Реферат по предмету "Религия"

Узнать цену реферата по вашей теме


Понятие и сущность религиозных конфликтов

--PAGE_BREAK--3. Развитие конфликтов, специфика развертывания религиозных конфликтов

Большая опасность проистекает из игнорирования очень важной закономерности — эскалации конфликтогенов. Состоит она в следующем:

На конфликтоген в наш адрес мы стараемся ответить более сильным конфликтогеном, часто максимально сильным среди всех возможных.

Получив в свой адрес конфликтоген, пострадавший хочет компенсировать свой психологический проигрыш, поэтому испытывает желание избавиться от возникшего раздражения, ответив обидой на обиду. Трудно удержаться от соблазна проучить обидчика. В результате сила конфликтогенов стремительно нарастает. Пытаясь оправдаться, действуем по принципу “лучшая защита — это нападение”. Вероятно, это объясняется тем, что потребность чувствовать себя в безопасности, комфортно и оберегать свое достоинство относится к числу основных потребностей человека, и потому покушение на нее воспринимается крайне болезненно. Эту закономерность сравнивают с известным принципом механики: сила противодействия равна действующей силе, но противоположно к ней направлена. У людей противодействие обычно сильнее действия (а не равно ему), есть еще одно принципиальное отличие в том, что принцип механики действует независимо от нашей воли, а эскалацию конфликтогенов мы все же можем остановить усилием воли [3, с.21].

Первый конфликтоген часто появляется ситуативно, помимо воли людей, а дальше вступает в действие эскалация конфликтогенов… и вот уже конфликт налицо. Для предотвращения конфликтов надо как-то прервать цепочку конфликтогенов.

Типы конфликтогенов.

Большинство конфликтогенов можно отнести к одному из трех типов:

— стремление к превосходству;

— проявление агрессивности;

— проявление эгоизма.

Общим для всех этих типов является то, что конфликтогены представляют собой проявления, направленные на решение психологических проблем или достижение каких-то целей (психологических или прагматических).

Рассмотрим наиболее распространенные конфликтогены каждого из типов в отношении к религиозному конфликту.

— снисходительное отношение, то есть проявление превосходства, но с оттенком доброжелательности. В истории такой тип конфликтогена отражен в высмеивании доматоведов-католиков трактовки Лютера и Цвингли о богатствах церкви, когда в послании нунция было зачитано об ошибках в переводе катехизиса Лютером с латыни на немецкий язык. Католическое догматическое богословие и сегодня считает многие положения протестантизма просто следствием неверного перевода [10, с.72].

— хвастовство, вызывает раздражение, желание “поставить на месть” хвастуна. Проявлялось также во время реформации католической церковью в ответ на аскетический образ жизни Лютера и его последователей как простое следствие несостоятельности их обеспечить себе более достойное существование.

— категоричность, безапелляционность — проявление излишней уверенности в своей правоте, самоуверенности; предполагает свое превосходство и подчинение собеседника. Данный конфликтоген характерен для всех внутриконфессиональных и межконфессиональных конфликтов и заложен в самом отличии одной религии от другой. Иудаизм считает лишь иудеев избранным народом, и проявление антисемитизма трактует как зависть со стороны гоев, в Коране безапелляционно устанавливается главенство мусульман над неверными, Библия, Ветхий и Новый заветы показывают богоизбранность христиан. Внутри того же христианства каждая из ветвей и подветвей (старообрядчество в православии, амишизм в протестантизме) категорически убеждена в своей правоте и обреченности иных, даже родственных конфессий и т.д. [9, с.94; 10, с.72].

Кризис сопровождается сложными процессами как внутри конфессий, так и вокруг них. В последнее десятилетие активизировалась деятельность религиозных объединений, имеющих весьма непродолжительную историю. В христианском мире речь идет, прежде всего, о деятельности членов различных протестантских церквей, а так же адептов новых религиозных учений. Что касается мусульманского общества, то оно в наибольшей степени подвержено «разрушению», которое характеризуется распадом по национальным, родоплеменным и другим основаниям.

Конфликт нужен тогда, когда он помогает нам выйти на новый этап развития личности, на новый уровень развития межличностных отношений. С этой точки зрения, конфликт необходим нам для жизни в равной степени как воздух. Он является своеобразным катализатором формирования, становления личности. Еще раз отметим, что конфликт хорош и нужен, когда он помогает нам достичь в процессе его разрешения иной высоты своего развития [9, с.96].

Развитие конфликта есть процесс его перехода от неполного к полному конфликту, с последующим его завершением (разрешением и затуханием). Это включает качественные изменения субъектов и основы конфликта, усложнение форм противоборства, нарастание его интенсивности, расширение поля конфликта и масштабности борьбы. В противоположность охарактеризованному поступательному процессу развития конфликта, в общественной жизни также закономерно нисходящее развитие (затухание) конфликта. Это переход полного или неполного конфликта из явного, открытого в латентное, потенциальное состояние или же в гармонию взаимоотношений [6, с.159].

Развитие конфликта – это, прежде всего качественное изменение основы взаимодействия конфликтующих субъектов. Данное понятие обозначает систему или подсистему, ее отдельные элементы, на базе которых разворачивается конфликт. В основу конфликта мы включаем противоречие, порождающее конфликт, — предмет противоборства. Основа конфликта есть совокупность отношений, связывающих противоположные стороны в некоторое единство и вместе с тем обусловливающих их взаимоисключение. При разрушении основы конфликта — исчезают (гибнут) конфликтующие субъекты.

Этап конфликта, ознаменованный изменением его основы и соотношения противоборствующих сил, предшествует этапу затухания конфликта, если бы он разрешился. Возможные варианты подавления конфликта доминирующей стороной, разумеется, не ведут к его затуханию, а делают противоречие скрытым, латентным [12, с.136].

Любой конфликт может быть более или менее интенсивным, интенсивность, в основном, есть количественная мера активности противоборствующих сторон. Она измеряется частотой их столкновений, использованием разнообразных средств борьбы, в том числе насильственных, уровнем остроты борьбы.

Возрастание интенсивности конфликта как сознательно спровоцированный процесс обозначается термином “разжигание” конфликта. Интенсивность конфликта, естественно, снижается на стадии его затухания и по мере разрешения. Напротив, она нарастает, если конфликт подавляется или разрешается путем взаимного уничтожения сторон.

Действенным средством снижения интенсивности противостояния служит регулирование конфликта. В противоположность подавлению, этот метод ведет не к разрастанию борьбы, а делает конфликт управляемым, смягчающимся.

На динамику конфликтов влияют типы поведения конфликтующих. В числе последних следует отметить поведение агрессивное, склонное к компромиссу, поведение с тенденцией к подчинению, к принятию позиции противоположной стороны, стремление к уходу от конфликта (бегству от него) [38, с.47].

Развитие конфликта — не плавный процесс, а противоречивый, ибо он есть само противоречие в его острой форме. Сочетание и сменяемость конструктивного и деструктивного направлений, умеренных и острых форм противоборства, разрастание и мельчание конфликта, управляемости и стихийности процесса, доминирование рационального и иррационального моментов в борьбе противоположностей — все это характеризует сложную картину развития и завершение конфликта. В ходе углубления конфликта усложняется взаимодействие сторон, имеет место переплетение различных конфликтов, наслоение их друг на друга, что ведет к их взаимному усилению [38, с.47].

