Дипломная работа по предмету "Государство и право"

Узнать цену дипломной по вашей теме


Компенсация морального вреда

МИНИСТЕРСТВО ЮСТИЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


СЕВЕРО-ЗАПАДНЫЙ (Г. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ) ФИЛИАЛ


ГОСУДАРСТВЕННОГО ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО УЧРЕЖДЕНИЯ


ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ


«РОССИЙСКАЯ ПРАВОВАЯ АКАДЕМИЯ


МИНИСТЕРСТВА ЮСТИЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»


КАФЕДРА ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВЫХ ДИСЦИПЛИН


ДИПЛОМНАЯ РАБОТА


НА ТЕМУ: «Компенсация морального вреда».



Допустить к защите.


Зав. кафедрой Аверьянов А.В.


кандидат юридических наук, доцент


____________________________


(подпись)


"___" ___________ 20__г.


Работа


студентом 6 курса группа № 80 заочной ф/о


Микуленайте Еленой Ромальдасовной


(подпись)


Научный руководитель:


доктор (кандидат) юридический наук,


профессор (доцент)


_______________________________


(подпись, Ф. И. О)


Выпускная квалификационная работа


защищена


«___»___________________ 20___ г.


Оценка ________________________


Председатель ГЭК


доктор юридических наук, профессор


_______________________________


(подпись, Ф.И.О.)


«___» ____________________ 20___ г.



ПЛАН.


Введение


Глава 1 Институт компенсации морального вреда в Российской федерации.


§ 1. Развитие и формирование института компенсации морального вреда в Российской Федерации .


§ 2. Понятие морального вреда в российском законодательстве. Определение размера компенсации морального вреда.


§ 1. Основания возникновения права компенсации морального вреда, порядок, способы.


Глава 2. Особенности компенсации морального вреда при отдельных нарушениях прав


1. компенсация морального вреда при нарушении прав потребителей


2. компенсация морального вреда при защите чести, достоинства и деловой репутации


Заключение.


Библиография.



Введение.


В любом правовом государстве, как известно, высшей ценностью является права и свободы человека. Конституция РФ, провозглашая личные права и свободы человека, такие как: право на жизнь, свободу, личную неприкосновенность и неприкосновенность частной жизни, право на личную и семейную тайну, защиту своей чести и репутации, право на определение своей национальности, право на пользование родным языком, право на свободное передвижение и выбора места пребывания и жительства, право на свободу совести, свободу и вероисповедания, право на свободу мысли и слова, а также право на информацию, называет их естественными и неотчуждаемыми от личности, что и предполагает, что от государств должно эффективно защищать и охранять указанные права. В качестве одного из видов вреда, который может быть причинен личности, является моральный вред. Но институт именно компенсации морального вреда закрепился в законодательстве Российской Федерации сравнительно недавно, и он отлично сопоставляется с Конституцией и является действительно эффективным средством защиты нематериальных благ и личных неимущественных прав личности. В связи с этим тема моей дипломной работы актуальна. Ведь нельзя не согласиться с тем, что практически в каждом судебном деле, где заявлен иск о восстановлении прав, заявлено и дополнительное требование о компенсации морального вреда, уже не говоря о количестве исков, где заявлено одно требование только о компенсации морального вреда. Ведь вряд ли найдется человек, который скажет, что ни разу не испытывал страданий или переживаний. С появлением демократизации общества расширились социальные связи любого человека, расширилась зависимость человека от общества, и тем самым очень велика вероятность получения многочисленных обид на жизненном пути. Актуальность темы также усматривается в том, что сегодня этот вопрос весьма активно обсуждается в научной литературе и в средствах массовой информации, но, тем не менее, есть масса очень важных вопросов, где еще не сложилось единого мнения, как и в законодательстве, так и в практике применения. Правовая база о компенсации морального вреда недостаточно разработана, судебная практика по вопросам компенсации морального вреда противоречива. Весьма дискуссионными, надо полагать, являются вопросы о компенсации морального вреда при нарушении имущественных прав граждан, определение размера компенсации, учёт отдельных критериев при определении размера компенсации морального вреда юридическому лицу, доказывание страданий в суде по искам о компенсации морального вреда и так далее. Указанная неопределенность требует нормативно-правового закрепления единых и четких критериев для определения условий, необходимых для возникновения права на компенсацию морального вреда, минимальная необходимая доказательственная база в обоснование заявленных требований о компенсации (так как ГПК РФ возлагает бремя доказывания на истца) и самого размера компенсации, Все эти вопросы и некоторые другие будут рассмотрены в моей дипломной работе.


Целью дипломной работы является анализ института компенсации морального вреда в российском гражданском праве. Для достижения указанной цели можно поставить следующие задачи: во-первых, показать историю развития института компенсации морального вреда, как в России, рассмотреть понятие морального вреда, выявить условия и основания возникновения права и обязательства компенсации морального вреда, раскрыть порядок и способы компенсации морального вреда, выявить явные проблемы компенсации морального вреда и предположить пути их решения. Дипломная работа состоит из двух логически связанных между собой глав, введения, заключения и приложений. Все главы разделены на параграфы, позволяющие акцентировать внимание на отдельных проблемах в рамках одного вопроса. В первой главе дипломной работы раскрываются вопросы возникновения и развития института компенсации морального вреда, современное состояние данного института. Важной частью дипломной работы является вторая глава, в которой рассматриваются некоторые проблемные вопросы компенсации морального вреда. Первый параграф данной главы посвящен раскрытию вопроса об основаниях, порядке и способах компенсации морального вреда. При этом определяются сущность категории «морального вреда», основания, порядок и способы компенсации морального вреда. Особое внимание уделяется вопросам субъектного состава лиц, имеющих право на компенсацию морального вреда, вопрос о компенсации морального вреда при нарушении имущественных прав граждан, а также проблеме применения срока исковой давности. Полагаю, что указанные случаи требуют особого рассмотрения, так как компенсация морального вреда вообще процесс крайне затруднителен. Второй параграф данной главы посвящен определению размера компенсационных выплат. Это вопрос никак не урегулирован законодательством и нет единообразной позиции в судебной практике, что вызывает противоречивые соображения в правоприменительной практике и среди ученых.



Глава 1.


Развитие и формирование института компенсации морального вреда в России.


Институт компенсации морального вреда много лет не признавался нашей правовой системой, не был закреплен в законодательстве и вызывал резкую критику со стороны цивилистов. Сегодня с развитием нашего государства как правового, с развитием демократизации и правовой системы появилось и возродилось немало институтов гражданского права, ранее категорически отрицавшихся. Одним из таких институтов и является институт компенсации морального вреда.


Хотелось бы обратиться к истории возникновения института компенсации морального вреда в разных правовых системах и к вопросу регулирования его в зарубежных странах, в которых он возмещается уже не одно столетие и показать таким образом, что институт компенсации морального вреда развивался достаточно самостоятельно, не было заимствования каких-либо положений от других стран.


Если обратится к римскому частному праву, как основоположнику современного гражданского права и права в целом, то можно увидеть, что ответственность за причинение морального вреда не существовала как таковая, но сама идея компенсации морального вреда присутствовала. В чем же заключалась эта идея? Ведь, несомненно, люди претерпевали душевные и телесные травмы. И поэтому, законом 12 таблиц для суда были установлены строго оговоренные суммы вознаграждения, например, за сломанную кость раба полагалось 150 ассов, а за сломанную кость свободного человека – 300 ассов в казну. Для римского права характерна тенденция восстановления чисто материальных прав. Впоследствии, в связи с развитием римского права «оскорбленный имел возможность требовать денежной суммы в удовлетворение за обиду, под которой разумели всякое умышленное посягательство против личности и личных прав, вплоть до вторжения в чужое жилище»[[1]
], причем судья был совершенно свободен при оценке запрашиваемой суммы. При всем этом отличием могла служить мера наказания такая, как штраф, который шел целиком в пользу пострадавшего. Что касается Древней Руси, то уже с древнейших времён были сформулированы в общественном сознании такие понятия как добро, зло, появляются моральные требования к отдельно взятому человеку по отношению к обществу. В древнейшие времена человек не выделялся из племени, поэтому неправильное, аморальное поведение, воспринималось как нанесение оскорбления, обиды, всему племени, а то и роду. Когда на территории России ещё не было государственности уже были нормы морали, которые входили в обычаи, традиции, в последующем эти нормы трансформировались в религиозные правила, диспозицию законов, обычай: не убивать, не воровать, не прелюбодействовать, не врать, держать данное слово, не быть трусом, не быть жадным, не предавать, не завидовать и т. д. На ранней стадии становления Российского государства источником права признавался обычай, выражавшейся в мести. Развитие государства и права привело к тому, что обычай, после санкционирования государственной властью, стал приобретать статус нормы обычного права. Начиная с Х-ХIвека нашей эры, право начинает складываться в определенную систему. В это время и появляются различные древнейшие источники права, к которым относится Русская Правда со всеми ее редакциями, содержавших первые нормы с элементами ответственности и защиты при причинении вреда, возникающего при посягательстве на права граждан. Преступление по Русской Правде «определялось не как нарушение закона или княжеской воли, а как «обида», то есть причинение морального или материального ущерба лицу или группе лиц» (под группой лиц понимается род или семья потерпевшего в случае его убийства)[[2]
]. При этом объектами преступления признавались не только имущество, но и личность. Все деяния против личности могли совершаться только посредством действия, называясь при этом «бесчестием», которое рассматривалось как причинение физического вреда, оскорбление чести словом или действием. «Бесчестье» определялось и как требование денежного возмещения в пользу оскорбленного за совершенные действия. Само понятием морального вреда в нормах Русской Правды не встречается, но при исследовании можно обнаружить нормы о компенсации морального вреда. Мерой ответственности являлся штраф за действия, причинившие вред личности, являлся штраф, который подразделялся на два вида: «вира» и «продажа». «Вира» - штраф, назначался только за убийство и поступал в княжескую казну, но при этом родственникам убитого уплачивалось «головничество», равное штрафу. Сумма штрафа зависела от положения человека. За остальные преступления против личности, виновные наказывались штрафом – «продажей», поступающим в казну, а потерпевшему уплачивался «урок» - денежное возмещение за причиненный ущерб. Статья 2 предусматривала обиженному, оскорбленному: взыскание с обидчика трех гривен; за причинение телесных повреждений батогом, жердью, пястью, чашей, рогом, тылеснею острого оружия предусматривалась компенсация в размере 12 гривен (статья 3)[[3]
].


В «Русской Правде» закреплялось право на кровную месть или 40 гривен в порядке компенсации за убийство мужчины определенному кругу близких родственников.


По «Русской Правде» оскорбление женщины позорным словом предусматривало компенсацию неимущественного вреда (статья 30). При этом учитывалось её сословие. Так публичное отнесение уважаемо замужней женщины к числу женщин легкого поведения означало тяжело оскорбить не только её, но и мужа, и всю семью. В случае подобного оскорбления боярской жены великих бояр в пользу потерпевшей в обидчика взыскивалось 5 гривен золотом, а митрополиту тоже такую сумму. Если же оскорбление наносилось боярской жене меньших бояр, то компенсация потерпевшей составляла 3 гривны золотом, а митрополиту – рубль и т. д.[[4]
]


Из всего вышесказанного можно сделать вывод, что русскому обществу близко понятие «компенсация морального вреда». Поэтому было бы ошибкой полагать, что становление института юридической ответственности за моральный вред и юридический опыт в решении проблемы компенсации морального вреда, был наработан исключительно в США, Великобритании, Германии, Франции и других европейских государствах.


В последующий период развития права – ХII –ХV века – ответственность за причинение вреда от «бесчестья» существенно не изменилась. При этом складывающееся уголовное право стало определять тяжесть бесчестья. Гражданско-правовой ответственности за причинение вреда еще все же не существовало.


Со временем (около 1050 г.) власть родственников над убийцей была ограничена и кровная месть полностью заменялась головщиной. Головщина или головничество (выкуп) на Руси и в России просуществовал почти 500 лет. По Судебнику Ивана III(1497 г.) головщина взыскивалась из имущества убийцы. Если же убийца не мог заплатить головщину родственникам убитого, он уже не выдавался им «головой», а был обречен находиться в «казни и продаже боярину или дъяку»[[5]
].


В Судебнике Ивана V (1550 г.) сохранялось право предъявления гражданского иска за убийство. Иск о возмещении ущерба за убийство предусматривался в поздних Судебниках и Уложениях. Например, по Уложению царя Алексея Михайловича (1649 г.) к смертной казни убийцы добавлялось взыскание в казну половины имущества убийцы; вторая половина имущества передавалась жене детям и роду убитого по их просьбе.[[6]
]


Соборное уложение 1649 г. как продолжение «Русской Правды» и судебников содержало громадный раздел об оскорблениях. Раздел начинался статьёй 27, которая предусматривала наиболее тяжкий случай – оскорбление Патриарха. И последующие 28-82 статьи предусматривали защиту от оскорбления различных духовных лиц[[7]
].


Вызывает интерес статья 10 Соборного уложения 1649 г., которая предписывала: «А будет кто, не бояся бога и не опасаяся государьские опалы и казни, учинит над кем ни будь мучительское наругательство, обсечет руки, или ногу, или нос, или ухо, или губы обрежет, или глаз выколет, а сыщется про то допряма, и за такое его наругательство самому то же учинить, да на нем же взять из вотчин его и из животов тому, над кем он такое наругательство учинит, будет отсечет руку, и за руку пятьдесят рублев, а будет отсечет ногу, и за ногу пятьдесят рублев, а за нос, и за ухо, и за глас, потому же всякую рану, по пятьдесят Рублев».


В течение более 200 лет Соборное уложение защищало естественные и неотчуждаемые права человека, предпочтенье отдавалось защите прав знатного.


В более позднем законодательстве ответственность за моральный вред и его компенсацию сохраняется. Так «Уложением о наказаниях уголовных и исправительных» 1845 г. в главе второй «О наказаниях», отделении втором «О вознаграждении за убытки, вред и обиды» предусматривалось: «Виновные в преступлении, причинившем кому-либо убытки, вред или обиду, сверх наказания, к коему присуждаются, обязаны вознаградить за сей вред, убыток или обиду из собственного имущества по точному о сем постановлению суда» (ст. 62)[[8]
].


Из приведенных примеров российских исторических памятников права видно, что все они содержат юридическую ответственность за причинение физических и нравственных страданий с точки зрения современного права.


