жалоб архимандрита на невозможность ему, будучи больным, совмещатьтребующую частых отлучек должность благочинного над монастырями епархии снеобходимостью уделять внимание сосланным в подначалие заставили консисторииотправлять нарушителей в другие монастыри.[485]Вмонастырь отправляли мирян повинных в убийстве и других тяжких с точки зрения общественнойморали преступлениях. К преступнику, совершившему убийство, должен был бытьприставлен иеромонах, наблюдающий за его поведением. Наложенная на преступникаепитимья требовала, как правило, соблюдения четырех постов, исповеди и«упражнения в черных монастырских трудах». Убийц не допускали к причастию заисключением «смертного случая». От монастырского начальства консисториятребовало присылать рапорты, содержащие информацию о поведении и степенираскаяния находящихся в подначалие.[486]
Часть приходских священников регулярно отправлялась вофлот «на корабли» и в армейские полки. По данным клировых ведомостей в качествекорабельных священников побывали в Ревельском флоте 23 священнослужителя изПсковской епархии. В основном это были священники Пскова, Псковского иПечерского уездов. Время их службы пришлось на 1777-1778, 1786-1793гг. (восновном на 1789, 1791 и 1793 гг.) и составляло от 2 до 9 месяцев.[487]10 служителей церкви побывали в армии в должности полковых священников.По несколько лет они служили при Витебской батальонной церкви, в Углицком,Рязанском, Кексгольмском, Невском пехотных полках, в Псковском и Ямбургскомкарабинерных полках, в Санкт-Петербургском гренадерском полку, в лейб-гвардиикирасирском полку и в Санкт-Петербургском легионном корпусе.[488]Отправка священнослужителей в полки осуществлялась по мере поступлениятребований со стороны светских властей. Например, в апреле 1771 г. Адмиралтейств-коллегиязатребовала от Синода 13 священников и иеромонахов на корабли расположенные вРевеле, Риге и Евапинке. От Псковского архиепископа требовалось выслать одногочеловека в Ригу, обеспечив его кормовыми деньгами и прогонами на одну подводу.[489]Выбор кандидатуры зависел исключительно от епархиального архиерея. Заподанное со стороны священника прошение о переводе в полк, он мог получитьвыговор, поскольку в подобной инициативе епархиальное начальство усматривалапосягательство на права архиерея.[490]
Служители церкви имели возможность реализовать своиспособности и умения в самых разнообразных сферах жизни. К сожалению документыдоносят до нас лишь крайне отрывочные сведения об их интересах и повседневныхзанятиях. Священник Анисим Сидоров Негоновский писал образа в предельной церквиРождества Христова Старовознесенского монастыря.[491]Иеромонах Сергий в бытность свою священником Троицкого собора в г.Острове обратил внимание на “многие по церкви недостатки”. Всего за год с 1793по 1794 гг. ему удалось на добровольные пожертвования прихожан снабдитьцерковную ризницу всем необходимым. Столь энергичная деятельность священника неосталась без внимания начальства и в 1794 г. он был награжден набедренником.[492]Протоирей одной из столичных церквей Сергий Алексеев в свободное время велдневниковые записи, излагая в них содержание указов Синода иСанкт-Петербургской консистории (более 900). Среди его записей можно былообнаружить такие произведения вышедшие из под руки служителя церкви как письмосвященника Стефана Шароварова Павлу I о необходимости разрешить вновь женитьсявдовым иереям, пародия на гимн святого Амвросия Медиоланского «Хвала Франции»,сатирическое стихотворение, сочиненное протопопом Казанского собора Симским.[493]Рядовой священник помимо своих основных обязанностей, мог обучать грамоте детейприхожан, помогать крестьянам своим знанием грамоты (подписаться за них вдокументе, написать название деревни на указательном столбе) В особо важных случаяхсвященников приглашали на сход.[494]
Положение православного духовенства во второй половинеXVIII в. весьма противоречиво. С одной стороны, явное несоответствиесоциального статуса священника возложенным на него задачам. С другой стороны,имевшее место традиционно сильное влияние носителя статуса священника наприхожан. По-прежнему сохранялось сильное влияние религии на все сферыкультуры.[495]Духовенствоактивно способствует общине в выполнении ее религиозно-этической функции.[496]Экономические споры и несовместимое с саном поведение носили отнюдь неповсеместный характер. По своему поведению, мировоззрению и доходам обычныйприходской священник был близок к своей пастве. Полученные духовенствомпривилегии касались, в большинстве случаев, его наиболее ученой и активнойчасти. Невыполнение духовенством своих обычных религиозных функций остается изряда вон выходящим событием. Основная масса служителей церкви выполняет илистарается выполнить распоряжения епархиальной администрации, избегаетконфликтов с представителями светской власти./>/>/>/>/>/>/>/> 
Заключение
Духовенство Псковской епархии во второй половине XVIIIв. переживает трудный период приспособления к новым условиям жизни и деятельности,продиктованным реформой 1764 г. и последовавшими за ней преобразованиями. Вэтот период существенные изменения претерпевают границы епархии, резкоувеличивается число находящихся в ее составе приходских церквей. Многие приходывозникают на месте упраздненных монастырей. Численность городского духовенстваепархии была невелика. Большая часть служителей церкви проживала в сельскойместности и была занята сельскохозяйственным трудом. В состав епархии входилиземли, на которых проживало неправославное население, и хотя проповедническаядеятельность на них почти не велась, это обстоятельство делало более громоздкойсистему епархиального управления и усиливало процессы горизонтальной мобильностивнутри духовного сословия.
На протяжении второй половины XVIII в.происходит усложнение и совершенствование структуры управления епархией.Светским законодательством и инструкциями духовных властей определяются функцииконсистории, духовных правлений, благочинных и десятоначальников. Епархиальноеначальство под угрозой строгого наказания требует от настоятелей храмоврегулярно предоставлять сведения о клире, числе прихожан, церковных доходах ирасходах. Совершенствуются порядок ведения делопроизводственной документации.Складывается устойчивый состав служащих и членов присутствия Псковской духовнойконсистории. Активно участвует в деле управления епархией белое духовенство влице своих наиболее образованных представителей. Границы духовных правленийприводятся в соответствии с административно-территориальным делением Псковскогонаместничества. Центры духовных правлений переносятся в уездные центры в целяхобеспечения эффективного взаимодействия духовных и светских органов управления.На обеспечение деятельности консистории и духовных правлений выделяются незначительныесуммы, что приводит к невозможности полностью укомплектовать штат служащихдуховных правлений и способствует закреплению практики поборов с приходскогодуховенства со стороны начальствующих лиц.