Разрастание конфликта в значительной степени обусловлено тем, как оценивается и осмысливается этот процесс, как воспринимаются субъектами противоположные позиции. Варианты мнений и оценок могут быть весьма неоднозначными: от признания обоснованности и закономерности развития конфликта до отрицания его целесообразности, от понимания необходимости до видения в разрастающемся конфликте одних только негативных последствий. В результате субъекты в ситуации растущего конфликта чувствуют и ведут себя по-разному: одни удовлетворены этой ситуацией, а другие ищут пути для погашения противостояния.

Углубление конфликта рождает больше деструктивных явлений, нежели конструктивных. Чтобы предупредить такой ход развития, необходимо управлять конфликтным процессом, то есть удерживать его в рамках конструктивного. Эта задача решается при условии, если удается перевести конфликт в рациональное русло, ограничить до возможного минимума элемент стихийности, с чем больше всего связана разрушительная сила противоборства. Когда говорят о рационализации конфликта, то имеют ввиду осмысленное, спланированное воздействие на поведение противостоящих сторон в направление достижения положительных последствий. Формой рационального воздействия на конфликт является его регулирование [13, с.47].

Обострению внутриконфессиональных и межконфессиональных противоречий способствуют две группы факторов — социетальные и собственно внутрирелигиозные.

К социетальным факторам, внешним по отношению к самой религиозной подсистеме, относятся общественные явления и процессы, произошедшие в государственном и политическом устройстве страны и повлиявшие на отношения государства, общества и религиозных объединений, такие как:

— этнизация религии, в ходе которой религия становится опорой национализма и сепаратистских движений, вследствие чего этнические конфликты приобретают религиозную окраску;

— политизация религии, проявляющуюся в том, что различные политические силы, разыгрывая религиозную карту, сталкивают между собой конфессии, на которые сделаны (или не сделаны) ставки; D слабость, точнее, недостаточная разработанность законодательной базы, регламентирующей взаимодействие государства и религиозных организаций; периодические нарушения принципа свободы совести и вероисповедания со стороны государства и отдельных граждан [21, с.13].

К собственно внутрирелигиозным факторам относятся:

— религиозная нетерпимость, осложняющая отношения внутри и между различными конфессиями; жесткая конкуренция на религиозном «рынке», означающая борьбу за паству, за обладание возвращаемыми государством культовыми зданиями и иным имуществом, за поддержку со стороны СМИ и властей и лидеров общественного мнения и так далее; асоциальный или экстремистский характер некоторых религиозных практик, способствующий росту социальной напряженности [21, с.14].

Религия наряду с национализмом остается мощным инструментом воздействия на общественную жизнь и политику в странах Азии и Африки. Здесь на почве обострения взаимоотношений между национально-этническими и религиозными группами происходит основная часть острых конфликтов, вооруженных столкновений и войн. Это создает угрозу безопасности, целостности и стабильности не только отдельных стран и регионов, но и мировой системы в целом, поскольку часто эти столкновения становятся оправданием для вмешательства одних государств в дела других. В этой связи крайне важным представляется систематический анализ причин, форм проявления и путей преодоления религиозных конфликтов в геополитическом контексте [4, с.32].

Спецификой разворачивания религиозного конфликта можно назвать сам его ход. Последний определяется теми конкретными условиями, в которых назревал конфликт: столкновения внутри одной конфессии противоборствующих группировок или межконфессиональный конфликт, конфликт между разными социальными группами, которые исповедуют различные религии или конфликт между одинаковыми социальными группами и т.д. Разберем вкратце специфику разворачивания религиозного конфликта для обозначенных вариантов.

Если в конфликт происходит между двумя или более школами или течениями в конфессии, конфликт может касаться иерархии ценностей, особенностей догматов и оправления культа. Как правило, за этими лозунгами спрятаны корыстные цели руководства соперничающих группировок, для которых победа в таком конфликте может означать признание главенства, занятия высших должностей в иерархии конфессий.

Если происходит межконфессиональный конфликт, в котором участвуют разные социальные группы – рабы – господа (как XV — XIX вв.в Азии, Африке, латинской и Северной Америке), то конфликт развивается на материальной основе, и лишь потом приобретают религиозный аспект. Религиозное отличие «тех, других» становится их нарицательным именем, синонимом слова враг. Примеров этому в даже в отечественной истории можно найти множество – это и ругательство «гяур» османов по отношению к православным болгарам и армянам, и славянское «нехристь», «басурманин» по отношению к татарам, а позже и все жителям Азии и Кавказа, «гой» у евреев и т.д. Такие конфликты происходят наиболее остро и влекут самые тяжелые последствия. Инстинктивно противники считают, что их проигрыш может значить глумление победителей над своей верой, над всем, что было свято и ценно для предков и для потомков. Поэтому они до последнего не идут не примирение и отождествляют компромисс в конфликте с предательством [17, с. 71].

Как правило, неразрешимые в ближайшие сроки конфликты подобного рода перерастают в религиозные войны.

Религиозная война — общественно-политическое явление, связанное с переходом от процессов мирной экспансии одной религии в отношении основных сфер жизни общества или государства, исповедующего другие религиозные виды духовности, к применению вооруженного насилия в целях завоевания и духовного преобразования одних народов другими (в целях формирования соответствующей государственности, народности, а затем и нации). Можно выделить признаки религиозной войны. К ним следует отнести: ритуальные религиозные отправления военнослужащих; участие священников в боевых действиях; применение священных знамен и сигналов; непосредственное привлечение духовных образов богов в войне. И все же первейшим и не подлежащим сомнению признаком религиозной войны будет являться принадлежность противоборствующих группировок к разным религиям. Другим характерным признаком религиозных войн является полное вовлечение в военные действия всех слоев населения противоборствующих государств, национально-этнических групп. Война в таком случае предстает своего рода ритуалом, имеющим большие социально-политические и даже космические последствия [23, с.69].

В настоящее время отсутствуют какие-либо наработки по классификации религиозных войн, так как слишком много факторов необходимо учитывать. К таким факторам в первую очередь следует отнести: национально-этнические; политические; религиозные, пограничные и т.д. Приоритетность какого-либо даже из только что названных факторов в предлагаемой классификации будет выглядеть достаточно уязвимой. Однако это не должно приостанавливать поиски в выработке классификации религиозных войн. Пусть даже на начальном этапе оно будет иметь исключительно одномерное изображение.

Можно выделить следующие типы религиозных войн:

1. Автономистские войны, в основе которых лежат требования политической автономии или полное отделение инорелигиозных общин. Религия в данных условиях выполняет генерирующую функцию, подыгрывая идее национального государства.

2. Национально-иредентисткие войны, вызванные объединительным стремлением народа, оказавшегося разбросанным по территории нескольких соседних государств. При этом разделенный народ исповедует религию, отличную от принятой в государстве, на территории которого он проживает.

3. Религиозно-общинные конфессиональные конфликты происходят в границах одного государства между религиозными группами или между религиозными направлениями (сектами) в рамках одной религии. В конфессионально однородных регионах приверженцы разных толков и сект борются против ущемления их прав со стороны представителей государственной религии или господствующего религиозного направления (толка) секты.

4. Религиозно-абсолютисткие конфликты возникают на почве абсолютизации одной религии и вытекающей из одной религиозной нетерпимости к другим конфессиональным группам. В чистом виде таких конфликтов не бывает; причины абсолютизации какой-то одной религии и религиозной нетерпимости вообще имеют политический характер.