Начиная с первой половины 19 века, обязательства по возмещению вреда могли возникать только в силу правонарушения. Лицо, которому причинили вред, имело право на возмещение этого вреда. При этом имелось в виду виновное причинение вреда. Виновное лицо обязано было возместить убытки за те действия, категория которых не относилась к категории преступлений. Законодательство уже закрепило новые составы правонарушений. Теперь потерпевший имел право выбора по предъявлению исков: гражданского с правом требования денежного вознаграждения или уголовного. До царствования Екатерины IIв обществе преобладал материальный взгляд на честь, поэтому по большей части предъявлялись гражданские иски с требованиями денежного возмещения. Но эти требования не распространялись на широкий круг лиц, например на крестьян.


Гражданское Уложение 1851 года косвенно предусматривало 2 случая компенсации морального вреда: это за бесчестье при нанесении личной обиды в виде платежа, присуждаемого по просьбе обиженного в размере от 1 до 50 рублей и второе, это незаконное привлечение к уголовной ответственности.


Взгляды ученых юристов 19 века к имущественной компенсации морального вреда различались. Сторонниками положительного решения этой проблемы выступали И.А. Покровский, С.А. Беляцкин и другие. Указанные ученые считали, что эта «компенсация может пойти на благо обществу и его членам, особенно стоящим внизу социальной лестницы»[[9]
] и данное право «по возмещению морального вреда – есть право униженных и оскорбленных, изувеченных, обезображенных и соблазненных, право эксплуатируемых писателей, артистов и служащих». С.А. Беляцкин также писал, что «постоянное упорное игнорирование морального вреда и моральных интересов, равнодушное отношение к ним со стороны суда влекут за собой тот результат, что даётся обильная пища для досад потерпевшего, чувство раздражения не находит выхода, растёт ненужное озлобление, колеблется в массе уверенность в личном праве и личном благе. «Идея возмещения морального вреда предполагает известное развитие правового чувства и среду, в которой личность и личные права пользуются достаточным уважением»[[10]
].


С.А. Беляцкин также считал, что в тех случаях, когда гражданский закон не препятствует компенсации морального вреда и умалчивает о категоричности возмещения нематериального вреда, то «он по меньшей мере развязал руки практике и, не заполнив всего содержания понятия, оставил место для приспособления закона к нуждам жизни». Я с ним соглашусь, так как такая позиция действует и сегодня в современном законодательстве и судебной практике.


В работах С.И. Раевича, И.С. Вольмана, Н.Э. Маркова, Г.Ф. Шерненевича и других встречается часто понятие компенсации за бесчестье – или вознаграждение «за личную обиду», - которое происходило в форме обязанности «вознаградить верителя»[[11]
]. Однако некоторые их этих исследователей отрицали возможность компенсации морального вреда, считали, что это невозможно, так как он не поддается оценке. Такой точки зрения поддерживались В.И. Синайский, Л.И. Петражицкий. Л. И. Петражицкий писал, что цивилизованное государство не может возлагать обязанность возместить моральный вред, т. к. нет случаев точно определенных деяний, совершение которых без какой-либо определенной потери имущества может влечь «лишение имущества». Но гражданское право должно считаться с каждым нарушителем «какого-либо из обширнейшей категорий гражданских прав»[[12]
].


В 1905 году возмещение морального вреда предполагалось внести в проект Гражданского уложения.


Возмещение нравственного вреда в нормах Гражданского уложения выглядело следующих образом:


- в случаях причинения обезображения или иного телесного повреждения, равно как в случаях лишения свободы или нанесения оскорбления, суд может назначить пострадавшему денежную сумму по своему усмотрению, принимая во внимание, была ли со стороны виновного обнаружена злонамеренность и другие обстоятельства дела, хотя бы пострадавший не понес никаких убытков. Право на получение такого вознаграждения не переходит к наследникам пострадавшего и не может быть уступлено другому лицу (ст. 2626).


- правом на особое вознаграждение (компенсацию морального вреда) пользуется также женщина, с которой совершено любодеяние, наказуемое по ст. 517 и 520-522 Уголовного уложения, равно как и девица, обольщенная обещанием не ней жениться, если виновный не исполнит своего обещания (ст. 2627).[[13]
]


- верителю должны быть возмещены убытки, которые непосредственно вытекают из неисполнения должником обязательства и которые могли быть предвидены при заключении договора. Должник, умышленно или по грубой неосторожности не исполнивши обязательства, может быть присужден к возмещению и других, кроме указанных выше, убытков, хотя бы они заключались не в имущественном, а нравственном вреде и не подлежали точной оценке (ст. 1655).[[14]
]


К 1917 году в российском государстве сформировалась одна из лучших в мире цивилистических школ. Хотя события 1917 года положили начало уничтожению сложившейся правовой системы, государства, Российской империи, уничтожению институтов гражданского законодательства, в том числе и института компенсации морального вреда, традиции цивилистической школы сохранились и в советский период.[[15]
]


В 1917 году был разработан проект закона «Об обязательственном праве», которым предусматривалось возмещение нематериального вреда в случае телесного повреждения, незаконном лишении свободы, даже если потерпевший не понес убытков, прелюбодеянии и обольщении, неисполнения должником своих обязанностей, при наличии у него умысла или грубой неосторожности и др. То есть, предполагалось внести ответственность за нравственный вред практически во всех договорных отношениях и лишь в некоторых деликтах. Данное обстоятельство безусловно являлось недостатком этого проекта.[[16]
] Однако закон этот не был принят в связи с событиями 1917 года.


В период становления советского права, были весьма распространены высказывания против ведения института компенсации морального вреда в гражданское законодательство. Так, А. М. Зейц писал, что возмещение вреда должно пониматься как «восстановление состояния, которое имело или могло иметь лицо, которому причинен вред, если бы таковой причинен не был. Состояние же лица определяется его трудовым доходом».[[17]
]


А. М. Зейц писал, что охрана неприкосновенности личности – это дело уголовного права, так как гражданское право призвано регулировать только отношения собственности и обмена, гражданскому праву чужда задача кары и возмездия (а имущественное возмещение морального вреда – это именно карательный институт). В данном случае можно уверенно говорить о том, что Зейц А.М. не прав, поскольку институт морального вреда не решал задачи кары и возмездия, а решал задачи компенсации морального вреда.[[18]
]


«Основные возражения против положительного решения проблемы имущественного возмещения морального вреда сводились к следующему:


1) возмещение морального вреда чуждо социалистическому правосознанию; оно тесно связано с буржуазным правом и обществом, где все расценивается на деньги;


2) моральный вред не может быть оценен и поэтому не может быть возмещен в деньгах».


Второе утверждение беспочвенно, так как с помощью денежных средств, как универсального средства, как раз можно определить размер причиненного морального вреда. То есть денежные средства являются не функцией эквивалента душевных страданий, а возможностью облегчить эти страдания.


В середине xx века проблема компенсации морального вреда учеными не изучалась, и только в 60-70 годах интерес к этой проблеме вновь проявился у советских цивилистов. Но единой точки у ученых так и не сложилось. В это время выработалось три точки зрения (не допускается компенсация морального вреда, допускается в самом широком объеме, допускается в ограниченных случаях).


В. Т. Смирнова и А. А. Собчак, говорили, что «если гражданин, большой любитель музыки, театра и кино, оказался прикованным к постели, и тем самым был лишен возможности посещать театр, кино и т. д., то было бы целесообразным возложить на причинителя вреда обязанность купить для потерпевшего приемник или проигрыватель».[[19]
]


Данное высказывание весьма интересно и актуально, так как В.Т. Смирнов и А.А. Собчак рассматривали возможность компенсации морально вреда в безденежной, неимущественной форме, при этом они вне всяких сомнений признавали факт того, что человек при нарушении определенных нематериальных благ испытывает духовные страдания.


М.М. Агарков, М.Я. Шиминова говорили о том, что: «возмещение морального вреда возможно, прежде всего, в отношениях, возникающих вследствие причинения вреда жизни и здоровью граждан (при устойчивой утрате трудоспособности, длительных страданиях, причинении неизгладимого обезображения, а также в случаях потери кормильца)»[[20]
], такого же мнения придерживалась и К. Б. Ярошенко[[21]
].


Таким образом, преобладающей точкой зрения ведущих советских цивилистов того времени была то, что моральный вред компенсации, несомненно, подлежит, но при нарушении весьма ограниченного круга неимущественных благ, а именно: здоровье, жизнь; с такой точкой зрения весьма трудно согласится, так как незащищенным остаётся весьма обширный круг неимущественных прав и нематериальных благ.


Но несмотря на многообразие теоретических концепций успешное развитие института морального вреда в зарубежных странах, советское гражданское законодательство до 1990 года не содержало норм о компенсации морального вреда. При отсутствии в законодательстве института морального вреда были попытки в некоторых случаях установить штрафы при его причинении. Например, за оскорбление судьи или народного заседателя. Но эти штрафы являлись административным наказанием за нравственный вред, но не его компенсацией, так как денежные суммы взыскания поступали в бюджет, а не в пользу оскорбленного лица.


2. Понятие морального вреда в российском законодательстве.


Законодатель определяет моральный вред в статье 151 ГК РФ, как физические и нравственные страдания, аналогично тому, что было сформулировано в ходе активного обсуждения проекта нового Гражданского уложения России еще в конце XIX века. Статья 151 ГК определяет моральный вред по существу так же, как и Основы гражданского законодательства 1991; а именно как причинение гражданину физических или нравственных страданий. Понятие «моральный вред» производно от слова «мораль». Мораль применительно к личности означает совокупность представлений об идеале, добре и зле, справедливости и несправедливости. Мораль тождественна понятию нравственности. А нравственность определяют как правила поведения, духовные и душевные качества, необходимые человеку для жизни в обществе. Анализ лексического значения слов «мораль» и нравственность» позволяет сделать вывод о том, что закрепленное определение понятие «морального вреда» в статье 151 ГК РФ является весьма корректным. Но физические страдания в данном случае выпадают из сферы человеческого существования, охватываемой таким определением. Если обратиться к толковому словарю русского языка, то можно увидеть, что слово «страдание» разъясняется как «физическая или нравственная боль, мучение, а «боль» связывается с «ощущением страдания». Таким образом, боль и страдания неразрывно связаны между собой.


Среди ученых-процессуалистов нет единого мнения относительно понятие моральный вред как в отношении уже используемой терминологии, так и в отношении определения данного понятия. И с связи с этим ученые предлагают свои термины и их определения. К примеру, В.В. Нагаев полагает о том, что необходимо заменить понятие «моральный вред» на более емкое по содержанию и предлагает термин «психологический вред» - существующий в США и Англии. Психологический вред – это физические и нравственные страдания. М.Н. Малеина рассматривает компенсацию морального вреда как способ защиты неимущественных благ. При этом высказывает предположение о том, что «поскольку нравственный и моральный выступают синонимами, было бы более правильно использовать в законодательстве термин «неимущественный вред». При этом неимущественный вред считать физическими и (или) нравственные переживания.


Моральный вред определяется как страдания. Определение содержания морального вреда как страданий означает, что действия причинителя вреда обязательно должны найти отражение в сознании потерпевшего, вызвать определенную психическую реакцию. При этом неблагоприятные изменения в охраняемых законом благах отражаются в сознании человека в форме негативных ощущений (физические страдания) или переживаний (нравственные страдания). Содержанием переживаний может являться страх, стыд, унижение или иное неблагоприятное в психологическом аспекте состояние. Очевидно, что любое неправомерное действие или бездействие может вызвать у потерпевшего нравственные страдания различной степени и лишить его полностью или частично психического благополучия.


Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъясняет понятие «моральный вред» следующим образом: нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т. п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с Законом об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.


Моральный вред, как разъясняет Пленум Верховного суда РФ в данном Постановлении, «может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, задевающих честь, достоинство или деловую репутация гражданина, временным ограничением или лишением каких – либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.». (п. 2). Хотя Верховный Суд РФ не дал общего определения страданий, из приведенного текста постановления следует, что суд попытался раскрыть содержание одного из видов морального вреда - нравственных страданий. Очевидно, что под нравственными страданиями суд понимает переживания. Из указания на то, что моральный вред может заключаться в переживаниях в связи с болью либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, следует, что допускается возможность компенсации вторичного морального вреда. Например, если в результате распространения не соответствующих действительности порочащих сведений лицо испытывает переживания (нравственные страдания) и в результате этого переносит физические страдания, далее испытывает переживания в связи с заболеванием (вторичные нравственные страдания), то нет оснований не признать, что совокупный моральный вред находится в причинной связи с противоправным деянием в виде распространения не соответствующих действительности сведений. Аналогичная ситуация создается и в том случае, если первичный моральный вред выразится в виде физических страданий, которые повлекут за собой нравственные страдания.


Что касается физических страданий, то следует отметить, что понятие "физические страдания" не совпадает по своему содержанию с понятиями "физический вред" или "вред здоровью". Физические страдания - это одна из форм морального вреда в том его виде, как он определен в российском законодательстве (ст.151 ГК), в то время как физический вред- это любые негативные изменения в организме человека под влиянием определенных внешних воздействий. Эти изменения, в свою очередь, приводят или могут привести к негативным изменениям в состоянии психического благополучия и (или) в имущественной сфере личности.


Негативные изменения в состоянии психического благополучия могут выражаться в обоего рода страданиях (моральный вред), а негативные изменения в имущественной сфере - в расходах, связанных с компенсацией недостатков в организме потерпевшего, и утрате дохода (имущественный вред). Следовательно, любой органический вред с точки зрения его возмещения распадается на моральный вред и имущественный вред.


Например, гражданин получает увечье в результате дорожно-транспортного происшествия. Собственно увечье (повреждение организма) представляет собой органический вред. Этот органический вред вызывает физические страдания у потерпевшего в момент причинения увечья и в процессе последующего лечения. Одновременно осознание своей неполноценности, невозможность вести равноценную прежней жизнь, утрата работы заставляют его испытывать переживания, т.е. претерпевать нравственные страдания. В совокупности нравственные и физические страдания составляют моральный вред, который при наличии других необходимых условий должен быть в соответствии со ст.151 ГК РФ компенсирован в денежной форме.


Чтобы поддерживать свое существование и вести достойный человека образ жизни, потерпевший обращается за такими платными услугами, к каким вынуждает его состояние увечья, и совершает иные, связанные с этим состоянием расходы. В соответствии со ст.15 ГК РФ, он несет расходы для восстановления своего нарушенного права (на полноценную и достойную человека жизнь). Такие расходы составляют реальный ущерб потерпевшего. Теряя прежнюю работу, он утрачивает прежний доход (упускает выгоду), который не утратил бы, если бы его здоровье не было нарушено. В целом он несет убытки, которые подлежат возмещению в полном объеме.