К концу XVIII в. белое духовенство становится замкнутой на входесоциальной группой имеющей формальные признаки привилегированного сословия.Одновременно происходит процесс сокращения удельного веса духовенства вструктуре российского общества. Прекращается создание новых приходов исущественно ограничивается возможность открытия дополнительных священно- ицерковнослужительских вакансий в приходах с увеличивающейся численностьюнаселения. Оттоку детей служителей церкви в податные сословия способствуетпрактика разборов, имевших принудительный характер. Ликвидация институтавыборов прихожанами клира привела к практике наследования мест, которые к томуже могли долгое время оставаться вакантными. Наследственными становятся, преждевсего, места священнослужителей. Освободившиеся места пономарей и дьячков такжево многих случаях занимались детьми священнослужителей. В меньшей степени такаяпрактика наследования коснулась городских приходов. Наиболее необеспеченной исоциально незащищенной группой внутри духовного сословия становятся детипричетников, которые, не имея возможности получить образование и место понаследству, вынуждены были в ходе разборов записываться в подушный оклад.
Изменяется состав обитателей монастырей. С 1764 г. ониукрупняются и начинают активно пополняться вдовым духовенством.
В годы царствования Екатерины II и Павла I правительствоми многими архиереями уделялось серьезное внимание вопросам духовного образования.Псковскому архиепископу Иннокентию даже удалось на некоторое время наладитьработу целого ряда духовных гимназий. Повысились требования к уровню знанийвыпускников духовных учебных заведений в том числе с учетом практики светскогообразования. Государство увеличило расходы на духовное образование, новыделенных сумм было недостаточно для проведения его широкомасштабной реформы.Небольшой объем средств, выделяемых казной на нужды духовного образования вепархиях, не позволял существенно повысить уровень преподавания дисциплин и обновлятьсписок изучаемых предметов. Попытка создать новую двухзвеньевую структурусистемы духовного образования, успешная на первых порах, в итоге провалиласьиз-за недостатка финансирования.
Организовать порядок замещения открывающихся вакансий священнослужителейтакже не удалось. Поскольку вакантные места в приходах распределялись попринципу родства, с учетом интересов родственников женского пола, реальнойконкуренции между «учеными» кандидатами и наследниками не было. Малочисленныевыпускники высших классов семинарии определялись на престижные должности всистемах управления или образования. Приходское духовенство по-прежнемуполучало преимущественно домашнее образование, уровень которого часто неудовлетворял епархиальное начальство.
Социальный статус большей части представителей духовного сословия неможет быть определен как высокий в силу их скромных доходов, необходимостизаниматься физическим трудом и не всегда соответствующего сану моральногооблика. В то же время, нет оснований сомневаться, что добросовестный служительцеркви мог рассчитывать на авторитет среди прихожан и финансовую поддержку с ихстороны.
Система епархиального управления старалась подвергнуть всестороннейрегламентации деятельность и быт псковского духовенства, строго наказываявсякие попытки проявить самостоятельность в осуществлении религиозных функций.
К концу XVIII в. большая часть представителейдуховенства Псковской епархии имела несколько источников к существованию(штатное жалование, доходы с церковной земли, руга от прихожан и плата затребы), позволявших им вести относительно безбедный образ жизни. Очевиднокрайне неравномерное распределение доходов внутри белого и черного духовенства.Светская власть, получив в свое распоряжение монастырские и церковные вотчины,в какой-то мере компенсировала им экономические потери, определив штатноежалование. Расходы по содержанию приходского духовенства она переложила наплечи прихожан, одновременно лишив их возможности определять состав клира.
С утратой монастырями вотчин произошло сглаживание различий в социальномстатусе черного и белого духовенства. Бельцы активно участвовали в управлении Псковскойепархией и занимались преподавательской деятельностью в духовных учебныхзаведениях. Среди обитателей монастырей преобладали выходцы из приходскогодуховенства.
На протяжении второй половины XVIII в.сохранялись и углублялись такие признаки духовного сословия как замкнутость икорпоративность. Политика правительства, постоянно державшего клириков подугрозой записи в подушный оклад или в солдаты, только способствовала стихийнойвыработке в среде духовенства целого комплекса норм правового обычая, частичнозакрепленных в системе законодательства. Попытка навязать духовенствуполитические функции не имела полного успеха, несмотря на безусловноверноподданнический настрой его представителей. Система управления епархий приучилаполуобразованных служителей церкви действовать исключительно в рамках точныхинструкций, но благосостояние уездного духовенства во многом зависело отхороших отношений с крестьянским миром.
В результате приходское духовенство оказалось всложной ситуации многосторонней зависимости в своей повседневной деятельностиот светских и духовных властей, от помещика и крестьян. Двойственность положениядуховенства проявлялось и в других сферах жизни сословия, имея главной своейпредпосылкой отсутствие у политической элиты страны устойчивых представлений ороли, которую должно играть духовенство в жизни общества и желания отвлекать наудовлетворение его нужд сколько-нибудь значительные финансовые средства.Коллективный орган управления православной церковью Синод, послушно поддерживаялюбые начинания правительства, не имел плана преобразований церковной жизни.Само же государство обращало внимание на нужды духовенство лишь время отвремени, не ставя перед собой в этом направлении долговременных задач./>/>/>/>/>/>/>/> 
Источники и библиографический списоклитературы
/>/>/>/>Архивные источники:
/>/>/>/>Российский государственныйархив древних актов
/>/>/>Ф.280 Коллегия экономии. Счетная экспедиция./>/>/>/> Оп.3. Ед.хр. 214, 217,344, 509, 531
Оп.7.Ед.хр. 400, 1100, 1101, 1105
Оп.10. Ед.хр. 572
Российскийгосударственный исторический архив.
Ф.796. Канцелярия Святейшего Синода. Оп. 52. Ед. хр. 67
Оп.54. Ед.хр. 140, 141
Оп.59.Ед.хр.283
Оп.62. Ед.хр. 585, 586, 588
Оп.64. Ед.хр. 280, 571, 575
Оп.64. Ед.хр. 580
Оп.65. Ед.хр. 443
Оп.67. Ед.хр.268
Оп.70. Ед.хр. 397
Оп.71. Ед.хр. 417, 418
Оп.74. Ед.хр. 571
Оп.77.Ед.хр. 639
Оп.78.Ед.хр.484, 866, 989
Оп.79. Ед.хр. 67
Государственныйархив Псковской области.
Ф.39. Псковская духовная консистория. Оп. 1. Ед. хр. 29, 30, 171, 173, 317, 418,420, 479, 666, 667, 735, 926, 1035, 1082, 1083, 1253
Оп.2.Ед.хр. 501
Оп.9.Ед.хр.2а
Ф.74.Псковское наместническое правление. Оп.1. Ед.хр.192, 479, 493
Ф.479.Псковский архиерейский дом. Оп.1. Ед.хр. 5, 5б
Ф.203.Порховское духовное правление. Оп.1.Ед.хр. 1
Ф.291.Псковская духовная семинария. Оп.1. Ед.хр.29
Государственныйархив Великих Лук.