5. Миаленаристские конфликты представляют собой коллективные движения, возглавляемые каким-либо «мессией» и обеспечивающие полное социальное изменение чудотворными средствами [18, с.63].

Сторонники атеистической ветви религиоведения считают, что «любые человеческие чувства могут стать религиозными, если они связываются с религиозными верованиями и тем самым приобретают специфическую направленность» [8, с.17]. Это тем более актуально, если вспомнить расхожее мнение, что на войне нет неверующих. И в тылу и на фронте религиозные чувства обостряются. Этому тезису необходимо дать некоторое пояснение. Следует исходить из того, что любая религия — есть общественный институт, тогда как религиозность — это находящийся с ней в сложной взаимосвязи элемент массового и индивидуального сознания, включая социальную социологию. Даже в обществе с глубоко укорененной конфессиональной традицией бытовая религиозность часто не ограничивается ее рамками. А в обществе с разрушенной или деформированной религиозной традицией (особенно с государственным атеизмом) бытовая религиозность, отнюдь не исчезая, приобретает выстраданные формы (неязыческие и индивидуализированные) [27, с.73].

Война в психологическом плане относится к категории «пограничной ситуации», то есть крайне опасной, угрожающей самой жизни человека. И почти не зависит от его воли и разума! Чем менее она управляема и зависима от человека, тем сильнее его склонность к поиску психологической опоры в попытке управлять внешними обстоятельствами через иррациональные действия. То есть непредсказуемость событий в условиях постоянной угрозы самой человеческой жизни — и есть та область, которая открывает дорогу к вере в сверхъестественные силы. Причем, в вере это имеет вполне практическую цель — получить мистическую защиту путем выполнения неких ритуальных действий (чтение молитв, ношение амулетов, соблюдение ситуационных запретов-табу) для ограждения себя от возможных опасностей [38, с.54].

На уровень бытовой религиозности оказывает влияние противник и специфика войны. Так, начиная с афганской войны, России противостоял глубоко верующий противник, отличающийся фанатической приверженностью к исламу [18, с.65]. Советские солдаты были не просто врагами, а «неверными», война с которыми считалась священной, получившей благословение Аллаха. И это, безусловно, являлось одной из причин роста религиозности личного состава войск, участвующих в боевых действиях. Сама специфика войн последней четверти XX в. способствовала обращению многих недавних атеистов к вере в Бога — в силу необходимости противостоять фанатично религиозному врагу не только на поле боя, но и в духовной сфере [22, с.78].

Таким образом, конфликтогены, такие как стремление к превосходству;

проявление агрессивности; проявление эгоизма свойственны и религиозному конфликту. Безапелляционность, которая присуща всем мировым религиям и их ветвям, которая в конечном счете и делает их религиями, в тот же момент является самым сильным конфликтогеном. Отсюда можно сделать вывод о перманентности религиозных конфликтов. Развитие религиозного конфликта зависит от социетальных (процессы в государстве, этнизация религии и ее политизация) и внутрирелигиозных (появление религиозной нетерпимости; обострение конкуренции за клир, асоциальный характер некоторых учений). Ход такого конфликта напрямую зависит от того, интересы каких слоев общества столкнулись в конфликте, их могущества и связанности со властью. В зависимости от конструктивного или деструктивного характера конфликта и его напряжения он либо исчерпывается (компромиссным решением и т.д.), либо завершается победой одной стороны и исчезновением другой (пример – конфликты католической церкви и ересей: альбигойской, кабошьенов, аверроистской и т.д.). Если же религиозный конфликт не разрешается в короткое время, он может перерасти в религиозную войну, в которой, наряду с религиозными требованиями выдвигаются и политические. Враг в такой войне уже не воспринимается как такой же человек, он сводится к восприятию враг веры и народа, борьба с ним приобретает принципиальный характер.
4. Сочетание религиозных и политических конфликтов в истории, последствия религиозных конфликтов во всемирной истории


религиозный мировоззрение конфликт последствие

Отношение «религия и политика» изучается в разных аспектах. Рассматривается вопрос о религиозном происхождении государства на ранних его стадиях. Однако если обратиться к документированной истории, то здесь уже со времен архаической культуры религия и политика представляются двумя самостоятельными сферами [4, 40;8, с.19]. При этом возникает потребность в легитимации политической власти, эта функция сосредоточивается в руках особого слоя религиозных профессионалов — духовенства, которое в определенных отношениях может конкурировать с политической элитой. Однако в большинстве государственно организованных обществ крайне редко доходило до реальной угрозы политической элите со стороны религиозной, скажем, в античной Греции или Риме — со стороны жречества. Тем не менее, политические амбиции духовенства в определенных условиях могут усиливаться, в особенности в так называемых «религиях спасения» сих ориентацией на лежащие за пределами сферы действия реальных исторических сил внемирские цели — «царство божье». На этой основе может складываться альтернатива «земному граду» и светским властям, питающая политические притязания церкви, теократический идеал, ставящий духовную власть над светской [6, с. 98].

В современном обществе взаимоотношение религиозных и политических институтов рассматривается в следующих двух аспектах. Первый связан с выполняемой религией функцией обоснования и поддержания ценностей данного общества. Эти ценности вовлечены также в политическую деятельность, оказывая влияние на отношение к закону и власти — поддержку или противодействие им. Второй — соотнесение религии с политикой в качестве институции, представляющей интересы тех или иных социальных групп, связанные с усилением их влияния. Религиозные организации на разных уровнях, включая и институциональный, принимают участие в политике через активную идеологическую деятельность, участвуют в идеологических битвах за умы людей. Так или иначе, в разных формах религиозные группы участвуют в политической жизни общества. Это участие определяется либо религиозной идеологией, либо объективными обстоятельствами их функционирования. Участие может выражаться и в политической пассивности, ориентации на неучастии, невовлеченности этих групп, которая выражает отчуждение от власти определенной части населения [29, с 55].

Свободная от моральных обязательств политика в ядерный век особенно опасна. В этой связи возрастает воздействие религии на политику как этического фактора, выполняющего роль арбитра в борьбе политических сил [31, с.91].

Прямо противостоит функционализму взгляд, согласно которому общество состоит из групп с эгоистическими интересами и не существует ценностей верований, которые обеспечивали бы единение и стабильность всего общества. Общество характеризуется конфликтами, насилием, борьбой между различными группами за власть. Стабильность возможна лишь как временное равновесие [37, с.81].

Ключевым фактором формирования социальных отношений являются эгоистические групповые интересы. Религиозные группы — одно из звеньев системы, в которой противостоят, сталкиваются интересы враждующих сил. Наличие общих верований рассматривается как относительно малозначащее обстоятельство для их социальной интеграции, а религиозные различия — как чисто внешнее оформление более глубоких конфликтов. Примером может служить преследование евреев в христианских странах, в основе которого лежал экономический фактор, конфликтные отношения между протестантами и католиками в Ирландии, борьба ортодоксии с «ересями» и т. д. Когда этнические и классовые различия переплетаются с религиозными, конфликты приобретают особую остроту [26, с.49].

По внешнему проявлению религиозные конфликты могут маскировать столкновения на этнической или классовой основе. В тех случаях, если экономические интересы и этнические связи способствуют единению общества, религиозные различия могут служить единственным символом дифференциации. Привычка видеть в представителях других религиозных групп врагов может усиливаться или ослабляться в зависимости от многих конкретных обстоятельств [23, с.64].