Этот пример показывает, что органический вред возмещается путем компенсации морального и возмещения имущественного вреда, вызванных повреждением организма, иными словами, происходит опосредованное возмещение вреда. Поскольку опосредованное через возмещение имущественного вреда возмещение органического вреда выражается, как и компенсация морального вреда, в денежной форме, возникает вопрос о разграничении этих правовых институтов. Основная трудность такого разграничения состоит в единстве формы компенсации морального вреда и возмещения имущественного вреда, так как деньги - универсальный имущественный эквивалент, дающий возможность приобретения необходимых благ.


Очевидно, при разграничении возмещения органического вреда и компенсации морального вреда следует исходить из того, что опосредованное через возмещение имущественного вреда, возмещение органического вреда направлено на устранение или сглаживание переживаний и страданий, связанных с причинением вреда организму человека, в то время как компенсация морального вреда направлена на устранение или сглаживание переживаний и страданий, связанных с причинением вреда организму человека. Поскольку, как уже отмечалось выше, моральный вред выражается в негативных психических реакциях потерпевшего, правильнее было бы вместо понятия "моральный вред" использовать понятие "психический вред". В этом случае вред подразделялся бы на следующие виды: имущественный, органический и психический. Обратимся к ст. 150 ГК РФ. В этой норме законодатель устанавливает принцип неотчуждаемости и непередаваемости иным способом личных неимущественных прав и других нематериальных благ и предусматривает возможность их защиты. Из текста п. 1 ст. 150 ГК РФ следует, что законодатель считает личные неимущественные права одним из видов нематериальных благ. Так, в открытый перечень этих прав включены: право свободного передвижения; право выбора места пребывания, жительства; право на имя; право авторства; в качестве нематериальных благ - жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна. В этой же норме законодатель говорит об осуществлении и защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ.


Очевидно, что термин «осуществления» применим только к личным неимущественным правам как разновидности нематериальных благ: можно осуществить, реализовать путем соответствующего поведения право, но вряд ли возможно «осуществить благо». Поэтому законодатель делает акцент именно на защите этих благ.


Нас же в данном случае интересует, какой смысл законодатель вкладывает в термин «нематериальный» применительно к благам, защите которых посвящена глава 8 ГК РФ. Дело в том, что, например, такие блага, как жизнь и здоровье неразрывно связано с состоянием организма человека, с самим его существованием как объекта материального мира. Можно сказать, что существование организма человека есть жизнь, а его нормальное, биологически благополучное состояние - здоровье. Сравнительный анализ п. п. 1 и 2 ст. 150 ГК РФ позволяет сделать вывод, что под нематериальными благами законодатель понимает неимущественные блага, т.е. блага, не имеющие имущественного содержания. Так, если в п. 1.ст. 150 ГК РФ средине материальных благ упоминаются личные неимущественные права, то в п. 2той же статьи законодатель называет их нематериальными правами («...из существа нарушенного нематериального права...»). Поэтому вполне естественно сделать вывод, что понятие «нематериальные блага» в смысле ст. 150 ГК РФ тождественно понятию «неимущественные блага». Именно так мы будем называть их в дальнейшем для придания более точного смысла применяемой терминологии.


Наиболее исчерпывающее подразделение вреда по видам – подразделение его на имущественный и неимущественный вред. Как соотносится с этими видами вреда моральный вред? По этому вопросу существует две позиции. Согласно первой позиции, моральный вред является может явиться) одним из последствий причинения любого из обоих видов вреда. Так, по мнению А. М. Эрделевского, принимая во внимание применяемую российским законодателем терминологию, возможно, было бы включение и морального вреда в состав неимущественного вреда, если учесть, что отсутствие страданий - это состояние психического благополучия, и, в принципе, нет оснований не отнести психическое благополучие личности к числу нематериальных благ. Однако умаление психического благополучия личности, в отличие от умаления других видов благ, всегда вторично - оно является последствием причинения вреда другим благам, как неимущественным, так и имущественным. Другое дело, что правовую защиту путем компенсации морального вреда в качестве общего правила, российский законодатель установил лишь для случаев, когда страдания являются последствием противоправного нарушения неимущественных прав или умаления других неимущественных благ.


Таким образом, делает вывод ученый, безоговорочное отнесение психического благополучия к числу нематериальных благ в смысле ст. 150 ГК РФ означало бы выхолащивание ограничений, установленных в отношении возникновения права на компенсацию морального вреда в ст. 151 ГК РФ - ведь выражающееся в страданиях нарушение психического благополучия личности возникает и в случае нарушения имущественных прав. Однако, по его мнению, если относить, психическое благополучие к числу нематериальных благ, то для их защиты путем компенсации морального вреда ст. 151 ГК РФ ограничений не предусматривает. Следовательно, во всех случаях нарушений имущественных прав возможность их защиты путем компенсации причиненных правонарушением страданий, должна быть специально предусмотрена законом. Таким образом, введение психического благополучия в состав нематериальных благ в смысле ст. 150 ГК в качестве полноправного и самостоятельного блага приводило бы к явному противоречию. Поэтому А. М. Эрделевский утверждает, что психическое благополучие личности следуем считать особым (в вышеуказанном смысле) неимущественным благом и соответственно относить моральный вред к особой категории вреда, могущего существовать не самостоятельно, а лишь в качестве последствия причинения как неимущественного, так и имущественного вреда.


Существует и другой подход к решению данного вопроса, на мой взгляд, менее соответствующий действующему законодательству. Согласно этого подхода, в подавляющем большинстве случаев деяния, нарушающие имущественные права гражданина, одновременно являются и посягательством на его неимущественные права, прежде всего, на психическое благополучие. Следовательно, моральный вред, явившийся следствием противоправного посягательства на такие неимущественные права, должен компенсироваться в денежной форме на основании положений ст. 151,1099. ГК РФ.


Как видно, данная позиция трактует моральный вред более широко, считая его неимущественным видом вреда. Полагаю, что первая позиция более точно отражает концепцию компенсации морального вреда, заложенную в ст. 151, 1099 ГК РФ.


А вот если моральный вред причинен посягательством на какое-либо материальное благо, которое находит свое выражение в имущественном праве, то он подлежит возмещению лишь тогда, когда существует специальный закон, такое возмещение предусматривающий. Таковым является, в частности, Закон «О защите прав потребителя». В случаях, подпадающих под действие этого Закона, моральный вред потерпевшему лицу возмещается независимо от того, причинен ли он посягательством на нематериальное благо или на имущественное право.


Таки образом, в ст. 151 ГК РФ по сравнению со ст. 131 Основ, круг случаев, в которых моральный вред подлежит возмещению, сужен. Указанное обстоятельство нужно учитывать, если моральный вред был причинен после 1 января 1995года.



Глава 2 . Проблемы компенсации морального вреда.


Основания возникновения права на компенсацию морального вреда, порядок, способы.


Прежде чем рассматривать вопрос об основаниях возникновения права на компенсацию морального вреда, необходимо остановиться на том, кто же имеет право на данную компенсацию. Исходя из смысла статьи 151 ГК РФ, моральный вред может быть причинен только гражданам, право на компенсацию за физические или нравственные страдания закреплено только за гражданином, поскольку только он в силу своей природы, обладая физическим телом, может испытывать боль, чего нельзя сказать о юридических лицах. В ст. 62 Закона о средствах массовой информации также говорится, что "моральный (неимущественный) вред, причиненный гражданину в результате распространения средством массовой информации не соответствующих действительности сведений, порочащих честь и достоинство гражданина либо причинивших ему иной неимущественный вред, возмещается по решению суда средством массовой информации, а также виновными должностными лицами и гражданами в размере, определяемом судом".[[22]
] Следовательно, иски о возмещении морального вреда могут подаваться только гражданами. Это противоречит пункту 7 статьи 152 ГК РФ, закрепляющему, что правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина, соответственно, применяются к защите деловой репутации юридического лица (в том числе относительно возможности гражданина подать иск о возмещении морального вреда — закон не делает каких-либо исключений). Стоит заметить, что ни одна из статей ГК РФ, устанавливающих основания и размер компенсации морального вреда (ст.ст.151, 152, 1099, 1100, 1101), прямо не исключает возможности компенсации морального вреда юридическому лицу.


Первоначально проблема защиты нематериальных прав юридических лиц возникла с принятием Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик (далее - Основы). В п.6 ст.7 Основ устанавливалось, что "гражданин или юридическое лицо, в отношении которых распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением". Анализ этой статьи позволяет сделать вывод, что юридическое лицо наряду с физическим вправе требовать возмещения морального вреда. Вероятно, исходя из вышеперечисленных положений Пленум Верховного Суда РФ высказал мнение о допустимости компенсации морального вреда юридическому лицу. В п.5 Постановлении от 20 декабря 1994 г. N 10, в частности, говорится следующее: "Правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяются и в случаях распространения таких сведений в отношении юридического лица"[[23]
].


Однако практика арбитражных судов пошла по другому пути. В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 декабря 1998 г. N 813/98 указано: "В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса РФ под моральным вредом понимаются физические или нравственные страдания, причиненные гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. Размер компенсации морального вреда определяется с учетом степени физических или нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Поскольку юридическое лицо не может испытывать физических или нравственных страданий, ему невозможно причинить моральный вред"[[24]
].


Но законодатель в законе прямо не лишает юридическое лицо права на компенсацию морального вреда. В результате таких противоположных трактовок правоприменительная практика судов общей юрисдикции и арбитражных судов нередко расходится в вопросах возможности возмещения морального вреда вследствие умаления деловой репутации юридического лица. Это четко можно увидеть на практике. К примеру, рассмотрим извлечение из постановления по проверке законности и обоснованности решений арбитражных судов, не вступивших в законную силу семнадцатого арбитражного апелляционного суда по делу N 17АП-770/2007-ГК:


«ОАО "С" обратилось в Арбитражный суд с иском к редактору и учредителю газеты "В" К. о защите деловой репутации и компенсации морального вреда. Решением Арбитражного суда от 08.12.2006 исковые требования ОАО "С" удовлетворены частично: суд обязал К. опубликовать в газете "В" опровержение сведений, которые признаны судом не соответствующими действительности, в компенсации морального вреда отказал. Истец не согласен с решением в части отказа в возмещении морального вреда, просит решение суда в этой части отменить, взыскать с К. в пользу ОАО "С" 100000 руб. компенсации. Дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266 АПК РФ, с учетом п. 5 ст. 268 АПК РФ. Как следует из материалов дела, 09.02.2006 и 16.02.2006 в газете "В", номер 6 (325) и номер 7 (326), ответчиком опубликованы статьи "Р. посетил Североуральск", "200 миллионов тонн руды и сотни погибших горняков", содержащие, по мнению истца, недостоверные сведения, порочащие деловую репутацию ОАО "С". Полно и всесторонне исследовав представленные сторонами доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что часть опубликованных сведений не соответствует действительности, обязал редактора (учредителя) газеты опубликовать опровержение. Решение суда в этой части не оспорено. Вместе с тем, указав, что юридическое лицо не может испытывать физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), в имущественной (материальной) части иска отказал.


Выводы, изложенные в решении, соответствуют обстоятельствам дела и требованиям закона. Согласно ст. 151 ГК РФ компенсация морального вреда, при наличии такового, взыскивается в пользу гражданина - физического лица. Как верно указано в обжалуемом решении, юридическое лицо не может испытывать физические или нравственные страдания. Организация (предприятие) вправе ставить вопрос о компенсации убытков либо репутационного вреда, однако таких требований ОАО "С" не заявляло. Арбитражный суд по своей инициативе не может изменять предмет или основание иска, поскольку это означало бы вмешательство в правомочие стороны на распоряжение процессом (ст. 49 АПК РФ). Следовательно, во взыскании морального вреда акционерному обществу "С" отказано правомерно…..».[[25]
] Из данного извлечения, четко усматривается, что арбитражные суды допускают возможность компенсации юридическому лицу за умаление деловой репутации, но не путем компенсации морального вреда, а компенсации убытков или некого репутационного вреда. Как отмечалось в Постановлении Президиума ВАС РФ от 5 августа 1997 г. N 1509/97, исходя из смысла ст. 151 ГК РФ моральный вред (физические и нравственные страдания) может быть причинен гражданину, но не юридическому лицу. Поэтому, руководствуясь нормами п. 7 ст. 152, ст. 15 ГК РФ и ст. 62 Закона о средствах массовой информации, арбитражные суды при удовлетворении исковых требований юридического лица, связанных с защитой его деловой репутации, взыскивали с ответчика только причиненные истцу убытки, т.е. реальный ущерб и упущенную выгоду. Учитывая определение понятия «морального вреда», сформулированное законодателем, полагаю, что Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ дал правомерное разъяснение по вопросу компенсации морального вреда юридическим лицам. Но так как при распространении сведении порочащих, деловую репутацию юридического лица, последнее претерпевает нарушении своих нематериальных прав (которые им предоставлены в соответствии со ст. 48 ГК РФ) не в физической боли или в нравственных переживаниях, а в нарушении организационной деятельности, возникновению препятствий для развития, понижение конкурентоспособности на рынке. И, безусловно, при этом юридическое лицо должно иметь право на защиту нарушенного неимущественного права не только путем опровержения сведений его порочащих, но и путем взыскания с распространителя денежной суммы за нарушение неимущественного права. И тем самым можно сделать вывод, что юридическое лицо тоже может испытывать так называемый моральный вред, только для юридического лица данное определение неуместно. Пленум Верховного Суда РФ прямо указал, что при разрешении споров, связанных с защитой деловой репутации юридических лиц, суды обязаны руководствоваться не только нормами российского законодательства (ст. 152 ГК РФ, ст. 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней"), но и учитывать позицию Европейского Суда по правам человека, выраженную в его постановлениях и касающуюся вопросов толкования и применения данной Конвенции.[[26]
]Так, решением Европейского Суда по правам человека от 6 апреля 2000 г. было удовлетворено требование португальской компании ОАО "Комингерсоль" к Португалии о возмещении нематериального ущерба, причиненного нарушением права компании на разбирательство гражданского дела в разумный срок, предусмотренного п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. И на сегодняшний день арбитражные суды фактически приняли требования о компенсации некоего неимущественного вреда юридическому лицу, избегая сознательно термина «моральный вред». К примеру, извлечение из постановления: «ОАО «Сибирско-Уральская алюминиевая компания" обратилось в суд с иском к Главе муниципального образования, обществу с ограниченной ответственностью "АИР ТВ-4" о защите деловой репутации, в котором просило признать не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию ОАО "СУАЛ" сведений, сообщенных в телевизионной информационной программе ООО "АИР ТВ-4" "Пульс города"...... Истец также просил взыскать с Главы муниципального образования в счет компенсации нематериального вреда, причиненного деловой репутации истца…