Ф.369.Опочецкое духовное правление. Оп.1.Ед.хр.77
ДревлехранилищеПсковского государственного историко-архитектурного и художественного музея-заповедника.
Ф.Мирожского монастыря. Ед.хр. 428/49, 429, 10/2391, 12/472
Ф.Псковской духовной консистории. Ед.хр. 325/49
/>/>/>Опубликованные источники
1. Байдин В.И., Голикова С.В.,Дашкевич Л.А, Нечаева М.Ю. Дневник священника.//Уральский исторический вестник.Екатеринбург, 1995. №2
2. Законодательство Екатерины II.Под. ред О.И. Чистякова, Т.Е. Новицкой. Т.1-2. М., 2001
3. Записки сельскогосвященника.//Русская старина. 1879. Т.26
4. Записки Уильяма Кокса: путешествиеего в Россию в 1778. Перевод с английского. Сообщ. Н. Белозерская.//Русскаястарина. 1877. Т.18-19
5. Иннокентий (Нечаев), архиепископ.Наставление от архипастыря священнику при отправлении его к должности. СПб.,1790
6. Негоновский О.И. Выписка издомашней летописной книги священника Косьмо-дамианской церкви города Пскова,О.И. Негоновского, умершего 26 февраля 1819 года. Псков, б./г. изд.
7. Полное собрание законодательстваРоссийской империи. Т.XVI-XXVI
8. Полное собрание постановлений ираспоряжений по ведомству Православного исповедания Российской империи.Царствование государыни императрицы Екатерины II. Т. I-III.СПб., 1910 — Пг., 1915
9. Полное собрание постановлений ираспоряжений по ведомству Православного исповедания. Царствование государяимператора Павла Первого. 6 ноября 1796 — 11 марта 1801 г. Пг., 1915
10. Список домам, состоящим в городеПскове и в его предместьях.//Памятная книжка Псковской губернии на 1901 год.Псков, 1902
/>/>/>/>/>/>Библиография
/>/>1. Адаменко А.М. Приходы Русскойправославной церкви на юге Западной Сибири в XVII – начале XXвв. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата историческихнаук. Кемерово, 1998
/>/>2. Александров Н. Сборникцерковно-гражданских постановлений в России, относящихся до лиц православногодуховенства. СПб.,1860
/>/>3. Алексий II(Ридигер А.М.; патриарх) Православие в Эстонии. М.,1999
/>/>4. Амвросий (Орнатский), епископ.История Российской иерархии, собранная Новгородской семинарии префектом ифилософии учителем, соборным иеромонахом Амвросием. Ч.5 М., 1813
/>/>5. Асочакова В.Н. Русская православнаяцерковь в истории Хакассо-Минусинского края в XVIII – первойчетверти XIX в. (структура, личный состав, политико-идеологическиефункции). Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидатаисторических наук. Красноярск, 1999
/>/>6. Бабич М.В. Государственныеучреждения России XVIII в. Справочное пособие. Вып.1. М., 1999
/>/>7. Барсов Н.И. Петербургскийприходской священник второй половины XVIII – начала XIXстолетий.//Христианские чтения 1876 Ч.2.
/>/>8. Белявский М.Т. Сословия исословный строй.//Очерки истории русской культуры 18 в. Ч.2. М.,1987
/>/>9. Беляев И. Судьбы православия вПрибалтийском крае: Историко-этнографический очерк. СПб., 1901
/>/>10. Березский А. Историко-археологическийочерк Псково-градского Георгиевского со Взвоза храма. Собрал по документам исоставил священник Псково-градской Николаевской со Усохи церкви АлександрБерезский. Псков, 1887
/>/>11. Благовидов В.В. Обер-прокурорыСвятейшего Синода в XVIII и в первой половине XIX столетия.Казань, 1899
/>/>12. Болховитинов Е. Описание РождестваБогородицы Снетогорского монастыря. Дерпт, 1821
/>/>13. Быстров Н. Покровская церковьпогоста Елин, Островского уезда, Псковской губернии и Елинский приход.Историко-статистический очерк. Псков, 1902
/>/>14. Верховский П. Очерки по историирусской церкви в XVIII и XIX в. Вып. 1. Варшава, 1912
/>/>15. Виденеева А.Е. Ростовские соборянев XVIII в. (до перевода архиерейского дома вЯрославль).//История и культура Ростовской земли. 1995. Ростов, 1996
/>/>16. Головина С.И. ИсторияЕжево-Мироносицкого монастыря.1647-1790. Йошкар-Ола, 1992
/>/>17. Горючко П.С. Материалы для историиНевельской духовной гимназии.1780-1809 гг. Витебск, 1901
18. Горчаков М.И. О земельныхвладениях всероссийских митрополитов, патриархов и Св. Синода (988 – 1738 гг.).СПб., 1871
/>/>19. Григорович Н. Обзор общихзаконоположений о содержании православного приходского духовенства в России современи введения штатов по Духовному ведомству. 1764 – 1863. СПб., 1867
/>/>20. Гумилевский Ф. Обзор русскойдуховной литературы 1720-1858 г. (умерших писателей). Т.2. СПб., 1861
/>/>21. Денисов В.В. Монастыри УгличскогоВерхневолжья как историко-культурные центры: комплексное изучение и перспективыиспользования. (вторая половина XV — XX вв.).Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата культурологии.М., 1998
/>/>22. Добросклонский А. Руководство поистории русской церкви. Вып. 4. ( Синодальный период 1700-1890 гг.). М., 1893
/>/>23. Добрышин Б. К истории православияв Прибалтийском крае. Очерк с приложением некоторых официальных документов.Составитель Б. Добрышин. СПб., 1911
/>/>24. Дэн В.Е. Население России по 5-й ревизии.Т.1. М., 1902
/>/>25. Дэн В.Е. Податные элементы средидуховенства России в XVIII в. Пг., 1918
/>/>26. Евгений (Болховитинов),митрополит. Словарь исторический о бывших в России писателях духовного чинаГреко-Российской Церкви. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1995
/>/>27. Ершова Н.А. Социальный статусприходского духовенства и его участие в процессе формирования российскойинтеллигенции в XVIII столетии.// Проблемы истории России XVIII– XX веков. (Научные чтения памяти профессора Ю.Д.Марголиса.) Сыктывкар, 1997
/>/>28. Завьялов А.А. Вопрос о церковныхимениях при императрице Екатерине II. М., 1909.