Наряду с межрелигиозными религия вызывает конфликты, связанные с ее существованием в светском обществе. Например, нередки случаи, когда система религиозных ценностей противопоставляется системе светских ценностей как единственно заслуживающая уважения. Религиозная приверженность может приводить к конфликту между следованием требованиям веры и законом.

Ha примеpы такого рода указывают сторонники теории конфликтa, с тем чтобы показать, что религиозное поведение подчиняется общему правилу: всякое поведение руководствуется эгоистическими интересами.

И в самом деле, конфликт может быть функциональным с точки зрения интересов внутригрупповой интеграции, источником единения внутри религиозной группы. Поэтому некоторые группы культивируют конфликт с внешним миром; чем сильнее отгороженность от него, тем прочнее внутренняя сплоченность, Вражда к «чужим» создает чувство общности, побуждает искать опору только у «своих». Таким образом, оказывается, что социальный конфликт и социальная интеграция могут выступать как две стороны одной медали и должны рассматриваться в связи между собой [23, с.65].

Конфликты существуют не только между религиозными группами, но и внутри них. Социальное поведение внутри групп часто является результатом стремления индивидов к удовлетворению эгоистических интересов, и в ходе борьбы за власть, привилегии, престиж возникают конфликты. Например, в большинстве религиозных групп (это относится к ортодоксальному иудаизму, так же обстоит дело в православии, в католической церкви, в большинстве протестантских конгрегаций, в исламе) доминирующая роль принадлежит мужчине, женщина не может быть священнослужителем [20, с.96].

Другой типичный конфликт – это конфликт между клиром и мирянами. Он связан и с таким социальным обстоятельством, что духовенство в большинстве обществ принадлежит к привилегированным слоям.

В современном обществе религиозная жизнь отмечена конфликтом между консерваторами-традиционалистами и модернистами, сторонниками религиозного обновления и реформ. Как правило, борьба между ними выходит за рамки одето теологического спора и отражает неоднородность духовенства, его социально-политической ориентации.

Внутрирелигиозные конфликты часто являлись источником изменений и в обществе. Примером могут служить пророческие религии. В Ветхом Завете пророки провозглашали, что богу угодна социальная справедливость, что он ее установил, а люди самовольно нарушили. Пророки призывали к изменениям в обществе во имя большей справедливости и часто выступали как выразители интересов низших слоев, бедных, Предводителем масс в Крестьянской войне в Германии XVI в, был представитель радикального крыла Реформации Томас Мюнцер, который призывал к преобразованию земных порядков в общих интересах (а не только господских), видя в этом выполнение замысла бога. Это пример также того, как конфликт внутрирелигиозный перерастает в социальный конфликт, выливающийся в войну [17, с.76].

В этой связи социология религии уделяет большое внимание вопросу о роли харизматических лидеров. Вебер видел в харизме фундаментальный противовес социальной стабильности и важный источник перемен [9, с.103].

Отношение «религия и политика» изучается в разных аспектах. Рассматривается вопрос о религиозном происхождении государства на ранних его стадиях. Однако если обратиться к документированной истории, то здесь уже со времен архаической культуры религия и политика представляются двумя самостоятельными сферами. При этом возникает потребность в легитимации политической власти, эта функция сосредоточивается в руках особого слоя религиозных профессионалов — духовенства, которое в определенных отношениях может конкурировать с политической элитой. Однако в большинстве государственно организованных обществ крайне редко доходило до реальной угрозы политической элите со стороны религиозной, скажем, в античной Греции или Риме — со стороны жречества. Тем не менее, политические амбиции духовенства в определенных условиях могут усиливаться, в особенности в так называемых «религиях спасения» сих ориентацией на лежащие за пределами сферы действия реальных исторических сил внемирские цели — «царство божье». На этой основе может складываться альтернатива «земному граду» и светским властям, питающая политические притязания церкви, теократический идеал, ставящий духовную власть над светской [23, с.65].

В современном обществе взаимоотношение религиозных и политических институтов рассматривается в следующих двух аспектах. Первый связан с выполняемой религией функцией обоснования и поддержания ценностей данного общества. Эти ценности вовлечены также в политическую деятельность, оказывая влияние на отношение к закону и власти — поддержку или противодействие им. Второй — соотнесение религии с политикой в качестве институции, представляющей интересы тех или иных социальных групп, связанные с усилением их влияния. Религиозные организации на разных уровнях, включая и институциональный, принимают участие в политике через активную идеологическую деятельность, участвуют в идеологических битвах за умы людей. Так или иначе, в разных формах религиозные группы участвуют в политической жизни общества. Это участие определяется либо религиозной идеологией, либо объективными обстоятельствами их функционирования. Участие может выражаться и в политической пассивности, ориентации на неучастии, невовлеченности этих групп, которая выражает отчуждение от власти определенной части населения [15, с.76].

Большинство человечества остается религиозным и религиозное мировоззрение для него является господствующим. На языке религии верующие осознают и формулируют для себя социальные процессы и идеалы. Оценивая политические события, вырабатывая отношение к правящему режиму сотни миллионов людей руководствуются установками исповедуемой религии [23, с.67]

Политика – это область в основном целенаправленных отношений между группами по поводу использования институтов публичной власти для реализации их общественно-значимых запросов и потребностей. Она представляет “многообразный мир отношений деятельности, поведения, ориентаций, взглядов коммуникационных связей между людьми по поводу власти и управления обществом; основными факторами политики выступают социальные (этнические) группы, выражающие их интересы политические организации, институты, движения и лидеры. Структурными элементами политики являются политические отношения, политическое сознание, политическая организация [6, с.10].

Религия – это мировоззрение и мироощущение, а также соответствующее поведение и специфические действия (культ), которые основываются на вере в существование (одного или нескольких) богов, «священного», т.е. такого начала, которое находится за чертой «естественного, недоступно пониманию человека» [10, c.60]. Религией, таки образом, называется система верований и ритуалов, с помощью которых группа людей объясняет и реагирует на то, что находит сверхъестественным и священным». Ее составными элементами являются религиозное сознание (обыденное и концептуальное, идеологическое), религиозная деятельность, (культ), религиозные отношения, религиозные организации.

Как видим, между составными частями религии и политики можно провести определенную аналогию. В обоих случаях речь идет об отношениях, сознании и организации. Но не только структурные элементы религии и политики схожи. Похожими являются и некоторые функции этих общественных феноменов [17, с.79].

Две важнейшие функции, присущие политике – регулятивная и интегративная – присущи также и религии. Политика призвана обеспечивать целостность общественной системы, стабильность и общественный порядок, регулировать отношения между людьми и общественными группами, сглаживать возникающие противоречия. Подобные функции выполняет и религия. Политика реализует названные функции нередко в интересах определенных слоев населения или всего общества в целом. То же самое делает религия [23, с.66].

Отмечая большую роль религии в политической истории различных народов и в социально-политической жизни современного общества, некоторые ученые среди ее важных функций выделяют и политическую функцию [5, с. 7].

И политика и религия используют как моральные стимулы для реализации этих функций, так и меры наказания. У политики меры социального принуждения более зримы. У религии больше наличествует нравственное осуждение или наказание, которое обещается преимущественно после окончания земного существования.