Решением от 05.03.2007 арбитражный суд исковые требования удовлетворил:….. взыскал с Главы муниципального образования в пользу истца 500000 рублей в счет компенсации вреда, причиненного деловой репутации истца…В апелляционной жалобе Глава Муниципального образования просит решение суда от 05.03.2007 отменить и принять новый судебный акт, которым в иске отказать. По мнению заявителя, суд первой инстанции неполно исследовал обстоятельства, имеющие значение для дела; неправильно примел нормы материального права, а именно статьи 150, 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагает, что правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяются и в случаях распространения таких сведений в отношении юридического лица. ОАО "СУАЛ" в отзыве на апелляционную жалобу возражает против ее удовлетворения, полагая ее доводы голословными и противоречащими материалам дела и имеющимся доказательствам. Истец ссылается на Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 N 508-О, в котором подтверждена правовая позиция о возможности взыскания нематериального вреда, причиненного умалением деловой репутации юридического лица, а также отмечено, что нематериальный вред, причиненный умалением деловой репутации юридического лица, имеет свое собственное содержание, отличное от содержания морального вреда, причиненного гражданину….Основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском послужило распространение Вихоревым А.В. сведений, которые содержат утверждения о нарушениях истцом действующего законодательства, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, а следовательно, по мнению истца, являются порочащими и умаляющими деловую репутацию ОАО "СУАЛ" (филиала) в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Арбитражный суд удовлетворил требования ОАО "СУАЛ", признав, что распространенные Вихоревым А.В. сведения порочат деловую репутацию истца и не соответствуют действительности. Апелляционный суд находит выводы суда первой инстанции правильными в связи со следующим…Согласно пункту 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом. Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица. В силу пункта 1 статьи 152 ГК РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений…..Решение суда по требованию о взыскании нематериального вреда в размере 500000 рублей обоснованно, так как суд первой инстанции принял во внимание обстоятельства, указанные в части 2 статьи 151 и пункте 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, учел характер и содержание публикации, а также степень распространения недостоверных сведений…. .[[27]
]. Указанный пример подтверждает, что арбитражный суды теперь признают компенсацию нематериального вреда за умаление деловой репутации.


Конституционный суд в определении от 4 декабря 2003 года подходит к указанной проблеме следующим образом: речь идет о возможности взыскания "иного вреда", не являющегося ни убытками, причиненными юридическому лицу в результате распространения сведений, порочащих деловую репутацию юридического лица, ни моральным вредом, который может быть причинен только физическим лицам.


Таким образом, Конституционный Суд РФ установил, что "компенсация юридическому лицу морального вреда как разновидности вреда нематериального, влекущего нематериальные убытки и не совпадающего по своему содержанию с внешне сходной категорией, применяемой в отношении граждан, может быть отнесена к числу таких способов защиты нарушенных гражданских прав, которые прямо гражданским законодательством не предусмотрены, но и не отнесены законом к числу запрещенных".[[28]
] Полагается, что для юридического лица необходимо закрепить право на денежную компенсацию за причинение вреда, причиненной деловой репутации юридического лица. Но для того, чтобы юридическое лицо могло бы взыскать денежную сумму за нарушении его нематериального права, целесообразно выяснить, повлияли ли распространенные сведения на репутацию юридического лица, привели ли к появлению нежелательной для ведения бизнеса неопределенности в принятии решений и, наконец, причинили ли эти сведения беспокойство и неудобства руководству компании.


Основания ответственности за причинение морального вреда является одним из основных вопросов при разрешении дел о компенсации морального вреда. Ведь каждый человек ежедневно может претерпевать какие-либо страдания, даже и в результате действий третьих лиц, но это не означает, что он всегда может претендовать на компенсацию морального вреда. Это право возникает при наличии предусмотренных законом условий или оснований ответственности за причинение морального вреда. Общие основания возникновения права на компенсацию морального вреда перечислены в ст. 151 ГК РФ. Более же подробное регулирование данных вопросов предусмотрено в ст. 1099 - 1101 ГК РФ. Компенсация морального вреда относится к обязательствам вследствие причинения вреда и регулируется положениями главы 59 ГК. Для возникновения права на получение компенсации морального вреда необходимо одновременно наличие следующих условий:


1. Наличие вреда, т.е. морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага.


2. Противоправное действие (бездействие) причинителя вреда.


3. Причинно–следственная связь между противоправными действиями и причинением морального вреда.


4. Вина причинителя вреда (за исключением случаев, когда ответственность возникает без вины).


Совокупность вышеперечисленных условий образует юридический состав, который является основанием для компенсации морального вреда. Моральный вред компенсируется лишь при подтверждении факта причинения потерпевшему нравственных или физических страданий. Обязанность доказывания, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, лежит на самом потерпевшем. Что касается противоправности действий (бездействий), то, учитывая, недостаточную юридическую грамотность населения, можно предположить, что во многих случаях правонарушитель избегает ответственности за причинение морального вреда только потому, что потерпевший не в состоянии квалифицировать происшедшее как правонарушение и не предъявляет соответствующий иск. Например, далеко не всегда пресекаются незаконные действия административных органов, связанные с отказом в предоставлении информации, которую согласно закону они обязаны предоставлять любому заинтересованному лицу. Право на ознакомление с информацией предусмотрено, в частности, в ч.2 ст.24 Конституции РФ. Согласно этой норме органы государственной власти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом.


Нормы, предусматривающие защиту личных неимущественных прав, содержатся не только в гражданском, но и в других отраслях права. В качестве примера можно привести право на личную и семейную тайну. В настоящее время законодательство предусматривает право лица на тайну переписки, телефонных переговоров и телеграфных сообщений, тайну усыновления, тайну искусственного оплодотворения и имплантации эмбриона, адвокатскую, врачебную, нотариальную тайну.


Наличие причинной связи между противоправным действием и моральным вредом предполагает, что противоправное действие должно быть необходимым условием наступления негативных последствий в виде физических или нравственных страданий. Неправомерное деяние должно быть главной причиной, с неизбежностью влекущей причинение морального вреда. Однако наличие причинной связи не всегда легко установить.


Что касается четвертого вида условий для возникновение права на компенсацию морального вреда (вина причинителя вреда), то статья 1100 ГК РФ предусматривает случаи, когда моральный вред возмещается независимо от вины, а именно:


· причинение вреда жизни и здоровью граждан источником повышенной опасности (например, в результате наезда автомобиля);


· причинения вреда гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключение под стражу или подписку о невыезде;


· незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;


· причинение вреда в связи с посягательством на честь, достоинство и деловую репутацию гражданина.


· в иных случаях, предусмотренных законом.


Моральный вред компенсируется в случаях нарушения или посягательства на личные нематериальные блага (права) граждан. При нарушении имущественных прав граждан компенсация морального вреда допускается лишь в случаях, предусмотренных законом. В настоящее время возможность такой компенсации предусматривается только двумя законами.


В соответствии со ст. 15 Закона РФ от 7 февраля 1992г. «О защите прав потребителей» (с последующими изменениями и дополнениями) моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителям (исполнителям, продавцам) или организацией, выполняющей функции изготовителя (продавца) на основании договора с ним, прав потребителя, предусмотренных российскими законами и правовыми актами, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.[[29]
] Размер возмещения вреда определяется судом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков. Закон о защите прав потребителей имеет достаточно широкую сферу применения. Он применяется к отношениям, возникающим из договоров: розничной купли-продажи; аренды, включая прокат; найма жилого помещения, в том числе социального найма; в части выполнения работ, оказания услуг по обеспечению надлежащей эксплуатации жилого дома, в котором находится данное жилое помещение; по предоставлению или обеспечению предоставления нанимателю необходимых коммунальных услуг; проведению текущего ремонта общего имущества много—квартирного дома и устройства для оказания коммунальных услуг; подряда (бытового, строительного, подряда на выполнение проектных и изыскательных работ, на техническое обслуживание); перевозки граждан, их багажа и грузов; на оказание финансовых услуг, направленных на удовлетворение личных (бытовых) нужд граждан, и других договоров, направленных на удовлетворение личных (бытовых) нужд граждан, не связанных с извлечением прибыли.[[30]
]


Другим нормативным актом, предусматривающим денежную компенсацию морального вреда при нарушении имущественных прав граждан, является Закон РФ от 22 апреля 1993г. «О статусе военнослужащих». Ч. 5 ст. 18 этого Закона содержит норму, согласно которой государство гарантирует военнослужащим возмещение морального и материального ущерба, причиненного противоправными действиями должностных лиц органов государственной власти и управления, предприятий, учреждений, организаций и общественных объединений, а также других лиц в результате: незаконного привлечения к уголовной или иной ответственности; незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу; незаконного осуждения; незаконного снижения в должности или воинском звании; несоблюдения условий контракта; незаконного лишения прав и льгот.[[31]
] Следовательно, военнослужащие вправе выдвигать требования о компенсации морального вреда, в частности, при несоблюдении условий контракта и незаконном лишении прав и льгот, т.е. в случаях причинения имущественного вреда.


Названными законами охватывается, конечно, крайне малая часть деяний, связанных с посягательством на имущественные права граждан. Вместе с тем нельзя отрицать наличие серьезных душевных страданий у человека, которому причинен какой-либо имущественный ущерб. Зачастую они оказываются намного более серьезными по сравнению с переживаниями, возникшими от посягательства на нематериальные блага личности. Это выражается, в частности, в физических страданиях при невозможности обеспечить удовлетворение зачастую даже первичных потребностей, а также и в нравственных страданиях в результате осознания невозможности воспользоваться провозглашенными правами при отсутствии материальных средств, ограничении своей свободы, понимании даже формального неравноправия, ощущении незащищенности себя и своей семьи.


На проблему взаимосвязи права собственности гражданина и его неимущественных прав можно взглянуть и под иным углом зрения. Как известно, в соответствии с положениями ст. 150 ГК РФ право на здоровье однозначно отнесено к неимущественным правам личности. Определенный интерес представляет сам термин «здоровье». Всемирная организация здравоохранения, например, определяет его так: «Здоровье - это состояние полного социального, психического и физического благополучия».[[32]
] Из этого следует, что к посягательствам на здоровье можно отнести не только действия, нарушающие анатомическую целостность человека, но и деяния, нарушающие его социальное и психическое благополучие. Совершенно очевидно, что, посягая на собственность гражданина (с прямым умыслом), преступник одновременно посягает (с косвенным умыслом) и на психическое благополучие потерпевшего, т.е. на его здоровье, являющееся неимущественным благом личности. Следовательно, если потерпевший от правонарушения против собственности сможет доказать, что причиненный ему имущественный ущерб серьезнейшим образом отразился и на его психическом благополучии, то, думается, нет никаких оснований для отказа в компенсации причиненного ему морального вреда. В этой связи уже далеко не бесспорной представляется точка зрения А.М. Эрделевского, полагающего, что безоговорочное отнесение психического благополучия к числу нематериальных благ в смысле ст. 150 ГК РФ означало бы выхолащивание ограничений, установленных в отношении возникновения права на компенсацию морального вреда в ст. 151 ГК РФ. Во-первых, как следует из вышеприведенного определения понятия «здоровья», психическое благополучие является его неотъемлемым элементом. Здоровье же, в свою очередь, безоговорочно относится к неимущественным благам личности ст. 150 ГК.


Во-вторых, в ст. 51 ГК установлены ограничения для имущественных прав, в то время как в данном случае речь идет о компенсации морального вреда, причиненного посягательством на неимущественное благо «здоровье», которое лишь самым тесным образом связано с правом на имущество.


Таким образом, думается, что граждане, пострадавшие от преступлений против их собственности, при обосновании своих исковых требований о компенсации причиненного им морального вреда могут просить возместить нравственные страдания, причиненные посягательством не на само имущество (такой вред согласно положениям ст. 151, 1099 ГК РФ не подлежит компенсации), а психическое благополучие связанное с обладанием этим имуществом.


Возможность компенсации морального вреда напрямую зависит и от сроков. В этой связи следует рассмотреть проблему применения к требованиям о компенсации морального вреда института исковой давности.


Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении №10 от 20 декабря 1994г. отметил, что «на требования о компенсации морального вреда исковая давность не распространяется, поскольку они вытекают из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ».[[33]
] В ст. 208 ГК РФ устанавливается, что исковая давность не распространяется «на требования о защите личных не­имущественных прав и других нематериальных благ». Моральный вред является разновидностью неимущественного вреда. Но, если исходить из категории дел о вреде, причиненного жизни или здоровью, которые также являются разновидностью неимущественного вреда, но этот вред записан в указанной статье в отдельном подпункте. Отсюда, можно сделать вывод о том, что исковая давность на требования о компенсации морального вреда распространяется, так как во-первых, это требование имущественного характера, а во-вторых, если человеку причинены действительно нравственные или физические страдания, то ему о них будет известно сразу и полагаю, что по истечении трехлетнего срока, разумеется, если отсутствовали объективные причины для подачи иска, то суд правомерно откажет в удовлетворении заявленных требований о компенсации морального вреда. Но тогда встает иной вопрос. Когда же начинает течь срок исковой давности. Претерпевание страданий лишает человека психического благополучия). Психическое благополучие можно расценивать как одно из нематериальных благ, принадлежащее гражданину от рождения, и одновременно одно из составляющих другого нематериального блага - здоровья в широком смысле. Нарушение психического благополучия как результат неправомерных действий (бездействия) со стороны правонарушителя никогда не наступает само по себе, а лишь в соединении с нарушением какого-либо иного вида принадлежащих гражданину прав. Поэтому при совершении правонарушения для возникновения права потерпевшего требовать компенсации морального вреда и корреспондирующей этому праву обязанности правонарушителя выплатить такую компенсацию, необходимо наличие причинной связи между следующими юридическими факторами: неправомерное действие (бездействие) - нарушение неимущественного права и умаление иного нематериального блага - нарушение психического благополучия (возникновение страданий). Между наступлением этих фактов возможно истечение некоторого промежутка времени (например, между моментом умаления его чести и началом претерпевания страдания по этому поводу). Это обстоятельство следует учитывать при применении правила о моменте начала течения срока исковой давности к требованиям о компенсации морального вреда. Особое внимание должно уделяться способности потерпевшего осознавать характер совершенного в отношении него неправомерного действия и его последствий, а также взаимную связь между ними, которая далеко не всегда бывает очевидной для потерпевшего. К примеру, в результате незаконного принуждения ребенка к труду, лицом, от которого ребенок находится в состоянии личной зависимости, ребенок не посещает учебное заведение, т.е. нарушается его личное неимущественное право на обязательное образование и всестороннее развитие личности. Вполне вероятно, что на протяжении значительного времени ребенок не будет претерпевать страданий в связи с нарушением своего неимущественного права, не осознавая ни самого факта правонарушения, ни его последствий. Однако по мере взросления и приближения к совершеннолетию ребенок может начать испытывать нравственные страдания в связи с чувством неполноценности, ущербности, сложностями с трудоустройством и т.д. С момента осознания ребенком факта правонарушения и его причинной связи с претерпеваемыми страданиями начнет течь срок исковой давности. Итак, несмотря на указания Верховного Суда РФ, действующее законодательство позволяет сделать вывод о возможности применения сроков исковой давности к требованиям о компенсации морального вреда.