/>/>29. Зайцева Л.Ю. История Православнойцеркви Южного Зауралья в досоветский период. Автореферат диссертации насоискание ученой степени кандидата исторических наук. Курган, 1996
30. Зверинский В.В. Материал дляисторико-топографического исследования о православных монастырях в Российскойимперии. Т.1-2. СПб., 1890-1892
31. Знаменский И. Положениедуховенства в царствование Екатерины II и Павла I. М., 1880
32. Знаменский П.В. Духовные школы вРоссии до реформы 1808 года. СПб.,2001
/>/>33. Знаменский П. В. История русскойцеркви. (Учебное руководство). М., 1996
/>/>34. Знаменский П.В. Об отношениирусский священно-церковно-служителей к приходам в XVII – XVIIIст.//Православный собеседник 1867 Ч.1.
/>/>35. Знаменский П.В. О способахсодержания русского духовенства в XVII — XVIIIст.//Православный собеседник 1863 Ч.2.
/>/>36. Историко-статистическое описаниецерквей и приходов Рижской епархии. Вып. I. Рига, 1893
/>/>37. История крестьянства в Европе:эпоха феодализма. Т.3. М.,1985
/>/>38. Источниковедение истории СССР.Под. ред. И.Д Ковальченко. М., 1981
/>/>39. Источниковедение: Теория. История.Метод. Источники российской истории. Учебное пособие для гуманитарных специальностей./Под. ред. И.Н Данилевского. В.В. Кабанова О.М. Медушевской, М.Ф. Румянцевой.М., 2000
/>/>40. Иоанн, игумен. ОписаниеСвятогорского Успенского монастыря, Псковской епархии. Псков, 1899
41. Канавин А. История РижскойТроице-Задвинской церкви и прихода, построение новой церкви и ее освящение.(1781-1895). Рига, 1896
42. Карасев А.В. Генеалогияприходского духовенства Кашинского и Калязинского уездов Тверской губернии XVIII– первой половины XIX века. // Неизвестные страницы истории Верхневолжья.Сборник научных трудов. Тверь, 1994
/>/>43. Карташев А.В. Очерки по историирусской церкви. Т.1-2. М., 1997
/>/>44. Клибанов А.И., Павленко Н.И.Церковь и светская власть.//История СССР. С древнейших времен до ВеликойОктябрьской Социалистической Революции. Под ред. Л.Г. Бескровного Т.3. М.,1967
/>/>45. Князев А.С. Очерки историиПсковской семинарии от начала до преобразования ее по проекту устава 1814 г.М., 1866
/>/>46. Коган Ю.Я., Грекулов Е.Ф. Церковьи русский абсолютизм в XVIII в. // Церковь в истории России (IX в.– 1917 г.). Критические очерки. М.,1967
/>/>47. Комиссаренко А.И. Русскийабсолютизм и духовенство в XVIII в. (Очерки истории секуляризационной реформы 1764г.). М.,1990
/>/>48. Комиссаренко А.И. Прохоров М.Ф.Посевы и урожай зерновых культур в Новгородском уезде в 60 — 70 — х. годах XVIIIв.//Прошлое Новгорода и новгородской земли. Тезисы докладов и сообщений научнойконференции. 14-16 ноября 1995 г. Новгород, 1995
/>/>49. Королев А.Е. История Псковскогокрая в исследованиях священнослужителей (XIX — начало XXвв.)//Церковная археология: Материалы первой Всероссийской конференции: Псков,20 — 24 ноября 1995 Ч.3. СПб — Псков, 1995
/>/>50. Котов В.В. Холм на Ловати и егоземля. Псков, 2000
/>/>51. Крестьянская война в России в1773-1775 гг. Восстание Пугачева. Т.3. Л., 1970
/>/>52. Кривойван К.Ю. Духовноеобразование в Псковской земле в XVIII в. (1701-1764 гг.). Дипломнаяработа. Хранится на кафедре отечественной истории ПГПИ. Псков, 1998
/>/>53. Кузнецов А.М. Православноедуховенство в период правления Павла I. // Научныетруды Московского педагогического государственного университета. Серия:Социально-исторические науки. М., 1998
/>/>54. Лебедев Е. К историиСвято-Благовещенской Никандровой пустыни// Псковские Епархиальные Ведомости.1896 №№18,19
/>/>55. Левченко И.В. Русская ПравославнаяЦерковь и государство: Учебное пособие. Иркутск, 1997
/>/>56. Лисовой Н.Н. Восемнадцатый век вистории русского монашества.//Монашество в России. XI – XXвека. Исторические очерки. М., 2002
/>/>57. Матисон А.В. Генеалогияправославного приходского духовенства России XVIII – начала XXвв.: История рода Мощанских. М., 2000
/>/>58. Миронов Б.Н. Социальная историяРоссии периода Империи (18-начало 20 вв.). Генезис личности, демократической семьи,гражданского общества и правового государства. СПб., 1999
/>/>59. Наумова О.Е. Иркутская епархия в XVIII- первой половине XIX в. Иркутск, 1996
/>/>60. Никольский Н.М. История русскойцеркви. М., 1988
/>/>61. Описание Иоанно-Предтеченскогоженского монастыря. СПб., 1874.