Религия может быть использована и используется политикой как средство сохранения власти. Из двух типов средств сохранения власти – физическое принуждение, насилие или угроза насилием и манипулирование сознанием людей – все большую роль приобретает второе. И здесь наряду с многочисленными светскими концепциями, призванными ориентировать сознание людей на поддержку того или иного политического режима, глубокое значение имеет религия, на протяжении веков учившая массы тому, что всякая власть от Бога.

С другой же стороны в канонических религиозных текстах можно найти немало идей, с помощью которых можно оправдать выступления против наличной политической власти [19, с.102].

Наконец, следует подчеркнуть, что религиозные идеи весьма эффективно могут быть использованы и используются для мобилизации на политические выступления той части общества, которая остается обычно вне политики.

Исторический опыт показывает, что религия всегда оказывала сильное влияние на политику и сама испытывала на себе весьма существенное воздействие политики. История и современная эпоха представляют огромный материал, свидетельствующий о наличии разнообразных форм взаимодействия религии и политики. И это вполне закономерно. [10, c.61]

В политический ритуал нередко вводится религиозный элемент, дабы придать политическим событиям и действующим в них лицам привлекательность, возвысить их. Во многих странах вступающий в должность глава государства клянется на Библии или Коране. Общественность регионов компактного проживания мусульман в России (Татарстана, Башкортостана, Дагестана, Ингушетии) неоднократно выступала с требованиями, чтобы аналогичным образом поступали главы республик, давая клятву на Коране [18, с.65].

Религия и ее институты не являются субъектами политики, т.к. они созданы не для борьбы за власть и не для выполнения функций политической власти. Тем не менее, религиозные организации и их лидеры нередко выполняют политические функции.

В условиях переходного периода, социально-политической нестабильности, обострения различного рода общественных противоречий роль религии в социуме возрастает в значительной мере в силу того, что противоборствующие политические группы стремятся с максимальной пользой для себя использовать возможности конфессий. Такая практика способствует обострению межконфессиональных и межэтнических противоречий, что еще более активизирует процесс вовлечения религиозных институтов в политику.

Составным элементом общественно-политической жизни является политическая культура. В ее формировании важную роль играет религия. Исследователи выделяют три уровня политической культуры: мировоззренческий, гражданский и собственно политический. Мировоззренческий уровень обладает фундаментальным характером для формирования позиций субъектов политических отношений. Он представляет собой самый устойчивый слой политической культуры. Его истоки восходят к религиозным верованиям [21, с.16].

Влияние религии на формирование мировоззрения человека в историческом плане хотя и уменьшается, но остается существенным.

Выбор той или иной политической позиции у религиозного человека может заметно отличаться от позиции, занимаемой человеком нерелигиозным, у мусульманина, по сравнению с христианином, у православного по сравнению с протестантом или буддистом.

Но религия оказывает влияние не только на политическую культуру, а, следовательно, политическое поведение конкретного религиозного индивида. Являясь частью национальной и исторической традиций того или иного народа, играя важную роль в становлении и развитии его духовности и культуры, она оставляет глубокий след в его ментальности и в силу этого отражается на особенностях его политической культуры.

Политический процесс, изобилующий конфликтами, может приводить к переменам в религиозной сфере. С другой стороны, внутрирелигиозные изменения и конфликты могут приводить к серьезным политическим последствиям. Примером первого порядка может служить история возникновения двух течений в исламе: шиизма и суннизма. Община мусульман при пророке Мухаммеде была единой. Но после его смерти (632 г.) встал вопрос о преемнике. Когда избирали Абу Бакра первым халифом, уже была группа недовольных, полагавших, что требуется сохранить власть в семье пророка. Через некоторое время усиление недовольства правлением халифа привело к возникновению религиозно-политической группировки (шиа), которая открыто стала выступать за передачу власти Али – двоюродному брату и зятю пророка Мухаммада. И когда третий халиф – Осман – был убит, Али стал халифом. Возглавлял общину и государство он недолго и тоже был убит, что дало новые импульсы для усиления движения его сторонников, которое превратилось в особое направление в исламе – шиизм. С тех пор и до настоящего времени в исламе существует два главных течения – суннизм (ему привержены около 90% мусульман планеты) и шиизм – около 10% мусульман [5, с. 69].

Для иллюстрации мысли о внутрирелигиозных конфликтах, которые могут привести к серьезным политическим последствиям, можно сослаться на историю возникновения протестантизма – нового направления в христианстве. А связано оно с именем теолога Мартина Лютера, который в 1517 г. выдвинул свои 95 тезисов, в которых выступил против засилья верхушки католической церкви, против непогрешимости решений соборов, против продажи индульгенций и т.д. Когда папа издал буллу, отлучающую его от церкви, Лютер публично ее сжег и стал еще активнее разрабатывать антицерковное учение. Ему принадлежит доктрина всеобщего священства, идея отмены церковного культа и т.д. Именно Лютер положил начало Реформации и возникновению протестантизма, в фундамент которого легли многие его идеи и предложения [17, с.121].

Католическая церковь ответила контрреформацией. Началось истребление протестантов. С этим связаны события известной Варфоломеевской ночи. Тогда за несколько дней во Франции было убито 30 тысяч протестантов. Разгоревшиеся религиозные войны охватили Францию, Германию, Испанию, Чехию, Польшу. В результате этих войн на юге Франции даже возникла протестантская конфедерация [25, с.72].

Религии и их институты сыграли существенную роль в развертывании национально-освободительного движения народов колоний и зависимых стран.

Наиболее впечатляющей в наше время стала антиимпериалистическая исламская революция в Иране, вновь продемонстрировавшая мощный социальный потенциал самой молодой мировой религии и давшая импульс для усиления исламского фундаментализма в мировом масштабе. [10, c.64]

Выступления политического протеста, межнациональные конфликты под религиозными знаменами характерны не только для прошлого. События последнего времени в Ливане, Индии, Северной Ирландии, да и на Кавказе красноречиво свидетельствуют об этом.

Нельзя не коснуться двух специфических способов влияния религии на политику. Это – участие в легитимации власти и внесение религиозными организациями конкретных предложений на стадии принятия политических решений. Для привлечения на свою сторону религиозных организаций политики предпринимают многочисленные, подчас экстравагантные шаги. Особый интерес у них вызывают религиозные организации доминирующей в обществе конфессии [16, с.95].

Опыт истории свидетельствует о том, что любая религиозная (конфессиональная) общность пока пребывает в меньшинстве или подавляется государством, выступает за равенство религий, сотрудничество их последователей в самых различных областях и на самых различных уровнях. Однако освободившись от засилия власти, а тем более превратившись в большинство, да еще такое, в которой власть нуждается, она отказывается от былых призывов к обеспечению равенства конфессий, не желает сотрудничать с другими религиозными общностями на паритетных началах, что вызывает негативные настроения в среде конфессиональных меньшинств.

Доминирующая религиозная общность этим не ограничивается. Ее лидеры стремятся использовать возможности политической власти для укрепления своих позиций в ущерб правам других конфессиональных общностей. Параллельно возрастает соблазн усиления религиозного влияния на различные стороны общественной жизни, не исключая и политики. В таких случаях нередко и политика идет навстречу религии, стремясь использовать ее мощный мобилизационный потенциал в своих интересах. В результате, [10, c.65] появляется угроза политизации религии и клерикализации политики, что чревато резким обострением социально-политических и межнациональных противоречий.