Важное значение при компенсации морального вреда имеют сроки введения в действие соответствующих нормативно-правовых актов. Так как вопросы компенсации морального вреда в сфере гражданских правоотношений регулируются рядом законодательных актов, введенных в действие в резные сроки, возможность получения такой компенсации зависит от того:


· допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений;


· когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях;


· когда были совершены действия, повлекшие причинения морального вреда.


Если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования о возмещении морального вреда не удовлетворяются, в том числе и в случае, когда потерпевший после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания. На таком основании, что, на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы.


Но отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права не возмещения морального вреда. Компенсировать моральный ущерб гражданин может, обратившись в суд, который определяет размер этого ущерба. С введением в действие нового ГК, то есть с 1 января 1995 года моральный вред компенсируется только в денежной форме (п.1 ст. 1101 ГК РФ). Но по отношениям, возникшим после 3 августа 1992г. до начала, 1995г., компенсация определяется судом в денежной или иной материальной форме. То есть путем предоставления потерпевшему квартиры, машины или другого имущества. Причинитель вреда может добровольно, не дожидаясь предъявления иска, совершить действия, направленные на сглаживание перенесенных потерпевшим страданий (уход за потерпевшим, оказание иной помощи, передача какого-либо имущества). Такого рода действия, на мой взгляд, должны быть учтены судом при определении размера компенсации, если потерпевший все-таки предъявит соответствующий иск.


Моральный вред компенсируется независимо от возмещения имущественного вреда, то есть как наряду с ним, так и самостоятельно. Причем делается это на основании представленных истцом доказательств.


При обращении в суд кроме составления искового заявления, предоставления документов, подтверждающих причинение вреда, необходимо заплатить госпошлину. Как неоднократно отмечалось в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ, несмотря на то, что компенсация морального вреда присуждается в денежной форме, иск о компенсации морального вреда относится к искам неимущественного характера, поэтому, независимо от размера компенсации, указанного истцам в исковом заявлении, государственная пошлина оплачивается по ставке, установленной Законом о государственной пошлине для исковых заявлений неимущественного характера. В настоящее время этот размер для граждан составляет 10% от минимального размера оплаты труда, установленного законом на момент подачи искового заявления.


В некоторых предусмотренных законом случаях истец вообще освобождается от уплаты государственной пошлины. Это возможно, в частности, если требование о компенсации морального вреда вытекает из трудовых правоотношений; по искам о компенсации морального вреда, причиненного нарушением неимущественных прав авторов произведений науки, литературы и искусства, изобретений, полезных моделей, промышленных образов; по искам о компенсации морального вреда, причиненного увечьем или иным повреждениям здоровья, а также смертью кормильца; по искам, вытекающим из нарушений прав потребителей.


Определение размера компенсации морального вреда.


Проблема установления критериев и методик для установления справедливой суммы для компенсации морального вреда является самой актуальной и наименее урегулированным в данном институте.


Поскольку из содержания ст. 1099 ГК РФ следует, что размер компенсации морального вреда должен определяться в соответствии со ст. 151, 1101 ГК РФ, рассмотрим существующие критерии оценки размера компенсации, определяемые применением этих норм. В ст. 151 ГК РФ законодатель установил ряд критериев, которые должны учитываться судом при определении размера компенсации морального вреда:


· вина нарушителя;


· степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред;


· иные, заслуживающие внимания обстоятельства.


С введением в действия ч. 2 ГК РФ эти критерии были дополнены другими, установленными в ст. 1101: учитываются требования разумности и справедливости; характер физических и нравственных страданий должен оцениваться судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.


Одним из критериев является степень вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. Перечни случаев, когда вина не является основанием ответственности, указаны в ст. 1100 ГК РФ. Здесь, прежде всего, следует отметить, что при так называемой смешанной вине, т.е. при наличии вины потерпевшего в причинении ему морального вреда, должны применяться нормы ст. 1083 ГК РФ. В таких ситуациях должна учитываться и степень вины причинителя вреда (т.е. умысел или грубая неосторожность), а также отсутствие вины причинителя вреда - если он обязан возмещать его независимо от вины. При этом ст. 151 ГК РФ обязывает суд при определении размера компенсации принимать во внимание «степень вины нарушителя» всегда, а ст. 1101 ГК РФ - учитывать «степень вины причинителя вреда», но лишь в тех случаях, «когда вина является основанием возмещения вреда». Эта последняя оговорка приводит к тому, что если, например, вред причинен распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, то размер взыскиваемой компенсации не зависит от того, действовал ли причинитель вреда умышленно, допустив легкую неосторожность, или даже невиновно. Представляется, что такая оговорка неправдоподобна. Здесь более логичной представляется норма, содержащаяся в ст. 151 ГК: суд всегда должен учитывать наличие или отсутствие вины причинителя вреда, а при наличии вины - учитывать ее степень. Целесообразно, чтобы Верховный Суд РФ в соответствующем постановлении Пленума установил доли (проценты), в пределах которых может быть взыскана компенсация (например, при умышленной вине - 100%, при грубой неосторожности - 50%, при легкой неосторожности - 20%, при отсутствии вины -10%).[[34]
]


Следующими критериями являются степень и характер физических и нравственных страданий потерпевшего (ст. 151 ГК). Под степенью страданий следует понимать глубину страданий («глубина страданий» - возможно не очень хорошее сочетание, но именно так мы говорим, испытывая, например, боль - «сильная боль», «терпимая боль», «слабая боль», «нетерпимая боль», это определяет, насколько глубоко страдание). При этом для «среднего» человека глубина страданий зависит в основном от вида того неимущественного блага, которому причиняется вред, а индивидуальные особенности потерпевшего могут повышать или понижать эту глубину (степень). Упоминание законодателем степени страданий, связанной с индивидуальными особенностями потерпевшего, предполагает наличие некой средней глубины страданий, но об ее учете нет специального указания, так как наличие морального вреда - это необходимое условие возникновения самого права на его компенсацию, и законодатель делает акцент на критерии, позволяющем определить этот размер применительно к конкретному делу. Поэтому во внимание должны приниматься как «средняя» глубина (презюмируемый моральный вред), так и обусловленные индивидуальными особенностями потерпевшего отклонения от нее, что даст возможность суду учесть действительный моральный вред и определить соответствующий ему размер компенсации.


Таким образом, необходимым критерием размера компенсации во всех случаях будет средняя глубина страданий, или презюмируемый моральный вред, для определенного вида правонарушения.


Презюмируемый моральный вред - это страдания, которые должен испытывать (т.е. не может не испытывать) «средний», «нормально» реагирующий на совершение, в отношении него противоправного деяния, человек. Так, например, если по телевидению сообщается информация о совершенном преступлении против личности или ином правонарушении, умаляющем принадлежащие человеку личные неимущественные блага, то у каждого человека, составляющего неопределенно большую телевизионную аудиторию, сложится представление о глубине страданий (моральном вреде), перенесенных потерпевшим. Поскольку в данном случае для подавляющего большинства аудитории потерпевший представляет собой абстрактную личность, в основе выносимого каждым лицом суждения будут лежать его предположения о той глубине страданий, которую само это лицо перенесло бы в случае совершения в отношении него соответствующего противоправного деяния. Разумеется, оценки отдельно взятых лиц несколько различались бы, однако усредненная оценка имела бы наиболее объективный характер. Оценка глубины страданий такой аудиторией выражалась бы в качественных критериях (сильные, не очень сильные, незначительные и т.п. страдания), но если бы каждому при этом был задан вопрос: «Какая денежная сумма должна быть выплачена потерпевшему для полного сглаживания перенесенных страданий?», то среднее значение названных в ответах сумм следовало бы считать наиболее справедливой количественной оценкой размера компенсации презюмируемого морального вреда. Этот размер компенсации мог бы явиться основой для определения размера компенсации действительного морального вреда путем учета всех особенностей конкретного случая.


Рассмотрим критерий «характер физических и нравственных страданий». Для целей компенсации морального вреда законодатель подразделил страдания как общее понятие на нравственные и физические страдания. Исходя из требования оценивать при определении размера компенсации характер физических и нравственных страданий, можно предположить, что законодатель поставил размер компенсации в зависимость от их видов. Под видами физических страданий можно понимать боль, удушье, тошноту, головокружение, зуд и другие болезненные симптомы (ощущения); под видами нравственных страданий - страх, горе, стыд; беспокойство, унижение и другие негативные эмоции. Характер физических и нравственных страданий в таком понимании можно было бы учитывать и оценивать, если бы можно было установить некую количественную соотносительность между вышеперечисленными разновидностями таких страданий. Однако не представляется возможным и целесообразным ни теоретически, ни практически ввести какое-либо объективное соотношение между, например тошнотой и удушьем, зудом и головокружением, страхом и горем, стыдом и унижением. Думается, что «учитывать» характер физических страданий, а характер и значимость тех нематериальных благ, которым причинен вред, поскольку именно они и определяют величину причиненного морального вреда.


Рассмотрим указанные в ст. 1101 ГК РФ такие критерии как требование разумности и справедливости. На первый взгляд это требование кажется несколько необычным и даже странным, будучи применено к отдельному институту гражданского права - компенсации морального вреда, так как трудно предположить, что законодатель не предъявляет подобного требования к судебному решению по любому делу. Анализ ст. 1101 ГК РФ в части требований разумности и справедливости целесообразно проводить с учетом ст. 6 ГК РФ, устанавливающей правила применения аналогии права. Согласно этой норме, при невозможности использования аналогии закона, права и обязанности сторон определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства (аналогия права) и требований добросовестности, разумности и справедливости. Эти понятия дают большой простор судейскому усмотрению при решении конкретного дела. Не случайно компенсация морального вреда оказалась единственным гражданско-правовым институтом (понятие разумности содержится также в ст. 10 ГК, но имеет там иное содержание), где законодатель специально предписал учитывать требования разумности и справедливости при определении размера компенсации морального вреда. В данном случае, прежде всего, принимается во внимание то, глубина страданий не поддается точному измерению и в деньгах неизмерима в принципе. Поэтому нельзя говорить о какой-либо эквивалентности ее размеру компенсации. Однако разумно и справедливо предположить, что размер компенсации должен быть адекватен перенесенным страданием[[35]
]. Кроме этого, требования разумности и справедливости предполагают при компенсации морального вреда определение денежной суммы, соразмерной характеру и объему пережитого с учетом всех обстоятельств, характеризующих личность потерпевшего, тяжести совершенного в отношении него преступления и других заслуживающих внимания факторов.


Неразумно и несправедливо было бы присудить при прочих равных обстоятельствах (равной степени вины причинителя вреда, отсутствии существенных индивидуальных особенностей потерпевшего и других заслуживающих внимания обстоятельств) компенсацию лицу, перенесшему страдания в связи с нарушением его личного неимущественного права на неприкосновенность произведения, в размере, равном или большем, компенсации, присужденной лицу, перенесшему страдания в связи с нарушением его личного неимущественного права на здоровье, выразившееся в утрате зрения или слуха (обобщение судебной практике позволяет сделать вывод о том, что подобные случаи нередки). Поэтому требование разумности и справедливости следует рассматривать как обращенное к суду требование о соблюдении разумных и справедливых соотношений присуждаемых по разным делам размеров компенсации морального вреда. Если бы на территории РФ действовал один судебный состав, рассматривающий все иски, связанные с компенсацией морального вреда, требование разумности и справедливости могло бы быть достаточно легко выполнимо. Вынося свое первое решение о компенсации морального вреда, такой судебный состав тем самым установил бы для себя определенный не писанный базисный уровень размера компенсации, опираясь на который выполнял бы требование разумности и справедливости при вынесении всех последующих решений. Однако, как известно, такая гипотетическая ситуация в действительности невозможна, т.к. в России действует большое количество судов, еще большее - судебных составов. Поэтому должен существовать писаный, единый для всех судов базисный уровень компенсации и методика определения ее окончательного размера. Поскольку законодатель отказался от нормативного установления базисного уровня и методики определения размера компенсации и, таким образом, предоставил этот вопрос усмотрению суда, то таким судом, по моему мнению, следует считать Верховный Суд РФ. Он должен, в порядке обеспечения единообразного применения законов при осуществлении правосудия, предложить судам общий базис и подход к определению размера компенсации морального вреда, оставляя при этом достаточный простор усмотрению суда при решении конкретных дел.