/>/>62. Описание Псково-Печерскогопервоклассного монастыря. Дерпт, 1832
/>/>63. Очерки истории СССР. Периодфеодализма. Россия во второй половине XVIII в. М.,1956
/>/>64. Папков А.А. Упадок православногоприхода (XVIII – XIX века). Историческая справка. М., 1899
/>/>65. Писарькова Л.Ф. От Петра I доНиколая II: политика правительства в области формированиябюрократии. // Отечественная история. 1996. №4
/>/>66. Покровский И.М. Русская епархия в XVI –XIX вв., их открытие, состав и пределы. Опытцерковно-исторического, статистического и географического изследования. Т.2.Казань, 1913
/>/>67. Продажа упраздненных церквей воПскове в 1793-1798 гг.// Русская старина 1890. Т.68
/>/>68. Пулькин, М.В. Захарова О.А., ЖуковА.Ю. Православие в Карелии (XV – первая треть XXв.). М., 1999
/>/>69. Пулькин М.В. Заполнение церковныхвакансий в Олонецкой епархии во второй половине XVIII века.// Традицииобразования в Карелии. Материал республиканской научно-практической конференциипосвященной 165-летию Олонецкой духовной семинарии. Петрозаводск, 1995
/>/>70. Пулькин М.В. Имущество сельскихприходских церквей Олонецкой епархии в XVIII в.:Источники формирования и способы распоряжения.// Церковная археология:Материалы первой Всероссийской конференции: Псков, 20 — 24 ноября 1995 Ч.3. СПб- Псков, 1995
/>/>71. Розанов Н. История Московскогоепархиального управления со времени учреждения Святейшего Синода (1721-1821).Ч.3. Кн.1. М.,.1870
/>/>72. Розанов Н.П. Об Архиве Московскойдуховной консистории. М., 1868
/>/>73. Рощектаев А.В. Монастыри Казанскойепархии после учреждения штатов (1764-1917)//Платоновские чтения. МатериалыВсероссийской конференции молодых историков г. Самара 3-9 декабря 1997 года. Самара,1998
/>/>74. Рындзюнский П.Г. Церковь вдворянской империи (XVIII в.).//Русское православие: вехи истории. / Науч. ред.А.И. Клибанов. М., 1989
/>/>75. Семевский Б. Сельский священник вовторой половине XVIII в.//Русская старина. 1877. №8
/>/>76. Смиречанский В., протоиерей,Историко-статистический сборник сведений о Псковской епархии. Псковская епархия(исторический очерк с XVI – XIX в.). Ч.2. Остров, 1895
/>/>77. Смолич И.К. История русскойцеркви.1700-1917. Кн.8. Ч.1. М., 1996
/>/>78. Старовознесенский женскиймонастырь в г. Пскове. Спб.,1862
79. Строев П. Списки иерархов инастоятелей монастырей Российской церкви. СПб.,1877
80. Суворов Н. Псковское церковноеземледелие в XVI – XVII вв.// Журнал Министерства народного просвещения. 1907.апрель
81. Трегубов С.И. Религиозный бытрусских и состояние духовенства в XVIII веке по мемуарам иностранцев.Киев, 1884
82. Тинина З.П. Самодержавие и русскаяправославная церковь в первой четверти XIX века.Волгоград, 1999
83. Флоровский Г. Пути русскогобогословия. Вильнюс, 1991
/>/>84. Чижевский И.Л. Собраниецерковно-гражданских постановлений о монашествующих и монастырях. Харьков, 1898
/>/>85. Шереметевский В.В. Фамильныепрозвища Великорусского духовенства в XVIII и XIXстолетиях. М., 1908
/>/>86. Штранге М. М. Демократическаяинтеллигенция в России в XVIII веке. М., 1965
/>/>87. Щекатов А. Словарь географическийРоссийского Государства Ч.4 М., 1804
/>/>88. Щукин В.Д. Петро-Павловский соборв г. Пскове. Заметки священника погоста Баранца, Торопецкого уезда, В.Д.Щукина. Псков, 1883
/>/>89. Щульгин В.С. Религия ицерковь.//Очерки истории русской культуры 18 в. Ч.2. М.,1987
/>/>90. Freeze G.L. The RussianLevits. Parish clergy in the eighteen century. Cambridge – London, 1977/>/>/>/>/>/> 

/>Список сокращений
ГАВЛ — Государственный архив Великих Лук
ГАПО — Государственный архив Псковской области
ПГОИАХМЗ — Псковский государственныйисторико-архитектурный и художественный музей-заповедник
ПДК — Псковская духовная консистория
РГАДА — Российский государственный архив древних актов
РГИА — Российский государственный исторический архив/>/>/>/>/>/>/>/> 
ПриложенияПриложение 1Список действующих во второй половине XVIII в. приходских и соборных церквей Псковской епархии, упомянутых в клировыхведомостях и ревизских сказкахУезд Населенный пункт Церковь Тип Название № Название Великолукский Город Великие Луки 1 Богоявленская Город Великие Луки 2 Введенская кладбищенская Город Великие Луки 3 Вознесенская (Вознесенскогодевичьего монастыря) Город Великие Луки 4 Воскресенский собор Город Великие Луки 5 Входоиерусалимская Город Великие Луки 6 Покровская Город Великие Луки 7 Преображенская Город Великие Луки 8 Троицкая Город Великие Луки 9 Успенская Погост Бологово (Балагое) 10 Богоявленская Погост Борок 11 Троицкая Село Бутитино (Бететино) 12 Спасская Погост Влицы 13 Преображенская Погост Вяз 14 Покровская Погост Горки 15 Введенская Погост Горожаны 16 Рождества Богородицы Погост Детковичи 17
Покровская Погост Дроздово 18 Спасская Погост Дуняни 19 Архангельская Погост Загарье (Загорье) 20 Никольская Село Залужье 21 Рождества Богородицы Село Знаменское 22 Знаменская Погост Иванково 23 Никольская Село Ильинское 24 Сретенская Погост Каменка 25 Вознесенская Погост Колюбаки 26 Успенская Погост Крутой Враг (Крутовраг) 27 Ильинская Погост Купуй 28 Богородицы Одигитрии Погост Лакновато (Локновато) 29 Богоявленская Погост Липец (Трубищино) 30 Воскресенская Погост Ловно (Лавно) 31 Покровская Село Лукино 32 Крестовоздвиженская Село Максимово 33 Спасская Погост Медведево 34 Покровская Погост Милолеб (Милолюб) 35 Успенская Погост Миритиницы (Меретенцы) 36 Троицкая Погост Миритиницы (Меретенцы) 37 Марии Египецкой кладбищенская Погост Михайлово 38 Успенская Погост Надбино 39 Рождества Христова Погост Назимово 40 Покровская Погост Насцы 41 Покровская Село Нестерово 42 Архангельская Погост Низовичи 43 Никольская Село Никольское (Новоникольское, Лешее) 44 Никольская Село Новобогородицкое (Богородицкое) 45 Богородицы Одигитрии Погост Новое 46 Успенская Погост Овсище 47 Зачатия Святой Анны Погост Окны (Окни) 48 Успенская Погост Петра и Павла 49 Покровская Погост План (Плаи) 50 Троицкая Погост Раменье 51 Троицкая Село Рыкшино 52 Богородицы Одигитрии Село Сенчит 53 