Опасность клерикализации политики состоит в том, что, вместо прагматизма, достаточно определенно ориентирующего участников политического процесса на достижение успеха с помощью минимальных потерь и, следовательно, не исключающего возможности пойти на выгодный компромисс с политическими оппонентами, вносится идеологическое начало, требующее рассматривать этих оппонентов как воплощение мирового зла, борьба с которыми должна вестись не на жизнь, а на смерть.

В этом случае возникают условия, позволяющие использовать религию в целях этнополитической мобилизации для подготовки этнонациональной общности к противоборству с подлинным или мнимым противником, для дегуманизации и демонизации его образа. В священных текстах и в исторических фактах отыскивается аргументация, способствующая поддержанию накала страстей на высоком уровне. При этом подчас используются сюжеты прошлых веков, касающиеся деноминации, которые не имеют никакого отношения к этносам, участвующим в данном конфликте. Таким образом, межнациональный конфликт существенно отягощается, приобретая также черты межконфессионального противоборства, еще более сокращая возможности рационализации поведения противодействующих сторон [24, с.32].

Увеличению продолжительности конфликта и усилению его ожесточенности может способствовать и способствует солидарность с конфликтующими сторонами единоверцев из других стран. Их моральная и материальная поддержка (в том числе поставками оружия и направлением боевиков).

Принадлежность противоборствующих сторон в этнополитическом конфликте к различным конфессиям резко уменьшает пространство для использования возможностей религий и их институтов в целях урегулирования конфликта или хотя бы минимизации насилия в нем.

По похожей схеме развивались кровопролитные арабо-израильский, хорватско-мусульманский, сербско-мусульманский, сербско-хорватский, армяно-азербайджанский и многие другие конфликты [24, с.33].

Следовательно, когда речь идет о межнациональных конфликтах, раз они уж возникли, необходимо добиваться того, чтобы они ни в коем случае не приняли религиозную окраску. Конфликтующие стороны должны стараться смотреть в будущее, а не в прошлое: в прошлом всегда можно найти поводы для взаимных упреков, обид, несправедливость и многое другое, и эти воспоминания могут способствовать новому взрыву эмоций. Мысли же о будущем помогут участникам конфликта осознать, что в любом случае придется жить вместе и, стало быть, нужно искать пути к согласию.

Игнорирование мощного мобилизационного потенциала, которым располагают религии, слабое знание или незнание этнической психологии, путей и методов влияния религий на формирование этнонационального самосознания и межнациональных установок, характерные для многих политиков регионального и даже федерального масштаба, приводят к принятию неверных решений в сфере государственно-конфессиональных отношений, которые крайне отрицательно сказываются на этнонациональных контактах, способствуя обострению межэтнических противоречий. [10, c.66]

Особенно ярко взаимосвязь религии и политики проявляется в деятельности религиозно-политических партий и движений, влияние которых на общественную жизнь в различных регионах земли растет.

ХХ век стал веком широкого вовлечения верующих в христианско-демократические общественно-политические движения и партии. Большого подъема эти движения добились после окончания Второй мировой войны [8, с.43].

В настоящее время в мире функционирует более 50 христианско-демократических партий. Особенно влиятельны они в Германии, Италии, Бельгии, Нидерландах, в ряде стран Латинской Америки. Наряду с региональными объединениями христианских демократов (Европейский союз христианских демократов, христианско-демократическая организация Америки), создан и общепланетарный координационный центр – Всемирный союз христианских демократов. Ряд христианско-демократических партий в течение длительного времени стояли у власти, например в Германии. Их представители во многих странах широко представлены в парламентах.

Многочисленные исламские партии и политические движения действуют в странах Востока (Индонезия, Пакистан, Бангладеш, Турция, Ливан и др.).

Известны наиболее часто встречающиеся в истории следующие основные варианты взаимодействия религии и политики:

— единство, нераздельность религии и политики;- подчинение религией политики;

— подчинение политикой религии;

— отделение религии от политики, их автономность по отношению друг к другу [22, с.77].

Разумеется, в абсолютно чистом виде эти варианты едва ли возможны. Религия и политика действовали сообща, когда необходимо было противостоять внешней угрозе или бороться против активных действий протеста внутри страны. Вместе с тем постоянно обнаруживались противоречия во взаимоотношениях между ними. Шла постоянная, то открытая, то скрытая борьба за расширение влияния на различные стороны общественной жизни. На протяжении человеческой истории во взаимоотношениях религии и политики складывались различные ситуации. В одних условиях определяющим фактором выступала религия, в других такую роль выполняла политика. Несмотря на то, что религия очень часто использовала политику в целях укрепления своих позиций, а политика опиралась на религию в интересах достижения своих целей, между ними продолжали существовать противоречия, а часто даже шла борьба за роль определяющего фактора в этих взаимоотношениях [22, с.78].

Одна из главных причин отсутствия гармоничных отношений между религией и политикой, как раз коренится в этом “вечном” соперничестве. Другой важной причиной противоречий между политикой и религией является их неодинаковая реакция на изменения, происходящие в общественной жизни. Религия по самой своей природе явление консервативное. Деятельность ее институтов, оценка ими происходящих событий осуществляется, опираясь на древние каноны, которые побуждают быть неспешными в решениях и действиях. Отсюда естественное отставание от течения быстротекущей жизни. Политике же по определению свойствен динамизм, быстрый отклик на происходящие изменения, пересмотр собственных позиций с учетом трансформации ситуаций. Одной из причин противоречий между религией и политикой заключается в том, что у них разные методы регулирования поведения людей, несхожие подходы к оценке их действий. Политика часто руководствуется принципом целесообразности, в то время как религия требует руководствоваться нравственными заповедями, зафиксированными в священных текстах.

Возможность возникновения серьезных противоречий между религией и политикой обусловлена также необходимостью регулирования правового положения религиозных организаций со стороны государства [26, с.60].

Религия продолжает оставаться и сегодня одной из важнейших сфер общественной жизни, оказывающей заметное влияние на формирование мировоззренческой ориентации сотен миллионов людей, а через нее на их политическое сознание и политическое поведение. Сказывается влияние религии и на принимаемых государственной властью политических решениях. В силу этого изучение и понимание характера взаимоотношений политики с религией, научный анализ этой сложной проблемы поможет установлению доверия между представителями различных конфессий и разрешению этноконфессиональных конфликтов.

Способность доктрины удовлетворять потребности человеческого духа зависит не только от требований места и времени, но и от обстоятельств, которые от них не зависят — от основополагающих психологических законов, которые нельзя недооценивать. На самом деле этот второй элемент является чрезвычайно важным для успеха амбициозных политических и религиозных доктрин [6, с.42].

Как правило, если система идей, верований, чувств рассчитана на массы, она должна взывать к самым высоким проявлениям человеческого духа, должна обещать, что справедливость и равенство будут царствовать или в этом, или в другом мире; либо она должна провозгласить, что добро будет вознаграждено, а зло наказано. В то же время неплохо, если она отдаст в какой-то степени должное зависти и злобе, которые обычно испытывают по отношению к сильным и удачливым, и намекнет, что настанет время в этой или иной жизни, когда последние станут первыми и наоборот. Неплохо, если на определенной ступени доктрина сможет предложить убежище для добрых, мягких сердец, погруженных в размышления и жаждущих утешения от конфликтов и житейских неурядиц. Для доктрины также полезно, даже можно сказать, необходимо обладать определенными средствами использовать чувства [9, c.104] отречения и жертвенности, преобладающие в некоторых индивидах, и направить их в нужное русло, хотя та же самая доктрина должна оставить немного места гордости и тщеславию.