Важным критерием выступает учет индивидуальных особенностей потерпевшего. Индивидуальность в общепризнанном понимании означает своеобразие, непохожесть на других. Индивидуальность же человека и есть совокупность его индивидуальных и личностных особенностей. В правовой литературе не дается какой-либо систематизации индивидуальных характеристик человека, имеющих юридическое значение. Зачастую предлагается далеко не исчерпывающий их перечень. Наиболее развернутый перечень индивидуальных характеристик человека приводится в Конституции РФ, а именно: пол, раса, национальность, язык, происхождение, имущественное положение, должностное положение, место жительства, отношении к религии, убеждения, принадлежность к общественным объединениям, возраст, болезнь, инвалидность. Будякова Т.П. считает, что необходимо выявить влияние особенностей человека на степень переживаемых им страданий, и в первую очередь – какие из возможных индивидуальных характеристик человека имеют юридический смысл, то есть могут быть использованы при учете меры переносимых страданий. Следует также отделить юридически значимые особенности человека от юридически безразличных. К последним следует отнести характеристики, не влияющие на силу переживаний человека, связанных с причинением ему морального вреда, и не учитываемые при определении размера компенсационной суммы, например, группа крови, цвет глаз и прочее. Предлагается все юридически значимые характеристики разделить на четыре группы:


1. Признаки, наличие которых всегда усиливает нравственные или физические страдания, и в силу этого они, безусловно, должны учитываться при любых обстоятельствах. Это, например, болезнь, наличие увечий, преклонный возраст;


2. Юридически значимые признаки, которых при любых обстоятельствах уменьшают силу страданий при причинении морального вреда;


3. Признаки, наличие которых усиливает или уменьшает страдания человека при причинении ему морального вреда только при определенных обстоятельствах;


4. Признаки, которые исключительно в ситуации конкретного правонарушения или преступления могут усилить или ослабить страдания пострадавшего.[[36]
]


А.Л. Южанинова предлагает следующую формулу для расчета компенсации морального вреда: сумма силы физических страданий и силы переживаний, умноженная на последствия и полученную сумму умножить на характер воздействия. При этом она полагает, что «степень страданий должна оцениваться интенсивностью физических страданий (тяжелые, легкие, средние), их последствиями (функциональные, хронические, органические), а также интенсивностью переживаний в связи с физическими страданиями (сильные, умеренные, слабые). Для определения вреда следует также учитывать, являются ли вредные воздействия правонарушения главным или только провоцирующим фактором для возникновения физических страданий.[[37]
]


В этой связи нельзя согласиться с точкой зрения Э. Гаврилова, который считает, что размер компенсации морального вреда не должен зависеть от личностных особенностей потерпевшего, степени его эмоциональности, ранимости, уровня самооценки, физического развития, пола и т.д.[[38]
] Автор по существу не учитывает специфичности морального вреда и фактически идентифицирует его с вредом материальным. У разных людей разный болевой порог, разная способность терпеть физическую боль. И было бы неправильным считать, что удар одинаковой силы по лицу профессионального боксера и малолетнего ребенка причинит им одинаковую физическую боль, и одинаковой моральный вред, который может быть компенсирован равной денежной суммой.


Законодательство не конкретизирует, какие именно индивидуальные особенности потерпевшего могут влиять на размер денежных сумм, взыскиваемых в порядке компенсации морального вреда. Неразрешённым остается вопрос - нужно ли учитывать материальное положение потерпевшего при определении размера компенсации морального вреда? Э. Гаврилов обоснованно указывает на возможность применения положений гл. 59 ГК («Обязательства вследствие причинения вреда») к обязательствам из причинения морального вреда. Законодатель предписывает учитывать доходы (ст. 1085 ГК РФ). Применительно же к определению размера компенсации морального вреда необходимо во всех случаях учитывать материальное положение лица, которому причинен вред.[[39]
]


При этом, чем выше доходы потерпевшего, тем большая сумма должна взыскаться. На первый взгляд, такая постановка вопроса грубо нарушает принципы равноправия граждан. Однако необходимость учета материального положения потерпевшего в данном случае продиктована спецификой компенсируемого вреда. Когда лицу причинен материальный ущерб, затруднения при определении суммы возмещения могут возникнуть лишь в связи с установлением денежной стоимости. Моральный же вред, как категория нематериальная, не может быть оценен денежный суммой. Компенсация морального вреда есть предоставление потерпевшему возможности испытать за счет взысканной суммы положительные эмоции, соразмерные испытанным им физическим или нравственным страданиям. Предположим, что двум лицам причинены нравственные страдания одинаковой степени тяжести, т.е. потерпевшие испытали одинаковое количество отрицательных эмоций. При этом один потерпевший имеет очень высокий доход, а другой является безработным, уровень его доходов крайне низок. Естественно, что состоятельному человеку для того, чтобы испытать положительные эмоции, соразмерные причиненному моральному вреду, необходима горазда большая сумма денег, чем человеку малообеспеченному. Безработный человек может испытать точно такие же положительные эмоции от покупки новой рубашки на взысканные деньги, как и обеспеченный человек - от приобретения нового автомобиля. Представляется, что в обоих случаях обоим лицам в равной степени компенсирован причиненный моральный вред, хотя взысканные суммы неодинаковы.


Таким образом, при определении размера взыскиваемой в счет компенсации морального вреда денежной суммы, судам необходимо руководствоваться не только индивидуальными психологическими особенностями потерпевшего, но и его материальным положением, что, на наш взгляд, не только не противоречит принципу равенства граждан, но и соответствует требованию ст. 1064 ГК РФ о праве потерпевшего на возмещение в полном объеме вреда ему причиненного. Но все же нельзя забывать и о разумности требования. Судебная практика утверждает, что разумность продиктована «реальностью исполнения заявленного требования». Требования разумности тем самым ограничивают потерпевшего в чрезмерных потребностях . Но все же, полагаю, что разумность не должна ставиться в зависимость от имущественного положения причинителя вреда, так как получение достойной компенсации – есть достижение справедливости. Но будет ли справедливо, если при назначении суммы компенсации суд будет руководствоваться имущественным положением причинителя вреда? Но с другой стороны, при отсутствии у причинителя вреда необходимой и достаточной денежной суммы, он не сможет компенсировать моральный вред. В таком случае государство должно принимать соответствующие меры в целях обеспечения благополучия своих граждан и установления справедливости, так как оно гарантирует в ст. 52 Конституции РФ обеспечение потерпевшему компенсации причиненного ущерба.


Практика применения норм о компенсации морального вреда выработала ряд дополнительных рекомендаций для определения размера компенсации. Так, в постановлении Пленума Верховного суда РФ от 29 сентября 1994 г. указано, что размер компенсации не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки, а должен основываться на характере и объеме причиненных потребителю нравственных и физических страданий в каждом конкретном случае.[[40]
]


В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 28 апреля 1994г. «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья» приведены дополнительные обстоятельства, которые следует учитывать при определении размера компенсации за моральный вред: степень тяжести травм иного повреждения здоровья, имущественное положение причинителя вреда. При этом следует особо подчеркнуть, что размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.[[41]
]


Учитывая вышеизложенное, можно однозначно отметить, что суды не имеют четких критериев для определения размера компенсации морального вреда. Для того, чтобы проанализировать подходы судов, приведу примеры из судебных решений по различным категориям дел.


Дело № 1.


«Б. и Б.В. обратились в суд с иском к Н. о компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что 01.11.2004 Н., управляя автомашиной ГАЗ 2705 произвел столкновение с автомашиной ДЕУ под управлением Б., который в результате ДТП скончался. Приговором суда установлена вина Н. в ДТП. В результате гибели Б.П. их мужа и отца им причинены огромные нравственные страдания. Истцы просили взыскать компенсацию морального вреда в размере 2 миллионов руб. Решением Пушкинского районного суда от 22 мая 2006 года требования истцов удовлетворены частично: в пользу каждого из истцов с ответчика взыскано по 50000 руб. В кассационной жалобе Б. и Б.В. просят решение суда изменить, взыскав с ответчика в их пользу в счет компенсации морального вреда по 1 миллиону руб. Проверив материала дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия находит решение суда подлежащим частичному изменению.


Судом установлено, что по вине Н. имело место ДТП в результате которого погиб Б.П. - муж Б. и отец Б.В.


Суд пришел к обоснованному выводу о том, что гибелью близкого человека истца причинены значительные нравственные страдания, в связи чем с Н. в их пользу в соответствии со ст. ст. 151 и 1100 ГК РФ подлежит взысканию компенсация морального вреда.


Однако при определении размера компенсации морального вреда суд не учел должным образом конкретные обстоятельства дела и степень нравственных страданий истцов, которые в результате допущенных ответчиком нарушений ПДД, потеряли близкого человека, имевшего работоспособный возраст. При этом суд даже не мотивировал в решении тот размер компенсации морального вреда, который им был определен.


Коллегия считает, что имеющиеся по делу обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что в результате гибели близкого для истцов человека, им причинены значительные нравственные страдания, в связи с чем размер компенсации морального вреда в 50000 руб. на каждого из истцов не может быть признан соответствующим степени их нравственных страданий.


Коллегия считает возможным изменить решение суда в указанной части и увеличить размер компенсации морального вреда до 70000 руб. в пользу каждого из истцов. Доводы кассационной жалобы Б., Б.В. о необходимости удовлетворения их требований в полном объему и взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере по 1 млн. руб. в пользу каждого не могут быть признаны состоятельными, поскольку при данных конкретных обстоятельствах данная сумма не может соответствовать требованиям справедливости и разумности….»[[42]
]


Дело 2. «.Н. обратилась в суд с иском к МУП "Орехово-Зуевское городское жилищно-коммунальное предприятие", ссылаясь на то, что она является нанимателем квартиры. 22 мая 2004 года произошел залив ее квартиры во время ливневого дождя. В этот день строительная бригада ремонтировала крышу дома. Она неоднократно обращалась к ответчику с заявлениями о составлении акта о заливе, однако квартира была обследована только 20 октября 2004 года.


Истица просит взыскать в ее пользу…… и компенсацию морального вреда 100000 рублей.


Представитель ответчика иск не признал, ссылаясь на то, что МУП "Орехово-Зуевское городское жилищно-коммунальное предприятие" является ненадлежащим ответчиком по настоящему делу, поскольку ремонт кровли производило ЗАО "Ореховоремстрой", которое является непосредственным причинителем вреда ответчице. Решением суда исковые требования Н. удовлетворены частично. С МУП "Орехово-Зуевское городское жилищно-коммунальное предприятие" в пользу Н. …. 30000 руб. компенсация морального вреда, ….. Не согласившись с постановленным решением, МУП "Орехово-Зуевское городское жилищно-коммунальное предприятие" обжалует его в кассационном порядке. Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему… судебная коллегия не может согласиться с определенным судом размером компенсации морального вреда в 30000 руб., и с учетом положений ст. 1101 ГК РФ, а также требований разумности и справедливости приходит к выводу о его уменьшении до 10000 рублей….»[[43]
]


Дело 3. «В. обратился в суд с иском к ответчику и вселении и компенсации морального вреда и указывал, что проживал с семьей в ком. N 410 д. 46 общежития, которое принадлежит ОАО "Комбинат Красный Строитель". 16.05.2005 жилищная комиссия ответчика приняла решение о выселении его с семьей из общежития в связи с нарушением правил внутреннего распорядка. Данное решение он считает незаконным, поскольку никаких нарушений внутреннего распорядка проживания в общежитии не допускал. Поэтому просил суд иск удовлетворить и взыскать с ответчика моральный вред за причиненные нравственные страдания в размере 50000 рублей. Ответчик в суде иск не признал и пояснил, что истец самовольно произвел перепланировку квартиры и оскорбил работника общежития, чем нарушил правила внутреннего распорядка для проживающих в общежитии. Решением от 11 ноября 2005 года суд признал действия жилищной комиссии незаконными, вселил истца с семьей в занимаемое жилое помещение и взыскал в его пользу компенсацию морального вреда в размере 2000 рублей. В кассационной жалобе истец просит изменить решение суда в части взыскания морального вреда и удовлетворить его требования в полном объеме. В кассационной жалобе ответчик просит об отмене решения суда как незаконного и необоснованного. Изучив материалы дела, выслушав объяснения истца и представителя ответчика, судебная коллегия считает решение суда подлежащим отмене в части с вынесением нового решения по следующим основаниям. Материалами дела установлено, что между истцом и работником общежития 15.06.2005 произошел конфликт, кроме того истец произвел переустройство квартиры, установил мойку на кухне, проложил трубы горячего и холодного водоснабжения и так далее…… Поэтому доводы ответчика в кассационной жалобе об обратном являются несостоятельными. Вместе с тем судебная коллегия считает решение суда в части взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда незаконным, поскольку возникшие между сторонами правоотношения не предусматривают возмещение морального вреда как Жилищным кодексом, так и положениями ст. 151 ГК РФ. В связи с этим судебная коллегия считает необходимым решение суда в этой части отменить и в иске В. о компенсации морального вреда отказать..»


Дело № 4. «...Истица просит возместить ей расходы по восстановительному ремонту в сумме 1234423 руб., а также возместить ей моральный ущерб, причиненный дорожно-транспортным происшествием, в размере 10 млн. руб. Ответчик иск признал в части расходов. В части морального вреда иск не признается в полном объеме, так как ответчик считает, что моральный вред не отвечает заявленным 10 млн. В части возмещения морального вреда суд полагает, что указанный иск подлежит частичному удовлетворению в части 350 тыс. руб., поскольку судом принимается то обстоятельство, что истица в момент рассмотрения дела являлась беременной, отсутствие в ее распоряжении автомашины при указанных обстоятельствах, создает определенный дискомфорт. Кроме того, судом учтены также обстоятельства, что в таком состоянии женщина вынуждена обращаться в соответствующие органы «для оформления судебных и автотранспортных документов...».


В этих решений отчетливо видно отсутствие единообразия в подходе к вопросу о размере компенсации морального вреда. Суды либо пассивно следуют за притязаниями истцов в отношении размера компенсации, либо уменьшают заявленный размер компенсации без достаточной мотивировки, указывая лишь фразу «с учетом разумности и справедливости». Но никак не отражается оценка разумности и справедливости. В решении по делу 1 кассационная инстанция ссылается на то, что судом первой инстанции не был мотивирован размер компенсации морального время, хотя сама коллегия мотивирует установленную новую сумму только лишь «с учетом разумности и справедливости», принимая во внимание «нравственные страдания», которые никак судом не установлены. При этом коллегия указывает на «работоспособный возраст близкого человека», хотя не установлено, что истцы находились на его иждивении.


По делу № 2 судебная коллегия также не мотивирует причины несогласия с судом первой инстанции, кроме этого судом не установлено, в чем заключался моральный вред. По 3 делу коллегия пришла к выводу о том, что компенсация морального вреда по данной категории дел вообще является незаконной и ссылается на 151 ст. ГПК РФ, которая определяет моральный вред, как физические и (или) нравственные страдания. Поэтому, полагаю, что, бесспорно, при выселении семьи, она претерпевает нравственные страдания, заключавшиеся в переживаниях, стрессе, которые могут привести и к физическим страданиям, в том числе и к нарушению здоровья. Поэтому, считаю, что говорить в данном случае о незаконной компенсации морального вреда неразумно. Из приведенных примеров явно усматривается, что суд при определении размера руководствуется только внутренними убеждениями, что противоречит всем принципам права.