Покровская Погост Серебреницы (Сребреницы) 54 Тихвинской Богородицы Погост Славуи 55 Троицкая Село Спасское 56 Образская Погост Хряны (Хряпы) 57 Образская Село Чирки 58 Никольская Новоржевский уезд Город Новоржев 59 Никольская Погост Аксеново 60 Знаменская Погост Аполье 61 Воскресенская Погост Апросьево 62 Рождества Богородицы Погост Ашево 63 Успенская Погост Бараново 64 Троицкая Погост Бардово 65 Троицкая Погост Баруты 66 Покровская Погост Бежаницы 67 Покровская Погост Вехно 68 Преображенская Село Гривино 69 Троицкая Погост Дворец 70 Никольская Село Добривичи 71 Тихвинской Богородицы Погост Духново 72 Покровская Село Жадрицы 73 Иоаннобогословская Село Иванково 74 Богоявленская Погост Клишковичи 75 Иоаннобогословская Погост Кудеверь 76 Георгиевская Погост Лобно 77 Успенская Село Лодино 78 Воскресенская Погост Марынь 79 Успенская Село Михеево 80 Казанская Село Новое 81 Успенская Погост Плес (Плесса 82 Троицкая Село Посадниково 83 Казанская Погост Пятницы 84 Троицкая Погост Ратково (Ратьково) 85 Никольская Село Стехново 86 Варлаамовская Погост Столбушино 87 Успенская Село Сторожня 88 Обновления Храма Господня Погост Туров 89 Рождества Богородицы Село Хилково 90 Сретенская Село Хряпьево 91 Рождества Богородицы Погост Цвень 92 Покровская Село Юшковы села 93 Богоявленская Опочецкий уезд Город Опочка 94 Лукинская Город Опочка 95 Петропавловская кладбищенская Город Опочка 96 Спасская соборная церковь Город Опочка 97 Успенская Город Опочка 98 Фоминская Погост Борисоглебовский 99 Борисоглебовская Село Ваулино 100 Знаменская Погост Веснеболог 101 Никольская Пригород Воронич 102 Воскресенская Пригород Воронич 103 Георгиевская
  Городище 104 Ильинская Погост Жадро 105 Воскресенская Бывший пригород Заволочье 106 Преображенская Погост Заклинье 107 Никольская Погост Каменский 108 Знаменская Пригород Красный 109 Архангельская Пригород Красный 110 Никольская Погост Кудово 111 Воскресенская Погост Козмодамианский 112 Космодемьянская Погост Копылок 113 Никольская Погост Острие 114 Георгиевская Погост Поляни 115 Покровская Погост Рождества Христова 116 Рождества Христова
  Святогорский монастырь 117 Пятницкая Погост Слабоцкой 118 Рождества Богородицы Погост Сине-Никольский(Синяя Речка) 119 Никольская Погост Старицкий 120 Покровская Погост Черницкий 121 Покровская Островский уезд Город Остров 122 Никольская Город Остров 123 Покровская Город Остров 124 Троицкий собор Погост Веретье 125 Георгиевская Погост Верховье(Верхо-Овсинский) 126 Вознесенская Погост Володимерец 127 Никольская Погост Володимерец 128 Рождества Богородицы Погост Воронцово 129 Рождества Христова Погост Врев 130 Никольская Пригород Выбор 131 Крестовоздвиженская Пригород Выбор 132 Успенская Погост Вышегородец(Городецкий) 133 Борисоглебовская Погост Гнилки 134 Никольская Погост Гривы 135 Преображенская Погост Дубицкий 136 Никольская Погост Дубково 137 Преображенская Погост Елинский 138 Покровская Погост Каровский(Коровский 139 Рождества Богородицы Погост Кательна (Котельно) 140 Никольская Погост Кокшино 141 Преображенская Погост Крекшино 142 Никольская Погост Куховский 143 Архангельская Погост Навережье 144 Никольская Погост Немоево (Ивашково) 145 Покровская Погост Сигорицы 146 Воскресенская Погост Синск (Синее Устье) 147 Покровская Погост Староовсиский (Старо-Уситово) 148 Никольская Погост Чернозерье 149 Георгиевская Печерский уезд Город Печоры 150 Варваринская Погост Верхоустин 151 Георгиевская
  Городище 152 Никольская Погост Зачеренье 153 Пятницкая Пригород Изборск 154 Никольская Пригород Изборск 155 Рождества Богородицы Пригород Изборск 156 Сергиевская Погост Качанова Слобода 157 Никольская Погост Колбежецкий 158 Покровская Погост Колпино 159 Преображенская Погост Корлы 160 Ильинская Погост Кулье 161 Ильинская Погост Локно 162 Космодемьянская
  Бывший Мальский монастырь 163 Рождества Христова Погост Муравейский 164 Ильинская Погост Ново-Уситово 165 Рождества Богородицы Погост Паниковичи 166 Никольская Погост Печки 167 Георгиевская Погост Погостище (Погостицкий) 168 Покровская Погост Сенно 169 Георгиевская Погост Смоленский 170 Никольская Погост Старо-Уситовский 171 Рождества Богородицы Погост Тайлов 172 Никольская Порховский уезд Город Порхов 173 Никольская Город Порхов 174 Преображенская Город Порхов 175 Рождества Богородицы Город Порхов 176 бывшего Рождественского девичьего монастыря Город Порхов 177 Спасская Город Порхов 178 Троицкий собор Село Александровское 179 Спасская Погост Бельский 180 Троицкая Село Березка 181 Троицкая Погост Березский (Береза) 182 Архангельская Погост Болчинский (Болч) 183 Троицкая Выставка Бродовичи 184 Никольская Село Бурег (Буриги Старыя) 185 Покровская Погост Высоцкий (Высокое) 186 Никольская Погост Вышегородок 187 Архангельская Погост Вышегородок 188 Богоявленская Село Гористо 189 Преображенская Выставка Городовик 190 Богоявленская Выставка Городок 191 Ильинская Выставка Горы 192 Архангельская Погост Дегжо 193 Троицкая Погост Демянский 194 Рождества Христова Выстака Димитриева (Дмитриевы Горки) 195 Никольская Село Дно 195 Архангельская Погост Дубровно 196 Рождества Богородицы Село Жабор (Жаборы) 197 Покровская Погост Жедрицы 198 Преображенская Выставка Заклинье 199 Преображенская Погост Илемно 200 Успенская Погост Карачунцы 201 Успенская Село Красково 202 Никольская Село Красково 203 Казанская Село Костыжицы 204 Казанская Погост Михайловский 205 Воскресенская