Отсюда следует, что верующие всегда должны быть “народом”, “лучшими людьми” или “прогрессивными личностями”, выступающими как авангард подлинного прогресса. Так, христианин должен с удовлетворением думать о том, что все нехристиане будут прокляты. Брахману надо дать основание радоваться тому, что он один происходит от головы Брахмы и удостоен высокой чести читать священные книги. Буддиста надо научить высоко ценить привилегию, что вскоре он достигнет Нирваны. Мусульманин должен с удовлетворением помнить, что он один является истинно верующим и что все другие в этой жизни — неверные собаки, а в загробной жизни станут собаками, подвергающимися мучениям. Социалист-радикал должен быть убежден, что все, не разделяющие его взгляды, либо эгоистичные, испорченные деньгами буржуа либо невежественные люди. Все это примеры аргументации, необходимой для самоуважения и высокой оценки своей религии и одновременно для осуждения и поддержания потребности презирать и ненавидеть другие религии [15, с. 131].

От ненависти до конфликта всего один шаг. В действительности нет ни одной политической партии или религиозной секты, которая не допускала бы борьбы, кровавой или нет, как выйдет, с теми, кто не принимает их догмы. Если же она полностью отвергает конфликт и всегда проповедует сострадание и покорность, то это признак того, что она осознает свою слабость и считает слишком рискованным развязывать борьбу. Кроме того, в борьбе принимаются в расчет не слишком благородные, но тем не менее широко распространенные свойства человеческого сердца — любовь к роскоши, жажда крови и женщин, стремление к главенству и тиранству [36, с.18].

Трудно дать определенный рецепт поиска устойчивости политической партии или религиозной доктрины, которая имела бы определенные дозы, нужные для удовлетворения всякого человеческого чувства. Но одно можно сказать со всей определенностью: чтобы реализовать уже упомянутую цель, необходимо определенное соотношение, сплав высоких чувств и низких страстей, ценных и простых металлов, иначе сплав не выдержит. Доктрина, которая не учитывает различные противоречивые свойства человеческой природы должна претерпеть в этом отношении определенные изменения, если рассчитывает иметь постоянных приверженцев. Соединение добра и зла столь характерно для природы человека, что определенное количество ценного металла должно быть даже в сплаве, присущем криминальным бандам, тайным обществам и шайкам убийц; и немного металла низкого качества должно входить в комплекс чувств, вдохновляющих героев, и аскетические коммуны с их фетишем самопожертвования. Поэтому столь большой дефицит как хороших, так и плохих элементов всегда дает одни и те же результаты: это препятствует любому широкому распространению доктрины или особой дисциплины, которой требует от своих членов данная секта [5, с.19].

Примером общества упомянутого типа может служить организация ассасинов, которые опустошали Сирию и Ирак в средние века. Ассасины представляли собой вырождающееся течение исмаилитов — относительно безобидной секты, довольно широко распространенной в исламском мире около 1100 г. Доктрина и дисциплина этой секты имела немало общего с современным франкмасонством, распространенным в латинских странах. Разбойники-душители были известны в Индии до середины прошлого века. Почти все писавшие о Китае путешественники сообщают о тайных обществах. Некоторые из них распространены по всей стране и имеют или претендуют на то, чтобы иметь четкие политические цели. К этому списку можно добавить “подпольные” политические движения, распространенные сейчас в Европе и Америке [5, с.39].

В то же время определенные ассоциации основаны на самоотречении людей от всякого мирского тщеславия и удовольствий, на абсолютной жертвенности их членов на благо ассоциации или всего человечества. Буддистские монастыри бонз и католические религиозные ордена на Западе могут служить хорошими примерами такого рода организации. Эти ассоциации пополняются в основном за счет индивидов, особенно подходящих для их призыва либо в силу особых обстоятельств их личной жизни, либо в силу их естественной склонности к самопожертвованию и покорности. Однако нельзя утверждать, что они полностью освобождены от земных страстей. Стремление вызвать восхищение благочестивых, желание многих индивидов добиться превосходства в ордене и еще большее желание — превзойти соперничающие ордена — все это сильные мотивы, обеспечивающие долгую и процветающую жизнь данных ассоциаций.

Однако во всех этих случаях, хотя, как видим, частица добра всегда смешана со злом, а частица зла лежит в основе добра, данные ассоциации невелики. Они никогда не охватывают всех членов огромного сообщества. Несмотря на все разработанные благовидные оправдания преступлений, шайки убийц и воров были ничем иным, как больными социальными наростами. На какое-то время они могли преуспеть в терроризировании и воздействии на широкие слои. Однако их принципы не завоевали большие массы людей. Монастырь также всегда был исключением, и как бы ни распространялся монастырский образ жизни, становясь привычным для части населения, быстро начинался отход от первоначальных принципов. Эбиониты19 в эпоху первоначального христианства требовали от всех верующих объединить средства их существования, они стремились распространить монастырские нравы на все христианское общество. Но секта влачила нищенское существование и вскоре исчезла, так как если и можно добиться некоторого самоотречения небольшой группы избранных, то это невозможно в отношении всех людей, у которых хорошее уживается с плохим, и с различными их нуждами и чувствами необходимо считаться. Поэтому если эксперимент по социальному обновлению призван что-то доказать, его следует распространять на всех людей, имея в виду, что кто-то даст втянуть себя в этот эксперимент, а кого-то надо будет заставить это сделать. [9, с.106]

Постоянный конфликт между религиозной верой и человеческой нуждой, между явлением, признанным святым и соотнесенным с божественным законом, между сотворенным и тем, что действительно должно быть сделано, вызывает вечное противоречие, порождает неизбежное лицемерие, и это находит отражение в жизни многих людей, причем не только христиан. Незадолго до того, как христианство, благодаря Константину, стало официальной религией Римской империи, [10, c.106].

Мусульмане в целом более тщательно соблюдают Коран, нежели христиане Евангелие, и это объясняется не только слепой верой (что, в свою очередь, обусловлено более низким уровнем образования), но и тем, что предписания Мухаммеда не столь высоконравственны и по-человечески более приемлемы, чем предписания Христа. Проповедующие ислам в основном строго воздерживаются от употребления вина и свинины, но индивид, никогда не пробовавший ни того, ни другого, не испытывает от лишения особого неудобства. Представляется, что, если мусульмане живут вместе с христианами в тех странах, где производится много вина, они не слишком строго следуют предписаниям пророка относительно алкогольных напитков. История сарацинов на Сицилии дает немало примеров пьянства среди мусульман. Ибн эль Тиман, эмир Катании, был в состоянии полного опьянения, когда приказал вскрыть вены своей жены — сестры эмира Палермо. Арабский поэт Ибн Хамдис воспевал прекрасное вино из Сиракуз, его янтарный вкус и мускусный аромат [22, с.78].