Учитывая критерии оценки морального вреда, предусмотренные законодательством, А.М. Эрделевский разработал оригинальную методику определения размеров компенсации презюмируемого морального вреда. Для определения соразмерности компенсаций он использовал соотношения максимальных санкции норм уголовного кодекса, предусматривающих ответственность за преступные посягательства на права человека. Предлагаемый им базисный уровень размера компенсации определяется применительно к страданиям, испытываемым потерпевшим при причинении тяжкого вреда здоровью, и составляет 720 минимальных размеров заработной платы, исходя из МРОТ, установленного законодательством по состоянию на момент вынесения судом решения по делу. 720 МЗП - заработок физического лица за 10 лет при размере месячного заработка в б МРОТ. По мнению автора, анализ налогового законодательства показывает, что установление именно такого среднемесячного заработка физического лица (до 1997г.) в наибольшей степени стимулировалось. Применение этого базисного уровня и упомянутых выше соотношений максимальных санкций норм уголовного кодекса позволило разработать таблицу размеров компенсации презюмируемого морального вреда применительно к различным видам нарушений прав личности. Понятно, что такая таблица будет подвергаться корректировке при соответствующих изменениях законодательства. Это же касается и базисного размера компенсации, если изменения законодательства дадут основания полагать, что иной размер компенсации будет более разумным. Поскольку не все виды правонарушений влекут уголовную ответственность, то размер компенсации презюмируемого морального вреда для не являющихся преступлением правонарушений, принимался равным размеру компенсации того же вреда для видов преступлений, влекущих, по мнения автора, сходную глубину страданий. Так, моральный вред при нарушении имущественных прав потребителей, а также причинении морального вреда незаконными действиями и решениями органов власти и управления, принимался соответствующим моральному вреду при уголовно наказуемом обмане потребителей.


Итоговый размер компенсации может, как уменьшиться, так и увеличится по сравнению с размером компенсации презюмируемого морального вреда, образуя, таким образом, размер компенсации действительного морального вреда. При этом размер компенсации действительного морального вреда не должен превышать размер компенсации презюмируемого морального вреда более чем в четыре раза, что позволяет зафиксировать применительно к отдельным видам правонарушений максимальный уровень ее размера. Размер компенсации действительного морального вреда может отклоняться в сторону уменьшения от размера компенсации презюмируемого морального вреда неограниченно, вплоть до полного отказа в его компенсации. Такой подход по мнению автора, представляется оправданным: с одной стороны, он устанавливает определенные ориентиры и пределы для правоприменителя, оставляя вместе с тем достаточную свободу для судебного усмотрения и учета особенностей конкретного дела в установленных пределах; с другой стороны, позволяет учитывать, что человеческая психика имеет определенный «пороговый» уровень реагирования страданиями на негативные внешние воздействия при превышении которого, дальнейшего увеличения степени страданий не происходит.


Для учета степени вины потерпевшего и имущественного положения гражданина - причинителя вреда при определении размера компенсации действительного морального вреда, Эрделевский рекомендует применение следующей формулы D= d×fv×j×c×(1-fs). В этой формуле приняты следующие обозначения:


D - размер компенсации действительного морального вреда;


d - размер компенсации презюмируемого морального вреда;


fv - степень вины причинителя вреда, при этом 0 < fv < 1;


i - коэффициент индивидуальных особенностей потерпевшего, при этом 0 < i < 2;


c - коэффициент учета заслуживающих внимания фактических обстоятельств причинения вреда, при этом 0 < c < 2;


Как видно из приведенной формулы, максимальный размер компенсации действительного морального вреда равен четырехкратному размеру компенсации презюмируемого морального вреда.


При использовании формулы делаются следующие допущения


1) fv = 0,25 при наличиигрубой неосторожности;


2) fv = 0,75 при наличии косвенного умысла;


3)fv = 0,5 при наличии прямого умысла.


Поскольку вина потерпевшего учитывается в целях снижения размера компенсации только при наличии в его действиях грубой неосторожности, ее значение можно принимать равным 0,5 (fs = 0,5). Эти допущения могут быть использованы, если суд не найдет оснований для применения иных значений этих критериев в установленных пределах. Степень вины потерпевшего fs при наличии любого вида умысла потерпевшего должна приниматься равной 1, что тождественно отказу в компенсации морального вреда (п. 1 ст. 1083 ГК РФ).


Что касается критериев учета индивидуальных особенностей потерпевшего и обстоятельств причинения морального вреда, то эти критерии проявляют наибольшую зависимость от вида правонарушения. Некоторые из этих особенностей и обстоятельств являются общими для всех видов правонарушений (так, добровольная компенсация правонарушителем причиненного морального вреда или совершение им иных действий, направленных на сглаживание причиненных страданий, всегда должно повлечь существенное снижение коэффициента учета фактических обстоятельств «с» и, соответственно, размера компенсации действительного морального вреда); но, как правило, каждому виду правонарушений свойственны характерные именно для этого вида особенности и обстоятельства. Например, при причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни потерпевшего, одним из заслуживающих внимания обстоятельств является характер телесного повреждения (повреждение крупного кровеносного сосуда при своевременно оказанной медицинской помощи может не повлечь существенных болевых ощущений, а нравственные страдания могут выразиться в кратковременных переживаниях в виде страха за свою жизнь, испытанных до устранения непосредственной угрозы жизни). Эти обстоятельства должны быть учтены судом путем установления коэффициента «с» существенно меньшим единицы. В иных (достаточно редких) случаях может быть установлено, что у потерпевшего был низкий или высокий по сравнению с нормальным, уровень болевых реакций, что явится для суда основаниям для соответствующей корректировки размера компенсации действительного морального вреда путем установления коэффициента учета индивидуальных особенностей «j» соответственно меньшим или большем единицы. При определении размера компенсации морального вреда, причиненного правонарушениями, умаляющими честь и достоинство личности, обстоятельствами, влияющими на величину коэффициента «с», являются: характер распространенных сведений, определяющий ту степень, в какой они могут признаваться позорящими; последствия, наступившее для потерпевшего в результате распространения таких сведений.


Проблема отсутствия точно сформированных критериев оценки размера компенсации морального вреда и общего метода количественной оценки его размера порождает сложности в правоприменительной практике.


Однако, как показывает судебная практика суды, принимая решении о компенсации морального вреда, самоустранились от определения критериев оценки размера компенсации морального вреда. В большинстве случаев решения суда в нарушение норм ГПК РФ не мотивированы, в них нет указаний на то, как определялся размер компенсации морального вреда и чем руководствовался суд при удовлетворении иска.


Многие суды, обосновывая размер компенсации действительного морального вреда, ссылаются на требования разумности и справедливости, что соответствует нормам ст. 1101 ГК РФ. Хотя предназначение судьи – это осуществление правосудия, а потому нельзя лишать его возможности определения справедливой компенсационной суммы. Необходимо подумать и создать сглаженный механизм, который бы позволял определять соразмерность денежной компенсации и причиненного морального вреда. Вполне очевидно, что до тех пор пока не будут созданы эти механизмы и не будут закреплены на законодательном уровне, то все будут присутствовать элементы неразумности и несправедливости в принятии решения о назначении суммы компенсации морального вреда. Как видно из вышеуказанных выдержек судебных решений, что зачастую судьи снижают заявленные истцами размеры компенсации морального вреда. Вероятно, что по этой причине на сегодняшний день истцы при подаче искового заявления о компенсации морального вреда просят взыскать просто баснословную сумму. Э. Гаврилов полагает, что с этим можно бороться путем внедрения прогрессивной государственной пошлины. Полагаю, что это неправильно. Государственные прогрессивные пошлины, бесспорно, будут останавливать истцов при определении размера их исковых требований. Но разве можно говорить тогда о восстановлении нравственного и физического состояния. Ведь при определении размера своих исковых требований истцы тогда будут исходить из своего имущественного положения, и тем самым потеряют возможность ощущения положительных эмоций в полной мере за перенесенные страдания. Конечно, истцы и сами просят взыскать большие суммы не потому, что уверены, что суд их все равно снизит, а просто потому что они так оценивают свои перенесенные страдания. Но как они могут оценить правильно, если нет никаких критериев. Полагаю, что поскольку определение размера компенсации морального вреда является прерогативой суд, то истцам и незачем оценивать его.


Ст.1083 ГК РФ предполагает возможность уменьшения размера компенсационной суммы с причинителя вреда, учитывая имущественное положение виновного. Данный критерий может быть применен только в том случае, если причинителем вреда является физическое лицо, и вред причинен умышленно. Анализ свидетельствует, что применение таких критериев как имущественное положение гражданина – причинителя вреда обусловленного ст. 1083 ГК РФ практически не применяется.


Таким образом, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда видно, что решения судом в большинстве случаях не содержат законодательного обоснования размера компенсации морального вреда. Причина в основном заключается в том, что выносимые судом определения о подготовке дела к судебному разбирательству не отвечают требованиям норм ГПК, носят формальный характер.


Представляется, что при принятии заявления о возмещении морального вреда судья в определении о подготовке в соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» обязан указать, что по делу необходимо выяснить:


· чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий;


· при каких обстоятельствах и какими действиями или бездействиями они нанесены потерпевшему;


· степень вины причинителя;


· какие нравственные или физические страдания нанесены потерпевшему;


· в какой сумме или иной материальной форме заявитель оценивает их компенсацию;


· реальные возможности гражданина привлекаемого в судопроизводство в качестве ответчика для возмещения морального вреда.


В целом, заслуживают всяческой поддержки и одобрения попытки ученых разработать единый для всех судов базисный уровень размера компенсации морального вреда и методику определения ее окончательного размера.



Глава 2.


В настоящее время законами, прямо предусматривающими возможность компенсации морального вреда в случае нарушения имущественных прав гражданина, являются Закон РФ "О защите прав потребителей" и Федеральный закон "Об основах туристской деятельности в Российской Федерации", а также Федеральный закон «О статусе военнослужащих». В отношении компенсации морального вреда второй закон не имеет существенного значения, так как возможность компенсации морального вреда в нем определяется статусом туриста как потребителя туристических услуг, оказываемых исполнителями этих услуг, и, если бы законодатель и не предусмотрел возможности компенсации причиненного туристу морального вреда, право на такую компенсацию возникало бы на основании Закона о защите прав потребителей, охватывающего достаточно широкую область правоотношений, в которые вступает гражданин. Как указал Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении № 7 от 29 сентября 1994 г., отношения, регулируемые законодательством о защите прав потребителей, могут возникать из договорных отношений с участием граждан, как отношения, вытекающие из договоров бытового проката и заказа; купли-продажи; комиссии; безвозмездного пользования имуществом; хранения; имущественного найма; перевозки; страхования; из договоров на оказание финансовых и банковских услуг (прием от граждан и хранение денег и ценных бумаг, осуществление расчетов по поручениям граждан - клиентов банков, открытие и ведение счетов, услуги по купле-продаже иностранных валют и т.п.); из договора найма жилого помещения, когда наймодатель является одновременно и исполнителем услуг (по ремонту жилищного фонда, обеспечению работы инженерного оборудования, обеспечению коммунальными услугами), и других договоров, направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд потребителя – гражданина, не связанных с предпринимательской деятельностью [[44]
] .


В силу ст.15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом) или организацией, выполняющей функции изготовителя (продавца) на основании договора с ним его прав, предусмотренных законодательством о защите прав потребителей, подлежит возмещению причинителем вреда при наличии его вины.


Российские суды уже имеют богатую практику применения этого закона. Хотя в большинстве решений по спорам о компенсации морального вреда отчетливо видно отсутствие единообразия в подходе судов к вопросу определения размера компенсации, но в делах по спорам о защите прав потребителей некоторое время проявлялась тенденция к уравниванию размера компенсации морального вреда со стоимостью некачественного товара (работы, услуги).


Например, в деле по иску потребителя о замене некачественного телевизора с изготовителя была взыскана компенсация морального вреда в размере стоимости телевизора на момент рассмотрения дела. При этом суд мотивирует эту сумму тем, что истец длительное время обращался, а именно один год обращался к изготовителю с просьбой о замене телевизора. Суд пришел к вывод, что истец вместе с семьей не мог пользоваться телевизором по вине ответчика, а также неуважительное отношение работников ответчика привело к тому, что истец претерпевал нравственные страдания. В другом деле, где пассажир обратился в суд с иском к перевозчику о взыскании компенсации морального вреда, причиненного утратой багажа, и потребовал компенсации в размере стоимости договора перевозки, суд удовлетворил это требование.


Отмеченная тенденция прекратилась после того, как Пленум Верховного Суда РФ в постановлении N 7 от 29 сентября 1994 г. "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей" указал, что, поскольку моральный вред возмещается в денежной или иной материальной форме и в размере, определяемых судом, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда, размер иска, удовлетворяемого судом, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки, а должен основываться на характере и объеме причиненных потребителю нравственных и физических страданий в каждом конкретном случае [[45]
].


Позитивная часть этого постановления выглядит менее четко, поскольку оперирует не вполне удачными понятиями: "характер и объем нравственных страданий" и "характер и объем физических страданий", так как нравственные и физические страдания, будучи составляющими морального вреда, не предполагают возможности их дальнейшего разделения по категориям. Как показывает анализ решений, суды в большинстве случаев не устанавливают, какие виды страданий перенес истец и в чем они конкретно выражались, и не обосновывают определяемый ими размер компенсации морального вреда.


Иногда, как отметила Судебная коллегия Верховного Суда РФ, суды первой инстанции отказывают во взыскании компенсации морального вреда, ссылаясь на обстоятельства, которые могут служить лишь основанием для снижения размера компенсации. К примеру: Г. обратилась с иском к производственному объединению (ПО) "ЗИЛ" о замене холодильника, взыскании неустойки за просрочку выполнения требования о замене товара ненадлежащего качества, возмещении морального вреда. Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения, судом кассационной инстанции, иск о замене холодильника и взыскании неустойки удовлетворен, в возмещении морального вреда отказано.


Отказывая в удовлетворении иска в этой части, суд в решении сослался на то, что приобретенный истицей холодильник не требовал сложного ремонта, эксплуатировался истицей три года, следовательно, моральный вред ей не причинен. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, частично отменяя судебные постановления, указала, что народный суд, установив вину ПО "ЗИЛ", отказавшего заменить неисправный холодильник уже после вступления в действие названного Закона и взыскав за это неустойку, а также установив, что истица, будучи в преклонном возрасте, неоднократно обращалась в мастерскую по поводу ремонта холодильника, в течение длительного времени не имела возможности им пользоваться, что привело к ряду неудобств в хранении продуктов питания, вместе с тем необоснованно полностью отказал в возмещении морального вреда, сославшись при этом на обстоятельства, которые могли лишь повлиять на размер такого[[46]
].