  Быший Молочков монастырь 206 Успенская Погост Мусецкий 207 Покровская Погост Облучье 208 Ильинская Погост Опоцкий (Опоки) 209 Благовещенская Село Подоклинье (Подклинье) 210 Богоявленская Погост Пожеревицы 211 Георгиевская Село Полонная (Паланая) 212 Спасская Выставка Рвы 213 Никольская Погост Ретно 214 Никольская Погост Ручьевский (Ручьи 215 Никольская Погост Село Богородицкое 216 Грузинской Богоматери Село Скугор (Скукгры 217 Никольская Посад Сольцы 218 Ильинская Село Сырковичи 219 Никольская Выставка Тишанки 220 Никольская Село Устье 221 Вознесенская Погост Шкнятин 222 Введенская Выставка Шушелово 223 Покровская Погост Ясень (Ясно) 224 Троицкая Село Яски 225 Параскевы Пятницы Псковский уезд Город Псков 226 Алексеевская с Поля Город Псков 227 Богоявления с Запсковья Город Псков 228 Варлаамовская с Запсковья Город Псков 229 Воскресенская с Полонища Город Псков 230 Димитриевская с Поля Город Псков 231 Иоаннобогословская с Мишариной Горы церковь Город Псков 232 Иоаннопредтечева церковь девичьего монастыря Город Псков 233 Климентовская с Завеличья Город Псков 234 Космодемьянская с Запсковья Город Псков 235 Никиты с Поля Город Псков 236 Николы со Усохи Город Псков 237 Николы с Пролому Город Псков 238 Нововознесенская с Полонища Город Псков 239 Петропавловский собор Город Псков 240 Старовознесенская церковь девичьего монастыря Город Псков 241 Троицкий кафедральный собор Город Псков 242 Успения с Бутырок Город Псков 243 Успения с Пароменья Город Псков 244 Царя Константина с Поля Погост Великопустынский 245 Преображенская Погост Верхний мост 246 Никольская Погост Верхолино 247 Ильинская Погост Видилибье (Виделебье) 248 Никольская Погост Деменицы 249 Ильинская Погост Добрывички (Добрывичи) 250 Ильинская Погост Знахлицы 251 Покровская Погост Зряковский 252 Георгиевская Погост Каменский 253 Георгиевская Погост Кривовицы 254 Ильинская Погост Кусовский 255 Мины, Виктора и Викентия
  Бывший Любятов монастырь 256 Никольская Погост Мелетов 257 Успенская Погост Неготь 258 Апостола Матфея Погост Оклюдицы (Окмодицы) 259 Рождества Христова Погост Палицы 260 Георгиевская Погост Полонский 261 Ильинская Погост Прощаник 262 Борисоглебовская Погост Пруды 263 Никольская Погост Рожницы 264 Архангельская Погост Русицкий 265 Космодемьянская Погост Рюха 266 Георгиевская Погост Савина пустынь 267 Саввы Освященного Погост Славковичи 267 Успенская Остров Талабск 268 Никольская Погост Торошинский 269 Ильинская Погост Устье 270 Никольская Погост Чирской 271
  Торопецкий уезд Город Торопец 272 Ильинская Город Торопец 273 Казанская Погост Бараницы 274 Вознесенская Погост Бенцы 275 Крестовоздвиженская Погост Всхново 276 Успенская Погост Грядцы 277 Никольская Погост Двино 278 Покровская Погост Допша 279 Успенская Погост Дубно 280 Рождества Богородицы Погост Дубровки 281 Преображенская Погост Жельно 282 Успенская Погост Жижец 283 Рождества Богородицы Погост Заборье 284 Успенская Погост Задвинье (Михайло-Архангел) 285 Преображенская Погост Зетий 286 Троицкая Село Знаменское 287 Знаменская Погост Зольвии 288 Успенская Погост Лобно 289 Введенская Погост Лужники 290 Никольская Погост Любуты Георгиевские 291 Воскресенская Погост Любуты Николаевские 292 Никольская Погост Манушкин 293 Владимирской Богородицы Погост Неворож (Новорож) 294 Троицкая Погост Нишавицы (Нишевицы) 295 Дмитрия Ростовского Погост Новотроицкое (Троицкое) 296 Троицкая Погост Пашивкино 297 Богородицы Одигитрии Погост Песно 298 Преображенская Погост Платично 299 Троицкая Погост Пожня 300 Казанская Погост Пожоги 301 Воскресенская Погост Почеп 302 Рождества Христова Погост Прилук 303 Борисоглебовская Погост Псовец 304 Богоявленская Погост Пятиусов (Пятиусовский) 305 Троицкая Погост Пятиусов (Пятиусовский) 306 Усекновения главы Иоанна Предтечи церковь Погост Речани 307 Иверской Богородицы Погост Савостьянов (Севостьянов) 308 Казанская Погост Слободка 309 Богородицы Одигитрии Погост Тура 310 Покровская Погост Турово 311 Покровская Село Успенское 312 Успенская Погост Хатилицы 313 Образская Погост Хворостьева 314 Троицкая Погост Чистово 315 Покровская Погост Шепно 316 Богородицы Одигитрии Погост Якшино 317 Благовещенская Холмский уезд Погост Аполец 318 Никольская Погост Аполец 319 Казанская Погост Бедринск 320 Благовещенская Погост Бельково (Белково) 321 Сретенская Погост Бологово 322 Воскресенская Погост Бончарово 323 Воскресенская Погост Бросно 324 Троицкая Погост Вадивцево (Русаново) 325 Владимирской Богородицы Погост Велил (Велилы) 326 Успенская Погост Влицы (Блицы) 327 Никольская Погост Волок 328 Троицкая Погост Говье 329 Никольская Погост Голибицы 330 Богоявленская Погост Даньково 331 Троицкая Погост Ельно 332 Преображенская Погост Жуковичи 333 Воскресенская Погост Жуково 334 Покровская Погост Загорье 335 Успенская Погост Захоломье 336 Вознесенская Погост Зуево 337 Успенская Погост Иваньков 338 Никольская Погост Каменка 339 Никольская Погост Каменка 340 Троицкая Погост Канищево 341 Преображенская Погост Канищево 342 Тихвинской Богородицы Село Каськово 343 Никольская Село Княжье 344 Архангельская Село Лешаго (Медведево) 345 Успенская Погост Локня 346 Рождества Богородицы Погост Лучане 347 Рождества Богородицы Погост Макаров 348 Знаменская Погост Макаров 349 Архангельская Погост Марипчелки 350 Успенская Погост Медведево 351 Покровская
  Бывший Медов монастырь 352 Троицкая Погост Михайловский 353 Успенская Погост Морево 354 Никольская Погост Морево 355 Иоаннобогословская Погост Морхов 356 Троицкая Погост Немчинов 357 Успенская Погост Никола Хлавица 358 Никольская Выставка Одоево 359 Преображенская Погост Полисто 360 Георгиевская Погост Попово 361 Никольская Погост Прилук (Спас-Проилук) 362 Спасская Погост Ратно 363 Рождества Христова Село Ратчи 364 Архангельская Погост Ровное 365 Знаменская
  Бывший монастырь Рденская пустынь 366 Преображенская 367 Успенская Село Соколово 368 Рождества Христова Погост Спасов Клин 369 Преображенская Погост Столпино 370 Успенская Погост Темный Бор 371 Сергия Радонежского Село Тихвино 372 Тихвинской Богородицы Погост Торокоца (Торопоца) 373 Рождества Богородицы Погост Троица Хлавица 374 Троицкая Погост Тухомичи 375 Параскевы Пятницы Выставка Успенское 376 Успенская Село Цевло 377 Обновления Храма Погост Черкеса 378 Покровская Погост Черное 379 Никольская Погост Яхново 380 Крестовоздвиженская
Источники: ГАПО Ф.39. Оп.1.; Ед.хр.418. Л.2-113, 122-236.; Ед.хр. 479. Л.1-119.; Ед.хр. 667. Л.1-54.; Ед.хр. 734.Л.7; Ед.хр. 735. Л.1-106.; Ед. хр. 926. Л.1-100.; Ед.хр. 1035. Л.1.; Ед.хр.1082. Л.1-168.; Ед.хр. 1083. Л.1-48.; Ед.хр. 1253.Л.1-88.