Учение древних стоиков было особенно мужественным (исключая, возможно, “позерство” и тщеславие — столь распространенные среди них недостатки) и делало, если вообще делало, мало уступок человеческим страстям, слабостям и чувствам. Но именно по этой причине влияние стоицизма было распространено среди представителей образованного класса. Массы язычников не были затронуты его пропагандой. Стоическая школа могла в определенные периоды способствовать формированию характера части правящего класса Римской империи. Ей, несомненно, обязаны своей подготовкой некоторые достойные императоры. Но с того момента как представители стоицизма перестали толпиться вокруг трона, его влияние сошло на нет. Неспособный к переменам, поскольку его интеллектуальная и чисто философская стороны не затрагивали догматический и эмоциональный аспекты, он не мог состязаться с христианством в контроле над римским миром и не мог преуспеть, соревнуясь с иудаизмом, исламом или буддизмом.

Для всех религий необходима определенная адаптация к более низкому моральному и эмоциональному уровню с целью достижения некоего среднего уровня. Те, кто отказывается признать этот факт, облегчают, как нам кажется, задачу тем людям, которые используют относительную бесполезность религиозных чувств и политических доктрин как аргумент для доказательства их полной никчемности [20, с.115].

Христианство не всегда энергично преследовалось в Римской империи. Были продолжительные периоды терпимости, и нередко гонения применялись только в отдельных провинциях. Но оно не одержало, однако, полной победы до тех пор, пока император, обладавший законной властью, не начал благоволить ему. Также и либеральная пропаганда была не только затруднена, но встречала содействие со стороны властей, начиная с середины XVIII в. вплоть до Французской революции. Позднее она шаг за шагом одерживала победу, но этого не было повсеместно в Европе. Пропаганда победила, когда к ней обратились сами правительства или же они были сброшены внутренней либо внешней силой.

Но с этими двумя сомнительными примерами можно сравнить множество других прямо противоположного свойства! Само раннее христианство вряд ли было распространено за пределами Римской империи. Оно не было принято в Персии не только потому, что встретило препятствие в лице национальной религии страны, но и потому, что подверглось серьезным гонениям. Карл Великий насаждал христианство среди саксов огнем и мечом на протяжении жизни одного поколения. Обращение граждан Римской империи в христианскую веру длилось столетиями. Всего несколько лет понадобилось для распространения христианства во многих варварских странах, так как христианами стали король и его приближенные, и началось массовое крещение народа. Христианство довольно быстро распространилось во многих землях англосаксов, в Польше, России, в скандинавских странах и в Литве. В XVII в. христианская религия безжалостными и потому эффективными средствами была почти полностью уничтожена в Японии. С помощью гонений было покончено с буддизмом на его родине, в Индии, с маздакизмом в Персии периода Сассанидов, с бабизмом в современной Персии и с новой религией тайпинов в Китае. Из-за притеснений исчезли с юга Франции альбигойцы, ислам и иудаизм в Испании и на Сицилии. Реформация в конце концов одержала победу только в тех странах, где получила поддержку правительств, а в отдельных случаях была поддержана победоносными революциями. Быстрое распространение самого христианства, приписываемое им чуду, не идет в сравнение с еще более быстрым распространением ислама. Христианство распространялось на территории Римской империи в течение трех столетий. Ислам в течение только 80 лет — от Самарканда до Пиринеев. Правда, христианство действовало лишь проповедью и убеждением. Другие проявляли явную склонность к ятагану [5, с.67].

Таким образом, политика и религия имеют давнюю историю взаимоотношений, на протяжении истории светская и духовная власть с переменным постоянно соперничали за главенство, но с XIX в. духовная власть выступает как младший союзник светской власти, способствует ее легитимизации, развитию и поддержанию традиционных гражданских ценностей. В некоторых случаях религия может являться моральным ограничителем действий власти, переступая через который последняя будет четко осознавать грядущую и скорую утрату популярности и поддержки со стороны народа. Власть, со своей стороны поддерживает одну или несколько тралдиционных и наиболее влиятельных в данной стране конфессий, предоставляя доступ к некоторым административным и финансовым ресурсам.

Как правило, религиозные конфликты тесно связаны с политическими и социальными пертурбациями, происходить как внутри одной социальной группы, как моно, так и поликонфессиональной, или разными социальными группами различной конфессиональной направленности. В мировой истории большая часть крупных межэтнических и политических конфликтов имело религиозную окраску или проводилась под религиозными лозунгами. Кратко озвучим те, которые наиболее сильно повлияли на ход мировой истории.

Гонения на христиан в Римской империи окончились принятием христианства в качестве официальной религии, что послужило основой для оформления христианства в качестве одной мировой религий Христианство коренным образом повлияло на европейскую культуру средневековья, определяло ход развития науки и техники, является основой многих современных европейских культур.

Война между сторонниками средоточия власти в семье пророка Мухаммеда и их противниками привела к тому, что сегодня мусульманский мир разделен на шиитов и суннитов. Ирак и Северный Иран населен преимущественно шиитами, остальные мусульмане исповедуют суннизм. Конфликт между шиитами и суннитами не затихает, террористические акты, уносящие сотни невинных жизней, осуществляются обеими сторонами.

Вопрос о догматах веры привел к окончательному расколу в 1054 г. христианской церкви на католическую и православную, которые во многом определили политическое и культурное развитие стран Западной и Восточной Европы, что в дальнейшем вылилось в крестовые походы рыцарских орденов, преследовавших с политическими и религиозные цели.

Религиозные конфликты между коптами и мусульманами, завоевание последними Иерусалима послужило поводом для крестовых походов во имя «освобождения гроба Господня», которые на протяжении двух веков держали Ближний Восток в напряжении.

Реформация, которая первоначально было движением за преобразование католической церкви и исправление некоторых особенностей богослужения, устранение симонии и т.д. в итоге привело к образованию независимых протестантских церквей и отход из под контроля Ватикана Северной Европы, Нидерландов, Бельгии, что в значительной степени подорвало его могущество и позволило окончательно оставить папство под контроль французских монархов. Кроме того, Реформация способствовала развитию книжной и светской культуры, книгопечатания, расширение переводов небогословских книг. Для Беларуси Реформация стала временем появления первых печатных книг на старославянском языке.

Новейшей истории конфликт между суннитским Ираком и шиитским Ираном стал поводом для проведения США операции «Буря в пустыне» и закреплению позиций этой державы на нефтеносных участках Ближнего Востока, что вызвало волну недовольства в арабских странах. Атака 11 сентября 2001 г. на Нью-Йорк стала высшим проявлением этого недовольства. Начатая после этого борьба с терроризмом до сих пор делает внешнеполитические отношения на Ближнем Востоке в напряжении.
    продолжение
--PAGE_BREAK--


Не сдавайте скачаную работу преподавателю!
Данный реферат Вы можете использовать для подготовки курсовых проектов.

Доработать Узнать цену написания по вашей теме
Поделись с друзьями, за репост + 100 мильонов к студенческой карме:

Пишем реферат самостоятельно:
! Как писать рефераты
Практические рекомендации по написанию студенческих рефератов.
! План реферата Краткий список разделов, отражающий структура и порядок работы над будующим рефератом.
! Введение реферата Вводная часть работы, в которой отражается цель и обозначается список задач.
! Заключение реферата В заключении подводятся итоги, описывается была ли достигнута поставленная цель, каковы результаты.
! Оформление рефератов Методические рекомендации по грамотному оформлению работы по ГОСТ.

Читайте также:
Виды рефератов Какими бывают рефераты по своему назначению и структуре.