Действительно, размер компенсации морального вреда может быть сколь угодно малым, вплоть до символических сумм. Но малый размер компенсации и отказ в компенсации - это принципиально разные вещи, поскольку в компенсации морального вреда может быть отказано лишь в случае отсутствия состава оснований ответственности за причинение морального вреда либо в случае, если грубая неосторожность или умысел потерпевшего способствовали возникновению вреда.


Согласно действующему законодательству все же возможно получить компенсацию морального вреда при нарушении имущественных прав в строго определенных случаях. Тем самым получается, что это противоречит природе термина «моральный вред», как физические и (или) нравственные страдания, которые причинены действиями, нарушающими личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину иные нематериальные блага. Полагаю, что необходимо добавить в указанное определение еще и право на компенсацию при нарушении имущественных прав.



Заключение.


Рассмотрев основные положения института компенсации морального вреда в Российской Федерации, можно сделать следующие выводы. Во-первых, в ст. 151 ГК РФ законодатель предпринимает попытку дать определение понятию «моральный вред», как физические или нравственные страдания, нарушающие личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. Конституция Российской Федерации ставит право на жизнь, здоровье, честь и достоинство в ранг естественных и неотчуждаемых прав личности, что предполагает, в частности, эффективную охрану и защиту этих прав. Важнейшей задачей правового государства должно быть обеспечение наиболее справедливого, быстрого и эффективного восстановления нарушенного права и (или) возмещение причиненного вреда. Российская Федерация, провозгласившая себя в ст.1 Конституции РФ правовым государством, должна соответствовать этим критериям. Одним из способов защиты прав является компенсация морального вреда.


Действующее законодательство РФ предусматривает возможность взыскания денежной компенсации за причиненный моральный вред. Однако история института компенсации морального вреда в России насчитывает чуть более десяти лет. В отличии от России, государства, относящие себя к правовым, имеют, как правило, весьма продолжительный опыт применения этого правового института. В настоящее время в правовых государствах компенсация морального довольно эффективно используется для защиты личных неимущественных прав граждан. На наш взгляд, некоторые элементы зарубежной практики могут быть использованы в процессе развития и совершенствования законодательства и судебной практики России.


Правовому регулированию компенсации морального вреда посвящены нормы Гражданского кодекса РФ, нормы ряда законов. Однако, несмотря на большое количество нормативных актов посвященных этому институту, в нашей стране отсутствует легальное определение морального вреда. Этот пробел восполняют материалы судебной практики.


Во-вторых, данный правовой институт имеет важное значение для защиты, прежде всего, таких прав и благ, которые носят личный не имущественный характер. Под личными неимущественными благами (в том числе и правами) следует понимать лишенные имущественного содержания блага, неразрывно связанные с их обладателем - человеком. Эти права и блага указанны в Конституции РФ и ст. 150 ГК РФ: жизнь и здоровье, честь и доброе имя, достоинство и деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, право выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства и другие аналогичные нрава и блага. Общие признаки этих прав и благ - они не имеют имущественного содержания, принадлежат человеку от рождения (например, здоровье) или в силу закона (например, право авторства), неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Следует иметь ввиду, что приведенный перечень нематериальных благ - не исчерпывающий, и причинение морального вреда в связи с нарушением других нематериальных благ также не порождает право на компенсацию морального вреда. При нарушении других субъективных гражданских прав возможность компенсации морального вреда должна быть прямо указанна в законе. Таким образом, закон ограничивает круг случаев, в которых моральный вред подлежит возмещению. Хотя очевидно, что при нарушении имущественных прав у человека почти всегда могут возникать нравственные или физические страдания. В-третьих, можно выделить следующие основания компенсации морального вреда: наличие вины причинителя вреда (исключение составляют случаи прямо предусмотренные в законе, в частности в ст. 1100 ГК РФ); подтверждение факта причинения потерпевшему нравственных или физических страданий; соблюдение сроков предъявления требования и сроков действия соответствующих законодательных актов. Что касается сроков исковой давности, то в соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, на требования о компенсации морального вреда исковая давность не распространяется. Действующий закон предусматривает единственную форму, в которой суд может взыскать компенсацию с причинителя вреда - денежную (по правоотношениям, возникшим после 1 января 1995г.), хотя при наличии согласия потерпевшего может быть произведено в натуральной форме.


В-четвертых, один из наиболее злободневных вопросов, связанных с компенсацией морального вреда, - это вопрос о размере компенсации. До тех пор, пока суд не определит размер компенсации, этого размера не существует, поскольку законодатель не установил какого-либо денежного эквивалента «единицы страданий», оставив решение вопроса о размере компенсации на усмотрение суда. Законодатель указал некоторые качественные критерии, которые суд обязан учитывать при определении размера компенсации: характер и степень нравственных и физических страданий; степень вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием ответственности за причинение вреда; фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред и иные, заслуживающие внимания обстоятельства; индивидуальные особенности потерпевшего; требования разумности и справедливости. Безусловно, эти критерии могли бы помочь суду определить размер компенсации, если бы был задан некий средний ее уровень, своего рода «отправная точка», придерживаясь который суд мог бы определять окончательный размер компенсации в конкретном деле. Определенную ценность, как в теоретическом, так и в практическом плане, представляет разработанная А.М. Эрделевским методика определения размера компенсации морального вреда. Поскольку потерпевший, предъявляя иск о компенсации морального вреда, вправе выразить в исковом заявлении свое мнение о следуемом ему размере компенсации, этой методикой вполне можно воспользоваться при составлении искового заявления.


В-пятых, Пленум Верховного суда склоняется к тому, что моральный вред может быть причинен и юридическому лицу в случаях распространения сведений, порочащих деловую репутацию юридического лица и этот моральный вред подлежит возмещению. Однако, следует согласиться с мнением большинства авторов о том, что моральный вред юридическому лицу, исходя из самой категории морального вреда как причинение физических и нравственных страданий, причинен быть не может. Полагаю, что в законе необходимо предусмотреть возможность возмещения вреда, причиненного деловой репутации юридических лиц. Но данный вред не следует считать компенсацией морального вреда.


Наконец, надо признать, что с каждым годом можно констатировать все большее расширение возможностей граждан по компенсации морального вреда. Итак, следует признать, что институт возмещения (компенсации) морального вреда требует своего дальнейшего совершенствования. Необходимо более конкретно закрепить правила определения размера компенсации морального вреда, решить вопрос о компенсации неимущественного вреда юридическим лицам, выработать механизм компенсации в уголовно-процессуальной сфере, четко определить круг третьих лиц, имеющих право на компенсацию, а также в специальных законах, предусматривающих компенсацию морального вреда, на наш взгляд, следует отразить специфику этой компенсации применительно к характеру регулируемых отношений.



[1]
Возмещение морального вреда. Беляцкин С.А.- М.: Юрид. бюро «Городец», 1996г. С.23



[2] Исаев И.А. История государства и права России. – М.: Юристъ, 2005г. Ст. 47



[3] Российское законодательство X-XX веков. В девяти томах /Под общ. ред. О, И. Чистякова. Т. 1, М., 1984. С. 47



[4] Российское законодательство X-XX веков. В девяти томах /Под общ. ред. О, И. Чистякова. Т. 1, М., 1984. С. 52.



[5] Бородин С. В. Проблема возмещения ущерба за умышленные убийства // Государство и право. 1994. № 4. С. 93



[6] Соборное уложение 1649 года. Текст с комментариями. Л., 1987..



[7] Российское законодательство X-XX веков. Том. 2. С. 294.



[8] Российское законодательство X-XI веков. Т. 6. С. 186



[9] Покровский И.А. возмещение вреда и разложение его. Вестник Права , 1899г. № 9



[10] Беляцкин С. А. Возмещение морального (неимущественного) вреда. – М.: Юридическое Бюро «Городец», 1996. – С 45.


[11]
Шерненевич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. М.: фирма «СПАРК» 1995г. С.402


[12]
Петражицкий Л. И. Возмещение нематериального вреда с точки зрения социальной политики // Право. – 1900. - № 16.


[13]
Проект Гражданского Уложения с объяснениями, извлечениями из трудов Редакционной Комиссии и с приложением законопроекта об авторском праве, одобренного Государственной Думой. – Т. 2. – СПб., 1910. – С. 1249, 1294, 1298.


[14]
Проект Гражданского Уложения с объяснениями, извлечениями из трудов Редакционной Комиссии и с приложением законопроекта об авторском праве, одобренного Государственной Думой. – Т. 2. – СПб., 1910. – С. 1249, 1294, 1298.


[15]
Программа «Становление и развитие частного права в России // Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. № 11. С. 1646


[16]
Михно Е.А. проблемы возмещения морального вреда// Правоведение, 1992. № 2. С.94


[17]
Зейц А. М. Возмещение морального вреда по советскому праву // Еженедельник сов. юстиции. – 1927. - № 47. – С. 1466.


[18]
Михно Е. А. Компенсация морального вреда во внедоговорных обязательствах: Дис. … кандидата юридических наук. – СПб., 1998. – С. 37.


[19]
Смирнов В. Т., Собчак А. А. Общее учение о деликтных обязательствах в советском гражданском
праве. – Л., 1983. – С. 61.


[20]
Шиминова М. Я. Компенсация вреда гражданам. – М., 1979. – С. 51; Имущественная ответственность за моральный вред. Советское государство и право. - № 1. – 1970. – С. 120.


[21]
Ярошенко К. Б. Жизнь и здоровье под охраной здоровья. – М., 1990. – С. 132.


[22]
ФЗ «О средствах массой информации»


[23]
Постановление Пленума ВС РФ от 20.12.1994 № 10.


[24]
Постановление Президиума ВАС РФ от 1 декабря 1998 г. N 813/98


[25]
Постановление по проверке законности и обоснованности решений арбитражных судов, не вступивших в законную силу от 09.02.2007. (Семнадцатый арбитражный апелляционный округ)


[26]
Постановления Пленума ВС РФ от 24.02.2005 N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц".


[27]
Постановление на проверку законности и обоснованности решений арбитражных судов, не вступивших в законную силу от 25.07.2007


[28]
Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 N 508-О


[29]
ФЗ «О защите прав потребителей»


[30]
Постановление Пленума ВС РФ от 29 сентября 1994г. «О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей».


[31]
ФЗ «О статусе военнослужащего».


[32]
Голубев К., Нарижный С. Компенсация морального вреда при нарушении имущественных прав гражданина.// Российская юстиция.2001. №4. С.20


[33]
Постановление Пленум ВС РФ в Постановлении №10 от 20.12.94.


[34]
Эрделевский А.М. Критерий и метод оценки размера компенсации морального вреда//Государство и право. 1997. №4 – С. 7.


[35]
Эрделевский А.М. Компенсация морального вреда. Анализ законодательства и судебной практики. -М.: «Бек», 2000. – С.15.


[36]
Будякова Т.П. Индивидуальные особенности потерпевшего как критерий нравственных и физических страданий/ Российская Юстиция 2003г. №2. С. 15-16


[37]
Южанинова А.Л. Судебно-психологическая экспертиза по делам о компенсации морального вреда. Саратов 2000г. С.14


[38]
См.: Гаврилов Э. Как определить размер компенсации морального вреда? // Российская юстиция. 2000..№6. -С.22.


[39]
Усков В. Как компенсировать моральный вред богатому и бедному? // Российская
юстиция.2000.№12.С.25


[40]
Бюллетень Верховного Суда РФ .1995. №1; 1997. №2


[41]
Бюллетень Верховного Суда РФ . 1995. №4.


[42]
Определение Московского областного суда от 24.08.07


[43]
Определение Московского областного суда от 02.05.06


[44]
Бюллетень ВС РФ, 2001 № 2 Постановление Пленума ВС РФ от 29.09.94 № 7 (с изм. от 25.04.95, 25.10.96,.17.01.97,. 21.11.00, 10.10.01)


[45]
Бюллетень ВС РФ, 2001 № 2 Постановление Пленума ВС РФ от 29.09.94 № 7 (с изм. от 25.04.95, 25.10.96,.17.01.97,. 21.11.00, 10.10.01)


[46]
Бюллетень ВС РФ. № 10 от 01.10.1995 г. «Некоторые вопросы судебной практики по гражданским делам Верхового Суда РФ» ст. 10.



Не сдавайте скачаную работу преподавателю!
Данную дипломную работу Вы можете использовать как базу для самостоятельного написания выпускного проекта.

Доработать Узнать цену работы по вашей теме
Поделись с друзьями, за репост + 100 мильонов к студенческой карме :

Пишем дипломную работу самостоятельно:
! Как писать дипломную работу Инструкция и советы по написанию качественной дипломной работы.
! Структура дипломной работы Сколько глав должно быть в работе, что должен содержать каждый из разделов.
! Оформление дипломных работ Требования к оформлению дипломных работ по ГОСТ. Основные методические указания.
! Источники для написания Что можно использовать в качестве источника для дипломной работы, а от чего лучше отказаться.
! Скачивание бесплатных работ Подводные камни и проблемы возникающие при сдаче бесплатно скачанной и не переработанной работы.
! Особенности дипломных проектов Чем отличается дипломный проект от дипломной работы. Описание особенностей.

Особенности дипломных работ:
по экономике Для студентов экономических специальностей.
по праву Для студентов юридических специальностей.
по педагогике Для студентов педагогических специальностей.
по психологии Для студентов специальностей связанных с психологией.
технических дипломов Для студентов технических специальностей.

Виды дипломных работ:
выпускная работа бакалавра Требование к выпускной работе бакалавра. Как правило сдается на 4 курсе института.
магистерская диссертация Требования к магистерским диссертациям. Как правило сдается на 5,6 курсе обучения.

Сейчас смотрят :

Дипломная работа Стратегия развития персонала на примере предприятия
Дипломная работа Активы коммерческих банков
Дипломная работа Учет операций по расчетным счетам
Дипломная работа Обучение фонетической стороне иноязычной речи в средних общеобразовательных учреждениях
Дипломная работа Управление социальной защиты населения на уровне муниципального образования
Дипломная работа Методика внеклассной работы по литературному чтению в начальных классах
Дипломная работа Современная технология приготовления салатов из овощей
Дипломная работа Алименты. Алиментные обязательства
Дипломная работа Анализ особенностей содержания и организации социальной работы с молодежью на предприятии
Дипломная работа Кредитоспособность заемщика и методы ее оценки
Дипломная работа Значение регионального компонента в ознакомлении детей с историей родного края
Дипломная работа Пути стимулирования познавательной деятельности студентов на учебном занятии
Дипломная работа Финансовые аспекты деятельности Фонда социального страхования РФ
Дипломная работа Анализ управления финансовой деятельностью предприятия
Дипломная работа Трудовой договор в законодательстве России