/>Приложение 2
Список церквей г. Пскова,упраздненных в 1786 г.
1. Анастасии сКузнецов. В 1787 г. приписана к Нововознесенской церкви с Полонища.
2. Архангельская сБольшой улицы. Приписана к Космодемьянской с Запсковья церкви.
3. Архангельская сПесок. Передана в казенное ведомство.
4. Благовещенская отРыбницких ворот. Продана за 50 рублей.
5. Богоявленская сБродов. Плита употреблена для ремонта других церквей.
6. Варваринскаяиз-за Петровских ворот. Приписана к церкви Покрова от Торгу.
7. Василия на Горке.Приписана к Николаевской со Усохи церкви.
8. Власьевская сПлощади. Выставлялась на торги.
9. Воскресенская сКремля. Оставлена в ведении архиепископа.
10. Воскресения соСтадища. Приписана к Варлаамовской с Запсковья церкви.
11. Георгиевская сБолота. Приписана к Иоаннобогословской церкви с Мишариной горы. Плитаупотреблена для ремонта других церквей. К 1793 г. рассыпалась. На ее развалинахсвященник Иоаннобогословской церкви Симеон Яновский устроил кабак и лавки.
12. Георгия соВзвоза. В 1808 г. приписана к церкви Николы со Усохи.
13. ГригорияБогослова с Путятина на Петровской улице. Отдана на сооружение в Псковелютеранского молитвенного дома.
14. Дмитриевская сКремля. Оставлена в ведении архиепископа. Впоследствии (не позднее 1805 г.)занята архивом Псковского губернского правления.
15. Духовкая.Приписана к Псковской духовной семинарии.
16. Зачатьевская отТоргу. Выставлялась на торги.
17. Ильинская сЗавеличья. Передана в казенное ведомство.
18. Ильинская сЗапсковья. Приписана к Космодемьянской с Запсковья церкви.
19. Иоакима и Анны сПолонища. Приписана к Николаевской со Усохи церкви.
20. Иоанна Златоустацерковь бывшего Медведева монастыря. Приписана к Старовознесенскому девичьемумонастырю.
21. ИоаннаМилостивого. Приписана к церкви Покрова от Торгу. Плита употреблена для ремонтадругих церквей.
22. Казанская сБольниц. Выставлялась на торги.
23. Космодемьянская сГремячей горы. Приписана к Петропавловскому собору.
24. Космодемьянская сУток. Передана в казенное ведомство.
25. Мироносицкая сЗавеличья. Оставлена в ведении архиепископа кладбищенской бесприходнойцерковью.
26. Николаевская отКож. Приписана к Климентовской с Завеличья церкви.
27. Николаевская отКаменной ограды. Приписана к церкви Успения с Пароменья.
28. Николаевская сВалку. Приписана к церкви Успения с Пароменья. К концу XVIII в. обветшала и была окончательно упразднена в 1799 г.
29. Николаевская сПролому. Оставлена в штате.
30. Николы Явленного.По указу Псковской духовной консистории от 2 декабря 1786 г. г оставленаприхожанам, с дозволением приглашать для богослужения священников из другойцеркви.
31. Образская сЗапсковья. Приписана к Богоявленской с Запсковья церкви.
32. Покрова отПролома. Приписана к Никитской с Поля церкви.
33. Похвальская сРоманихи. Приписана к Нововознесенской с Полонища церкви.
34. Преображенскаябывшего Спасского с Надолбина монастыря. Приписана к Богоявленской с Запсковьяцеркви.
35. Сергия с Залужья.Приписана к Алексеевской с Поля церкви.
36. Симеоновская с Железнойгорки. Передана в казенное ведомство.
37. Спасская отСтарого Костра на Большой улице. Отдана на сооружение в Пскове лютеранскогомолитвенного дома.
38. Стефановская сЛугу. Приписана к Иоаннопредтечевской церкви девичьего монастыря.
39. Успения сПолонища. Приписана к Воскресенской с Полонища церкви.
Источники: ГАПО. Ф.39. Оп.9.Ед.хр.2а. Л.120; Ф.479. Оп.1. Ед.хр.5. Л.2об; ПГОИАХМЗ, древлехранилище. Ф.ПДК. Ед.хр. 325/49 Л.7-55; Продажа упраздненных церквей во Пскове в 1793-1798гг. С.575-577; Негоновский О.И. Выписка из домашней летописной книги… С.11;Березский А. Историко-археологический очерк Псково-градского Георгиевского соВзвоза храма. С.6


Не сдавайте скачаную работу преподавателю!
Данный реферат Вы можете использовать для подготовки курсовых проектов.

Доработать Узнать цену написания по вашей теме
Поделись с друзьями, за репост + 100 мильонов к студенческой карме :

Пишем реферат самостоятельно:
! Как писать рефераты
Практические рекомендации по написанию студенческих рефератов.
! План реферата Краткий список разделов, отражающий структура и порядок работы над будующим рефератом.
! Введение реферата Вводная часть работы, в которой отражается цель и обозначается список задач.
! Заключение реферата В заключении подводятся итоги, описывается была ли достигнута поставленная цель, каковы результаты.
! Оформление рефератов Методические рекомендации по грамотному оформлению работы по ГОСТ.

Читайте также:
Виды рефератов Какими бывают рефераты по своему назначению и структуре.

Сейчас смотрят :

Реферат Актуальные вопросы совершенствования форм предварительного расследования
Реферат Аксиологические основания и дидактические условия педагогики ненасилия (на материале отечественного образовательного опыта 70-80-х гг. XX в.) 13. 00. 01. общая педагогика, история педагогики и образования
Реферат Охрана труда на предприятии
Реферат Актуальность тему управление маркетингом на корпоративном уровне
Реферат Актуальные гигиенические проблемы водообеспечения и охраны здоровья сельского населения Республики Казахстан и пути их решения 14. 00. 07 гигиена
Реферат Аксиологические основания теории связей с общественностью в условиях глобализации
Реферат Акромегалия: особенности клинической картины, осложнений, эффективность различных методов лечения. 14. 01. 02. эндокринология
Реферат Религиозный туризм как фактор смягчения социальной напряженности
Реферат Актуальные проблемы безопасности пациентов старших возрастов при спинальной анестезии местными анестетиками 14. 00. 37 Анестезиология и реаниматология
Реферат Акмеологическая концепция развития творческого потенциала учащихся
Реферат Мультимедиа по IP
Реферат Накопители на жестких магнитных дисках
Реферат Активное воспитание, а не "цветочек и две руки"
Реферат Молниезащита
Реферат Академия naba (nuova accademia di belle arti milano) и академия domus милан, Италия Летние краткосрочные курсы